Father

Гостиная в доме Джейкоба была наполнена смехом и шутками, пока мальчики рассаживались за столом, на котором были разбросаны коробки из-под пиццы и банки из-под газировки. Джейкоб впервые пригласил их к себе домой, чего он избегал годами, и, хотя никто не говорил об этом вслух, всем было любопытно узнать, что скрывается за этой тайной. — Чувак, пахнет вкусно, я не знаю, что это, но запах приятный, — говорит Майк. — Да, я тоже это чувствую, — говорит Лукас. Джейкоб напряжённо смотрит на них. — Это из-за ароматизатора. — Совсем неплохо, «боец» Джейкоб, — сказал Дастин с набитым пиццей ртом, оглядываясь по сторонам. — Я думал, ты живёшь в пещере или что-то в этом роде. — Да, а почему ты прятал от нас это место? — пошутил Гарет, растягиваясь на диване. — Здесь довольно уютно. Джейкоб лишь пожал плечами, явно чувствуя себя неловко. Он не стал вдаваться в подробности, но все знали, что дело не только в этом. Редко кто-то был настолько скрытен, когда дело касалось его дома. Когда звук открывающейся входной двери нарушил расслабленную атмосферу. Все мальчики одновременно повернули головы, как будто их синхронизировали, и их мгновенно окутал запах. Это был сладкий, пьянящий аромат, настолько сильный, что Майк почти почувствовал, как он вибрирует в его груди. Омега. — Джейкоб? — раздался тихий, почти мелодичный голос, который эхом разнёсся по комнате, словно ласка. Мальчики молча стояли с приоткрытыми ртами, когда в комнату вошёл мужчина-омега. Он был прекрасен почти сюрреалистичной красотой. Высокий, стройный, с безупречной кожей и большими глазами, в которых светилась нежность. Хотя он явно был взрослым, выглядел он невероятно по-мальчишески, так что больше походил на старшего брата Джейкоба, чем на его отца. Майк почувствовал, как внутри него что-то шевельнулось, — он не мог игнорировать это притяжение. — Папа! — пожаловался Джейкоб. — Я думал, ты опоздаешь! — Я ушёл пораньше, — ответил омега с мягкой улыбкой, подходя к Джейкобу и не замечая ошеломлённых взглядов других парней. — Ты не собираешься представить меня своим друзьям? Джейкоб напрягся, явно раздражённый ситуацией. Он не планировал ничего подобного. Затем, явно смирившись, он махнул рукой остальным. — Ребята, это мой папа, его зовут Уилл. Тишина в комнате стала осязаемой. Уилл смотрел на них всех с мягким и очаровательным выражением лица, переводя взгляд с одного на другого, изучая друзей своего сына. Они все застыли, не зная, как реагировать. Майк, в частности, уставился на него, не в силах оторвать взгляд от омеги. — Приятно познакомиться, — наконец сказал Уилл бархатным голосом, который только усиливал впечатление от его присутствия. Они все представились одновременно, вызвав у Уилла смешок. — Приятно познакомиться... сэр, я Майк, — сказал он, протягивая омеге руку и стараясь говорить спокойно, хотя чувствовал, что голос его выдаёт. Когда их руки соприкоснулись, по его телу пробежал электрический ток. Тепло от этого прикосновения пронзило его так, как он никогда раньше не чувствовал. Уилл улыбнулся ему, нежно сжимая его руку, и Майк почувствовал, как мир на мгновение поплыл перед глазами. Этот запах, эта близость сводили его с ума. — С удовольствием, Майк, — сказал Уилл с такой нежностью, что Майк чуть не растаял. Джейкобу явно было не по себе от происходящего, и он быстро вмешался. — Мы будем есть пиццу, пап. Не мог бы ты оставить нас ненадолго? Уилл тихо усмехнулся, словно привык к неловкости сына, и покорно кивнул. — Конечно, милый. Я не хотел мешать. Я просто хотел узнать, как у тебя дела, — Уилл попрощался со всеми, улыбнулся и, повернувшись, направился к лестнице. — Увидимся позже, ребята. Мальчики едва могли пробормотать слова прощания, не сводя глаз с омеги, выходящего из комнаты. Последовавшая за его уходом тишина была почти комичной. Майк не мог отвести взгляд от того места, где всего несколько секунд назад стоял Уилл. Его сердце всё ещё бешено колотилось, а в голове звенело что-то ещё. Дастин первым нарушил молчание. — Чёрт, Джейкоб, почему ты никогда не говорил нам, что твой отец был таким... — Горячим, чувак, — отвечает Гарет. — Чёрт, он восхитителен, твой папа — по-настоящему горячий омега, чувак. Это просто... вау. — Заткнись, — быстро перебил его Джейкоб с предупреждающим выражением на лице. — Я не хочу слышать всякую чушь насчёт этого, ясно? Ему, видимо, уже говорили, что его отец — красавчик. — Чувак, когда он встретит Эдди, Эдди не перестанет шутить по этому поводу, — говорит Дастин. — Не говори ему, — настаивает Джейкоб. — Боже, какой восхитительный запах, это от него, — говорит Лукас. — Интересно, как хорошо будет пахнуть этот омега во время течки, — говорит Гарет. — Заткнись! — Джейкоб бросил на него сердитый взгляд. — Вот именно поэтому я не хотел, чтобы вы приходили ко мне домой. — Да ладно тебе, Джейкоб, — сказал Джефф, пытаясь говорить примирительно, но с ухмылкой на лице. — Мы просто констатируем очевидное. Странно, что ты никогда ничего не говорил. Твой отец всегда был таким горячим?.. — Я не хочу об этом говорить! — Джейкоб выглядел так, будто вот-вот взорвётся. Он явно не хотел, чтобы его друзья обсуждали его отца, как будто это была