Неон

***

Выступая под псевдонимом «Танос», несколько лет назад он был королём корейской индустрии. Но сегодня его смыслом был этот клуб и очередная доза, телка, шлюха, это совсем не важно. Ярко-неоновый мерцающий свет освещал клуб, волосы Таноса горели фиолетовым в толпе. Словить очередной приход в туалете этого клуба было уже как прийти домой и помыть руки. Закинуть таблетку в рот и постоять пару минут перед зеркалом у раковины, ожидая, когда она подействует, чтобы наконец забыть о том, что он просто ничтожный человек, просто Субон.

Забыть свое настоящее я.

Как только зрачки расширялись, уже не было Субона. Танос весело вылетал из мужского туалета, расталкивая всех на пути и не обращая внимание на ругательства вслед. Прыгать под музыку на протяжении нескольких часов и не чувствовать усталость было одним из лучших действий препарата, который продавал клуб. Заигрывать с девушками и каждые пять минут бегать за шотами, получать грязные отсосы в грязном туалете, забирать красоток в випки. Танцевать десять часов подряд ему мало. – Хей, Семи! – с одышкой Танос оперся на барную стойку, развязно улыбаясь барменше. – Есть ещё что выпить или....? Танос поиграл бровями. Музыка заглушала его голос, хотя он и говорил это довольно громко, пытаясь перекричать шум. В голове пусто. Семи закатывает глаза и отрицательно машет головой. Каждые десять минут он появляется у стойки, каждый раз одно и то же. Каждый раз Семи говорит ему "нет". – Ты вчера всю твою недельную дозу за раз вынюхал. – Семи наклоняется к Таносу через стойку, пытаясь перекричать музыку, ее рот словно беззвучно двигается. Танос щурится, нихуя не слышно. – What?  – Он подвинулся ближе. Семи раздражённо выдохнула и притянула его за ворот майки. – Нету ничего, иди на хуй! – крик Семи звоном отдался в ушах. – Bitch, сама сходи! Мина давно не ебала, да. – Танос тычет фак ей прямо в лицо, за что получает ответный фак в лицо. – Goddammit. Семи одна из его немногих знакомых. В первую встречу он собирался затащить её к себе в вип комнату, спутав её со стриптизершей, за что получил пощёчину. На этой почве он сдружился с ней. Семи можно было выговориться, она могла прикрыть его во время очередного отходняка перед директором, когда по договору у него было выступление в Пентагоне. Стырить для него пару разноцветных таблеток для неё тоже было не проблемой. Когда он трясся от ломки или отходняка, она сидела с ним рядом. Она не знала, что её держит возле этого наркомана, почему она не пошлёт его на хуй и не перестанет с ним общаться, никто не знал. Танос творил много хуйни, он был, честно говоря, дерьмовый человеком, но её что-то держало. Она видела его настоящим, она видела в нем не Таноса, а Субона. Танос встряхивает головой, словно сбрасывает наваждение, отталкивает её руку от своего лица. – Please, Семи, – он закатывает глаза. Эту суку было сложно уговорить. Но одно прокатывает всегда: он строит щенячьи глазки. С огромными зрачками выходит дохуя правдоподобно. – Мразь наркоманская. Девушка закатывает глаза и отворачивается. Она жестом подзывает младшего официанта, что-то быстро говорит ему и тот уходит. Танос с ухмылкой и расслабленно следит за этим действием, но это все как-то скучно. Вот бы сейчас трахнуть кого-нибудь хорошенького… Когда Семи поворачивается к Таносу, он ослепительно улыбается ей. Внутри него все трепещет в предвкушении новой дозы. Он уже чувствует как очередная эйфория разливается по его телу, как заполняет каждую его жилку, вену, каждую мышцу и мозг словно утопает в сладкой вате. То что нужно. – Минсу приведёт Господина Инхо? – Ага, пусть сам с тобой разбирается, заебал. О, ну конечно, всегда ей лень разбираться с ним, всегда нужно звать Инхо. Взгляд Семи направлен за спину Таноса. – Where the fuck do you look.... – Танос обрывается на полуслове, когда разворачивается. Мимо него проходит с чёрными до плеч волосами, в мини-юбке, прозрачном топике, в чулках человек. Бледная кожа словно