Heartbeat

«Гон, я так скучал…» - мысли прошибли тело дрожью, когда Киллуа увидел бегущего ему навстречу радостного, светло улыбающегося Гона, который махал ему рукой. Он прыгнул на него, заключая в крепкие объятия. Киллуа замер, в груди стало невыносимо тревожно, в горле образовался комок, а глаза распахнулись от непередаваемых ощущений неожиданной близости. Киллуа так и стоял, неподвижно, будто окованный цепями в тесной тюремной камере своего поместья. Но через мгновение обнял того в ответ, слабо проведя руками по его спине. Не успев насладиться долгожданным теплом близости, Гон отстранился и широко улыбнулся ему в лицо, поглаживая того по плечам. - Киллуа! Я так рад тебя видеть! - звонко прозвучали его слова. Они были наполнены искренней радостью от их встречи. Они не пересекались два года, и за это время оба путешествовали по миру, познавая новые неизведанные места и тайны. - Да, я тоже.  «Я…очень рад тебя видеть, но в то же время я боялся встретиться с тобой» - мысли Киллуа не переставали отдаваться глухой болью, плохие воспоминания вырисовались сами собой, как Гон лежит на больничной койке, как его рука похожа на обгорелый уголёк, не оставив даже остатки нежной, смуглой кожи. Как он убивает Неферпиту, его неудержимую решимость мести, его жестокий гневный взгляд, его холодные слова.  Слова… его слова… Киллуа до боли кусал губы, пытаясь избавиться от нахлынувших воспоминаний, успокаивая себя тем, что прямо сейчас перед ним стоит Гон, живой, с такой же лучезарной улыбкой, как при их самой первой встречи. Но ему было невыносимо от того, что для Гона все произошедшие события остались в давно забытом прошлом, а для Киллуа - явью на протяжении прошедших двух лет. Хоть Киллуа и хотел услышать от него извинения за всё произошедшее… но Киллуа не винил Гона, ни в его эгоистичности, ни в его бездумности, ни в их разлуке. Он не хотел ни в чём его обвинять. Он просто не мог. Был не в силах, потому что перед ним сразу всплывал его отчаянный образ, его безнадежные глаза, наполненные слезами, его нахмуренные брови, его… - Киллуа? Всё хорошо? - вдруг вырвал из жутких мыслей знакомый, родной голос. Гон недоуменно смотрел на него, ослабив хватку. - А?.. - Всё хорошо? - повторил свой вопрос Гон. - А…ага. - тихо ответил Киллуа, полностью отстраняясь. - Пошли, нужно забронировать комнаты в отеле. Гон кивнул, и резко схватив Киллуа за руку, повел его за собой в город. Киллуа только смог тяжело выдохнуть. *** - Прошу прощения, но сейчас у нас доступны номера только по два-три человека. Все остальные забронированы. - сказала администраторша отеля, предоставляя расписание бронирования номеров на ближайшие две недели. - Двухместные номера включают в себя двухспальную кровать, а трёхместные одну двухспальную и одну односпальную кровати. - Вот блин - недовольно процедил Киллуа и взглянул на Гона. - Тогда возьмём трёхместный? Каждый заплатит за себя, а за третьего разделим пополам. - Нет. Возьмём двухместный. - твёрдо ответил он.  - Что?.. Ты что ли не понимаешь, что там одна кровать на двоих? - возмутился Киллуа. - Я всё понимаю. - заверил того Гон. - Вы определились какой номер хотите забронировать? - вежливо спросила администраторша. - Да, двухместный, пожалуйста. - улыбчиво ответил Гон, поднёс свою карточку для оплаты и взял предоставленный ключ в руки. - Пошли Киллуа, нам на третий этаж. Киллуа лишь сдавленно вздохнул и проглотил скопившуюся во рту слюну. Его сердцебиение забилось в бешеном ритме, голова снова заполнилась больными воспоминаниями. Вспомнились бессонные ночи, в которых Киллуа отчаянно думал о нём, о Гоне, беззудержно рыдая, гладил себя по голове, представляя, что это чужая тёплая рука. Гладил свою талию, оголяя живот. Стыдливо жмурил глаза, щупал под нижним бельем привставший член, воображая, что это рука Гона так ласкает его.  