тема для разговора. — Твой отец... он холост? — спрашивает Майк, вызывая смех у мальчиков. — Нет, Майк. Он с моим другим отцом. Они в браке! — Гнев в голосе Джейкоба был осязаем. Майк слегка усмехнулся, но в его тоне было что-то, что не совсем походило на шутку. — О, понятно. Но... если он с твоим отцом, то, похоже, тот его не очень-то ценит, да? Я имею в виду, кто бы позволил такому омеге гулять одному? Глаза Джейкоба расширились, как блюдца, а рот скривился в гримасе отвращения. — Да пошёл ты, они любят друг друга. Майк проигнорировал это. — Господи Иисусе… — стонет Майк. — Этот омега был чертовски горяч. Его тело было таким упругим, он хорошо сжимался, держу пари, что если бы я хорошенько его трахнул, он бы принял это как чемпион. — тихо бормочет он. Джейкоб взрывается, сжимая кулаки и краснея от гнева. — Майк, заткнись уже, не говори так о моём отце! Остальные мальчики расхохотались, наслаждаясь замешательством Джейкоба. Тем временем Майк не мог сдержать улыбки, его мысли всё ещё были заняты образом Уилла и тем сладким запахом, который, казалось, невозможно забыть. Через некоторое время после начала игры Майк извинился и вышел из комнаты, сказав, что ему нужно в туалет. Джейкоб, несколько неохотно, объяснил ему, куда идти, но Майк уже думал о другом. Несмотря на то, что он старался сохранять самообладание перед друзьями, образ Уилла не выходил у него из головы. Этот аромат, сладкий, как корица, продолжал витать в воздухе, вызывая у него головокружение от желания. Он ничего не мог с собой поделать. Вместо того чтобы следовать инструкциям дословно, он позволил обонянию вести его по этому восхитительному следу до самого конца коридора. Пока он шёл, его сердце билось всё быстрее с каждым шагом. Вскоре он подошёл к приоткрытой двери, за которой стоял Уилл, сосредоточенно рисуя на мольберте. Омега стоял к нему спиной, слегка наклонившись, чтобы что-то найти на полу. Майк замер на месте, увидев, как это движение подчеркнуло изгиб его задницы, округлой, упругой, совсем не дряблой, как можно было бы ожидать от человека его возраста. У него пересохло во рту. «Боже, какое у него тело!» — подумал он, наблюдая, как дерзко покачиваются его бёдра. Уилл, словно почувствовав на себе пристальный взгляд Майка, медленно выпрямился и повернулся к нему с милой и немного застенчивой улыбкой на губах. — Тебе что-нибудь нужно, дорогой? — спросил Уилл мягким тоном, без тени раздражения. Как приятно было слышать «дорогой» из его уст. Майк сглотнул, удивлённый тем, что его так легко поймали. Он быстро попытался оправдаться. — О, э-э... Я заблудился, пока искал туалет. Джейкоб сказал мне, что он здесь, но... Уилл улыбнулся той улыбкой, от которой у Майка замирало сердце. — Он всего в нескольких шагах, прямо по коридору, — ответил он с такой мягкостью, что это почти обезоружило его. Майк, желая продолжить разговор, посмотрел на мольберт, изображая интерес к тому, что рисовал Уилл. — Вам нравится искусство? — спросил он, стараясь говорить непринуждённо. Уилл кивнул, его глаза заблестели от интереса, когда он посмотрел на свою работу. Это был мягкий пейзаж, наполненный пастельными цветами, спокойный и красивый. — Да, мне всегда это нравилось. Это способ для меня отключиться и выразить себя... — ответил Уилл, с любовью глядя на картину. — Мне тоже нравится искусство, — внезапно выпалил Майк, желая произвести впечатление на омегу. Уилл удивлённо приподнял бровь, но всё ещё улыбался. — Я этого не ожидал, — сказал Уилл, тихо смеясь. — Джейкобу это никогда не было интересно. — Джейкоб не понимает искусства, — сказал Майк, меняя тему и стараясь говорить более зрело. — Но я понимаю. Мне нравится, как вы используете цвета, чтобы передать спокойствие в этом пейзаже. У вас есть талант, сэр. Уилл приподнял бровь, явно снова впечатлённый. Он не ожидал, что такой молодой человек, как Майк, сможет так красноречиво говорить о том, что так много для него значит. — Спасибо, — сказал Уилл, улыбаясь, на этот раз более искренне. — Нечасто кто-то ценит такие вещи. Майк заметил, как барьер между ними начал рушиться, медленно, но верно. Он решил воспользоваться моментом. — А ваш муж? — спросил он, изображая безразличие, но проявляя достаточно любопытства, чтобы прояснить ситуацию. Уилл закатил глаза с усталой, насмешливой улыбкой, словно привык к этому вопросу. — Нет, он совсем не заинтересован. Честно говоря, он довольно скучный альфа, — сказал Уилл со смешком. — Его интересуют только спорт и пиво. Майк улыбнулся, почувствовав в этот момент маленькую победу. «Скучный альфа?» — подумал он. «Я могу предложить тебе кое-что более интересное». Он подошёл немного ближе, сокращая расстояние между ними. — Тогда он скучный, — повторил Майк, стараясь говорить непринуждённо, но с намёком. Уилл посмотрел на него с тихим смехом, качая головой, но явно забавляясь. — Да, довольно скучный. — Такой омега, как вы, заслуживает признания. Я не понимаю, как ваш муж может быть таким... скучным и не уделять вам должного внимания. Уилл посмотрел на него со смесью удивления и лёгкого дискомфорта. — Мне и так хорошо, но спасибо тебе большое, дорогой. Ты очень милый. Майк придвинулся ещё ближе, не сводя