сияет в свете мигающих неоновых ламп в клубе. Отменная задница покачивается при ходьбе, притягивая к себе взгляд. Всё вокруг как будто затихает: музыка, голоса. Останавливается сердце, слышен лишь стук этих каблуков. Танос словно теряет дар речи, с усилием выдавливает из себя что-то. – Эта детка просто пуля! Он уже собирается пойти вслед за этой заманчиво аппетитной красоткой, откровенно пялясь на её задницу и уже представляя, в каких позах… – Да, он самая спросовая чикуля. Столько лохов попустил до нуля, – Семи усмехается, голова Таноса медленно поворачивается в её сторону. Какого хуя. – What the fuck! Это мужчина? – Да. Как же хочется въебать, лишь бы не видеть эту ухмылку на лице девушки. Его этим не проведешь. – Damn, да так даже лучше! Скажи господину Инхо, что I'll talk to him later. Не отрывая взгляда от этого симпатичного парня, он идёт за ним, пытаясь уловить его в толпе. Танос никогда ещё не видел его тут. Он лично, даже больше, чем лично, знаком с каждым и каждой, кто тут танцует или торгует собой. Такой экземпляр он точно не мог упустить. Спустя несколько минут, пробираясь сквозь огромную толпу людей, он ловит этого прекрасного мужчину около туалетов. Танос хватает его за локоть, останавливая, из-за чего тот спотыкается и чуть ли не падает на Таноса. – Hey, hey! I got you. Танос удерживает его в своих руках, ставит перед собой ровно, похлопав по плечам, образно приводя его в подрядок. Мужчина хмурится, но сука, так привлекательно. Его лицо словно гипнотизирует, как и скулы, которые идеально обрамляют волосы до плеч. – Что? – мужчина в непонимании пялится на Таноса. О боже. Эти глаза смотрят прямо на него. – Э, ничего. Я тебя раньше не видел тут, you?... Смущаться для Таноса было очень несвойственно, красная шея это отрицает, но что за черт тут происходит. Этот мужчина перевернул в нем всё сверху вниз. Танос неловко покачивается с носков на пятку, почесывая свою фиолетовую копну волос. Ещё бы чуть-чуть и он, как провинившийся щенок, начал вилять хвостиком и жалобно поскуливать, опустив голову. Сердце быстро колотится, как в первый раз на свидании. Это абсолютно ненормальная реакция просто на человека, но он очевидно не просто человек.        – Я, что я? Какого хрена тебе от меня надо? – мужчина сердито смотрит на Таноса, сложив руки на груди. Таким разозленным он выглядит как хмурая кошечка. – Ты… красивый, – Танос очаровательно улыбается своей фирменной улыбкой, пытаясь загладить момент. – Как тебя зовут? Снова вернув себе свою кокетливость, Танос осмелел, чтобы взять незнакомца за руки, аккуратно расправляя их из скрещённого положения на груди. Руки были таким приятными на ощупь, что Танос неосознанно провел пальцами по костяшкам. Мужчина непонимающе смотрел на действия Таноса, это немного переходит его границы. – Я Намгю… Какого хрена тебе надо, блять?! Намгю. Красиво так, Намгю, Намсу. Этот же Намгю сбрасывает руки Таноса с себя, но сам он никогда не признается, что ему тоже понравились прикосновения этого… вроде Таноса. Работы полно, надо идти. Намгю уже разворачивается, чтобы уйти, но Танос хватает его за талию, снова притягивая к себе. – Не покидай меня, прошу… – тихий шепот обжёг ухо. Внутри все трепетало, этому Намгю хотелось говорить только комплименты, ему хотелось посвятить свои старые текста и невышедшие, его хотелось запустить себе куда-то домой, к себе. И не домой в квартиру, а домой. К себе в… Что-то его тянет к нему. – Тебе скучно жить? Какого хуя ты пристал? Есть один плюс, Намгю больше не вырывался, обречённо расслабившись в его объятиях. Люди, проходящие мимо, кидали им маты в след. Нахуя посереди прохода обжиматься? Танос взял Намгю за локоть, аккуратно оттаскивая в сторону, от очередного мимо проходящего человека, чтобы тот не задел его. Отойдя достаточно далеко, он снова шепчет на ухо, растягивая слова. – Твое тело как с брошюр, – большие руки спускаются с локтя и проводят по аккуратным бёдрам, покрытым юбкой, но