Десять ночей. Продолжение

      Ранним утром я сидела на бетонном полу в самом бюджетном жилье с общими кухней и санузлом — в тесном помещении, которое по площади лишь немногим больше шкафа, с крошечным окном. Потрескавшаяся краска была не только на стенах снаружи, но и внутри моей комнаты, а кое-где проступали бетонные стены. В комнате помимо односпальной кровати был небольшой стол, стулом мне служила всё та же кровать, а у самого входа стоял шкаф с одной покосившейся дверцей.       В первый же день после приезда в Сеул я устроилась на работу в круглосуточный магазин, чтобы не тратить деньги, которые дал господин Ким. Хозяевами магазина оказалась пожилая супружеская пара, которая с радостью приняла меня. Объявление о вакансии я увидела на входной двери, когда искала адрес своего временного жилья. Магазин находился в доме напротив моей ночлежки.       Каждый раз после того, как отрабатывала ночную смену в круглосуточном магазине, уже на протяжении месяца я ежедневно уделяла несколько часов поиску работы в дневное время, перед тем как успеть выспаться перед новой сменой. В свои же выходные я чаще всего отправлялась в центр города и гуляла до позднего вечера.       Я намеренно не снимала апартаменты более комфортные, чтобы переехать, когда уже удастся найти стабильную работу, но пока все складывалось не в мою пользу. ткликаясь на вакансии, я стабильно получала отказы. У меня имелись определённые требования к работе, но проблема была в том, что я не соответствовала ни одному из требований работодателей. Меня даже не приглашали на собеседование.       Женщина на вокзале не обманула — это действительно было старое, но относительно чистое жильё. Тараканов не было, а соседи оказались тихими людьми. Единственным недостатком был оглушительный храп некоторых мужчин, от которого не помогали даже беруши, и это мешало выыспаться перед следующим рабочим днём. Посуточная оплата и отсутствие залога меня полностью устраивали. Зарплаты хватало с лихвой, чтобы оплатить жильё и разнообразно питаться, даже оставались лишние деньги, которые я сразу же переводила на банковский счёт, накапливая их.       За месяц жизни в Сеуле я изменилась до неузнаваемости. В свой первый выходной я зашла в парикмахерскую поблизости, чтобы сделать короткую стрижку в японском стиле, как мне объяснил мастер, который стриг. Я стремилась к переменам, и поскольку внутренние изменения требовали времени, я решила сосредоточиться на том, что можно изменить быстрее. Это означало, что я буду работать над внешними аспектами своей жизни, чтобы добиться максимального результата.       Срезав волосы, я почувствовала облегчение — это был жест освобождения.       Затем я уже занялась покупкой новой одежды. Прежде чем сделать выбор, обошла несколько магазинов и остановилась на том, где, как мне показалось, действительно помогли подобрать одежду по сезону и несколько тёплых вещей на будущее. В гардеробе появилось платье для собеседований, ещё одна пара джинсов, несколько лонгсливов и худи. На будущее я купила лёгкую куртку.       Лето было в разгаре, и тепло должно было продлиться до конца июня, а затем начинался сезон дождей. Именно к этому времени я хотела съехать из своей ночлежки. Поиски работы через интернет не приносили успеха, и, находясь на грани отчаяния, я решила пройтись по деловому кварталу, чтобы попытаться отдать своё резюме администраторам или даже сразу пройти собеседование.       Я наметила для себя несколько мест, которые хотела посетить, и поддалась искушению, которое испытывала регулярно. Я просматривала социальные сети господина Кима. Он активно вёл свои аккаунты, часто делился своими музыкальными предпочтениями и просто писал о своих мыслях и фотографиях. К своему стыду, я подписалась не только на его аккаунты, но и на фанатские сообщества.       Сначала я жадно читала всё, что попадалось мне на глаза, но потом поняла, что большая часть информации была создана просто ради производства контента. Я просматривала аккаунты девушек, которых подозревали в отношениях с ним. И, чёрт возьми, они все были прекрасны, а некоторые из них, особенно последняя, с которой у него был совместный трек, идеально подходили господину Киму.       