глаз с Уилла. Омега просто гипнотизировал, и Майк ничего не мог с собой поделать. Его тело манило его, его запах окутывал его, словно тёплые объятия. Он осмелился подойти ещё ближе. — При всём уважении, вы самый милый омега, которого я когда-либо видел в своей жизни, — сказал Майк, не успев себя остановить. Лицо Уилла слегка покраснело, отчего он стал выглядеть ещё моложе и очаровательнее. В его глазах мелькнуло удивление, но вскоре он посмотрел на Майка с несколько виноватой улыбкой, как будто привык к такого рода лести, но не от такого человека, как Майк. — Ты очень милый маленький мальчик, Майк, — ответил Уилл, пытаясь разрядить напряжение, которое нарастало между ними двумя. — Твои родители, должно быть, гордятся тем, что у них такой воспитанный ребёнок. Майк слегка нахмурился, не желая, чтобы Уилл видел его таким. Он хотел, чтобы Уилл видел в нём альфу, человека, который может предложить ему нечто большее. — Я не ребёнок. Мне семнадцать, и скоро мне исполнится восемнадцать. — Ты для меня всё ещё ребёнок, Майк. Как и Джейкоб, — он сказал это с нежной улыбкой. Майк не собирался сдаваться. Он знал, что может привлечь Уилла, чувствовал это по тому, как омега смотрел на него, по тому, как не сходила с его лица улыбка, по лёгкому румянцу, который всё ещё украшал его щёки. Майк начал ходить в дом Джейкоба почти каждую пятницу. Сначала он оправдывался тем, что хочет поиграть в видеоигры со своим другом, но вскоре стало очевидно, что на самом деле он хочет увидеть Уилла. Он знал, что омега обычно приходит рано, и каждый раз, когда Джейкоб отвлекался или по какой-то причине уходил, Майк пользовался возможностью пофлиртовать с Уиллом. Сначала это было едва заметно: долгий взгляд, улыбка по сигналу. Но постепенно намёки становились всё более явными. Уилл, хотя и пытался стоять на своём, иногда, казалось, хотел уступить, но всегда сдерживался. Однако Майк видел, что его слова и присутствие влияли на него. В конце концов Майк познакомился и с мужем Уилла, Ленни Миллером. Крупный, крепкий, но ужасно скучный альфа. Ленни был в основном равнодушен, больше интересовался спортом и пивом, чем чем-либо ещё, и почти не бывал дома. Было легко понять, почему Уилл был таким одиноким. Та искра желания, которая вспыхивала в его глазах всякий раз, когда Майк приближался к нему, была не просто реакцией на влечение в данный момент, это было проявлением потребности быть замеченным, быть желанным. Майк провёл большую часть дня, играя в видеоигры с Джейкобом, но не мог перестать думать об Уилле. Джейкоб отправил его за едой и закусками, которые остались на кухне, и Майку больше не нужно было искать повод, чтобы уйти. Он пошёл по коридору, следуя за восхитительным ароматом, который уже начал наполнять дом. Добравшись до кухни, он увидел Уилла, который, надев фартук поверх одежды, сосредоточенно готовил. Он стоял к Майку спиной и с природным мастерством нарезал овощи, его движения были плавными и точными. Но что действительно привлекло внимание Майка, так это то, как фартук подчеркивал изгибы тела Уилла. Его упругая и округлая задница под фартуком выглядела неотразимо. Уилл, словно почувствовав присутствие Майка, слегка повернулся и тепло улыбнулся ему. — Чего ты хотел, Майк? — спросил он с мягкостью, которая, казалось, всегда скрывала что-то ещё. Майк на мгновение задержал на нём взгляд, прежде чем ответить. — Джейкоб послал меня за едой. Он сказал, что здесь есть чем перекусить. Уилл тихо рассмеялся, его глаза наполнились понимающим весельем. — Конечно, закуски лежат на солонке, — он сделал паузу, приподняв бровь и озорно ухмыльнувшись. — Но не ешьте слишком много. Я готовлю для всех. Майк кивнул и подошёл к полке, на которую указал Уилл. Он открыл шкаф и потянулся за закусками, но при этом потерял равновесие. Неуклюже — или, может быть, не так уж и неуклюже — он споткнулся и врезался прямо в спину Уилла, прижавшись к нему всем телом. Казалось, время на секунду остановилось. Майк чувствовал тепло тела Уилла рядом со своим, и от лёгкого прикосновения его бёдер по его спине пробежала дрожь. Уилл напрягся, и когда он оглянулся через плечо, его лицо слегка покраснело. — Прости… — пробормотал Майк, но не отстранился сразу. Вместо этого он слегка двинул бёдрами, намеренно прижимаясь тазом к заднице Уилла. Уилл тихо ахнул от удивления, но не попытался отстраниться. Его дыхание стало немного чаще, и Майк заметил, что его обычно уверенные руки слегка дрожат на столешнице. — Всё в порядке, милый. Просто будь осторожен... — прошептал Уилл, стараясь говорить непринуждённо, но его голос выдавал, насколько сильно он был взволнован этим прикосновением. Майк наконец отстранился, но не раньше, чем его рука случайно коснулась бока Уилла. Он улыбнулся, наслаждаясь произведенным эффектом. — Мне правда очень жаль, — сказал он, хотя по его тону можно было предположить обратное. Уилл искоса посмотрел на него, всё ещё краснея, но больше ничего не сказал. Майк, едва сдерживая улыбку, повернулся и вышел из кухни с закусками в руках. Возвращаясь в гостиную, он не мог перестать думать о том, как тело Уилла прижималось к нему. О той упругой заднице, которую он так отчётливо ощутил под