Когда гаснут софиты

— Стой-стой! — Селин едва переводила дыхание от смеха. — Как ты вообще умудрился её сломать?! — Я же сказал — не моя вина. Это была очень хрупкая лампа… И я споткнулся. По вине кабеля. Возможно. Не исключено, что это был призрак. — А ты, значит, охотник за привидениями? — она рассмеялась снова, уткнувшись лбом ему в плечо. После поцелуя уже не велся отчет времени. Они разговаривали будто давно знакомы – без неловкости, без спешки. Сидели на капоте машины, перебрасывались историями, фразами вполголоса, как будто вся напряженность последних дней осталась где-то там – за их спинами. — И ты не пострадал? — спросила она уже спокойнее. — Аугуст знатно надавал по шапке. Селин улыбнулась, мягко, мечтательно, словно надеясь, чтобы время остановилось в этот самый момент. Она встретила его взгляд, и в животе приятно потяжелело. Том чуть наклонился, пальцы легко коснулись её локтя – он явно собирался подарить ещё один тихий, осторожный поцелуй. В этот момент раздался гул мотора, и яркий свет фар выкроил их силуэты из темноты. Селин инстинктивно поднялась на ноги, Том следом. Машина притормозила у перил, хлопнула дверца – вышли Люси и Тео. Парень виновато помахал рукой и снова исчез в потоке света. Люси шла к ним быстрым, решительным шагом, как старшая сестра, пришедшая забрать младшую с вечеринки. Том выпрямился, и протянул руку. — Привет! Люси, верно? Я Том, приятно познакомиться. — Люси, — девушка оглядела его с головы до ног. По тону было понятно что она не в восторге от его компании рядом с ее лучшей подругой. Парень неловко опустил руку. — Сел, мы едем? «Сел…» — прозвучало почти упреком. Том уловил это. Весь шум мира вдруг отступил, и ему осталось только короткое «прощай». Он хотел сказать больше, но на языке застряла скромная просьба. — Я… напишу тебе, — прошептал он Селин, беря ее за руку. — Я буду ждать, — ответила она, чувствуя, как колотится сердце. Он отпустил её руку неохотно, будто что-то ценное. Медленно пошёл к машине. Селин смотрела ему вслед, провожая взглядом, каждый миг надеясь, что он обернется. И он обернулся – помахал ладонью, как мальчишка, которому нельзя задержаться ни на секунду, иначе он прибежит к ней обратно. Машина скрылась из виду и Селин поспешила узнать у подруги причину ее столь открыто проявленной грубости. — Садись. Обсудим дома. Эти слова будто разбудили Селин из сладкого сна. Поездка выдалась неловкой – за окнами скользили огни, внутри звенела напряженная тишина. Квартира встретила запахом сандалового диффузора. Люси вскипятила воду и включила лампу над столом, тёплый круг света очертил маленькую зону искренности. — Ну, выкладывай, — тихо сказала она, складывая руки на груди. — Чем вы занимались с этим ветреным Каулитцем и почему твои глаза светятся, как гирлянды на Рождество? Селин едва улыбнулась, обхватив ладонями чашку ромашкового чая. — Мы… просто разговаривали. Люси, ты бы слышала. Он раскрылся мне с совершенно неожиданной для меня стороны – чувственный, честный, будто впервые не прячется за маской. Знаешь, будто с ним рядом всё перестаёт быть громким. В голосе её была замешана нежность и робкая надежда. Губы дрожали, а каждое слово словно согревалось ее дыханием. Люси подняла бровь, не сурово, а тревожно. — Мне нравится, как ты светишься. Честно. Но, Сел, пожалуйста… держи голову в холоде. Я не хочу, чтобы твой огонек кто-то просто задул. Понимаешь? В сети полно историй о его… неразборчивых связях. Я боюсь, как бы ты не стала очередным эпизодом и заголовком в журнале. — Он не такой… — Ага, конечно. Селин, посмотри новости: у Тома репутация «жил не тужил» – новый вечер, новый город, новая девушка. Селин молча опустила взгляд. Свет в её глазах потускнел, уголки губ чуть дрогнули. Она не спорила – и именно это тишина резанула Люси сильнее любых слов. Люси на мгновение замялась, затем подошла ближе и присела рядом. — Эй, прости… Я не хотела задеть тебя, правда. — Она мягко коснулась её плеча. — Просто… ты же понимаешь, что за два