Киллуа стало тошно. Он всегда корил себя за такие непристойные мысли о своём друге. Царапал острыми ногтями кожу до крови, словно лезвием ножа, пытаясь таким образом заглушить свою боль. Но как бы он не пытался, сильные чувства и нехватка физического контакта брали над ним вверх. Он ненавидел себя за свою слабость и уязвимость перед дорогим человеком. Это так позорно для члена семьи Золдик, для хладнокровного наёмного убийцы. Хоть Киллуа и решил для себя навсегда забыть эту личность, перестать убивать и следовать указаниям семьи, он не смог полностью затмить в себе истинную прирожденную сущность. По крайней мере ему помогал в этом Гон, который всегда был рядом с ним. Одним своим присутствием Гон осчастливил такого мрачного человека, как Киллуа. Он показал ему, какого жить на свободе, без ограничений, жестоких пыток и опытов, без вечного контроля и наблюдения. Какого жить, когда тебя по-настоящему ценят, слушают, понимают… Гон стал для него солнцем. Заменил ему всех, став роднее собственной семьи. Гон Фрикс - свет, освещающий даже в самой кромешной тьме. Он не угасает, даже будучи весь в травмах, синяках и крови, даже в самых сложных ситуациях, из которых как казалось, нет выхода. Его солнечная, ослепительно-яркая улыбка не сравнится ни с чем, увидев её, никогда не сможешь забыть. Гон стал для него другом, семьей, самым близким человеком. Он стал для него всем.  Киллуа никогда не надеялся, что сможет измениться, что сможет избавиться от желания убивать и проливать чужую кровь. С самого детства его учили убивать - жестоко, беспощадно. Семья вырастила из него бесчувственного робота-убийцу. Его пытали, били током и шнуром, травили ядами, тренировали до бессилия, впрочем, как и всех остальных членов семьи Золдик. Адские пытки скверно сказались на психическом здоровье каждого члена клана, и Киллуа не стал исключением. В мальчике видели потенциал, родители считали его особенным, способным наследовать семейное дело и стать его главой. Киллуа никогда не думал, что сможет изменить свою судьбу. За него всё уже было решено. Всё было задумано ещё до его рождения. Он станет профессиональным убийцей, следующей главой клана Золдик, будет убивать за миллионы, станет одним из самых богатых и влиятельных людей в мире. Никто никогда не спрашивал его мнения, его собственных желаний. Ведь Золдики - люди жестокие, которые не способны любить, сострадать и переживать за своих родственников. Власть, богатство, убийства - единственные ценности для клана наёмных убийц. Любви, поддержки и счастья в этой семье не было, нет и никогда не будет. Золдики способны только безжалостно, кровожадно отбирать чужие жизни.  Киллуа твердили это всю его жизнь. Так его воспитали. И в какой-то степени он считал это правильным, хоть и всем сердцем ненавидел свою семью. Ненавидел, презирал, злился за все принесённые страдания и мучения. Он никогда не сможет выкинуть из памяти тёмные, холодные комнаты, наполненные запахом крови, манипуляции и контролирование со стороны самого старшего брата, вечные упрёки и ледяные взгляды. Его душа была измазана тёмно-бордовой кровью, которую никак не отмыть. Сердце погрязло во мраке, в полной темноте, без единого ясного луча света. Киллуа всегда хотел жить по-другому. Хотел быть кем-то другим, но точно не собой. Хотел жить жизнью обычного мальчишки, который пинает футбольный мяч во дворе, играет в догонялки с другими ребятами, роется в песке, коллекционирует машинки, живет в уютной квартире с любящей семьей. Хотел, чтобы родители каждое утро будили его поцелуями в щёку, кормили свежей домашней выпечкой, гуляли с ним в парке аттракционов, покупали ему воздушные шары и сладкую вату. Он хотел ходить в школу, учиться вместе со всеми, найти увлечения и друзей, быть обычным невинным человеком. Быть таким как все - это самая заветная мечта Киллуа. Каждый раз Киллуа бил себя по щеке, царапал кожу рук, вонзая в них когти, когда позволял себе думать об этом. Нельзя. Нельзя было даже воображать себе такую счастливую жизнь. Это оскорбительно для профессионального убийцы. Ненависть к себе сжирала изнутри, стук сердцебиения глухо отдавался в ушах, а глаза невольно слезились.  Киллуа понимал, что не достоин ни сочувствия, ни любви. Он - убийца, отнявший жизни десятков, а то и сотни людей. Никто не захочет жалеть киллера. Даже само его имя гласит - убийство. Убивать, убивать, убивать. Только для этого он появился на свет, такая жизнь была распоряжена самим Богом. Киллуа был рождён только для жестокого кровопролития, не для чего больше. Киллуа прожил все свои двенадцать лет в аду и нескончаемых муках. Давление со стороны семьи особенно сказывалось на его моральном состоянии. Но он никому не смел показывать свою слабость. Ему с детства вдалбливали в голову: «Никогда, ни при каких обстоятельствах не показывай свою слабость. А если противник всё-таки сильнее тебя, то беги. Беги. Беги, потому что ты слаб. Беги что есть мочи, ведь только на это ты способен. Беги, чтобы выжить».  