фартуком, о жаре, который пробежал между ними в тот краткий миг. И, что самое приятное, Уилл ничего не сделал, чтобы остановить его. Майк знал, что в этих зелёных глазах было нечто большее, чем просто удивление; в них было подавленное желание, желание, которое Уилл пытался скрыть, но не мог отрицать. На кухне Уилл глубоко дышал, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Он знал, что не должен был допускать этого, но в Майке было что-то такое, что полностью обезоруживало его. Каждый раз, когда он прижимал его к себе, он нервничал, чувствовал себя неловко... и, самое главное, хотел этого. Он давно не чувствовал ничего подобного, и, хотя он пытался сопротивляться, он знал, что что-то в нём сдавалось каждый раз, когда Майк улыбался ему или «случайно» прикасался к нему. Уилл продолжал готовить, но его мысли были далеко. Он не мог перестать думать о том, что произошло. Он чувствовал лёгкое трение на своей заднице, чувствовал большой член Майка, боже мой... он был большим. Его омега немного поёрзал, чувствуя себя слегка влажным. — Что я делаю, матушка-Луна? — подумал он, качая головой и пытаясь сосредоточиться на ингредиентах перед собой. Позже, когда все ужинали, Майк не мог удержаться и украдкой поглядывал на Уилла, сидевшего напротив. Уилл, в свою очередь, изо всех сил старался не смотреть на него, сосредоточившись на еде и поверхностных разговорах с остальными. Но каждый раз, когда их взгляды ненадолго встречались, Майк видел румянец на щеках Уилла — небольшой знак того, что произошедшее на кухне не было забыто. Игра между ними всё ещё продолжалась, и Майк знал, что это лишь вопрос времени, когда Уилл перестанет сопротивляться.

•••

Уилл провёл весь день, пытаясь сохранить самообладание. После того, что произошло на кухне, каждый раз, когда он обменивался взглядами с Майком, он чувствовал, как по его шее разливается тепло, румянец, который он не мог контролировать. Он знал, что не должен думать о нём в таком ключе, но молодой альфа пробудил в нём что-то, чего он не чувствовал уже много лет. Грубое, первобытное желание, которого он давно не испытывал с Ленни. Его мысли были настолько далеки от этого, что иногда он даже не мог сосредоточиться на работе. Взяв под мышку корзину с одеждой, Уилл решил отнести её в стирку Джейкобу. Он пытался отвлечься, сосредоточиться на работе по дому, но мысли постоянно возвращались к Майку. Этот напряжённый взгляд, эта озорная улыбка и то, как он намеренно прижимался к нему. Он вздохнул, пытаясь привести мысли в порядок, и поднялся по лестнице в комнату Джейкоба. Открыв дверь, он начал собирать грязную одежду, разбросанную по полу, и вдруг, повернувшись, чтобы взять футболку, лежавшую рядом с кроватью, наткнулся на что-то твёрдое. Что-то тёплое. Он быстро поднял глаза и увидел голую грудь Майка. Его кожа пахла потом и чем-то, что он мог описать только как запах альфа-самца в полной силе. — Будьте осторожны, мистер Миллер, — сказал Майк хриплым голосом, который, казалось, проникал прямо в самые сокровенные мысли Уилла. Уилл, ошеломлённый запахом Майка, быстро заморгал, пытаясь взять себя в руки. От прикосновения к молодому альфе у него закружилась голова, и не только от неожиданности, но и от физической близости. Запах Майка опьянял, в нём сочетались мужественность и что-то дикое, из-за чего его тело реагировало так, как не должно было. — Без проблем... всё в порядке, — ответил Уилл немного нервно, его голос слегка дрогнул от близости. Он сделал шаг назад, но его взгляд по-прежнему был прикован к торсу Майка, и он заметил, что, несмотря на худобу, его маленькие, чётко очерченные мышцы двигались при каждом вдохе. — Извините, если от меня воняет, — пробормотал Майк с ухмылкой, поднимая руку и преувеличенно принюхиваясь. — Джейкоб первым пошёл в ванную, а я не успел принять душ. Уилл попытался рассмеяться, чтобы скрыть свою нервозность, но румянец на его лице было невозможно скрыть. — Не волнуйся, — запинаясь, сказал он. — Если хочешь, я могу постирать и твою одежду. Майк благодарно улыбнулся. — Спасибо, мистер Миллер. Правда. — Просто зови меня Уиллом, — говорит омега, сам не зная почему, но ему не нравится, что Ленни называет его по фамилии. — С ними всё в порядке... Уилл. — и без предупреждения Майк начал расстёгивать брюки. Уилл смотрел на него широко раскрытыми глазами, не зная, как реагировать. Он наблюдал, как Майк небрежно снимает штаны, словно в этом не было ничего особенного, но для Уилла было невыносимо смотреть, как он раздевается до трусов. Он пытался отвести взгляд, но его глаза снова и снова возвращались к бёдрам Майка. Когда Майк стянул с себя нижнее бельё, Уилл почувствовал, что время остановилось. Его член был большим и довольно длинным. Он наблюдал, как молодой альфа с улыбкой бросает всю свою одежду в корзину, полностью обнажаясь перед ним, демонстрируя своё крепкое молодое тело. Уилл покраснел ещё сильнее и внезапно почувствовал, что оказался в ситуации, которую не может контролировать. — Спасибо вам за это, сэр... Я имею в виду, Уилл. Я очень ценю это. Уилл едва смог пробормотать что-то в ответ и, покраснев, выбежал из комнаты так быстро, как только мог, прижимая корзину к