дня это не любовь, да? Селин слабо улыбнулась, но в этой улыбке было что-то надломленное. — Ну, никто о любви не говорил, — Селин пожала плечами. Люси ее крепко обняла. — Я вижу, как это важно. Просто… разрешай себе мечтать, но не позволяй мечте ослепить тебя, ладно? Селин кивнула. Её душил клубок из страха и сладкого ожидания. Но в тишине комнаты всё ещё звучал его голос, её ладонь помнила его тепло, а сердце – тихое «я напишу». Люси пошла умываться перед сном. В это время на прикроватной тумбочке загорелся экран телефона. Том: «У тебя завтра смена в кофейне? Хочу знать, когда можно позвонить и не показаться назойливым.» Селин коснулась дисплея подрагивающими пальцами. «В любое время. Завтра выходной.» Она нажала «Отправить», прижала телефон к груди и впервые за долгое время уснула с улыбкой, ровно такой, какую дарят самые смелые сны. *** В офисе гастрольного отдела царила привычная рабочая тишина. Пахло свежемолотым кофе и отпечатанными бумагами. — По югу Европы остаются дыры: Милан, Барселона и, возможно, Неаполь, — говорил Аугуст, пробегая глазами по таблице на экране. — Нам нужно утвердить арены, и срочно – иначе эти даты у нас кто-нибудь уведет. Команда за столом молчала, кто-то делал пометки, кто-то отпивал кофе. У белой доски висела карта Европы, облепленная стикерами. — И, кстати, — Аугуст отложил планшет, — чтобы я больше не слышал о пропуске репетиций! Что, чёрт возьми, вчера было за выступление? — Да это был полный провал, — буркнул Георг. — У Густава звук в ушах плыл, как в аквариуме. А мне из-за этого пришлось подстраиваться под ритм. — Мог снять мониторинг и отыграть “на память”. Это то о чем я всегда вам говорил, где то организаторы могут оплошать, но это не должно влиять на ваш результат! — Но до этого с Blitz проблем не было. — Подал голос Густав. — Было ощущение, что всё держится на волоске. — Это потому что всё и держалось, — сухо усмехнулся Том. — Все потому что Селин не было. Она все держала под контролем. Таких редко встретишь. На этих словах Билл откинулся в кресле и потер шею: — Вот только подумайте… Она уволилась. А встретимся ли мы с ней вновь? И ведь мы даже не попрощались как следует. — Говоришь так, будто вы дружили, — Аугуст медленно оторвался от экрана, подняв бровь. — Селин, да? Способная девочка. Я ведь в самом начале пытался ее захантить в наш гастрольный отдел. Сказала, что не может по каким-то личным причинам. Повисла короткая пауза. Том, долго колебался но все же поднялся с кресла. — А если попробовать ещё раз? Аугуст скосил на него взгляд: — Думаешь, согласится? Том подался вперёд, впервые с утра проявив интерес не дежурный, а настоящий: — Думаю… у нее сейчас как раз есть свободное расписание. А у меня – ее номер. Он взял кружку, отпил глоток, и взгляд его стал почти лукавым, но внутри уже горела решимость: — Я найду способ ее убедить. *** День Селин был на удивление тихим. Она проснулась без будильника – впервые за последние недели. Свет через тонкие шторы ложился на подушку полосками, а из кухни доносился запах молотого кофе – соседка включила капельную кофеварку. После душа, с полотенцем на голове, она устроилась с ноутбуком у окна. На экране – сайты вакансий, фильтры по индустрии мероприятий, и всё те же знакомые строчки: "Ищем стрессоустойчивого менеджера", "опыт работы с артистами", "готовность к командировкам". Селин щелкала по объявлениям с холодным вниманием, отмечая интересное. Но ее отвлекла вибрация телефона. На экране – еще не записанный номер. Палец на секунду завис перед тем как нажать на кнопку "Ответить". — Алло? — Селин? Это я. Надеюсь удобно разговаривать… Он говорил чуть тише, чем обычно, и в этом голосе не было ни нотки флирта. Только волнение. — У тебя есть минутка? Я хотел бы… обсудить с тобой одну идею. Ты только скажи "да", и я организую тебе собеседование. Селин посмотрела на ноутбук. На пустой блокнот рядом. На не отвеченные письма и выдохнула. — Я слушаю, — сказала она, но в голосе уже теплилась маленькая искра.