Он так устал. Невыносимо устал от такой жизни. Киллуа уже не мог выносить этого. Его раздражали все и всё, ему так хотелось свободы и независимости, сбежать из этого «дома», не оглядываясь назад. Он желал уйти отсюда, как можно скорее, пока окончательно не сошёл с ума. Его желание исполнилось. Его молитвы были услышаны. Киллуа представилась прекрасная возможность покинуть поместье, а именно пройти экзамен на хантера.  Он без раздумий схватил скейт и направился к выходу. Подойдя к входной двери, рядом с ним встали его мать и один из его старших братьев, преграждая выход. - Куда это ты собрался? - противным, дерзким голосом спросил Миллуки. Киллуа, ничего не отвечая, злобным взглядом поглядывал то на недоброжелательного брата, то на озабоченную маму. - Килл, ты на полном серьёзе решил уйти? - встревоженно произнесла Кикио Золдик. - Да, и я не собираюсь задерживаться. - холодно ответил Киллуа. Он уверенно и чётко для себя решил: если кто-то помешает ему уйти, он за себя не ручается. Киллуа даже был настроен на убийство своих родственников, если это будет необходимо. Он сделает всё, чтобы никто не встал у него на пути. - Но-но как же так?! - визгливо вскрикнула его мама. - Так просто возьмёшь и уйдешь?! Непозволительно! А как же семейное дело?! Думаешь мы просто так тебя растили… - Мне плевать. После произнесенных слов, Киллуа резко рванул что есть мочи. Думал, что сможет быстро выбежать, но крепкие цепкие руки смогли схватить его за ткань футболки.  - Не сбежишь. - усмехнулся Миллуки, смотря на него с укоризной. - Отпусти меня!  Киллуа резко дернулся, развернулся и сильно врезал тому в бок. В этот удар Киллуа вложил все свои силы, скопленные обиды, злобы. Миллуки с воплями отступился, а мама изумлённо воскликнула и рывком кинулась на Киллуа. Пытаясь задержать, Кикио обхватила его двумя руками, не давая вырваться. Киллуа раздражено вздохнул, внезапно вынул руку и сильно врезал кулаком в лицо матери. Она отчаянно закричала, и Киллуа не теряя ни секунды, полностью вырвался из захвата и выбежал из поместья.  Так Киллуа и сбежал из места, в котором вырос и провёл всё своё детство.  Но всё это на мгновение забылось, когда Киллуа впервые встретил Гона. Он сразу заприметил его в многолюдной толпе, такого улыбчивого, одетого во всё зелёное, человека.  Киллуа был приятно удивлён, когда Гон оказался его ровесником. Спокойное сердцебиение подсказывало ему, что этот человек особенный. За ним нужно последовать. Киллуа почувствовал острую потребность подружиться с Гоном, он очень хотел стать его другом, но чувствовал страх и волнение.  «Я не достоин друзей». Эта фраза преследовала его на протяжении всего экзамена. А потом неожиданно прямо перед ним появился Иллуми. Его самый панический страх, главный ночной кошмар. Человек, контролировавший каждое его движение и действие. Его слова ввели Киллуа в отчаяние, добили окончательно, что он убил одного из участников экзамена и провалился.   Вернувшись домой, Киллуа понимал, что больше никогда не встретит Гона. А даже если встретит, тот даже не посмотрит в его сторону. Он был уверен, что Гон разочаровался в нём, ведь такой поступок заслуживает только осуждения и отчуждения.  Провисев несколько часов на цепях в тюремной камере, Киллуа думал о Гоне: как он там сейчас, как он отреагировал на свою сдачу экзамена и на его дисквалификацию, что будет делать дальше и тому подобное. И тут он неожиданно услышал: «Киллуа, твои друзья пришли к тебе». В его душе загорелся огонёк надежды от услышанных слов. Он был безумно рад их приходу, хоть и боялся за них, ведь это слишком опасно. Особенно обрадовало появление Гона. Щёки потеплели, и все беспокойства мигом рассеялись. Киллуа почувствовал облегчение. Спустя несколько месяцев Гон пригласил Киллуа на Китовый остров. Он пригласил Киллуа к себе домой в гости… Киллуа был до безумия счастлив, что сможет посмотреть в какой среде вырос Гон.    Родственники Гона встретили Киллуа с таким теплом, с которым он никогда не сталкивался в своём доме.  Дом Гона был совершенно другим, полностью противоположным: светлые просторные комнаты, запах ароматных растений и свежей выпечки, прохладный воздух, тихий шум прибоя. Над Китовым островом всегда светило яркое солнце, он всегда был окружён глубоким океаном, а народ всегда был гостеприимный и вежливый. Для Киллуа такая обстановка была в новинку. Он не привык к такой дружной и красочной атмосфере. Киллуа смотрел на всё вокруг и понимал, как же сильно отличалась его жизнь в поместье Золдик от нынешней. Совсем иначе ему жилось в отчуждённом мирке, а сейчас он словно проснулся из многолетнего кошмарного сна. И всё это благодаря Гону. Они сидели ночью возле костра под открытым небом, усыпанным звёздами и созвездиями. Гон рассказывал про своих родителей, цели и планы на будущее, а Киллуа с большим интересом слушал его. Когда Гон спросил, чем будет заниматься Киллуа, у него замерло сердце. «Гон, я хочу быть рядом с тобой, больше мне ничего не нужно» - только об этом и подумал Киллуа.  «Киллуа, мне весело с тобой. Давай будем держаться вместе?» - искренне, улыбчиво произнёс Гон. Сердцебиение Киллуа участилось, щёки смущённо покраснели, но в душе стало так хорошо и тепло от его слов. Гон сказал, что Киллуа найдёт себе занятие, пока он будет искать отца. Но на самом деле Киллуа было всё равно, чем заниматься. Искать сокровища, исследовать таинственные места, сражаться с необычными существами - это всё неважно. Для него важным было только одно - путешествовать вместе с Гоном бок о бок и помогать ему в достижении цели.  Каждый прожитый месяц был наполнен рискованными и опасными событиями. Гон и Киллуа за всё это время столкнулись с различными угрожающими ситуациями, в которых их жизни были на волоске от смерти. А за весь прожитый период Киллуа сблизился с Гоном, их взаимоотношения стали более близкими, чем в самом начале дружбы. И с каждым днём Киллуа замечал в Гоне что-то новое, привлекательное. Цеплялся за каждую незначительную мелочь, проходился глазами по мускулистому телу, тёмным отросшим волосам, задумчивому лицу… Он начал чувствовать себя рядом с ним совсем по другому, не так как раньше.  Киллуа никак не мог это себе объяснить. Поначалу он считал, что всё это связано с прошедшими тяжёлыми событиями, в которых они могли потерять друг друга навсегда. Но поняв, что к друзьям не должны чувствовать такое странное влечение, Киллуа накрыли тревога и страх. Ну не бывает такого, чтобы при одном взгляде на своего друга бросало в жар, а быстрое сердцебиение целиком перекрывало кислород.  Это странно.  Это неправильно. Однако, через какое-то время, он полностью для себя заключил, что влюбился в лучшего друга. Как бы ужасно это не звучало, но это было горькой правдой. Киллуа винил себя в этом, но ничего не мог поделать со своими чувствами. Он предпочёл и дальше быть рядом с Гоном, перекрывая желание дотронуться до Гона совсем недружеским жестом. Битва с муравьями-химерами стала настоящим адом для всех хантеров. И участвуя во всех этих сражениях, между Киллуа и Гоном пошатнулись взаимоотношения. После услышанных слов от яростного до невозможности друга, у Киллуа треснуло сердце. Ещё сильнее оно повредилось, когда застал Гона в ужасном состоянии после оглушительного взрыва.  Киллуа желал вылечить его любой ценой. Это было последним желанием, которое Киллуа хотел исполнить для Гона. Он забрал свою сестру из поместья и пожелал ей вернуть Гону жизнь. Его желание сбылось, и перед ним предстал тот человек, за которым он последовал. Эта улыбка, эти блестящие от света карие глаза, этот родной до боли голос…У Киллуа только всё смялось в груди.  После их расставания Киллуа рассчитывал, что его чувства иссякнут, ведь от потери близкого контакта больше не будет кружить голову и трепетать сердце. Но всё оказалось наоборот, ещё хуже, чем Киллуа мог себе представить. Он до безумия скучал. Настолько сильно, что хотелось долго и протяжно кричать в пустоту. Но Киллуа держал себя в руках, ведь он всё-таки был не один, а вместе с Аллукой. Он должен быть для неё сильным и мужественным братом, готовый защитить её от любой напасти. Каждый день эта мысль помогала бороться с ноющей болью в сердце и продолжать жить дальше. *** Заселившись в отельный номер, Киллуа первым делом пошёл принять душ. Холодная вода быстро стекала по его телу, избавляя от разбушевавшихся в голове мыслей и фантазий. «Лишь бы не наделать глупостей» - произнёс про себя Киллуа перед выходом из ванной комнаты. Гон же за это время успел переодеться в домашние шорты и майку, расстелить для них постель и заварить чай. Он довольно сидел на стуле, помешивая ложкой сахар в горячей кружке. Киллуа молча присел напротив него, стараясь не смотреть в его лицо. Медленно пил согревающий чай, опустив взгляд на стол. В груди всё сжималось от растерянности.  Киллуа боялся, что не сможет сдержаться и в порыве сильной симпатии наброситься на него. Он слишком сильно этого хотел, давно хотел. Но здравомыслие твердило - это будет ненормально с его стороны. Поэтому Киллуа быстро допил свой чай, и отвернувшись, присел на расправленную кровать и шустро лёг под одеяло.  - Киллуа, ты в порядке? - взволнованно спросил Гон, садясь на кровать. - Ага, просто устал. Хочу спать. - равнодушно ответил Киллуа. Гон завалился рядом с ним под одеяло и настойчиво развернул Киллуа к себе лицом. От неожиданности глаза Киллуа распахнулись и взгляд мгновенно помутнел. Лишь неразборчиво вырисовывалось смуглое лицо Гона, которое было чересчур близко. - Не ври мне! Я же вижу, что ты не в порядке! - уверенно воскликнул Гон, смотря тому прямо в глаза. - Гон… - Киллуа! - перебил его другой голос. -  Я бы…хотел извиниться. Прости меня, за всё. В ушах Киллуа забил колокол, а дышать стало тяжелее. Он вроде хотел услышать эти слова, но… - Что?..  - Я очень сильно скучал по тебе, Киллуа. - виноватым голосом выдавил из себя Гон. Киллуа мгновенно застыл. Никак не ожидал он услышать эту фразу. Он подумал, что это очередная его фантазия, но Гон был слишком близко, слишком реальным для воображения. Гон до боли сжимал его плечи, прижавшись своим лбом к его лбу. Киллуа сглотнул.  - Я тоже… скучал. - еле слышно шепнул Киллуа, опуская взгляд вниз.  Гон крепко стиснул его в объятиях, размашисто поглаживая по спине. У Киллуа от такого пробежали мурашки по всему телу, щёки нагрелись. И обнял в ответ, прижимаясь лицом к его груди.  - Киллуа, мне бы столько всего хотелось сказать тебе... - через несколько секунд произнёс Гон. - Например? - нервно спросил Киллуа. Он отстранился от Гона и посмотрел ему в глаза, чувствуя, как сердце колотится в разы быстрее и как тревожное ожидание заполняет его грудь. Он чуть заметно нахмурил брови, готовый услышать то, что Гон хочет ему сказать. - За эти два года, проведённые по отдельности, мне очень сильно не хватало тебя, Киллуа. Когда я нашёл Джина, то думал, что моя цель наконец-то достигнута, и я стану счастливым. Какое-то время я провёл с Джином, исследуя с ним новые места, но потом он снова от меня ушёл своей дорогой, и я остался один. Когда я продолжил путешествовать в одиночку, то понял, как я скучаю по тебе. Я скучал по твоему голосу, смеху, по твоим шуткам, вьющимся волосам… я скучал по всему, что связано с тобой. Эти два года, проведённые без тебя, стали для меня самым настоящим мучением. Я не мог переставать думать о тебе. Но мне было за это очень стыдно, ведь ты теперь решил путешествовать с Аллукой и защищать её от своей семьи. Поэтому я тебе всё это время не писал письма и не звонил. Я считал, что я тебе больше не нужен, или тебе больше некомфортно со мной, после всех этих событий с муравьями-химерами… Киллуа вздрогнул, широко распахнув свои глаза. Было видно, что он пребывает в замешательстве. Он тяжело сглотнул вязкую слюну, отведя в сторону взгляд от Гона. Казалось, что Гон озвучил все его собственные страхи и сомнения. Он молчал некоторое время, борясь с собственными эмоциями.  - Скажи же что-нибудь… - Гон напряжённо вздохнул, сильнее сжав его плечи. Киллуа перевёл взгляд вниз, стараясь успокоиться. Его сердце бешено колотилось, а руки были сжаты в кулаки.  - Прости… - Гон отпустил его, осознавая, что он делает. - Просто, Киллуа… а ты скучал по мне? Киллуа снова посмотрел на Гона, крепче сжимая пальцами ткань чужой майки. Он молчал некоторое время, пытаясь подобрать слова, которые мог бы произнести. Киллуа тяжело вздохнул, стараясь утихомирить своё сердцебиение.  - Конечно же.. я ужасно скучал по тебе. Гон удивлённо посмотрел на него, в его глазах появились счастье и надежда.  - Прости, прости меня за всё! - слёзно выкрикнул Гон. - Когда я сказал, что думал о тебе, я имел в виду не только про то, как весело нам было путешествовать вдвоём… я думал о кое-чём другом… Киллуа прищурился и прикусил язык, чувствуя волну тревоги, накрывшей его в этот момент снова. Он не знал, к чему клонил Гон, но внутренне приготовился к самому худшему. - Я очень хотел бы тебя долго-долго обнимать… и может даже… поцеловать. - Гон смущённо отвел взгляд, а его щёки покрылись румянцем. Глаза Киллуа изумлённо расширились от слов Гона. Он почувствовал, как его лицо начало гореть ещё сильнее, а грудь сдавила волна неописуемых чувств. Киллуа тяжело сглотнул, не в силах сказать ни слова в ответ.  - Не думаю, что такие мысли о своём лучшем друге правильны, не правда ли?.. - Гон виновато улыбнулся, подняв взгляд на его глаза. - Киллуа, я люблю тебя. Слова Гона были словно ударом молнии прямо в сердце Киллуа. Он почувствовал, как все эмоции внутри перемешались в один огромный комок. Киллуа не мог поверить, что Гон только что ему это сказал. Он медленно втянул воздух в лёгкие, всё ещё не осмеливаясь ничего ответить. А Гон внимательно и нервно смотрел на него, прикусив губу. Он ждал его ответа.  