груди, словно щит. Оказавшись в уединении коридора, он сделал глубокий вдох, чувствуя, как его тело всё ещё дрожит. Что он делал? Почему не отвёл взгляд? Почему позволил ему это сделать? Вопросы кружились в его голове, но одно было ясно: желание, которое он подавлял, начало проявляться, и он был в ещё большем замешательстве, чем когда-либо. Боже правый... сочный длинный член альфы стоял на его глазах , и он был готов поспорить, что кончит, просто если его грубо трахнут этим. И этот его соблазнительный запах, ради всего святого, Уилл должен был успокоить своего похотливого омегу, несмотря ни на что. В ту ночь, когда Уилл забрался в постель к Ленни, его мысли всё ещё были заняты образом обнажённого Майка. Он пытался не думать об этом, пытался сосредоточиться на своём муже, но его тело не отвечало ему взаимностью. Разочарованный и жаждущий внимания, он придвинулся ближе к Ленни, провёл рукой по его груди, пытаясь разжечь искру. — Ленни… — пробормотал он, и в его голосе прозвучала потребность, которую он не испытывал уже много лет. — Хм? Уилл поцеловал его в шею, пытаясь расстегнуть пижаму мужа. — Мальчики уже спят... мы можем, знаешь ли... Он выпустил феромоны, но Ленни едва приоткрыл глаза и устало вздохнул. — Я очень устал, Уилл... Завтра, хорошо? — сказал он, переворачиваясь и засыпая. Уилл поджал губы, в отчаянии прикусив нижнюю губу и уставившись в потолок. Он знал, что так больше не может продолжаться. Он знал, что что-то внутри него медленно умирает в этих монотонных, лишённых страсти отношениях. И теперь, когда Майк был в доме и пробуждал в нём то, что, как он думал, уже не существовало, всё становилось только хуже. Уилл встал с кровати, чувствуя тяжесть своего разочарования. Он пошёл на кухню, чтобы выпить воды, пытаясь успокоиться и привести мысли в порядок. Но, войдя, он замер как вкопанный. Майк стоял перед холодильником и пил молоко прямо из пакета. Тусклый свет кухни подчёркивал его худощавое, но рельефное тело, а взъерошенные волосы делали его ещё более привлекательным. Уилл посмотрел на него, его сердце бешено колотилось в груди, а тело реагировало так, как не должно было. Майк поднял глаза и улыбнулся, увидев, как тот входит, поставив на стол пакет с молоком. — Не спится? — спросил он тем низким голосом, от которого всё внутри Уилла напряглось. Уилл тут же покраснел, вспомнив раннюю сцену. Он стоял неподвижно, чувствуя, как напряжение между ними наполняет комнату, ощутимое, почти удушающее. — Я просто хотел выпить воды… — пробормотал он, подходя к раковине, но заметил, что Майк пристально наблюдает за ним. — Ты в порядке? — спросил Майк. Уилл быстро кивнул, но его руки дрожали, когда он открывал кран. Он чувствовал на себе взгляд Майка, который становился всё более напряжённым, всё ближе и ближе. Когда он наконец обернулся, Майк стоял прямо перед ним. — Ты выглядишь нервным, Уилл, — тихо прошептал Майк, окинув взглядом раскрасневшееся лицо омеги. Уилл сглотнул, не в силах пошевелиться, не в силах ясно мыслить. Запах Майка, этот естественный мужской запах, окутывал его, наполнял его так, что у него кружилась голова. — Тебе нужно вернуться в постель… — попытался сказать Уилл, но его голос прозвучал слабо, как будто он сам не верил своим словам. — Вообще-то, я не очень хочу спать... Я всё время смотрел на фотографии дома и видел кое-что о тебе, когда ты учился в школе, — сказал Майк, и теперь его тон был немного более расслабленным, почти непринуждённым. — Готов поспорить, что в молодости ты был довольно популярен, не так ли? Уилл нервно рассмеялся, качая головой. — Нет, всё было совсем не так, — признался он с застенчивой улыбкой. — Большую часть времени я был ботаником. Майк улыбнулся понимающей, почти весёлой улыбкой. — Я тоже ботаник, — ответил он. — Так что мы, наверное, стали бы друзьями. Уилл посмотрел на него, удивляясь тому, как легко Майк вёл разговор. Он чувствовал, что Майк каким-то образом понимал его, видел его таким, каким он не был уже давно. И от этой мысли у него в животе всё сжалось, он почувствовал смесь вины и желания, с которыми не знал, что делать. Но Майк на этом не остановился. Он сделал шаг ближе, слегка наклонившись к Уиллу, и его горячее дыхание коснулось кожи Уилла. Его слова, теперь более низкие, более интимные, начали скользить между ними, словно нежная ласка. — Или... кто знает. — Майк улыбнулся, его голос был едва слышен. — Может быть, мы были бы не просто друзьями. Может быть, мы были бы парой... Уилл посмотрел на него, и его глаза расширились от наглости Майка, но он не мог отвести взгляд. Его сердце бешено колотилось, и что-то глубоко внутри него отреагировало на эти слова так, что он не мог это контролировать. — И если бы мы были парой, — продолжил Майк так тихо, что это был почти шёпот прямо в ухо Уиллу, — я бы ни за что тебя не отпустил. Никогда. Уилл почувствовал, как его лицо вспыхнуло, когда он услышал эти слова, каждое из которых задевало потаённый уголок его сдерживаемого желания. Он не мог поверить, что Майк так смел, но в то же время какая-то его часть не могла не испытывать восхищения перед молодым альфой, стоявшим так близко и так дерзко. Майк наклонился ещё ближе, его