Я перешла на её страницу и прочитала одну из статей. Она не только была красива, но и имела свою группу, а также писала и исполняла свои песни и, вероятно, была отличным собеседником. Их совместная песня мне понравилась, и от этого мне стало грустно вдвойне. Боже, мне никогда не заинтересовать такого мужчину. То, что произошло, — это сбой в матрице или где-то ещё, где планируются пересечения судеб людей. И даже если случится чудо, как это произошло со мной и господином Кимом, или сойти с ума и поверить, что я действительно его заинтересовала, то удержать его внимание мне не под силу.       Моё единственное умение — цитировать Священное Писание. Боже мой, какая я жалкая! Я сижу в этой бетонной клетке и занимаюсь сталкерством, мечтая ещё раз увидеть господина Кима. Я понимала, что даже если увижу его, это будет конец. Мне нечего ему предложить, кроме своего тела, которое не выдержит конкуренции с женщинами, которые его окружают. Вот так я и занималась самобичеванием почти каждое утро после ночной смены, прежде чем лечь спать.       Полное разочарование и постоянный стресс. Я всё ещё не привыкла к шуму и ритму большого города, хотя жила не в самом престижном районе. Все же нет, его можно было назвать престижным, но среди бедных кварталов. Это слабое утешение.       От постоянных отказов в поисках работы моя уверенность и настроение таяли с каждым днём. Конечно, это напрямую повлияло на моё здоровье, а точнее на цикл. Я по-прежнему оставалась худой, на грани анорексии, но живот раздуло, а месячные были скудными. Скорее, это была просто пародия на них. На прокладке были полосы красно-коричневого цвета, а не полноценная кровь. Не хватало мне ещё разбираться со здоровьем. Проблемы с циклом у меня были периодически из-за худобы и стресса, пока я жила в приюте. Так что в принципе ничего нового. С этим я смогу справиться, особенно когда найду постоянную работу и съеду из этой комнатушки. Стресс снизится, и месячные вернутся.       Обычно я просматривала публичные страницы и аккаунт господина Кима, а затем заходила в единственный чат в Kakao Talk, чтобы в сотый раз перечитать нашу переписку. Это занятие стало для меня своего рода мазохистским ритуалом, который в какой-то мере поддерживал меня и придавал сил.       Статус господина Кима в чате иногда становился зелёным, что означало его присутствие в сети. Однако дата последнего входа в чат указывала на десятый день его отпуска и нашей последней встречи.       Признаться честно, я окончательно влюбилась в господина Кима, и с этим ничего не поделать. Он был известным человеком, и я могла следить за его жизнью, но из-за статуса айдола я никогда не узнаю, если он начнёт встречаться с кем-то или женится. Это одновременно мучило меня и успокаивало.       Завершив самоистязание, я встала с пола и улеглась на кровать. Сегодня у меня были большие планы, но сначала нужно было отдохнуть.

***

      Я проснулась ближе к полудню. Вытянувшись во весь рост, чтобы размять затекшие мышцы, я нехотя встала с кровати. На двери висело на вешалке новое платье. Это изделие можно было бы назвать платьем с большой натяжкой. Юбка и лиф были соединены между собой, но потайная строчка была незаметна, и это выглядело как юбка с жакетом, а не как цельное изделие. Нежный оттенок бежевого и длина чуть выше колена придавали образу особую элегантность. У меня никогда не было ничего подобного из вещей, и я с восхищением смотрела на этот предмет гардероба. Сегодня я впервые надену его, и он должен принести мне удачу.       После душа я вернулась в комнату и высушила волосы старым феном, который уже почти сломался. Затем я нанесла лёгкий макияж, надела новое платье и обувь. Я не могла рассмотреть себя в полный рост, но подумала, что в любом случае выгляжу лучше, чем раньше. Я вышла из ночлежки и направилась к метро, чтобы добраться до центра города. Центр города был оживлённым. На улицах было много людей, вероятно, из-за обеденного перерыва. Я достала список мест, куда хотела зайти, чтобы оставить своё резюме. В списке были перечислены различные организации, и вакансии, на которые я претендовала, они были указаны в произвольном порядке: от администратора в кафе до помощника руководителя. Последнее вызывало у меня больше всего опасений, потому что я не представляла, что должен делать помощник.       