Превозмогая

— Так, как вы познакомились? — Пак Хумин лежал на газоне, подперев голову рукой. Хёнтак и Джунтэ сидели рядом в то время, как Шиын остался с Сухо, не в силах отойти и на шаг. Будто отодвинься он и Ан Сухо растворится в воздухе, как дым. Когда первая волна затопившего сознание волнения сошла на нет, а слезы перестали сами по себе литься из глаз, Шиын представил друзей друг другу. Парни из Ынджана приняли Сухо с распростертыми объятиями и начали закидывать его вопросами. — Он напал на меня со стулом, — с доброй улыбкой Сухо кивнул на Шиына. Парень выглядел удивлённым. — Что? Думаешь, я забыл? — Я надеялся, — тихо ответил Шиын, опуская взгляд на свои руки. Они ещё поболтали какое-то время, пока Сухо не пришла пора возвращаться в палату. Попрощавшись с ынджанцами, Шиын решил ещё немного побыть с другом. Они молчали всю дорогу до палаты, а Шиын не отрывал глаз от макушки парня. Его волосы сильно отросли и он то и дело поднимал дрожащую руку, чтобы убрать лезущую в глаза чёлку. Бабушка Сухо пару раз подстригала его, но это не было удобным, пока он спал. Шиын не прекращал думать о том, что Сухо просто спал. Отдыхал за все годы переработок, только и всего. Его тело все ещё оставалось слишком слабым, поэтому Шиыну пришлось приложить немало усилий, чтобы помочь другу пересесть на кровать. Он сильно похудел, Шиын легко обхватил его руками поперёк спины, а тот легко оперся на него, обнимая в ответ. И вроде даже не объятие, а просто помощь, но тепло от тела друга заставило Шиына поверить, что Сухо действительно пришёл в себя, что он правда жив. — Давай постоим так немного, — неожиданно заговорил Сухо, когда Шиын усадил его на кровать, и лишь сильнее стиснул руки. Шиын не ответил, но и не отстранился. Сухо прижался ухом к его груди и закрыл глаза, расслабляясь, а Ён тяжело выдохнул, не убирая рук с чужой спины. — Скажи, что скучал по мне, — шёпотом попросил Сухо. — Сухо. — Или не скучал? — с улыбкой в голосе поинтересовался парень, задирая голову, чтобы посмотреть на друга. — Выглядишь так, будто вот-вот расплачешься. — И дать тебе новый повод для издевок? — Шиын смотрел в стену перед собой. — Я не буду над тобой издеваться, — серьёзным тоном ответил Сухо, снова прижимаясь ухом к груди. — Шиын-а, твоё сердце бьётся, как бешеное. Я слышу, как оно рыдает от счастья. — Не неси чепуху. — Айщ, узнаю своего лучшего друга. — Сухо отстранился, отпуская Шиына, и поднял руки к его лицу, обнимая ладонями щеки, чтобы заставить смотреть себе в глаза. — Ты вроде поправился, да? Выглядишь здоровым. Куда лучше, чем когда мы виделись в последний раз. Ты продолжаешь тренироваться? Стал выносливее? Или все так же помираешь после стометровки? — Ан Сухо, — Шиын сжал тонкие запястья, убирая чужие руки от своего лица, — может, лучше расскажешь о себе? — Аргх, Шиын-и, — раздражённо воскликнул Сухо и рухнул на подушку. Шиын осторожно поднял его ноги и накрыл одеялом. — Ты же в курсе, что я почти год в коме провалялся, да? Я очнулся два дня назад и только сегодня утром осознал себя в пространстве, как разумный человек. — Он прикрыл глаза предплечьем. — Смотрю на окружающих и поражаюсь. Бабуля постарела, ты подрос, поправился. Больше не выглядишь, как тень. А для меня всего пара дней прошла. И посмотри на меня! — Он раскинул руки. — Я труп ходячий. Даже не ходячий. От меня прежнего только кости остались. — Сухо, — Шиын схватил его за руки, останавливая. — Надо же, — горько хмыкнул Сухо, выглядя расстроенным, — ты и правда стал сильнее. Мне так страшно, Шиын, — шёпотом признался он, в его глазах блеснули слезы. — Мне тоже, — ответил Ён. Сухо посмотрел на него. — Эти кошмары... Они не прекращаются. А вдруг вот это, — Шиын кивнул на друга, — очередной кошмар. Вдруг я открою глаза, а ты все ещё... Его голос сорвался. Сухо потянул парня к себе и Шиын разрыдался. Он все бормотал слова извинений за прошлые дела, цепляясь за Сухо, как за последнюю надежду на спасение. — Поплачь, Шиын-и, поплачь, — шептал Сухо, поглаживая друга по волосам. — Я тоже поплачу. И он правда плакал. Их общая боль выходила со слезами. Они трогали друг друга, будто впервые, касались в совершенно разных местах, чтобы убедиться, что оба реальны. Переплетали пальцы, гладили щеки, стирая друг другу слезы, и снова плакали. Шиын уснул головой у него на руке, ещё долгое время продолжая всхлипывать, а Сухо боялся закрывать глаза. Что, если это действительно последний прекрасный сон перед тем, как его душа отправится в ад? Слишком хороший сон. Под вечер тихонько в палате появилась улыбающаяся бабушка, она трепетно поцеловала внука в переносицу и коснулась суховатой ладошкой взъерошенной макушки спящего Шиына. Тот и бровью не повёл. Они мило поболтали вполголоса, чтобы не тревожить парня, и бабушка со спокойной душой ушла, передав Сухо телефон, который все это время лежал дома. Она его зарядила, справедливо решив, что подростку телефон необходим. Сперва Сухо даже не собирался его включать, но шестое чувство подсказало сделать это, поэтому он пришёл в чертовское удивление, увидев на экране тысячи уведомлений. Сотни сообщений от контакта «Шиынчик». Сухо прочитал их все. Потратив пару часов, как минимум, он не упустил и строчки. В сообщениях душа Ён Шиына вывернулась наизнанку, оголилась полностью. Его мысли, чувства и страхи. Он рассказывал о проведённых днях, о странных знакомствах, о ранее неизведанных чувствах, которые ему удалось испытать благодаря новым друзьям, о новых впечатлениях. Он писал об этом так, как никогда не смог бы произнести вслух. Сухо в прострации смотрел на светлое лицо без тени грусти. Шиын совсем успокоился и во сне не производил ни звука, ни движения. Даже когда Сухо коснулся его щеки, он и не поморщился. — Сколько же всего тебе пришлось пережить, Шиын-и? — в потолок пробормотал Сухо и закрыл глаза, наощупь отыскивая ладонь друга. Так спокойнее. — Спокойной ночи. Уж от кошмаров я тебя спасу. Шиыну и правда впервые за долгое время удалось выспаться, несмотря на неудобное положение. В первое время он часто спал вот так на стуле у постели Сухо, не спал даже, а так, пребывал в полудреме в жалкой надежде, что друг вот-вот очнется. Сегодняшнее утро кардинально отличалось от тех прошлых. Первым, что увидел Шиын, когда открыл глаза, было умиротворенное лицо Сухо без кислородной маски. Он спал на спине, крепко стискивая ладонь Шиына в своей. Так, будто