Киллуа чувствовал на себе прожигающий взгляд Гона. Он понял, что времени на ответ очень мало, но все ещё не мог поверить в реальность происходящего. Казалось, что Гон просто шутит, или всё это просто очередной сон. Киллуа тяжело вздохнул, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. - Гон… - наконец-то хоть что-то выдавил из себя Киллуа. Гон напряжённо вздохнул и опустил вниз голову, пряча своё лицо.  Киллуа наблюдал за ним, ощущая острую боль в сердце. Каждое слово, сказанное Гоном, било прямо в него, задевая все эмоции, скрытые внутри. Киллуа больше не мог молчать, чтобы держать всё в себе, поэтому он мягко произнёс: «Посмотри на меня». Гон поднял голову и посмотрел на Киллуа, все ещё дожидаясь ответа. Киллуа снова встретился с ним взглядом, чувствуя, как всё внутри дрожит. Он нежно коснулся щеки Гона и произнёс: «Я… тоже люблю тебя, Гон…» Киллуа не отрывал взгляда от лица Гона, стараясь прочитать его эмоции. Он легонько поглаживал его по щеке.  Зрачки в глазах Гона расширились, а его дыхание словно перекрыли.  Сердцебиение начало стучать всё сильнее и сильнее. - Наверно, это так странно?.. - слабым голосом спросил Киллуа. - Нет, не странно. Я очень рад этому, Киллуа. - он облегчённо выдохнул, тепло улыбнулся и очень крепко его обнял. Киллуа не сопротивлялся и чувствовал, как трепещет всё внутри. Он обвил талию Гона руками, уткнувшись лицом тому в шею. Киллуа закрыл глаза, ощущая приятное тепло, исходящее от Гона. - Я вправду очень рад… - негромко сказал Гон.  Киллуа легонько улыбнулся и вдыхал его неповторимый запах. Казалось, что время остановилось.  - Ты такой тёплый… - ласково произнёс Киллуа. - Ты тоже… - смутившись, ответил Гон. Киллуа поднял голову, снова посмотрев на Гона в упор. Его взгляд наполнился нежностью и любовью. Он чуть заметно улыбнулся и тихим голосом произнёс: «Ты.. можешь меня поцеловать?..» Гон смотрел на него в ответ и опустил взгляд на его губы. Щёки сильнее покраснели: «Да…» Киллуа мягко прикусил губу в ожидании поцелуя. Он всё ещё не мог до конца поверить, что прямо сейчас Гон, его лучший друг, наклонится к нему, чтобы его поцеловать. Казалось, что всё происходит во сне, настолько был невероятен этот момент. Гон осторожно приблизился к лицу Киллуа настолько близко, что ощущал его тёплое дыхание на своей коже. Он неторопливо провёл руками по ткани на спине и нежно, трепетно коснулся его губ.  Киллуа медленно выдохнул через нос, прикрыв глаза. Это прикосновение было таким чувственным и таким неуверенным, словно Гон сомневался в своих действиях. Киллуа с закрытыми глазами ещё сильнее приблизил своё лицо, стараясь продлить этот восхитительный момент. Гон медленно продолжил неловко, неопытно целовать его мягкие, тёплые губы.  Руки Киллуа, лежащие на талии Гона, медленно поднялись вверх к голове, пропуская жёсткие тёмные волосы сквозь пальцы. Его губы слегка приоткрылись, давая возможность Гону углубить поцелуй, если тот этого хотел. Все чувства Киллуа были сейчас прикованы только к Гону и прикосновению их губ. Гон почувствовал себя более уверенно и позволил себе углубить поцелуй, начав более жадно целоваться. Киллуа издал тихий вздох, позволяя губам Гона полностью владеть его собственными. Он легонько сжал пальцами пряди волос Гона и поддался навстречу, углубляя поцелуй снова и снова, отдавая себя полностью под его контроль. Они целовались намного глубже, страстнее. Спустя несколько секунд у обоих закончился кислород, и они неохотно отстранились, тяжело дыша друг другу в губы.  Киллуа тяжело переводил дыхание. Губы приятно покалывали после долгого поцелуя. Он открыл глаза и посмотрел на Гона, вглядываясь в его покрасневшее лицо. Киллуа ещё не отошёл от состояния эйфории, охватившего его после их первого поцелуя. Перед глазами плыли блики, а голова будто отяжелела. Уж слишком хорошо ему было, слишком долго он желал этого.  Гон наблюдал за ним в ответ, затруднено дыша. Киллуа мягко улыбнулся, понимая, что Гон в том же самом состоянии, что и он сам. Он положил ладонь на его щёку и нежно погладил её большим пальцем, любуясь тем, как Гон сейчас выглядит. - Ты такой красивый… - с улыбкой произнёс Киллуа. - Не смущай меня… - Гон прикрыл глаза и неловко улыбнулся. - Спасибо.. - Прости, не буду больше тебя смущать. - Киллуа тихо хихикнул, убрав пряди волос Гона назад и стараясь успокоиться. Он всё ещё ощущал трепет от всего, что только что произошло между ними. Киллуа чувствовал, как с каждым разом учащается его сердцебиение. Гон внезапно приблизился к его уху и шепнул: «Ну на самом деле я и не против…», и облизнул ушную раковину.  