губы были всего в нескольких сантиметрах от лица Уилла. — И если бы мой омега попросил меня, — прошептал он, и его слова балансировали на грани между соблазнительным и грубым. — Я бы не отказался наполнить его так, как он желает. Я бы не смог отказать себе в том, чтобы погрузиться в него и наполнить его своими щенками, пока он не обмякнет. Уилл открыл глаза, его дыхание участилось, когда он почувствовал, как жар разливается по всему его телу, а его дырочка начинает увлажняться. Близость Майка, его запах, его слова. Он знал, что не должен так себя чувствовать, знал, что это неправильно, но ничего не мог с собой поделать. Тело Уилла инстинктивно отреагировало, и дрожь в его руках распространилась на ноги. — Майк… — пробормотал Уилл, не зная, что именно сказать, в голове у него царил сумбур. Но Майк не стал дожидаться ответа. С последней улыбкой, в которой читалось невысказанное обещание, он медленно выпрямился и отошёл от Уилла, но не раньше, чем бросил на него последний пристальный взгляд, который, казалось, впитался в его кожу. — Увидимся завтра, Уилл, — сказал Майк совершенно непринуждённым тоном, как будто ничего не произошло, но блеск в его глазах выдавал, что он прекрасно понимал, что только что спровоцировал. С этими словами Майк вышел из кухни, как ни в чём не бывало, оставив Уилла стоять неподвижно с колотящимся сердцем. Уилл стоял на кухне, всё ещё тяжело дыша, и пытался осознать то, что только что произошло. Его тело горело, каждая клеточка его существа пульсировала от смеси адреналина и желания, которые он не испытывал так сильно уже много лет. Ленни никогда так на него не смотрел, никогда не заставлял его так себя чувствовать. — Этого не может быть, — подумал Уилл, прислонившись к стойке и пытаясь отдышаться. Но было уже слишком поздно. Слова Майка эхом отдавались в его голове, и его тело не могло игнорировать пробудившееся желание. Он посмотрел на дверь, через которую вышел Майк, его сердце всё ещё бешено колотилось. Уилл знал, что так не должно быть, что он играет с огнём, но впервые за долгое время он почувствовал себя живым. И это было то, что он не мог игнорировать.

•••

В одну из таких ночей Майк в тысячный раз решил не ложиться спать. Джейкоб устал после нескольких часов игры в видеоигры и крепко заснул в своей комнате. Но Майку не спалось. Что-то тянуло его, манило в коридор. Сладкий запах Уилла наполнял дом, становясь сильнее в это время суток. Майк, не раздумывая, встал и вышел из комнаты, направившись к двери Уилла. Он обнаружил, что она приоткрыта. Уилл был в своей комнате, одетый в шёлковую пижаму, которая идеально облегала его фигуру, подчёркивая мягкость его тела. Уилл удивлённо посмотрел на него, увидев его здесь. — Что ты здесь делаешь, Майк? — спросил он тихо, но с нотками нервозности в голосе. Майк прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, и посмотрел на него с той настойчивостью, которая, как он знал, обезоруживала Уилла. — Я хотел поговорить с тобой, — ответил Майк низким, почти соблазнительным голосом. Уилл нахмурился, явно пытаясь сохранить контроль над ситуацией. — Уже поздно, Майк. Тебе не следует здесь находиться... — но, несмотря на его слова, что-то в его тоне, казалось, приглашало его остаться. — Впусти меня, я ненадолго, — настаивал Майк, входя в комнату, не дожидаясь чёткого ответа. Уилл вздохнул и, почти против своей воли, кивнул, направляясь к кровати, пока Майк закрывал за ним дверь. — О чём ты хочешь поговорить? — спросил Уилл, сидя на краю кровати и стараясь вести себя естественно, хотя его тело явно выдавало напряжение. Майк подошёл ближе, замечая каждую деталь, от лёгкого дрожания рук Уилла до того, как его грудь поднималась и опускалась при размеренном дыхании. — Мне кое-кто нравится, — начал Майк почти непринуждённо, хотя его взгляд не отрывался от Уилла. Услышав это, Уилл заметно напрягся, и его сердце забилось быстрее. Он не понимал почему, но мысль о том, что Майк интересуется кем-то другим, беспокоила его. Он попытался скрыть это, натянуто улыбнувшись. — О, да? И кто это? — спросил он, стараясь говорить нейтрально. — Он омега, — сказал Майк, медленно оглядывая тело Уилла. — Я недавно с ним познакомился, и он... красивый. Очень милый, сексуальный, молодой... Уилл почувствовал неожиданный укол ревности. Молодой? Он не знал почему, но это задело его сильнее, чем он хотел признать. Его улыбка стала натянутой, и он кивнул, выдавливая из себя поздравления. — Я рад за тебя, Майк. Это... здорово, что ты кого-то нашёл. Майк заметил перемену в тоне Уилла. Он улыбнулся про себя, понимая, что попал в точку. — Я хотел спросить твоего совета, — продолжил Майк, подходя ближе и садясь рядом с Уиллом на кровать. — Я не знаю, как ухаживать за таким омегой, как он. Я хочу произвести на него впечатление. Уилл, хоть и чувствовал себя неловко, старался стоять на своём. — Ну, ты можешь быть с ним помягче, — ответил он, пытаясь контролировать разговор. — Омеги ценят нежность, заботу… — И как мне его трахнуть? — внезапно перебил Майк, понизив голос. Уилл тут же покраснел, его глаза расширились от удивления. — Об этом тебе стоит поговорить с сексологом, Майк... — нервно ответил он, отводя