бы специально взял ладонь и уснул, глядя на него. На случайность совсем не похоже. Ну и Шиын не спешил шевелиться, вдоволь наслаждаясь разглядыванием Не ходячего трупа. Красивый и спокойный. Живой. — Шиын-и, моё сердечко трепещет под твоим взглядом, — хрипло пробормотал Сухо, потягиваясь. — Давно проснулся? — Шиын выпрямился, допуская мысль о том, что руке стало как-то пустовато без хватки друга, и размял шею. — Пару минут, может. — Как себя чувствуешь? — Лучше не стало, но я справлюсь. — И Сухо улыбнулся той самой, прежней улыбкой. — Я же сильный. — Да, ты сильный. С шелестом распахнулась дверь и в палату с шумом ворвались ынджанцы тем же составом, что и вчера вечером. Как всегда громкий Баку вопил приветствия, размахивая руками, а Готак пытался утихомирить друга, бесполезно напоминая ему о раннем утре и больнице. Скромняжка Джунтэ вошёл последним, бочком приближаясь к Шиыну. — Мы принесли вам поесть, — тихо сказал парень, покачивая в руке пакеты из доставки. — Ага, но медсестра завернула нас, — пожаловался Баку, запрыгивая на кровать Сухо, и завалился на его ноги. — Ты ещё долго есть не сможешь, да? — Верно, — Сухо потёр нижнюю губу, чувствуя, как скапливается во рту слюна из-за аппетитных запахов. — Придётся придерживаться специальной диеты, пока желудок привыкнет к еде. — Жаль, — с сочувствием произнес Джунтэ. — Шиын рассказывал, что ты много ешь. Ел... раньше. Прости. — Да не парься, все в норме, — отмахнулся Сухо и рефлекторно дёрнул ногой, когда почувствовал острый укол в стопу. — А, прости, я думал, парализованные ничего не чувствуют, — Баку резко вскочил с кровати, пряча за спину ручку, и тут же получил смачный подзатыльник от Хёнтака. — Идиот! Он не парализованный, а просто слабый, — Го раздражённо закатил глаза и цыкнул. Шиын кинул на Сухо извиняющийся взгляд. Хотя он уже и привык к друзьям и их поведению, но иногда до сих пор испытывал неловкость или недоумение. Сухо широко улыбался и выглядел счастливым. — Вы зачем пришли? — все ещё немного хриплым голосом заговорил Шиын. — Как зачем? — удивился Хумин, прикрывающийся от ударов Така. — В школу тебя забрать. Знали, что ты здесь будешь. На звонки не отвечал, сообщения не читал. — Но я не собирался в школу. В палате повисла гнетущая тишина, прерывающаяся гудением компьютера и шорохом пакетов с едой в руке Джунтэ. Нахмурившийся Баку поковырялся пальцем в ухе и обернулся к Хёнтаку, который с удивлением смотрел на Шиына. — Мне не послышалось, да? — громким шёпотом спросил Хумин, все ещё оставаясь шокированным. — Вах, наш заучка совсем слетел с катушек. — Хёнтак прикрыл глаза ладонью. — Не может быть. Джунтэ, отойди от него, заразишься. Сухо хмыкнул и хлопнул Шиына по руке, лежащей на постели рядом с ним. Ён посмотрел на него. — Меня все равно скоро заберут на процедуры, так что ты можешь идти. Нет смысла охранять меня сутками напролет. Потратив несколько секунд на рассматривание лица друга в поисках хоть намека на нежелание оставаться в одиночестве, Шиын поднялся с насиженного места. Он испытывал толику страха, делая первые шаги от постели, и всеми силами гнал от себя плохие мысли. Друзья наперебой шумно попрощались с больным, Баку в своём репертуаре растрепал ему волосы, Джунтэ тронул за плечо, а Хёнтак похлопал по коленке. Они первыми покинули палату, а Шиын задержался у дверей, когда Сухо окликнул его. — Пиши мне, ладно? — Он помахал телефоном, нахально улыбаясь. — Хоть каждую минуту пиши. Я больше не выпущу его из рук. Уходя, Шиын улыбнулся сам себе. Они справятся, теперь все вместе точно справятся.

***

Сухо выписали через три недели. Все это время Шиын каждую свободную минуту проводил рядом с ним, посещал вместе сеансы физиотерапии и других процедур, учился специальному массажу и уходу за больными, не способными позаботиться о себе самостоятельно. Друзья издевались и задирали его за это, но принимали непосредственное участие в заботе о важном для Шиына человеке. Они часто устраивали в палате Сухо шумные посиделки, получая нагоняй от медсестёр, или забирали его на улицу и развлекали до колик в животе от смеха. На выписку парни общими усилиями устроили приветственную вечеринку, подготовив дом Сухо к возвращению по полной программе, учитывая его неполную дееспособность. Бабушка Сухо побыла с ними немного, а потом ушла, оставив парней веселиться. Ынджанцы притащили пиво, куда без него, и даже заставили выпить Шиына, который по привычке больше отмалчивался, внимательно следя за состоянием друга, и в общие склоки не вступал, пока его не втягивали. Зато Сухо было весело и все мучения стоили того. Джунтэ вырубился первым, свернувшись калачиком в уголке дивана. Он в их компании до сих пор оставался самым восприимчивым к алкоголю, Баку постоянно потешался над ним из-за этого, но заботливо укрывал первым попавшим под руку предметом. Обычно он стаскивал с Готака толстовку, а тот не сильно и сопротивлялся, и снимал с Джунтэ очки. Часто Готак и Хумин заканчивали вечер попойкой на спор, а Шиыну оставалось только следить за тем, чтобы никто из них не пострадал. Самый здравомыслящий из них мог весь вечер тянуть одну банку пива. Сегодня он превысил привычный лимит, но все ещё оставался достаточно в сознании, чтобы контролировать обстановку. Когда Баку захрапел прямо на полу, а Хёнтак развалился на диване, привалившись головой к Джунтэ, Шиын укрыл их одеялами под тихие наставления Сухо. — Эти парни, — Сухо сладко потянулся, когда Шиын привёз его в комнату. — Шумные? — Ён достал из шкафа пару футболок и штанов, чтобы переодеться перед сном. — Забавные, — поправил Сухо, наблюдая за другом. — Если бы в нашей школе были такие ребята, было бы веселее. Я рад, что они появились у тебя, пока я спал. Он стал так говорить после того, как заметил смятение на лице Шиына при упоминание комы. Ён сильно менялся, хотя наверняка думал, что прекрасно себя контролировал. — Да, я тоже, — тихо ответил Шиын. — Ты хочешь помыться? — Не, только зубы почищу. Шиын отвёз его в ванную, где они вместе почистили зубы, а после помог переодеться и уложил в постель. Сухо не переставал шутливо восхищаться силой друга, игнорируя тот факт, что это он просто стал немного легче. Пройдёт ещё какое-то время, прежде чем он начнёт набирать вес. Шиын быстро принял душ и вернулся к Сухо, чтобы проверить, все ли с ним в порядке. Ан залипал в телефоне, но убрал его под подушку, когда