не опускаясь ниже, а лишь теребя край. Намгю, словно кошка, начинает постепенно расслабляться. Танос улыбается, всё действует как надо. Он шепчет, так что Намгю едва улавливает его слова, практически не разбирает. – И ты снова забылся, – смешок Таноса обжигает. Придурок ещё и ухмыляется. Намгю разворачивается лицом к Таносу, собираясь сказать что-то, но Танос опережает, щёлкая его по носу. Поругаться и помириться они успеют, он точно знает. – Кем ты тут работаешь, baby? I think, с таким красивым телом ты можешь только… либо танцевать, либо торговать, huh? – Я танцую, – Намгю ворчливо нахмурился. Он любил свое дело, с лёгкостью отдавался ему. Он любил управлять своим телом, а тело любило его слушаться. К тому же достаточно большое количество денег интересовало его в первую очередь. Танос провел кончиками пальцев по его волосам. Не останавливая свой взгляд на лице, он сверху вниз откровенно пялился на прозрачный, в сеточку топик. – А сможешь мне? – Что тебе? – Стайцуй всего лишь раз. Мне. Намгю кончиком указательного пальца за подбородок поднял голову Таноса, чтобы тот смотрел ему в лицо. Танос тут же уставился ему в глаза. – Пялиться неприлично, и лично никому я не танцую. Хочешь посмотреть, как я танцую, - приходи сегодня к бару, там буду. – А я хочу лично. I have a room, – Танос наклонился к уху Намгю. – С шестом. Просто станцуй, пожалуйста. Он аккуратно, медленно проводит ладонями по спине Намгю, иногда запуская кончики пальцев под сетку топика. Жаркое дыхание Таноса колыхало волосы Намгю. Такие прикосновения заставляли Намгю расслабляться в его руках. Танос позволил пойти руке дальше и забраться ладони под сеточку. Намгю рефлекторно, словно кошка, выгнулся навстречу ладони. – We can go, пускай неон нас скроет от их глаз. Намгю затих. Согласиться значило пойти против своих принципов, но что-то тянуло его, тело хотело согласиться и станцевать для этого чудака. Раздумывая, он повернул голову в сторону толпы в клубе, бездумно глядя туда, где человеческая масса двигалась и прыгала в такт битам, разноцветные полосы света бегали по этой массе, свет мигал тоже в такт биту. Трезвым было бы тут сложно находится, да и не трезвым особенно, мало кого это, конечно, ебало. Танос с лёгкой улыбкой наблюдал за ним, всё ещё поглаживая спину. – Эй, ты отвлекся, – Танос, аккуратно положив руку на шею Намгю, заставил того повернуть голову на него. Намгю не заметил как он отдал ему власть, отдал ему, отдал ему, отдал ему… А Танос продолжает шептать на ухо: – В голове-ве-ве. Шумный вдох. – Только ты-ты-ты. Этот хриплый шепот достал, сколько уже можно, так хочется заткнуть его. Намгю не задумываясь поворачивается лицом к Таносу и встаёт на носочки, затыкая его рот своим. Кусает за то, что пристал, за то, что сделал что-то неведомое с его разумом. Заебал. Танос сначала опешил, не ожидая такой атаки на свой, черт возьми, рот. Но через секунду уже целовал его в ответ, спутывая черные волосы на затылке Намгю. Сученок, кусается. Танос, не уступая, проталкивает свой язык в его рот. Мимо проходящая девушка толкает их, и они мгновенно отлипают друг от друга. – Какого хуя? – Намгю бьёт кулаком Таноса в плечо. – Ты сам ко мне полез, my boy! – Танос хватает кулачок Намгю, он так идеально помещается в его ладонь. – Ну что, пойдешь со мной? Танос поднимает руки, как бы сдаваясь. Намгю сомневается, хотя знает, что все решено. Он пойдет, конечно, пусть и станцевать для кого-то лично является чем-то уж слишком сокровенным, чем-то дорогим, которым не хочется делиться с первым встречным. Правда Танос не ощущается как первый встречный, Намгю кажется, что он его уже когда-то встречал, словно они уже прошли один путь вместе, делили что-то одно на двоих, делили что-то вроде веры, были в одной лодке, койке. Ну и хуй с ним. Он станцует. – На мгновенье с тобой, на весь мир одни, – Танос берет Намгю за руку и начинает тянуть за собой. Ему не нужно слов, чтобы понять, что Намгю согласен.