взгляд. Но Майк не сдавался. — Нет. Я хочу, чтобы ты мне ответил, — настаивал он, и теперь в его голосе звучала решимость, а взгляд был прикован к Уиллу, как у хищника, выслеживающего свою добычу. — Ты опытный и ты омега. Уилл тяжело сглотнул, чувствуя, как напрягается его тело. Он знал, что это неправильно, но не мог не поддаться влечению к Майку. — Всё дело в согласии, — пробормотал Уилл, чувствуя, как кровь приливает к его шее. — Может, ему нравятся нежные прикосновения, когда им доминируют? Майк улыбнулся, облизывая губы при этих словах. — Доминируют? — повторил он низким, полным желания голосом. — Мне это нравится. Я хочу доминировать над своим омегой. Трахать его так, как он того заслуживает. Уилл на секунду закрыл глаза, и от этих слов у него засосало под ложечкой. Он так давно не слышал ничего подобного, никто не хотел его так, как он. И хотя он знал, что не должен этого делать, он не мог не почувствовать себя польщённым и взволнованным. — Некоторым омегам также нравится, когда их целуют по всему телу... и иногда они просят об этом своего альфу, — добавил Уилл, не осознавая, что поддаётся на уговоры. Майк наклонил голову, пристально глядя на него. — Твой муж так с тобой обращается, Уилл? — спросил он, зная, что попал в больное место. Уилл отвел взгляд, чувствуя себя неловко. — Это не имеет значения, Майк. — Конечно, имеет, — настаивал Майк, наклоняясь ближе, пока их колени не соприкоснулись. — Он обращается с тобой так, как ты заслуживаешь? Он прикасается к тебе так, как тебе нравится? Уилл не ответил, его дыхание участилось, а губы слегка задрожали. Именно тогда Майк осмелился сделать следующий шаг. Его рука медленно скользнула по бедру Уилла, нежно, но уверенно. Уилл издал тихий, почти непроизвольный стон, и его тело содрогнулось. — Майк, нет… это неправильно. — Да ладно, ты заслуживаешь побыть наедине с собой, ты заслуживаешь, чтобы кто-то сделал тебе приятно. — Нет... мы не можем этого сделать... — пробормотал Уилл дрожащим голосом, но не отнял руку от руки Майка. — Конечно, мы можем, — сказал Майк, наклоняясь ближе и почти касаясь губами губ Уилла. — Никто ничего не узнает. Никто нас не раскроет. — Джейкоб в соседней комнате… — попытался возразить Уилл, хотя в его голосе уже не было прежней уверенности. — Джейкоб крепко спит, — пробормотал Майк и, не дожидаясь ответа, сократил расстояние между ними, грубо целуя Уилла и вторгаясь языком в его рот с такой настойчивостью, которая застала омегу врасплох. Уилл застонал, прижавшись губами к губам Майка. Так давно его никто не целовал. Так давно он не чувствовал себя по-настоящему желанным. И теперь молодой, сильный альфа целовал его так, словно не мог устоять, словно это было ему нужнее воздуха. Уилл, сам того не осознавая, начал отвечать на поцелуй, его дрожащие руки поднялись к плечам Майка, ощущая твёрдость его мускулов. Он понимал, что это ошибка, но в тот момент всё, о чём он мог думать, — это как приятно снова быть желанным. Уилл чувствовал себя пойманным в ловушку бури эмоций и ощущений, которые он не мог контролировать. Он так давно не ощущал прикосновения кожи альфы к своей, не чувствовал веса сильного молодого тела, желающего его, прикасающегося к нему так, словно он был единственным, что имело значение в этот момент. Когда Майк уложил его на кровать, раздвинув его ноги с такой настойчивостью, что по его телу прошла волна почти запретного удовольствия, Уилл понял, что переступил черту, за которой возврата уже не будет. Его разум разрывался между непреодолимым желанием, которое он испытывал к молодому альфе, и чувством вины, которое терзало его на задворках сознания. Но когда Майк наклонился и жадно поцеловал его в шею, всё остальное исчезло. Жар губ Майка, скользящих по его коже, сводил Уилла с ума. Когда альфа разорвал его шёлковую пижаму, обнажив грудь, омега издал стон, который тут же заглушил рукой. Он не мог позволить себе шуметь, когда его сын был в соседней комнате, но удовольствие было слишком сильным, чтобы сдерживаться. Его кожа горела от прикосновений Майка, и когда губы молодого альфы сомкнулись на его сосках, тело Уилла невольно выгнулось навстречу ему, словно прося большего, гораздо большего. — М-Майк… — выдохнул Уилл, его дыхание участилось, пока он пытался справиться с нахлынувшими на него ощущениями. Он не хотел в этом признаваться, но скучал по этому чувству — прикосновению альфы, вниманию, которое заставляло его чувствовать себя желанным, ценным. И Майк пробудил в нём голод, который он давно не испытывал, плотское желание, пожиравшее его изнутри. Майк, в свою очередь, был погружён в мир собственной похоти. С того самого момента, как он впервые увидел Уилла, он мечтал об этом моменте, и теперь, когда он был у него, он не собирался упускать его. Он сосал соски Уилла с яростным, почти отчаянным желанием, и каждое движение его рта вызывало у омеги приглушённые стоны. Майк хотел пометить его, хотел, чтобы Уилл чувствовал каждую секунду удовольствия, которое он ему доставлял, хотел, чтобы Уилл знал, что ни один другой альфа, даже его муж, не может заставить его чувствовать себя так. — Ты идеален, Уилл… — прошептал Майк ему на ухо, опуская руки