Когда гаснут софиты

Сцена утопала в дымке софитов, а гул аплодисментов всё ещё не стихал после мощного финала артиста А. Ведущий вышел из-за кулис. — Воу! Голос А пробивает до мурашек, не так ли? — крикнул он в микрофон, перекрывая волнение зала. — Ну что, зал, пошумим для разогрева? Толпа с готовностью подхватывает настроение, концертная площадка наполняется восторженными криками. — Слышу, слышу! — продолжал он. — Жаль, конечно, что наша программа уже близится к завершению... но впереди еще как минимум три потрясающих гостя! И им тоже нужна ваша поддержка, так же как... Он не успевает договорить, по залу начинает прокатываться волна звуков, всё громче и громче. Сначала отдельные голоса, но вскоре они сливаются в четкое название группы, громко выкрикиваемое в унисон: — Tokio Hotel! — Кто, кто? — Tokio Hotel! — Кого вы зовёте? — Tokio Hotel! — Не слышу вас! — Tokio Hotel! — ТАК ВЫ ХОТИТЕ TOKIO HOTEL?! Энергия ведущего подливает масла в огонь - фанаты будто вспыхивают от одного этого обмена, и каждый сантиметр зала пульсирует от любви к группе, которая с дебюта не покидала мировые чарты. *** За кулисами гримёрки царила напряжённая, но волнующая тишина. — Вы это слышите? Кажется, нас уже заждались, — Билл смотрел в монитор, и в его голосе дрожало нетерпение. — Ух, мои ноги сейчас сами выведут меня на сцену, не дожидаясь сигнала, — усмехается Георг. — Может, нам подстроить "несчастный случай" для группы Б и выйти раньше? — Осторожнее с такими шутками, — вмешивается Густав, бросая на него предупреждающий взгляд. — После прошлых историй лучше не рисковать. — «Tokio Hotel угрожают конкурентам и грозятся выжить из шоу-бизнеса» — протянул Том, театрально закатив глаза. — Уже вижу это в заголовках жёлтой прессы. Он встал с кресла, потянулся и, повернувшись к визажистке, изящно склонил голову: — Благодарю вас, прекрасная леди. Уверен, ваши руки были благословлены богами сцены - макияж получился просто идеальный. У каждого артиста свой способ справиться с волнением перед выходом на сцену. Кто-то со старым добрым алкоголем, кто-то с дыхательными практиками или молитвами. Том же по привычке флиртует с персоналом, то ли поддерживая образ сердцееда, то ли проверяя, не утратил ли свой шарм. — Братишка, может, хотя бы этих гримёров ты не распугаешь за один концерт? — усмехается Билл, кивая на девушку, старательно расправляющую его волосы. — Алиса со мной с нашего второго года! А твоих потом ловят то в коридорах отеля, то в офисе у менеджеров - ищут твои личные данные! — Ну и что? Я даю возможность заработать разным людям! А ты, по сути, всё сам делаешь - и грим, и укладку. Какой в этом толк? Георг и Густав, чуя приближение очередного братского спора, делают синхронный вдох... но в этот момент раздается стук в дверь. В гримерку входит группа менеджеров, настраивающих артистам ушные мониторинги. Впереди - Селин, старший менеджер команды Blitz. Девушка среднего роста, стройная, с подтянутой фигурой и очерченными мышцами. Выразительное лицо - чёткие скулы, пухлые губы, большие, тёмно-карие глаза, в которых читается постоянная концентрация. Длинные, почти чёрные волосы собраны в высокий хвост. Её кожа чуть загорелая - либо от южных корней, либо от бесконечных поездок по миру. Макияж почти незаметный: ровный тон, немного подчеркнутые глаза, легкий блеск на губах. Он больше функциональный, чем декоративный - чтобы не выглядеть уставшей даже в конце дня. Селин вошла уверенным шагом, оглядывая комнату цепким взглядом. В руках - планшет с расписанием, на поясе - гарнитура, от которой периодически доносились приглушенные команды. — У вас десять минут на проверку мониторингов. — отдав задачи своей команде, она мельком бросила взгляд на Тома, все еще не до конца собранного. — Техника на сцене почти готова, — чётко произнесла она уже обращаясь