Киллуа вздрогнул от неожиданности и громко охнул. Он подавил рваный вздох, его тело прошибла новая волна мурашек. Гон же заметив реакцию Киллуа, нагло и начисто принялся вылизывать его ухо, покусывая тоненькую мочку.  - Гх.. Гон!.. - Киллуа сильно сжал его волосы, стараясь контролировать себя, хоть чуть-чуть. Жар медленно расползался по всему телу. Киллуа тихо хмыкнул, стараясь подавить рваные вздохи, вырывающиеся из рта. Гон отстранился и самодовольно уставился на него. - Теперь я знаю одно из твоих чувствительных мест. - усмехнулся он. Киллуа прикусил язык, пряча взгляд. Щёки продолжали гореть огнем, а голова всё ещё была затуманена от жарких действий Гона. - Дурак… - вполголоса произнёс Киллуа, стыдясь своей восприимчивости к ласкам. - Ты ещё не все знаешь… - Мне узнать? - горячо прошептал Гон, приближаясь к его губам.  Киллуа подавил очередной вздох. Он почувствовал лёгкое волнение, словно его сердце вот-вот выпрыгнет из грудной клетки. Киллуа сглотнул ком в горле, пробормотав в ответ тихое: «Попробуй…» Гон довольно улыбнулся и первым делом снова поцеловал Киллуа, запуская руки под ткань футболки. Киллуа ответил на поцелуй и всхлипнул тому прямо в губы, почувствовав, как пальцы Гона касаются нежной кожи его живота. Он спустил свои руки с тёмных волос на спину под намокшую от пота майку. Гон же облизнул чужие мягкие губы и проник своим языком в рот Киллуа, жадно вылизывая его язык и внутреннюю часть щёк. Киллуа не успевал отвечать ему взаимностью, постоянно подавляя громкие звуки, вырывающиеся вместе со вздохами. Гон поцеловал ещё раз и резко отстранился, переведя взгляд на свою руку, которая касалась плоского живота. Киллуа пытался отдышаться, подрагивая от приятных ощущений. Он посмотрел на Гона, не понимая, что тому в голову пришло делать дальше.  Гон перевернул того на спину и сел на его бёдра, продолжая касаться худого живота. Запустив вторую руку под футболку, он размашисто гладил живот и тонкую талию подушечками пальцев, наблюдая за реакцией Киллуа. Тот лишь рвано дышал. Каждая клетка тела Киллуа будто кричала от этих медленных поглаживаний. Прикосновения Гона были слишком нежными, слишком приятными, слишком волнующими.  Гон ухмыльнулся, когда увидел эмоции Киллуа, и решил его ещё немного подразнить: стал оглаживать накаченный пресс, проводя пальцами по твёрдым кубикам.  Киллуа громко хмыкнул. Тело охватили нежная дрожь и жжущие волны тепла внизу живота. Киллуа стиснул зубы, сдерживая слишком шумные и частые всхлипы, чтобы не показать Гону, как ему на самом деле хорошо от его прикосновений.  Гон будто прочёл мысли Киллуа и тихо спросил: «Тебе нравится?» Киллуа посмотрел на него, ощущая, как сильнее начинает щекотать низ живота, и как пылает кожа там, где его касались тонкие чуткие пальцы. Он чувствовал себя слишком уязвимым на данный момент, слишком возбудимым и слишком нуждающимся, поэтому он не смог удержать свой голос ровным, хрипло ответив Гону: «Д..да..» Гон мило улыбнулся и снова приблизился к его лицу с поцелуем. Киллуа ответил, целуя любовно и мягко, не переставая касаться крепкой спины. Он чувствовал его теплоту, его запах, его дыхание, а также слышал бешеное сердцебиение Гона. Казалось, что всё вокруг Киллуа - это Гон... Только Гон, только его тело, только его вкус на губах… ему было слишком приятно от такой близости с ним. Он уже так сильно возбудился только от одних поцелуев и прикосновений, что хотелось намного большего… Киллуа почувствовал, как Гон немного отстранился от него, задумчиво разглядывая его лицо. Киллуа посмотрел в ответ, не понимая, что Гон задумал. Чувство трепета накрывало Киллуа всё сильнее, он уже совсем терял голову.  Гон опустил глаза на натянутую ширинку шорт Киллуа и прикусил губу.  Киллуа сразу осознал, что Гон увидел то самое - восприятие тела на поцелуи и поглаживания. Он мгновенно покраснел, отвёл взгляд и попытался спрятать это от Гона.  - Ой... прости-прости... - Гон наклонился к нему и приобнял, нежно поцеловав в щёку.  Киллуа вздохнул, стараясь успокоить своё бешеное сердцебиение и себя. Он уткнул голову к плечу Гона, пряча своё лицо от его взглядов. А Гон так умилился от реакции Киллуа, слишком милым и стеснительным он был в его глазах, и Гону очень нравилась такая картина. - Продолжим, если ты не против? - шёпотом спросил Гон, поглаживая Киллуа по спине.  