на талию омеги. Его не волновала разница в возрасте или то, что Уилл был отцом его друга. Важно было лишь то, что Уилл был омегой его мечты, единственным, кто пробуждал в нём это неконтролируемое желание. Уилл попытался возразить, когда Майк начал стягивать с него нижнее белье, но тело предало его. Жар между ног был неоспорим, а его член был твердым и пульсировал от желания под твёрдой рукой Майка. Их взгляды на мгновение встретились, и Уилл почувствовал острый укол вины, когда заговорил дрожащим голосом: — Это неправильно, Майк… — но его словам не хватало силы, чтобы остановить происходящее. Майк улыбнулся ему, и его улыбка была полна злобы и похоти, когда он устроился сверху. Вес его тела был невыносимым, но Уилл не мог сопротивляться. Он шире раздвинул ноги, приглашая молодого альфу сделать то, чего, как они оба знали, они оба хотели. — Я просто пытаюсь угодить омеге, чей альфа не знает, как о нём позаботиться, — пробормотал Майк, слегка покачивая бёдрами и начиная тереться членом об задницу омеги. — Майк... — Ты давно хотел меня, и я дам тебе то, чего ты хочешь, — сказал он, прежде чем одним резким движением войти в него, сломив любое сопротивление, которое мог оказать Уилл. Уилл издал сдавленный стон, крепко вцепившись руками в простыни, когда почувствовал Майка внутри себя. Он так давно не чувствовал, как альфа заполняет его, и первоначальная боль быстро сменилась взрывом удовольствия, от которого у него перехватило дыхание. Его тело дрожало под весом Майка, ноги тряслись, когда молодой альфа начал двигаться. Руки Майка поднялись выше, дразня его соски, вырывая из горла Уилла стоны, которые умирали у него во рту. Уилл запрокинул голову, наслаждаясь удовольствием. Его руки нашли кудри Майка, отчаянно сжимая их, пока он чувствовал, как альфа погружается в него всё глубже и глубже, попадая в то самое место, от которого у него перед глазами вспыхивали звёзды. Когда стоны Уилла стали громче, Майк прикрыл ему рот рукой. — Ты должен вести себя тихо, омега. Твой ребёнок в другой комнате, — тихо простонал Майк, прижимаясь своим членом к Уиллу, прежде чем отстраниться и снова войти, жёстко и быстро, и звук их тел, соприкасающихся друг с другом, наполнил воздух. Тело Уилла начало содрогаться от силы толчков Майка, и Майк застонал от удовольствия, чувствуя, как тело Уилла приветствует его непреодолимым теплом. Каждый толчок был подтверждением того, чего Майк жаждал неделями. Он взглянул на лицо Уилла — прекрасное и уязвимое — и не смог сдержать высокомерной ухмылки. — Значит, такой «мальчик», как я, заставляет тебя чувствовать себя лучше, чем заставлял твой муж за все эти годы? — спросил Майк с удовлетворением в голосе, надавливая сильнее и вызывая у Уилла униженный стон. Уилл застонал, уткнувшись в руку Майка. Ему было стыдно признаваться в этом, но он не мог отрицать. Никто и никогда не заставлял его чувствовать себя так. Руки Майка на нём, его рот, его сила… всё, что больше не давал ему муж, Майк делал без усилий. Но сказать это вслух было слишком. Каждое слово Майка было как искра, разжигающая что-то более глубокое в Уилле. Он не хотел сдаваться, но ничего не мог с собой поделать. Майк завладел им, контролировал его, и, хотя всё это было неправильно, он не мог остановиться. Каждый толчок приближал его к краю, удовольствие нарастало, пока не стало невозможно повернуть назад. Майк слегка прикусил шею Уилла прямо над сонной артерией, и Уилл не смог сдержаться. Он сильно потянул за волосы Майка, и его тело предалось наслаждению. Майк ухмыльнулся, уткнувшись ему в шею, зная, что Уилл именно там, где он хочет его видеть. Он ускорился, толкаясь сильнее, наслаждаясь каждым стоном, который вырывал из омеги. Он чувствовал, как тело Уилла реагирует на каждое его движение, извиваясь под ним, полностью в его власти. — Ты такой идеальный омега, — прошептал Майк, покусывая мочку уха Уилла, в то время как его руки скользнули вниз и крепко обхватили бёдра Уилла, притягивая его ближе с каждым толчком. Уилл потерялся в удовольствии. Его руки вцепились в спину Майка, ноги дрожали, когда альфа доводил его до предела. Кожа покрылась потом, дыхание прерывалось стонами и вздохами. Он не мог думать ни о чём, кроме тела Майка над своим, о том, как тот наполнял его и заставлял чувствовать себя желанным, более желанным, чем когда-либо за последние годы. Он закричал в ладонь Майка, его тело затряслось, когда он кончил, спина выгнулась, и всё его существо отдалось всепоглощающему удовольствию. Майк зарычал, почувствовав, как тело Уилла напряглось вокруг него. Он знал, что тоже близок к оргазму, и, сделав ещё несколько резких толчков, кончил, его член набух и сжал их обоих, когда он наполнил Уилла всем, что у него было, издав низкий, хриплый стон, когда излился в него. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь их тяжёлым дыханием. Майк рухнул на Уилла, их тела переплелись, оба были покрыты потом и всё ещё дрожали от напряжения. Уилл закрыл глаза, понимая, что то, что они только что сделали, было неправильно, но не мог отрицать, насколько это было невероятно. И когда Майк устроился рядом с ним, Уилл не мог не задаться вопросом, как они дошли до этого…