***

Танос заводит Намгю за руку в тёмную комнату с чёрным интерьером и стенами. По краям потолка горит неоновый оранжевый свет светодиодной ленты. В центре комнаты стоит черный диван, а перед ним шест. Неоновый свет мерцает в такт плавной спокойной музыке. Несколько софитов и неоновых полос освещают тот самый шест в центре комнаты. Танос толкает вперёд Намгю, который раздражённо смотрит на него из-за плеча. Танос быстро закрывает дверь вип комнаты и защёлкивает замок, оставляя на обратной стороне двери табличку “не беспокоить”. При этом всем не отрывая взгляд от аппетитной задницы Намгю. – Так и будешь пялиться? – Намгю поворачивается лицом к Таносу, по-кошачьи улыбается и подходит к нему. Словно хищная кошка, он проводит носом по шее Таноса, обжигая горячим дыханием чувствительную часть тела. Поцелуи по дороге, где они останавливались на каждом углу, разожгли в нем огонь, особенно после слов Таноса “огнём тебя, видно, не разжигали”. Танос, не теряя времени, кладёт руки на задницу Намгю, сжимая её в своих ладонях, и шумно выдыхает на ухо. – Будешь танцевать? – голос звучит хриплым шёпотом. Намгю вздрагивает, мурашки пробегают по его спине. – Буду, – он хватает Таноса за крест на шее и тянет за собой до дивана в центре комнаты. Они путаются в ногах, лапая друг друга везде, где могут дотянуться, жарко дыша рот в рот. – Принцесса, танцуй, – Танос тянется навстречу губам Намгю. На секунду он приближается, почти касается его мягких на вид губ, а потом Намгю резко отталкивает Таноса назад так, чтобы тот упал на диван. Танос улыбается. – Танцуй в моем неоне. Не беспокойся. Никого здесь нету кроме… – Намгю затыкает его рот ладонью. И прикладывает указательный палец в звуке “тшш”. Убирая палец, он не упустил возможности соблазнительно оттянуть его губу. Намгю сразу, с первого взгляда увидел, что они похожи, что у них общая боль. Намгю увидел в Таносе себя. Такого же потерявшего всякий смысл жизни кроме наркотиков и секса, такого же "весёлого" с маской, слепленной из тех же наркотиков и эйфории. А под ней ничего, под ней пустота, сжирающая изнутри, одиночество, ненависть к себе и окружающим, ужас и страх от того, чем он занимаемся, какой образ жизни ведет и чем питается. Отвращение к настоящему себе. Намгю стоит перед шестом, спиной к Таносу, его татуировки светятся под светом неоновых софитов. Музыка, что была на фоне, затухает и начинает играть другая. Сперва тихая гудящая мелодия, которая обрывается, и появляется медленный бит. Намгю разворачивается и обходит шест. Свет мерцает в такт биту.   Медленно он обвил руки вокруг шеста, словно погружаясь в свой мир, сосредотачиваясь на музыке. С кошачьей грацией Намгю начал вращаться, рассекая неоновые линии, что следили за его телом. Он словно убегал от света, играя с ним. Его тело, будто Намгю не был человеком, скользило по шесту, раскрывая свою красоту, открывая что-то сокровенное с помощью танца лично Таносу. Мужчина скользнул вверх и остановился в воздухе. Он застыл, позволив себе кинуть взгляд на Таноса, который жадно следил за его телом и движениями. И затем сполз с лёгкостью, выгибаясь, словно кошка. Танос, следивший за этим представлением, медленно встал и подошёл к шесту. Осторожно коснулся живота Намгю, словно тот хрустальный. – Я остыл как мертвец, – Танос крепко взял Намгю за талию. Он считал себя неживым уже несколько лет. С тех пор как он отшивается в этом клубе каждый день. Он никогда не сможет вымыть из своей крови наркотики, он уже мертв. Намгю заставил его сердце