По пути я часто видела объявления о вакансиях в кафе и небольших ресторанах, но намеренно не заходила туда. Я категорически не хотела работать официанткой и вообще не хотела работать в кафе.       Я блуждала по деловому кварталу в течение четырех часов. Время уже подходило к вечеру и концу рабочего дня у офисных работников.       Мне отказывали, куда бы я не зашла. На меня смотрели с пренебрежением, откровенно грубили или игнорировали, а в одном из офисов сотрудник на ресепшене не открыл мне дверь, сделав вид, что не замечает меня. Это было унизительно. Если сравнить получение отказов через интернет и воочию, то второе было в сотни раз хуже.       Я расположилась на скамейке и принялась за кимпаб, который купила в магазине. Он оказался не слишком вкусным: рис был сухим, а начинка уже потеряла свежесть. Но чего ещё можно было ожидать от продукта, срок годности которого подходил к концу? Наверное, ничего.       Я выбрала самый дешёвый вариант, чтобы не тратить много денег и утолить голод, от которого предательски урчало в животе. Получив то, что хотела, я не испытала радости. Этот день был невероятно тяжёлым.       Бодрость, которая была у меня утром, испарилась примерно час назад, и я уже без надежды заходила во все офисы и кафе, не обращая внимания на объявления о найме, которые были на дверях.       Я сидела на лавочке в парке и думала о том, как долго смогу продержаться и не сдаться. Остаться работать в круглосуточном магазине и жить в этой ночлежке. Меня охватило уныние. Почему всё так печально и нет никакого выхода? Очевидно, я пытаюсь прыгнуть выше своих возможностей. Никто не возьмёт на работу девушку с начальным школьным образованием. Но, чёрт возьми, я не претендую на вакансии, требующие специального образования, мне нужен лишь шанс. Один маленький шанс.       Я доела отвратительный кимпаб и запила его водой, чтобы избавиться от неприятного вкуса и сухости во рту. Встав со скамейки, я уже собиралась идти к метро, как вдруг увидела красивые стеклянные двери. Рядом с ними была металлическая табличка, которая гласила, что это офис городской газеты.       Я была в отчаянии и подошла к дверям, чтобы войти.       Офис представлял собой огромное помещение, которое, вероятно, раньше использовалось для производства. Потолки были высокими, а все коммуникации, включая воздуховод и провода, лежали на металлических поддонах, закреплённых на таких же держателях.       В офисе стоял гул, множество работников сидели за своими столами. Вдоль одной из стен были расположены небольшие комнаты со стеклянными стенами. Я поняла, что это были переговорные и часть из них, вероятно, использовалась как кабинеты для начальства.       Я подошла к девушке на ресепшене и представилась.       — Здравствуйте! Меня зовут Хан Аран. Я хотела бы узнать, есть ли у вас открытые вакансии.       Сотрудница подняла на меня взгляд, в котором читалось веселье.       — О, наконец-то, хоть кто-то пришёл! — всплеснула она руками.       Я нахмурилась, не понимая, о чём она говорит.       — Так у вас есть вакансии? — повторила я вопрос.       — Да, нам нужен офис-менеджер. Это написано на сайте.       — Эм, можно оставить своё резюме?       — Нет! — воскликнула она. — Вы можете сразу пройти собеседование. Руководитель сегодня здесь.       Меня немного насторожила её реакция. Может быть, я неправильно выразилась или она не поняла, что я сказала?       — Подождите немного, — сказала девушка и резко развернулась, скрывшись за рядами столов.       Я осталась стоять в одиночестве. Мимо проходили другие сотрудники, занятые своими делами. Ожидание было недолгим.       Девушка, не подходя ко мне, издалека махнула рукой, приглашая следовать за ней. Мы вошли в один из кабинетов со стеклянными стенами. За столом сидела женщина лет тридцати с чёрными волосами до плеч.       Я низко поклонилась, сердце бешено колотилось, было страшно произнести хоть слово.       Женщина внимательно посмотрела на меня и задала первый вопрос:       — Как вас зовут?       — Кхе, Хан Аран, — ответила я, прокашлявшись.       — Я не видела вашего резюме. Через какой ресурс вы отправляли заявку?       — Эм, я пришла к вам лично, чтобы оставить резюме.       — То есть мы вас не приглашали? — резко спросила женщина.       — Нет, — ответила я, глядя ей прямо в глаза.       — Хм, давайте ваше резюме, Хан Аран, — строго сказала женщина, протянув руку.       Её тон внушал мне страх, но я изо всех сил старалась не показывать этого. Не знаю, откуда во мне взялась такая стойкость, но за этот день я столько раз слышала отказы, что эта женщина не могла меня ничем удивить, и в ступор я впадать не собиралась.       — Здесь почти ничего нет, — сказала руководительница, пробежав глазами и не поднимая их.       — Кхе, вы совершенно правы, — начала я. — У меня нет никакого опыта работы и только начальное образование.       Она вопросительно подняла одну бровь и, не мигаяя, смотрела на меня. Я передернула плечами и продолжила:       — Я очень хочу работать у вас.       — Ты понимаешь, что на эту вакансию претендуют более достойные кандидаты?       — Да, понимаю. Я не могу предоставить доказательства своих способностей, таких как опыт работы и хорошее образование, но я уверена, что в перспективе буду более полезной в этой работе, потому что я хочу работать у вас и приложу все усилия, чтобы не разочаровать.       Я выпалила это на одном дыхании. Это были все мои мысли, больше мне нечего сказать. Если мне откажут и здесь, то я, скорее всего, просто опущу руки. Уже месяц я не могла найти работу, хватит питать себя пустыми надеждами, мой удел — работа в круглосуточном магазине.       — Что ж, это было впечатляюще, Хан Аран, — сказала женщина, поморщившись. — Меня зовут Пак Мунбёль. Оставь свои контакты, Хёне.       Я повернулась к девушке, которая привела меня. Она улыбнулась.       — Здравствуйте, я Нам Хёна, — представилась она, помахав рукой.       — Мы с вами свяжемся, — ответила Мунбёль и погрузилась в изучение документов.       Хёна потянула меня за рукав, и мы вместе вышли из кабинета.       — Ты держалась молодцом, — сказала она.       — Думаете, у меня есть шанс? — смущённо спросила я.       — Думаю, да. Сегодня должны прийти ещё несколько человек, но мне кажется, ты ей понравилась, — с улыбкой ответила девушка. — Можешь обращаться ко мне по имени, я ненамного старше тебя. Сколько тебе лет?       — Эм, восемнадцать, — ответила я.       — А мне двадцать. Не такая уж большая разница, — Хёна улыбнулась.       — Что ж, Хёна, надеюсь, мы ещё увидимся, — сказала я, когда мы подошли к ресепшену.       У стойки стояла другая девушка. Она окинула меня оценивающим взглядом и обратилась к Хёне:       — Я на собеседование.       — Конечно, конечно, идите за мной, — Хёна повернулась ко мне и помахала рукой. — До встречи, Аран. Оставь данные на столе.       — Пока, — я помахала ей в ответ.       Волнение охватило меня, дыхание перехватило. Меня бросило в жар, а желудок скрутило. Сглотнув вязкую слюну, я положила на стол распечатанное резюме. Мне казалось, я бы всё отдала, чтобы получить эту работу. Хёна показалась мне очень милой и приветливой, а вот Мунбёль произвела неоднозначное впечатление. Она казалась строгой и неприветливой, но то, что она уделила мне время и выслушала, расположило к ней.       В животе снова заныло. Зря я купила этот кимпаб с исходящим сроком годности, теперь придётся мучиться всю дорогу. У меня не было с собой никаких лекарств.       Я поспешила к метро, чтобы скорее вернуться в свою комнату. Добравшись до дома, я уже изнемогала от боли в желудке. К тому же меня укачало, и тошнота подступала к горлу. По дороге я несколько раз сдерживала рвотный позыв, но, когда я была уже за углом здания, меня всё же вырвало. Извергнув из себя всё съеденное за день, я никак не могла отдышаться. Даже после того как желудок опустел, облегчения не наступило. Полностью обессилев, я добралась до комнаты и упала на кровать. Я пролежала около получаса, прежде чем нашла в себе силы встать и переодеться. Желудок всё ещё был неспокоен, и несколько раз возникал рвотный рефлекс, но ничего не вышло. Надев пижаму, я поставила рядом небольшой таз с водой, чтобы в случае рвоты не бежать в общий туалет. Чтобы как-то облегчить своё состояние, я выпила воды, но и она вышла из меня вместе с желчью. Состояние было ужасное, кажется, даже поднялась температура. Я мучилась так всю ночь, и только под утро всё успокоилось, и я смогла заснуть.