заметил друга. — Тебе что-нибудь нужно? — Шиын-и, ты такой заботливый. — Сухо прижал ладони к щекам, наигранно смущаясь. — Как же мне с женушкой повезло. Гаси свет и забирайся под одеяло. — К тебе? — Шиын удивился. — Можешь пойти к Баку под бочок, — поддел Сухо. — Твоим косточкам самое оно на полу погреметь. Справедливо решив, что Сухо прав, Шиын выключил основной свет, оставив небольшую лампу в изголовье кровати. Он впервые собирался спать с кем-то в одной кровати и это смущало. Как любитель свободного пространства, Шиын плохо переносил любой физический контакт, пусть и ребята почти искоренили это в нем. А ведь Сухо был первым, кто без страха прикоснулся к Шиыну и даже не получил за это. Он первым сломал тщательно выстроенный барьер и он был первым, кому Шиын позволил это. Ну разве не забавно. — Ты ведь не ударишь меня, если я к тебе обниматься полезу? — спросил Сухо, когда Шиын присел на край постели. — Зачем тебе это? — Я вообще беспокойно сплю, так что ползи к стенке, — проигнорировал слова Шиына Сухо и ответил на прямой непонимающий взгляд. — Иначе посреди ночи на полу окажешься. Шиын послушался. Переползая через друга, он ощутил тёплое дыхание на лице, но не посмотрел на него, чувствуя, как что-то незнакомое щемит в груди. Он часто испытывал нечто подобное в отношение Сухо, но никак не мог идентифицировать чувства правильно, так как никогда с подобным не сталкивался. — Ты стал спать спокойнее? — спросил Сухо, повернувшись набок, лицом к нему. — Ну, после того, как я проснулся. — Периодически, — честно ответил Шиын, глядя в потолок. — Не думаю, что так легко избавлюсь от кошмаров. — Я защищу тебя, так уж и быть, — весело пообещал Сухо и неожиданно закинул на друга руку и прижался лбом к виску Шиына, а носом ткнулся в щеку. Шиын затаил дыхание, не зная, как реагировать. Сухо больше ничего не говорил и не делал, будто ждал реакции, опаляя кожу горячим дыханием. Места соприкосновений их тел горели огнём, но отстраняться, как раньше, не хотелось. — Сухо. — Тебе неприятно? — первым спросил парень, не меняя положения тела. — Нет, — Шиын выдохнул и закрыл глаза. Ему не неприятно. Ему тепло и спокойно, несмотря на гулкое биение сердца в груди. Рука Сухо на груди стала тяжелее, будто парень расслабился, он легонько потёрся носом о его щеку и затих. Как в ту первую ночь после пробуждения Сухо держал его ладонь в своей, силясь ощущать чужое присутствие сквозь сон, так и сегодня он держал Шиына в своих руках, чтобы чувствовать жар живого тела и мерный стук сердца. Так он чувствовал живым и себя. С трудом выныривая из липкой пучины безмятежного сна, Шиын различил тяжёлое бормотание прямо на ухо. Он ощущал, как беспокойно крутился Сухо, произнося имя друга, сжимал пальцами руку до боли и тянул футболку, будто пытаясь удержать и убежать. — Что случилось, Сухо? — тихо спросил Шиын, поворачиваясь к нему. Сухо спал и, судя по реакции, ему снился кошмар. Он хмурился, продолжая бормотать имя Шиына, его губы пересохли, а на лице выступили капельки пота. Особо не раздумывая, Шиын коснулся ладонью его щеки и прижался лбом ко лбу. — Я здесь, Сухо-я, — пробормотал он в чужие губы. — Я прямо здесь, держу тебя. Сухо резко схватил его за футболку на спине и неожиданно сильно прижал к себе. Шиын не стал сопротивляться, тоже обнимая парня, принялся успокаивающе гладить по напряжённым лопаткам. Ан Сухо не упоминал о том, что его тоже мучали кошмары, но Шиын радовался, что мог помочь ему своим присутствием. Сухо довольно быстро успокоился и они снова спокойно уснули. Утром Шиын проснулся первым и как можно аккуратнее выпутался из объятий Сухо, чтобы проверить остальных. Готак и Джунтэ обнимались на узком диване. Малыш Со забавно смотрелся полулежа на более массивном Хёнтаке. Шиын не удержался и сфотографировал их, чтобы потом закинуть в общий чат. По крайней мере любой из них на его месте поступил бы так же. Все ещё нахрапывающий Баку закатился головой под стол, и Шиын с лёгкостью мог представить, каким тяжелым будет его пробуждение. Никого не тревожа, Шиын сходил до ближайшего супермаркета за продуктами для завтрака и антипохмельными напитками. Джунтэ он точно понадобится — парня постоянно мучал жёсткий отходняк. Однако сегодня он удивил, первым присоединившись к Шиыну на кухне. — Доброе утро, — прохрипел Джунтэ, пытаясь пригладить гнездо на голове. Шиын молча поставил на стол спасительную бутылочку. — Шиын-а, ты, ты, ну, ты... — Ага, знаю, — кивнул Ён, возвращаясь к плите. — Скоро приготовлю суп. — Ты готовишь? — удивился парнишка, забравшись на стул с ногами. — Научился, чтобы готовить для Сухо. — Ва-а-а, ты правда замечательный друг! — восхитился Джунтэ. С гостиной послышалось ворчание, глухой звук удара и громкие возмущения. Джунтэ ушёл спасать бедную голову Хумина, пострадавшую от стола, ещё и от раздраженного Готака. Эти парни гурьбой завалились в кухню, когда Шиын принялся накрывать на стол. — Почему этот ублюдок так хорош, — ворчал Баку, выглядя не лучшим образом. — Ты же тоже пил, какого хрена? — Он выпил в десять раз меньше тебя, дубина, — вместо Шиына ответил Хёнтак. Оставив друзей и дальше препираться в привычной манере, Шиын отправился к Сухо. Он уже не спал. Сидел на краю постели, пустым взглядом глядя в пол, но при появлении друга быстро сменил эмоции на наигранную веселость. — Ах, приятно видеть, что я не ударил тебя во сне или типа того, — весело заговорил он, хлопая в ладоши. — Или ударил, но не по лицу? — Ты меня не ударил, — спокойно сказал Шиын, подкатывая каталку к кровати. — Как себя чувствуешь? — Голодным. — Сухо погладил живот. — Мне снились говяжий суп и жаренные свиные ребрышки. Когда желудок восстановится, я опустошу все рестораны Сеула, попомни мои слова. Шиын не стал поднимать тему его ночных кошмаров и сделал вид, что ничего не заметил. Привезя Сухо к остальным, он снова окунулся в пучину шума и веселья, что стало неотъемлемой частью их безумной компании. После завтрака Баку ушёл помогать отцу в ресторане, а Джунтэ с Готаком остались, чтобы помочь Шиыну с уборкой. А потом они дружно выбрались на улицу для прогулки и там и разошлись на весёлой ноте. — Я наберу ванну, — сказал Шиын, когда они вернулись домой. В выходной Сухо не требовалось посещать больницу, поэтому Шиын решил в такие дни полностью брать все заботы о нем на себя. Это было первым разом, когда он собирался искупать