биться быстрее, бежать этой нечистой крови по его телу. – Смотри, тебя манит мой свет. Тебя греет мой свет, – он жадно вдохнул запах Намгю у его шеи. Опуская руки ниже, запуская кончики пальцев под края мини-юбки. Намгю отпустил шест, чувствуя, что его ноги внезапно ослабевают, схватил Таноса одной рукой за плечо, а другой за фиолетовую копну волос. – Танос. – Тебя греет этот свет изнутри. Намгю нашел силы оттолкнуть Таноса. – Ты хотел, чтобы я тебе станцевал, тогда, блять, смотри, – он снова толкает Таноса, пока тот, не оборачиваясь, не сел назад на диван. Намгю продолжает танцевать, перед этим скидывая юбку, под которой были кружевные трусики, аккуратно облегающие задницу и член. Он поправил неудобный стояк. Музыка играла в более быстром темпе. Снова взявшись за шест, он стал крутиться, выполняя некоторые соблазнительные трюки. Когда музыка затихла и частый бит исчез, Намгю спустился и медленной походкой пошел к Таносу, который всё ещё сидел на диване. Он медленно ступал по полу, по дороге скидывая обувь и покачивая бедрами. Танос неотрывно следил за каждым движением Намгю, он раскинул руки на спинке дивана, когда увидел, что Намгю собирается идти к нему и приглашающе раздвинул ноги. Его взгляд ни на секунду не отрывался от мужчины, взгляд блуждал по телу. – Соскучился по мне? Принцесса, – Танос протянул руку Намгю ладонью вверх. Намгю с хищной улыбкой взял Таноса за руку, и тот потянул его к себе. Намгю упал на его колени. – Блестит твоя корона. Танос нежно провел рукой по волосам Намгю, заправляя прядь за ухо, а другой рукой сжимая ладошку Намгю в своей. – На моем троне тебя никто не тронет. Тихий шепот. И Танос сжал волосы Намгю, притянув его к своему лицу за волосы. Они почти коснулись губами, но Танос отодвинулся. Он смотрел на Намгю под этим неоновым оранжевым светом и видел в нем кого-то большего, чем обычного стиптизера. Его руки потянулись вдоль рук Намгю, гладя их. Когда он дошел до локтей, Танос почувствовал маленькие шрамы, его взгляд мгновенно опустился вниз, на то место, где были кругленькие ранки. Намгю хотел тут же закрыться, спрятаться. Иногда пристальное внимание к небольшим шрамам от шприцов вызывало в нем отвращение, но здесь он чувствовал стыд. Он уже собирался одернуть руку, но Танос сжал сильнее. Он понял. Нет, он не знал истории, не знал, почему, но понимал его. Он видел в Намгю себя. Вот, что его тянуло к нему, они были очень похожи. Они были рождены друг для друга. В любой вселенной. Танос поцеловал Намгю. Жёстко, кусающе. Намгю, как кошка в марте, тёрся об него, за что получал лёгкие шлепки, которые тут же заменялись поглаживаниями. И если сначала была страсть, пожирающая изнутри, поцелуи, словно они опаздывают куда-то, желание завладеть чужим телом, присвоить его себе, пометить, то сейчас откуда-то появилась нежность, желание завладеть не только телом, но и сознанием, застрять там, залезть ему словно под кожу, слиться в единое целое. Быстрые поцелуи переросли в медленные, осторожные, словно Намгю мог развалиться в его руках. Танос аккуратно гладил его по волосам, нежно щупал бедра, задницу, поцелуями спускаясь по шее вниз, целуя голую ключицу. Нужен ему-ему-ему только я-я-я. И мы тле-е-ем в ледяных огнях.

***

Через несколько часов оба вывалились из випки. Танос ласково смотрел на Намгю, шлёпнул его по заднице, за что получил грозный взгляд. – So, my boy, поехали ко мне? – Я до шести утра сегодня. –  Okay, я подожду. Не хочу упускать ни один твой танец, kitty.

Неоне (в моём неоне).