Запах осени на его шее

      Осенние листья кружились по двору Аврората, подгоняемые прохладным ветерком, и Гарри поёжился, поплотнее закутываясь в пальто. Погода последние дни стояла настолько отвратительная, что даже выходы на перекур перестали восприниматься как что-то приятное.       Из приоткрытого окна столовой раздавались весёлые голоса только пришедших на обед коллег, то и дело мелькала вихрастая голова Симуса, наверняка опять устраивающего очередное шоу, за которое в конце дня его ждал нагоняй от Робардса.       Гарри затянулся, наблюдая за тем, как по небу нестройной гурьбой бегут рваные серые тучи, предвещающие скорую грозу. Струйка дыма скользнула к крыше крыльца и растворилась в густом, напряжённом перед ливнем воздухе.       Недавние дела тоже не радовали, — сплошные убийства, насилие и тёмная магия. Несколько лет назад, только-только закончив обучение в Академии, он был уверен, что Рон многое потерял, отказавшись поступать вместе с ним и выбрав карьеру охотника в национальной команде по квиддичу. Каждое преследование чёрных магов, потерянные артефакты с плохой историей и жертвы оккультных ритуалов воспринимались как что-то интересное, как очередная победа добра над злом.       Сейчас же, спустя время, Гарри бесконечно завидовал, слыша, как на очередной встрече Рон рассказывает о своих карьерных достижениях и поездках на чемпионаты мира. Разумеется, он радовался за друга, но в глубине души всё чаще зарождалось сомнение, что на самом деле, это он совершил неправильный выбор.       Всякий раз получая на руки запись о новом ужасающем преступлении, Гарри только и думал о том, чтобы бросить всё и уйти. Плевать на приближающееся место Главного Аврора и на хорошую зарплату, в конце концов, ни жены, ни детей, нуждающихся в его деньгах, у него не имелось, а самому жить в бедности было не в первой.       Единственный, кто, как ни странно, держал его на работе — Малфой. Бессменный молчаливый напарник, потерять которого совсем не хотелось.       Школьные распри давно остались в прошлом, и теперь в груди теплело каждый раз при взгляде на знакомый профиль, склонившийся над отчётами у окна общего кабинета.       Искать объяснение своим чувствам Гарри не желал, а потому не делал ровным счётом ничего для их развития или погашения. Со временем он научился сосуществовать с ними точно так же, как раньше сосуществовал со злостью.       Принимая их. — Поттер, не найдётся сигареты? — знакомый голос отвлёк от тяжёлых размышлений, заставляя вернуться в реальность.       Малфой в неизменном сером аврорском костюме и чёрном пальто стоял возле двери, устало улыбаясь. Очередной порыв ветра взлохматил аккуратно уложенные волосы, и светлая прядка упала на лоб, разделяя бледное лицо на две половинки. — Кончились, не брезгуешь? — Гарри протянул напарнику свою сигарету и вскинул бровь, замечая странный всполох в глубине серых глаз. — Переживу, — Малфой помедлил и кивнул. — Робардс просил зайти после перекура.       Гарри промолчал, наблюдая, как фильтр касается сухих губ, кончик сигареты загорается, и с уголка рта вытекает несдержанный дым.       Тонкие пальцы поправили прядь и аккуратно смахнули пепел с пальто.       Впервые за все месяцы совместной работы он позволил себе так нагло, неотрывно смотреть на Малфоя. — Что-то случилось? — тот, видимо, считал пристальный взгляд иначе и напрягся, возвращая сигарету. — Нет, — Гарри хмыкнул и закурил, ощущая во рту прохладный вкус мяты и тыквенного пирога. — Ты никогда не думал о том, чтобы уволиться? — А есть повод? — Малфой прищурился и подошёл поближе, запуская руки поглубже в карманы. — Просто спрашиваю, — Гарри мотнул головой, вновь протягивая сигарету.       Вдалеке громыхнул гром, ветер усилился, воздух стал более густым, затрудняя дыхание. — Хочешь получить все лавры в одиночку? — уголок губ Малфоя дёрнулся, и в серых глазах блеснули смешливые искорки.       Он чуть наклонился и затянулся прямо из рук Гарри, не отрывая от него серьёзного взгляда.       Сердце бухнуло в рёбра и застыло, не зная, как себя повести, — биться ли дальше или упасть вниз, в непроглядную тьму. — Не уверен, что хочу целиком отдаться депрессии, — на счастье, голос даже не дрогнул.       «И уж точно не хочу отдавать ей тебя», — молниеносно пронеслось в мыслях. — Всемирному Герою больше не нравится спасать мир? — Малфой выпустил изо рта колечко дыма и поднял подбородок, задевая шершавыми, прохладными губами пальцы Гарри. — Жертвуя собой? Так себе перспектива, — тот поправил очки и поскорее затянулся, со сладковато-тревожной дрожью ощущая, как рот наполняется тягучей слюной.       Из мрачных туч вырвались и упали на землю первые капли, расплываясь по сухому асфальту тёмными пятнами. Порыв ветра подхватил кучу листьев, разнося её по двору.       Малфой хмыкнул, и лицо его стало серьёзным: — Планируешь уйти?       Гарри кивнул, слизывая с губ тающий вкус пряной тыквы. Почему-то всегда казалось, что Малфой пахнет яблоками, а не пасмурной осенью.       Серые глаза помутнели, отражая подступающую грозу и косой дождь, стеной надвигающийся с ворот. — Придётся работать в одиночестве, — бесцветно заметил Малфой и осторожно забрал сигарету, обхватывая фильтр подрагивающими губами. — Ну, тебе наверняка дадут нового напарника, — от касания по коже пробежала волна мурашек, и Гарри расправил плечи, натянуто улыбаясь. — Наверняка, — глухо прозвучало в ответ.       Развернувшись на каблуках, Гарри направился в сторону железной двери, не позволяя себе обернуться. Чувства, до этого плотно запертые в груди, прорывались наружу, болезненно цепляясь за лёгкие.       Если он уйдёт, то никогда больше не увидит Малфоя. Не сможет целоваться с ним, пусть и через сигарету.       За его спиной грохотнул гром, эхом разлетаясь по пустому двору, и ливень с новой силой забарабанил по крыше крыльца, увлажняя абсолютно сухой воздух.       Гарри быстро моргнул и потянул ручку на себя, с такой силой вцепившись в неё пальцами, что они побелели. Он уже хотел было войти в коридор, когда почувствовал сзади движение. Крепкая ладонь, искажённая тонким шрамом, с силой надавила на дверь, захлопывая её. — Если ты не хочешь здесь работать — хорошо. Не мне тебя удерживать, Поттер. Но видеться мы всё равно будем, ясно? Каждое утро будем курить, как и раньше, — твёрдо произнёс Малфой, опаляя его ухо разгорячённым дыханием. — Я два года из кожи вон лез, чтобы меня поставили твоим напарником, а ты хочешь меня бросить так, будто это ничего не значит.       Яркая молния разорвала грозовое небо, и Гарри обернулся, оказываясь вплотную прижатым к Малфою. Его бледное лицо казалось ещё белее в свете вспышки, а в серых глазах бушевала своя собственная буря, превращающая низ живота в вот-вот готовый извергнуться вулкан. — Только при условии, что курить ты будешь, как сейчас. Из моих рук, — в тон ему прошептал Гарри, касаясь губами мочки, прикрытой отросшими волосами. — Если понадобится, Поттер, то я буду это делать в любой позе, хоть на коленях, — Малфой усмехнулся и провёл ладонью по ремню Гарри, обхватывая пальцами набухшую ширинку. — Как тебе больше нравится? В костюме на голое тело? В рубашке? Или чертовски обнажённым?       Нервный вздох потонул в очередном раскате грома, сердце провалилось в бушующую бездну возбуждения, напоследок разрываясь на миллиард частиц. — Чертовски обнажённым, — слетело с губ, пока взмокшие ладони шарились по чужому телу, отчаянно пытаясь расстегнуть все пуговицы. — Ну-ну, Поттер, я хочу уйти по-собственному, а не за секс на рабочем месте, — расплываясь в хитрой улыбке, Малфой отшатнулся. — Возможно, сегодня…ммм…скажем, в половине восьмого я буду свободен. — Ладно, тогда в половине восьмого, — Гарри серьёзно кивнул и, будучи не в силах противиться желаниям, потянулся, касаясь ноздрями шеи с искушающе бьющейся венкой и вдыхая мягкий запах мятного дождя. — Я буду ждать тебя у твоей квартиры. — Постараюсь не опоздать, — шепнул Малфой, быстро чмокая его в нос и протискиваясь в приоткрытую дверь.       Через пару секунд, когда его методичные шаги раздались на лестнице, Гарри выдохнул и вошёл следом, приглаживая взлохмаченные влажные волосы.       Сегодня он обязательно напишет заявление об увольнении, пойдёт к Малфою домой и выебет его, сцеловывая стоны с холодных шершавых губ, а затем останется в его квартире навсегда. Больше никаких расставаний и тревог.       Чертовски обворожительный Драко Малфой пахнет пряно-острой тыквой, ледяной мятой, сигаретным дымом и дождями. Он олицетворение бури и спасения в одном лице.       Пусть осень остаётся такой же серой и тяжёлой, Гарри сможет пережить ещё тысячу таких, если все они будут пахнуть Малфоем.