друга, и поэтому чувствовал себя немного взволнованным. Хоть он и обучился в больнице, и прочитал всю известную информацию об уходе, толика сомнения и страха напортачить оставалась. — Ты готов? — Шиын повёз друга в ванную. — Айщ, чувствовать заботу моей женушки так приятно, — все шутил Сухо, умело маскируя собственное волнение. — Сердечко так и трепещет. — Перестань меня так называть, — попросил Шиын без особых эмоций, проверяя рукой воду. — Не нравится быть женушкой? А как насчёт муженька? Муженьком можно называть? Шиын оставил болтовню друга без ответа, помогая ему раздеться, и с огромным усилием переместил его в ванну. С довольным стоном Сухо погрузился в горячую воду, закидывая руки на бортики. Шиын положил ему под голову полотенце. Пальцы дрожали, но он пытался не показывать этого, сразу принимаясь намыливать волосы. — Шиын-и, я могу сде... А, не, не могу, ах, руки такие тяжёлые, — с всплеском руки скользнули под воду. — Ах, помассируй посильнее, так хорошо. Шиын не мог понять, издевался Сухо таким образом или что ещё, но послушно следовал указаниям. Он по-прежнему быстро уставал и у него болела голова от яркого света, поэтому в какой-то момент Шиын выключил свет и открыл дверь, чтобы создать полумрак. — Айщ, Шиын-и, ты ещё свечи зажги, так романтично. По крайней мере, у Сухо хорошее настроение. Шиын дал ему время для отдыха — в воде было легче всего двигать ослабевшими конечностями, а уже после, разомлевшего и довольного, переместил в комнату, где заранее растелил на полу одеяло и подготовил массажное масло. — Ты ведь знаешь, что не обязан делать все это? — непривычно серьёзным голосом поинтересовался Сухо, когда Шиын наклонился к нему, чтобы подхватить подмышками. — Тебе неприятно? — только и спросил Ён, лишь на секунду замерев перед тем, как продолжить начатое. Сухо выглядел пораженным, что этот безэмоциональный сухарь посмел использовать его же приёмчик против него самого. Кажется, парни из Ыйджана научили его не только жить, но и шутить. Это не могло не радовать. Шиын помог Сухо улечься на живот. Ему уже доводилось делать массаж в больнице, когда он учился у медсестёр, поэтому не переживал. Под забавные комментарии друга Шиын провел все нужные манипуляции и уложил его спать, а сам занялся уроками. Сухо отсыпался за все годы недосыпа.

***

Шиын уже готов был ввести код на двери, как раздался звонок его телефона. С удивлением он увидел на экране имя бабушки Сухо и чертовски перепугался. Она почти не звонила ему, если в этом не было необходимости. Уже месяц прошёл с выписки, Сухо довольно быстро восстанавливался, и врачи давали оптимистические прогнозы. — Шиын-а, где ты? — почему-то шёпотом поинтересовалась бабушка и звучала она очень обеспокоенно. — У дверей. — Шиын набрал код и толкнул дверь, входя в прихожку. Старушка уже ждала его там. — Что стряслось, бабушка? — Понимаешь, он, я не знаю, — взволнованно шептала бабушка, нервно теребя в пальцах платок. — Он из больницы сам не свой вернулся. Прогнал Сеуна и закрылся в ванной. Говорит, что все в порядке, но я переживаю. — Я понял. Разберусь. Сеун был нанятым Председателем человеком, который возил Сухо на процедуры и присматривал за ним, когда требовалось. Шиыну пришлось постараться, чтобы выбить из того ублюдка компенсацию за причиненный ущерб. Не ради себя, а ради Сухо. — Сухо-я, — Шиын стукнул в дверь ванной, — я вхожу. Ему разрешение не требовалось. Как Сухо раньше нарушал все границы дозволенного, не считаясь с мнением других, так и Шиын теперь копировал его манеру поведения. Сухо сидел в душевой кабинке, вытянув ноги и опустив руки. Опрокинутая каталка валялась недалеко, на полу Шиын заметил капельки крови. Подойдя ближе, он различил свежую рану на лбу парня, кровь больше не шла, смытая холодной водой. Шиын выключил воду и опустился на колени рядом с другом, чтобы взять его лицо в руки и заставить смотреть на себя. Сухо улыбнулся дрожащими губами. — Жалкий, да? — хрипло спросил он. Шиын не ответил, обнимая его. Вот так, без лишних слов, зарылся пальцами в мокрые волосы, прижимая к груди. С болью в сердце почувствовал, как Сухо сжал рубашку на его спине, стискивая. Шиын не знал, сколько времени они так просидели, прежде чем Сухо позволил себе расслабиться и прийти в себя. Все так же молча он снял с него мокрую одежду и помог помыться. Бабушки уже не было дома, когда они вышли из ванной, а на кухонном столе вместе с ужином лежала записка, что её не будет всю ночь. Шиын так же принял душ, закинув вещи в стиралку, Сухо все это время ждал его на кухне, лениво ковыряясь в тарелке с кашей. — Поговорим? — предложил Ён, усаживаясь напротив. — А, не о чем, — с наигранной бравадой ответил Сухо, глядя прямо на друга с вызовом. — Ты сегодня рано. Прогуливаешь из-за меня допы, да? — Переживаешь, что восстановление проходит медленнее, чем хотелось бы? — по больному ударил Шиын, отвечая упорным взглядом. — Ты же знаешь, передо мной притворяться не надо. — Да разве ж я притворяюсь? — пробурчал недовольно Сухо. — Хочешь сказать, насквозь меня видишь? — Да. — Шиын взял палочки, с невозмутимостью приступая к ужину. — Когда ты впал в кому, я чувствовал такую же беспомощность. Ненависть к самому себе, что ничем помочь не могу. Страх, что ты никогда не очнешься. Вину, съедающую изнутри. — Шиын помолчал. — Все время думал только о том, что все могло бы быть по-другому, скажи я тебе тогда правду. — Шиын-и, — Сухо взял его ладонь в свою, — хватит уже. Друзья наверняка говорили тебе, что это не твоя вина. Я тоже так считаю. Прости уже себя, ну, правда. Иначе я сейчас расплачусь. — Шиын улыбнулся уголком губ, покачав головой. — Ах, эта улыбка с ума меня сводит. — Ешь. Поклонившись в шутливой форме, Сухо с новым энтузиазмом схватился за ложку, от души наяривая ненавистную кашу. По крайней мере ему разрешили добавлять ягоды и фрукты, потихоньку разнообразя рацион. Так же меню пополнилось некоторыми диетическими супами, что не могло не радовать. Потому что Сухо готов был грызть глотки парням, которые при встрече дразнили его курицей или ребрышками с пивом. — Почему тот ублюдок Председатель так лоялен ко мне? — неожиданно заговорил Сухо, когда Шиын мыл посуду. — Ты говорил, что он хорошенько попортил тебе репутацию. — Так и есть. Я собрал на него немного компромата, — признался Шиын, не оборачиваясь. — Помимо того видео. — Ах, ублюдок слишком печётся о своём