Улыбайся

Весёлая музыка окутала зал, переполненный людьми всех мастей. Шустро перебирая клавиши инструмента, молодой мужчина оглядывался по сторонам. Его пальцы не нуждались в постоянном надзоре — они играли беспрерывно, безошибочно и игриво. Отточенное годами мастерство позволяло Моцарту отвлекаться на людей, не отвлекаясь от игры. Бесконечный поток новых лиц крутился вокруг клавесина, бросая комплименты и прочие восхищения в сторону композитора. — Браво! — кричали они, смеясь. — Это изумительно! Моцарт цеплялся за каждое доброе слово, чувствуя, как нарастает его уверенность. Даже несмотря на то, что с малых лет мужчина был осыпан вниманием, ему это не надоедало. Он любил людей и любил делать их счастливыми. Но сколько бы лестных слов он ни получал, ему всегда хотелось услышать одобрение лишь одного — самого главного человека в его жизни. Отца не было в зале в тот вечер, но его образ всплывал в светловолосой голове мальчишки почти постоянно. Леопольд сопровождал сына на все светские мероприятия, представляя его талант Европе: лучшие одежды, парики, туфли — всё должно быть идеально, чтобы их приняли в высшее общество и позволили остаться там навсегда. Несбыточные мечты, которыми жил отец, он привил своим детям. Он всегда следил, чтобы Вольфганг улыбался. Все должны его любить. Увязнув в собственных воспоминаниях, парень тряхнул головой и вернул на лицо улыбку. Одна особа успела заметить мимолётные изменения композитора и решила воспользоваться моментом, подкравшись к нему. — С вами всё в порядке? — поинтересовалась молодая девушка, прильнув к его плечу. — Конечно! Как вам моё исполнение? Вольфганг бодро подпрыгнул на месте и развернулся к новой знакомой, не вставая с табурета. Девушка была хороша собой: белые кудри спадали на румяное лицо. Аккуратные черты, длинные ресницы и большие голубые глаза поневоле заставляли задуматься о прикосновениях к ним. — Это было чудесно! Я бы хотела научиться играть так же. Вы… берёте учеников? — Думаю, я мог бы вам с этим помочь! — без промедления ответил парень. Отец всегда учил его не упускать шанс. Любой повод оказаться в семье знати — гарант счастья и благополучия. Делай всё, чтобы тебя заметили. А когда заметят — используй их ресурсы. Блондинка взяла мужчину за руку и с хитрой улыбкой повела прочь из зала. Не придавая этому значения, Моцарт продолжал общаться и принимать комплименты от людей, которые попадались им на пути. Те провожали их косыми взглядами, а особо смелые начинали шептаться, едва мужчина делал от них пару шагов. Оказавшись вдали от шумной толпы, новая знакомая завела Моцарта в свободную комнату и смело притянула его к себе. Оторопев, мужчина не двинулся с места, наблюдая за её дальнейшими действиями. Ещё мгновение назад его руку держала робкая, скромная особа, а теперь она бесстыдно расстёгивает пуговицы позолоченного камзола, приговаривая, какой он гениальный композитор. Эта сцена подняла со дна памяти старые голоса, ударившие в голову парня так сильно, что он поневоле зажмурился: — Покажи, что ещё могут твои ручки… — Давай, я помогу тебе выступить с концертом перед самим архиепископом. — Не бойся, это не займёт много времени. Скоро ты вернёшься к папе. Образы сменяли друг друга. Мерзкие лица, заплывшие жиром, старательно скрытые под слоями пудры. Слюни, слёзы, боль. Там, за дверями, ждёт отец. Он не бросит — лишь подождёт, когда ещё одна натянутая улыбка принесёт им новые гастроли. Улыбайся. Улыбайся. Моцарт резко оттолкнул девушку и на ватных ногах упал на ближайшую кровать. Казалось, будто сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Руки похолодели, дрожали. Окинув блондинку взглядом, полным ужаса, парень вскочил с постели и бросился прочь.