к группе. Билл ухмыльнулся. Он знал этот тон - слегка сухой, почти военный. Но также знал и то, что за ним всегда стояла железная надежность. Когда Селин берется за организацию, всё работает, как часы. — Уже? А мы думали, у нас еще вечность до перехода в зал ожидания, — протянул он игриво, убирая с лица прядь волос. — Или ты просто не хочешь, чтобы Том успел очаровать кого-нибудь из твоей команды? Селин приподняла бровь, не сдержав полуулыбку: — Если моя команда будет настолько впечатлительной, что не сможет отличить харизму от саботажа - значит, я плохо её подобрала. — Уф, жжешь, как всегда, — пробормотал Том, надев и поправляя кожаную куртку. — Но давай честно: без меня в гримерке было бы скучно. — Без тебя в гримёрке меньше жалоб в отдел HR, — парировала она сухо, но с искоркой в глазах. — Итак, пожалуйста, скажите что-нибудь в микрофоны, — обратилась Селин к участникам. — Проверим, всё ли работает как надо. Раздались короткие реплики в микрофоны. После одобрительных переглядок между собой, Билл подошёл к команде с благодарностью - как обычно от лица всей группы. Пожал всем руки, и, задержавшись рядом с Селин, решил перекинуться парой слов - они уже работали вместе, и он был искренне рад снова увидеть ее среди организаторов. — Селин, как ты? Не ожидал встретить тебя именно здесь - ты теперь в команде этой площадки? Она приподняла брови, приятно удивлённая личным вниманием со стороны Билла. Обычно она держала с артистами нейтральную профессиональную дистанцию - опыт научил ее, что с харизмой людей с обложек лучше не шутить. Один неосторожный момент и ты уже не менеджер, а скандал в прессе. — Благодарю, всё отлично. Работы много, как всегда, — ответила она с мягкой, но искренней улыбкой. — Мы подписали контракты еще с тремя площадками, так что, возможно, теперь будем пересекаться чаще. — А что ты делаешь после концерта? — с явным намёком поинтересовался Том, не теряя случая вставить свою фирменную фразу. — Может, ты и твоя команда заглянете на афтепати? — Том... — выдохнул Билл, закатив глаза. — Ради всего святого, прости его. — Не извиняйся за меня, — фыркнул Том. Селин легко выдержала эту перебранку. Она уже слышала десятки таких подкатов. — Всё в порядке, — спокойно ответила она, переводя взгляд на Тома. — Я уже привыкла к подобным... «шуткам». Всё-таки не первый год в индустрии. Затем, чуть более жёстким тоном, но всё так же вежливо: — После вашего выхода на сцену основная работа только начинается. Когда вы будете уже на афтепати, мы будем разбирать сцену, проверять кабели, подводить сводки и закрывать смену. Так что... скорее всего, к тому моменту, как я освобожусь, вы уже будете сладко спать в своих гостиничных номерах. Том замер. На секунду его взгляд стал почти растерянным, как у школьника, пойманного с запиской на уроке. — Боже, — хихикнул Георг. — Ты только что ввела Тома Каулитца в ступор. Это уже профессиональный уровень. — Определённо опыт говорит в тебе, — поддакнул Густав, не сдержав смеха. В этот раз взгляд девушки стал более живым и даже на мгновение отразилась тень усталости. Но она быстро собралась. — Удачи на сцене. — Кивнула она и, не теряя ни секунды, продолжила свою работу. Том смотрел ей вслед, пока она уходила все дальше, чётко отдавая команды в гарнитуру. Чёрная футболка, черные джинсы, из украшений - только позолоченные часы, явно на руке не первый год. Она была не из тех, кого зовут на обложки. Не любит камер, не вмешивается в творческие решения, но знает, как сделать, чтобы шоу прошло идеально. При этом никто в команде не рискнул бы сказать, что она "просто менеджер". Все знают: если Селин ушла со сцены - что-то серьёзное. Если она стоит в проходе и молчит - значит, ситуация под контролем. Даже он, Том Каулитц, поймал себя на том, что говорит в микрофон чуть чётче, чем обычно.