статусе. Разве он не вынудил тебя избавиться от видео? — Пытался. Его угрозы пустяк для меня. — Ён скрипнул зубами. Воспоминания об этом заставляли его злиться. — Мы договорились, что я не буду действовать, пока он следует договорённостям. — Ты же в курсе, что он сделал меня миллионером? — спросил Сухо. — М? — Шиын оглянулся через плечо. — На моем счету лежит пятьсот миллионов, — пояснил Ан. — Полагаю, это своего рода плата за молчание. Как и этот приставучий Сеун, и лучшая клиника с первоклассной программой реабилитации. — И-и, что ты планируешь? — осторожно поинтересовался Шиын, подходя ближе. — Как что? Пользоваться всем в свое удовольствие, пока есть возможность, — как само собой разумеещеся сказал Сухо, округляя глаза. — Зря, что ли, мой Шиын-и подставляет свой зад опасностям, идя против Председателя. — Улыбнувшись, Шиын развернул его и покатил к телевизору. — Я могу не работать много-много лет и всецело посвятить себя восстановлению. Попомни мои слова, Шиын-и, через год я снова стану номером один. — Ты уже номер один, — Шиын хлопнул его по плечу. — Посмотрим фильм? Или приставка? — Ты же опять уроками займешься, господин выпускник, — отфыркался Сухо, дотягиваясь до пульта. — Ынджанцы не придут? — Джунтэ должен подойти где-то, а у Готака и Баку тренировка. Скоро матч. — А меня на матч пустят? — Ну, пусть попробуют не пустить, — с угрожающей ноткой недобро усмехнулся Шиын, раскладывая на небольшом столике перед диваном тетради. — Вах, мурашки пошли. Ты такой секси, муженек! — Шиын отмахнулся от ласкающей загривок руки. — Я уже давно хотел спросить. Со Джунтэ... У тебя возникали мысли, ну, эм... — Похож ли он на Бомсока? — догадался Шиын, крутя в пальцах ручку. — Возможно, какое-то время я ждал от него подвоха. Да и от остальных тоже. Я видел в тех ребятах вас обоих. Это пугало и нервировало. Но со временем, — Шиын прикусил внутреннюю часть щеки, задумавшись ненадолго, — со временем я понял, что они совсем другие. Джунтэ очень смелый. Даже несмотря на то, что ему бывает страшно, он все равно поступает отважно. — Айщ, Шиын-и, я сейчас ревновать начну, — возмутился Сухо. — Немедленно, скажи мне комплимент. Скажи, скажи, скажи. Шиын лишь улыбнулся. Как и предполагалось, Джунтэ пришёл в ближайшее время и присоединился к парням. Они вместе с Шиыном занимались уроками под весёлые комментарии Сухо, а потом рубились в приставку. Шиын с едва заметной улыбкой и теплом в груди смотрел на этих двух шумящих парней, подпихивающих друг друга локтями. Баку закинул в чат видео с Хёнтаком, где второй опять навалял первому, и пообещал собраться всем вместе завтра и опять устроить попойку. Забавные. Шиын тихонько перелистнул страницу, стараясь не потревожить спящего на коленях Сухо. Вообще изначально парень сидел рядом на диване, потом привалился головой к плечу, а в итоге и вовсе съехал на колени, и так и уснул. Шиыну не мешал. Он держал рабочую тетрадь на подлокотнике и спокойно занимался уроками. Иногда, задумываясь над задачей, Шиын запускал пятерню в мягкие волосы Сухо, прочесывая. Почувствовав, как задубела спина, Шиын отложил тетради и потянулся, откидывая голову назад. Время уже перевалило заполночь и, по идее, пора бы уже давно уложить Сухо в кровать, но этот упрямец нагло отказывался оставлять друга одного. Джунтэ ушёл домой около девяти, когда за ним заскочил Хёнтак. Сухо пошевелился, переворачиваясь на спину, и посмотрел на Шиына полуоткрытым глазом. — Закончил? — Да. Пойдём в кровать? — Подожди минутку. — Сухо полностью открыл глаза, блуждая задумчивым взглядом по лицу друга. — Наклонись. Ничего непонимающий Шиын послушно наклонился к нему, а Сухо резко приподнял голову навстречу и звонко чмокнул друга прямо в губы. От неожиданности Шиын отпрянул, едва не скинув парня со своих колен. Его ошеломленный вид и распахнутые глаза заставили Сухо смеяться. — Зачем ты это сделал? — спросил Шиын. — А что? Ты видишь меня голым несколько раз в неделю, а когда мы вместе спим, то обнимаемся, — как ни в чем не бывало, ответил Сухо, закинув руку за голову. — Я подумал, что пора перевести наши отношения на новый уровень. — О каких отношениях ты говоришь? — Тебе неприятно? — по старому трюку пошёл Сухо. — Я... я не знаю, — почти шёпотом, сомневаясь, ответил Ён. — Тогда поцелуй меня. Сам. Вот мне не неприятно. — Зачем мне тебя целовать? — Аргх, Шиын-и, просто наклонись и поцелуй меня! Все ещё немного сомневаясь, Шиын медленно наклонился, продолжая смотреть огромными глазами, в которых плескалась невинная растерянность. Сердце вот-вот грозилось пробить грудную клетку, а в животе появилось странное, тягучее ощущение. Он прижался своими губами к чужим всего на пару секунд и снова отстранился, ожидая вердикта. — Ну как? — улыбнулся Сухо. — Что? — Тебе неприятно? — он вздернул бровь. — Мне кажется, недостаточно, чтобы понять. — Мне не неприятно, — быстро проанализировав собственные ощущения, выдал Шиын. — Я рад. Тогда что насчёт глубокого поцелуя? Ты вообще целовался когда-нибудь? — Шиын мотнул головой. — Почему-то я так и думал. Ботану никогда нет дела до отношений, верно? — Отвлекает, — просто сказал Ён. Сухо принял вертикальное положение, усаживаясь поудобнее рядом с напряжённым, как струна, Шиыном. Какое-то время они просто смотрели друга на друга, ничего не предпринимая, только Сухо продолжал плотоядно улыбаться. — Шиын-и, — ласково позвал он, — ближе. — Как завороженный, Шиын придвинулся почти вплотную, с интересом первооткрывателя ловя каждую новую эмоцию. — Такой послушный, мой Шиын-и. Дыши носом и не пугайся моего языка. — О чем ты? Вместо слов Сухо накрыл ладонью заднюю часть его шеи и придвинул к своему лицу, чуть наклоняя голову для удобства. Глаза Шиына забавно распахнулись, когда он снова поймал чужие губы своими, и ещё непонятнее стало, когда он ощутил прикосновение горячего языка к губам. В панике попытавшись отстраниться и сказать что-то, он неосознанно дал добро чужому языку проникнуть в свой рот. Сухо улыбался в поцелуй и держал крепко, не позволяя вырваться. Свободной рукой он схватил руку Шиына за запястье и положил на собственный затылок, позволяя пальцам болезненно сжать волосы. Всего на несколько секунд, пока Ён не осознал, что резким действием неосознанно причинил другу боль. Другу ли теперь? В какой-то момент Шиын перестал сопротивляться и на пробу толкнул своим языком чужой. Внезапно