Киллуа поднял голову и неуверенно посмотрел на Гона. Его тело продолжало гудеть от полученных ласк. Но не смотря на его застенчивость, ему безумно хотелось продлить это мгновение, позволить Гону сделать с собой что-нибудь очень неприличное и интимное. Ведь Киллуа сам желал этого, просто очень стеснялся.  Медленно выдохнув, он смущённо ответил: «Да… Я не против…» Гон ловко опрокинул его на спину, снова тепло улыбнулся и уткнулся тому в шею, покрывая её горячими поцелуями. Киллуа громко простонал. Дыхание снова сбилось, а мозги стали ватными. Киллуа запрокинул голову вверх, словно приглашая Гона покрывать поцелуями все клеточки своей кожи. Гон, поняв намёк, целовал каждое местечко на шее, проходясь также языком, а руки снова запустил под его одежду, лаская гладкую кожу.  Киллуа сжимал губы, пытаясь подавить всхлипы, снова и снова вырывающиеся из-за рта с каждым прикосновением Гона к его телу.  Гон напоследок прикусил кожу возле ключиц, а потом отстранился, смотря в голубые глаза. Киллуа тяжело дышал. Его взгляд был полностью затуманен, всё тело горело огнём, кожу покрыл лёгкий пот, а руки сильнее сжались под одеждой Гона. Он неотрывно смотрел в ответ, с трудом вдыхая воздух. - Киллуа, можно мне кое-что сделать?.. - скомкано спросил Гон.  Киллуа кивнул, не в силах произнести хоть что-то от сбившегося дыхания. Он был готов согласиться на любую просьбу Гона, лишь бы это был только он. Гон, переведя взгляд, присел возле его ног и положил свою ладонь на выступающий бугорок, медленно поглаживая его пальцами.  Киллуа громко, в голос застонал. Перед лицом всплыли неразборчивые узоры, по телу прошёлся электрический разряд возбуждения. Он вцепился пальцами в простынь и укусил губу, подавляя очередной порыв жалобного стона, когда Гон сильнее надавил на твёрдый бугорок шорт. Кровь будто заполнила его голову, не позволяя ясно мыслить.  - Я давно этого хотел, понимаешь?.. - с придыханием произнёс Гон, продолжая ласкать его через тонкую ткань.  Киллуа медленно кивнул в ответ, не в силах произнести ни единого слова. Он тоже давно этого хотел.  Дыхание совсем сбилось из ритма, грудь тяжело поднималась и опускалась с каждым вздохом. Киллуа наклонил голову вбок, зажмурив глаза.  Гон, потерявший все капли терпения, расстегнул пуговицу и опустил ладонь вниз, лаская уже голую плоть.  Комнату заполнили протяжные стоны и всхлипы. Новая волна возбуждения растеклась по телу, а воздух с каждой секундой накалялся всё больше и больше. Киллуа выгнулся и рвано вздохнул. Настолько оказались приятными эти ощущения, совсем иные, чем он представлял себе до всего этого. Гон продолжал гладить член Киллуа и сжал его в кулак, проходясь по всей длине и размазывая выливающуюся смазку. Киллуа снова застонал, искусав свои губы до крови. Горло сдавило, возбуждение пробежало по всему телу, а воздуха уже просто не хватало. Киллуа чуть заметно поддавался бёдрами, сжав пальцами взмокшую простынь. Гон быстрее задвигал рукой, наблюдая, как Киллуа извивается в порыве оргазма.  Киллуа звонко ахнул. Лёгкие сдавил воздух, не давая отдышаться. Он прикрыл лицо рукой, чувствуя волны оргазма, накрывшие его с головой. Киллуа постепенно нормализовал дыхание, до сих пор не веря, что всё это произошло на яву.  Гон лёг рядом, быстро чмокнул в губы и ласково улыбнулся. Киллуа выглядел сонным.  Киллуа шёпотом произнёс, всё ещё не до конца приходя в себя. - Г..гон... - Киллуа запустил руки в его волосы, тихо вздрогнув от собственных слов, выходящий из уст. - Что такое? - тот обеспокоено приобнял его за талию. - Я... Я очень устал… - Киллуа спрятал своё лицо на его груди, касаясь пальцами густых волос. Гон очаровался, слишком милым и уставшим Киллуа был сейчас перед ним. - Хорошо… давай помогу тебе раздеться?  Киллуа медленно кивнул в ответ, не в силах сопротивляться от усталости. Гон аккуратно снял с него верхнюю одежду и разделся сам, положив все вещи на деревянный стул. Он лёг рядом с ним, укрыл их одеялом и нежно обнял его. Киллуа прижался к Гону, чувствуя его тепло и запах кожи.  Сердцебиение Киллуа забилось в привычном едином ритме и гласило, что это именно то, чего он так ждал и хотел на протяжении всей своей жизни. Это именно тот человек, с которым Киллуа хочет провести всю свою оставшуюся жизнь. Он наконец-то обрёл счастье и стал любимым. Он закрыл глаза, уткнувшись лицом в его грудь, медленно погружаясь в крепкий сон.