необычные ощущения пришлись ему по душе и он сделал так снова, и попытался взять главенство над ситуацией в свои руки, настойчиво проталкивая язык в горячий рот Сухо. Так вот почему он так хотел сделать это, эмоции непередаваемые. Сухо одобрительно хмыкнул, принимая вызов к борьбе, но из-за собственной слабости внезапно оказался проигравшим, когда Шиын уронил его на спину и навис сверху, продолжая целовать с горячим напором. — Ах, Шиын-и, — сквозь поцелуи пытался заговорить Сухо, — если продолжишь, ах, у меня встанет. — Что? — замер Шиын, приподнимаясь на локтях. Его красивые губы чуть опухли и покраснели, румянец так же коснулся худых щёк и кончиков ушей. Он выглядел невероятно горячим и как будто уже возбужденым. — Я говорю, что мне так нравится, что скоро случится эрекция, — медленно с расстановкой, чтобы до возбужденного мозга нецелованного девственника дошло как можно быстрее. — Ты ведь испытываешь то же самое? — Да. — Хорошо. Это уже хорошо. — Улыбнувшись, Сухо прикрыл глаза и расслабился. — Как же давно я не целовался, мурашки пошли. Будто вечность. Шиын молчал, поэтому Сухо открыл глаза. Сложно было прочитать по этому лишенному эмоций лицу что-то. Ён довольно быстро взял себя в руки, возвращаясь в привычное состояние, и отстранился, тыльной стороной ладони вытирая губы. Этот жест показался Сухо довольно сексуальным, всколыхнулся в памяти момент, как он так же стирал с губ кровь. — Пойдём спать? — первым предложил Сухо. Шиын кивнул. Его рассредоточенный взгляд смотрел вникуда, пока он совершал привычные действия при подготовке ко сну, будто бы ничего не произошло. Сухо внимательно следил, в тайне ожидая хоть какой-нибудь реакции, но Шиын даже в такой ситуации оставался Шиыном. Морда кирпичом, чувства на замок. — Хочешь ещё? — спросил Сухо, когда они успокоились лицом к лицу под одним одеялом. — Зачем? — Вот балбес, — фыркнул Ан, легонько щелкая парня по лбу. Шиын с удивлением в глазах потёр место удара. — Я тебе тут свое сердце на блюдечке преподношу, а тебе все по одному месту. — Почему ты злишься? — все ещё недоумевал Шиын. — Потому что поцеловать тебя хочу, а ты не понимаешь! — Так целуй, я запретил, что ли?! Сухо забавно икнул, вздрогнув всем телом. Услышать подобное от Шиына сродни удару наковальни по причинному месту. Не теряя больше ни секунды, Сухо прижал Ёна к себе и поцеловал, ловя разумом вспышки фейерверков, аж за ушами трещало. Его сладкие губы и горячий язык сводили с ума, возможно, из-за того, что Сухо никогда не позволял себе сближаться с кем-то дальше обычных поцелуев. Утопая в бесконечных подработках и вечном недосыпе, он не находил в себе сил и желания на отношения, в которые требовалось вкладываться, как финансово, так и физически-эмоционально. Он не мог вспомнить момент, когда впервые посмотрел на Шиына под этим углом. В тот ли момент, когда худощавый чудик кинулся на него с занесенным стулом, или в тот, когда увидел сомнение и страх в огромных глазах, когда Шиын стыдливо пытался спрятать загипсованную руку. Определённо точно он почувствовал что-то ещё до комы. Ну а после у него не было и шанса отдать свое сердце кому-то другому. Сухо и представить не мог, что бы делал после того, как очнулся, если б не Ён Шиын. Бабушка много рассказывала о том, как Шиын помогал ей ухаживать за ним, как он дневал и ночевал у него в палате. Вероятно, никто в этом мире не ждал возвращения Сухо так же сильно, как Шиын. И никто до него не отдавался поцелую с такой же нетерпеливой страстью. Не зря Шиын слыл заучкой и ботаником, схватывал он на лету. Прижимался всем телом, игрался языком с чужими нервами, где-то напор увеличивая, а где-то игриво отстраняясь, лишь поверхностью губ затрагивая. Сухо поплыл от таких фокусов. Постепенно они успокоились, насытившись, и уснули в объятиях друг друга, деля одно дыхание на двоих. И их обоих не донимали кошмары. А на следующий день неугомонный Баку потащил друзей в крытый бассейн. Сперва Шиын хотел отказаться, но вспомнил, каким свободным чувствовал себя Сухо в обычной ванне, где даже ноги толком не вытянешь. Они встретились на автобусной остановке и сразу стало шумно. Проводя большую часть свободного времени наедине с Сухо, Шиын немного отвык от весёлых друзей. Но без них уже все казалось не таким. И Сухо, ему тоже было весело. Он широко улыбался и громко смеялся. Хёнтак и Баку вытащили его из кресла-каталки и помогли сделать несколько шагов, пока Джунтэ подбадривал их комментариями и хлопками. Некоторые люди неодобрительно косились на шумную компашку, но большинство улыбались. Шиын улыбался тоже. В привычной себе манере, больше следя за тем, чтобы Сухо не сильно устал. Утро выдалось немного сумбурным после произошедшего ночью. Сухо неожиданно попросил покормить его, как в первое время после комы, и все время старался коснуться, то голову на плечо положит, то губами тянулся к щекам и носу. Шиын позволял, не видя ничего странного, не чувствуя отторжения. Во время рутинного массажа Сухо подначивал больше обычного и то и дело просил поцеловать. Шиын не отказывал. Они не обсуждали это и просто приняли, как данность, как будто так и должно быть. Сейчас Шиын ловил на себе лучащиеся счастьем взгляды парня и невольно вспоминал потемневшие от желания глаза в полумраке комнаты. Видел, как Сухо прикусывал губы, и вспоминал, как прошлой ночью кусал их сам. В животе скручивался тугой узел. На его счастье подъехал автобус. Баку и Хёнтак, по-прежнему держащие Сухо, гурьбой ввалились в салон, смеясь, а Джунтэ помог Шиыну с каталкой. Сухо, по всей видимости, возвращаться в неё не собирался, поэтому Шиыну пришлось стоять с ней в специальном месте и издалека смотреть, как развлекаются друзья на привычных местах в конце автобуса. От этой картины немного защемило сердце. Как бы было по-другому, если бы Сухо так и не вышел из комы? Наверное, Шиын так бы и продолжал навещать его в больнице, написывая длинющие сообщения о прожитых днях, и продолжал бы проводить время в компании друзей. Продолжал бы жить с кошмарами по ночам, с шумом в голове от недосыпа, с раздражением от шумных проделок Баку, но с благодарностью, что они, такие шумные и весёлые, разбавили его одиночество и не позволили окончательно закрыться в себе и своей боли. И сейчас они рядом с Сухо, чтобы так же помочь ему справиться с трудностями. Немножко грубо и по-своему, со своеобразными шутками и безобидными издевками, но так, что Ан Сухо раскрывался и забывал о недуге. Пусть и на время. — Шиын-и, смотри, — восторженно звал Сухо, барахтаясь в воде, — я могу плавать! Шиын улыбался, отдыхая у бортика. За друга он не волновался, остальные кружили вокруг него, готовые в любой момент подхватить и помочь, но Сухо прекрасно справлялся сам. Друзья дружно поохали и поржали, когда Шиын признался, что не умеет плавать, поэтому от него изначально многого не ждали, но он все равно оставался начеку. — Шиын-чан, — Баку вынырнул из-под воды рядом, — о чем задумался? — Отношения. — М? — Стерев влагу с лица, Хумин с непониманием посмотрел на него. — Когда кто-то целует тебя и говорит, что преподносит свое сердце, что это значит? — задумчиво спросил Шиын, пристально вглядываясь в ошарашенное лицо друга. Баку выглядел шокированным. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы первоначальное удивление сменилось подначивающей хитростью. Он придвинулся почти вплотную и понизил голос, чтобы никто больше не услышал: — Тебе в любви признались? — Нет. — Ты только что сказал. — Я не говорил. Баку нахмурился, пытаясь понять, шутит ли Шиын, но его лицо оставалось серьёзным, а глаза непроницаемыми. — Издеваешься? — вкрадчиво поинтересовался Хумин. Ён не ответил, продолжая сохранять зрительный контакт. — Ладно, гений. Ты романтические фильмы никогда не смотрел? Книжки не читал, не? — Нет. — Не, ну это клиника, определённо, — заключил Баку, прислоняясь спиной к бортику, и растрепал волосы. — Как бы тебе объяснить? Эм. Когда кто-то говорит, что отдаёт тебе свое сердце, это фактически означает признание в любви. — Что это значит? — Ты что, не любил никого? — Шиын пожал плечами. — Слушай, ты с какой планеты вообще? Не отвечай! — предупредил Баку, заметив, как друг открыл рот. — Ну, любовь — это, знаешь, типа, когда ты хочешь защищать человека, заботиться о нем, оберегать. Готов жизнь за него отдать. Что-то типа такого. Шиын задумался. Защищать, заботиться, оберегать. Жизнь отдать. Шиын перевёл взгляд на остальных друзей, что брызгали друг друга водой. Хёнтак катал Сухо на спине, пытаясь преодолеть сопротивление воды, чтобы вход обогнать плывущего рядом Джунтэ. Шиын за любого из них готов отдать собственную жизнь. Сколько всего они пережили вместе, сколько всего ещё придётся пережить. Было страшно думать, что их дружба в любой момент могла оборваться. Как в прошлый раз, сломавший их с Сухо, раздавивший без остатка. Шиын по крупицам заново взращивал в себе доверие к ним, а они шаг за шагом пробивали ещё более прочную стену, чтобы пробиться в его сознание. А Сухо доверился легко, потому что Шиын назвал их своими друзьями. — Это то, что я испытываю к вам, — оборвав размышления, сказал Шиын. Баку рядом подавился и закашлялся, привлекая к себе внимание. — Шиын, ты только что нам в любви признался? — сипло спросил он, похлопывая себя по груди. Шиын нахмурился. — Ты такой милый, знаешь? Щас расплачусь, — и он принялся тереть глаза, а после и вовсе кинулся на друга с объятиями. — Я знал, что мы тебе небезразличны. — О чем ты? — хрипнул Шиын, пытаясь оттолкнуть бугая. — Разве я об этом спрашивал? — А? А, да, хм, точно, — Баку отступил назад и принял задумчивый вид, поглаживая подбородок пальцами. — М, верно, ты ж глупенький в таких делах, и не так понял мои слова. — Шиын прищурился. — Не смотри на меня так, мне страшно. — По делу скажи, — попросил Ён, устало вздыхая. — Любовь, любовь... Если ты хочешь понять, любишь ли человека, поцелуй его. — Баку щелкнул пальцами. — Поцеловал, — сказал Шиын. — И-и? — Хумин наклонился к нему, продолжая тянуть звук. — Мне не противно. Купающиеся парни разом замерли и обернулись на них, когда в помещение раздался звонкий звук удара. Это Баку хлестанул себя ладонью по лбу с такой силой, что опрокинулся на спину и ушёл под воду. Шиын дал парням отмашку, мол, все в порядке, а Хумин уже появился на поверхности, отплевываясь и смотря на друга подозревающим взглядом. — Шиын, тот, с кем ты целовался, красивый? — наводяще спросил Баку, справившись с собой. — Объективно... — ТЫ считаешь его красивым? — перебил Баку, пытаясь найти подход. Шиын кивнул. — А целуется хорошо? — И снова молчаливый кивок. — А член от поцелуя встал? — Ён обернулся к нему со вздернутой бровью. — Я тебе серьёзно. — Я... испытывал возбуждение, — признался Шиын, кивнув сам себе. Баку угукнул над ухом. — Сердце билось быстрее и в животе было горячо. Хумин неожиданно шлепнул его по спине, отчего Шиын подался вперёд, вызывая колебания воды, и с удивлением посмотрел на друга. — Поздравляю, ты влюблен. Поцелуи не противны, — он принялся загибать пальцы, — сердечко трепещет, член колом. Желание защищать и заботиться так же присутствует? — Шиын кивнул. — Ну вот. — Что мне делать? — Как что? Тебе уже в любви признались, теперь твоя очередь. Ресторан там, свидание в красивом месте, — Баку жестикулировал в такт словам. — Слова, мол, «рядом вечно буду, твоя защита и опора, о мон амур» и все такое. Цветы обязательно, подарочек какой, девчонки падки на внимание. — Девчонки? — Ну, обычно, да, но вдруг твоя другая. Может, ей там, что подороже нравится. Или вообще не любитель подарков и лишнего внимания. Короче, по ситуации смотри, ты ж стратег. — Хумин подмигнул ему, широко улыбнувшись. — Обращайся, если что. После того посещения бассейна прошла уже пара недель. Сухо часто просил ребят сводить его туда и они даже установили график, кто и в какой день сопровождал его. Сеун, выполняющий роль личного водителя, моментально подсуетился и предоставил ему личного водного реабилитолога. Сухо взбодрился, когда понял, что в воде ему становилось легче и силы возвращались быстрее. Шиын сидел за столом в комнате Сухо, пока парень отсыпался после насыщенной тренировки, сладко посапывая. Ён составил стратегический план идеального свидания, основываясь на нескольких просмотренных с другом романтических дорамах, и теперь просто смотрел на его безмятежное лицо. После того разговора с Баку, его слова не выходили из головы. Любовь, значит. Шиын плохо воспринимал истинное понятие любви, считая, что достаточно и того определения их взаимоотношениям, где друг за друга готовы глотки другим грызть. Но друзья не целуются, не обнимаются, когда спят. На друзей не встаёт. Поэтому разумно предположить, что Шиын действительно влюблен в Сухо. — Сухо? — Шиын ткнул парня в плечо. — М? — Сухо, — снова позвал Шиын, сильнее растормошив его. Сухо лениво приоткрыл один глаз. — Пойдём на свидание. Сухо потребовалось много времени, чтобы осмыслить произнесенное. Сперва он нахмурился, пытаясь понять, послышалось ему или нет, затем широко распахнул глаза. — С-свидание? — Не хочешь, не надо, — Шиын развернулся, чтобы уйти, но Сухо быстро схватил его за руку, подрываясь следом. — Очень хочу, — торопливо выпалил он. — Тогда, м-м, надо надеть что-то красивое? — Необязательно. — Шиын выпутался из его хватки и подошёл к шкафу. — Ну, как же? Это же наше первое свидание. — Сухо скинул ноги с кровати, потягиваясь. — Я вообще думал, что приглашу тебя на свидание, когда смогу лучше ходить. — Зачем оттягивать? — спросил Шиын, кидая на кровать футболку и брюки. — Резонно. Он вообще уже мог самостоятельно переодеваться, но Шиын делал это по привычке. Ну и потому, что так можно было касаться Сухо и целовать его, поддаваясь искушению. Первым делом они пошли в кинотеатр на премьеру нового боевика и держались за руки весь фильм. Шиын особо не любил тратить время впустую, но наличие кучки друзей вкорне поменяли все его мировоззрение и вынудили научиться не только дружить, но и отдыхать. А отдыхать с возлюбленным оказалось столь же весело, как и с лучшим другом. В принципе Шиын не видел особой разницы между тем, что было до первого поцелуя и после. Сухо как заигрывал, так и продолжал это делать, Шиын как игнорировал, так и продолжал. За исключением, когда Сухо прямо говорил о своих желаниях, типа поцелуя или объятий. Потому что поцелуи нравились и Шиыну. После кино они отправились на набережную реки Хан, чтобы полюбоваться вечерними огнями и тихим шумом воды. При планировании свидания Шиын учёл все тонкости, поэтому заранее позаботился о теплом пледе и наличие поблизости кафе с диетическим меню. Поэтому, оставив Сухо в живописном местечке, он ушёл за едой и напитками. Ему показалось, что поужинать на свежем воздухе с прекрасным видом куда воодушевленнее, чем просто побыть в кафе. Хотя и такой вариант был учтен, если бы разыгралась погода. Когда Шиын возвращался, то обнаружил Сухо в компании пары девушек. Они сидели перед ним и миленько хохотали, кокетливо переглядываясь, но насторожились при появление Шиына, окинувших их нечитаемым взглядом. — Надо было позвонить и предупредить, что у тебя тут компания, — сказал он Сухо. — Я бы взял побольше. — Ах, дамы, — весело воскликнул Ан, дергая Шиына за руку, чтобы сел рядом, — вот и мой парень. Познакомьтесь, Шиын-и. Шиын вежливо поклонился, когда девушки назвали имена. Они почти сразу ушли, оставляя их наедине. Сухо пояснил, что девушки хотели познакомиться с ними обоими и пригласить вместе погулять, но обломались, узнав, что они пара. Шиын на подобное заявление не отреагировал, раскладывая на пледе еду и напитки, а Сухо пристально следил за реакцией. — Ты ведь не ревнуешь? — подначивающе поинтересовался он, уперевшись подбородком в плечо Шиына. — А должен? — Чуть-чуть. Я все ещё красавчик, да? — Угу. — Шиын пригубил горячий кофе, не вникая в болтовню друга. — Ты уже отдал мне свое сердце. Так почему я должен ревновать? Или хочешь забрать обратно? — Аргх, Шиын-и, ты такой жестокий, — раздраженно выдал Сухо, бодая его щеку лбом. — Я отдаю тебе свое в ответ, — неожиданно тёплым тоном сказал Шиын. — Разве это жестокость? Сухо поднял голову и посмотрел на парня, чтобы убедиться, что он серьёзен в своих словах. После того, как Ан завуалированно признался другу в чувствах, они больше не говорили об этом. Шиын не рассказывал, что чувствовал, а Сухо не спрашивал, решив не усугублять шаткое равновесие того, что они имели. Поэтому последние слова Шиына прозвучали, как признание. В противовес обычному, Шиын поцеловал его первым, ставя жирную точку сомнениям. Они провели на набережной ещё какое-то время, пока совсем не стемнело, и вернулись домой на такси. В машине Сухо дремал на плече Шиына, держа его ладонь в своей. Как привязанный к каталке, он любил спонтанные выходы из дома, не касающиеся посещения больницы, и остался очень доволен их первым свиданием. Неожиданно понравилось и Шиыну. Этот волнительный трепет в груди, отдающий приятной дрожью, жар сидящего рядом тела, мягкие волосы, щекотливо касающиеся щеки. Раньше Шиын не понимал, почему друзья так стремились обзавестись отношениями. Теперь начал понимать. Это казалось ему забавным. Сухо в прошлом научил его дружбе и заботе, Сухо сейчас учил его любить. С него все началось и им же и закончится. Шиын вернулся в комнату после душа. Сухо уже сидел на кровати, прислонившись спиной к стене, и неотрывно следил за ним. — Что? — не вытерпел Ён, собирая раскиданные по столу тетради и учебники. — Ты можешь воспользоваться моей задницей, — решительно заявил Сухо. — Зачем мне? — не понял Шиын. — Определённо, чтобы заняться сексом, — заявил Сухо с неловкой усмешкой. Шиын оглянулся через плечо, все ещё выглядя недоумевающим. — Подобные свидания прекрасно бы было закончить сексом. Ты ведь знаешь, что такое секс? — Знаю. В биологическом понятии. — Шиын обернулся к собеседнику лицом и прислонился поясницей к столу, скрещивая руки на груди. Сухо выглядел удивлённым. Даже в полумраке комнаты, освещаемой лишь лампой, было заметно, как покраснели его щеки. — А ты знаешь, что сексом занимаются не только для продолжения рода, но и для удовольствия? — на пробу спросил он, пытаясь сформулировать мысли для твердолобого мозга НЕизвращенного партнёра. Шиын пожал плечом, поджав губы. — Ты когда-нибудь дрочил? — Нет. — И порно не смотрел? — Нет. Сухо потер лоб пальцами и снова посмотрел на него таким взглядом, мол, ты стопроцентно издеваешься надо мной. — Может, ты импотент? — предположил он. — Я, определённо, не импотент, — оспорил Шиын, не испытывая неловкости от обсуждений подобных тем. — Как и у любого парня моего возраста, у меня бывает эрекция. — И как ты с ней справляешься? — Никак. Сама проходит. — С ума меня сводишь, Шиын-и, — пробормотал Сухо, потирая лицо ладонями. — Я в любом случае хотел бы заняться с тобой сексом. Поэтому и предлагаю тебе быть сверху, потому что у меня сил не хватит, чтобы что-то сделать. — Быть сверху? — Шиын, запихать свой член в мою задницу. Звучит легко, правда? Побудешь сверху, пока я не восстановлюсь. Уж потом я отыграюсь, поверь мне. Шиын молчал, переваривая информацию. Судя по совершенно отстраненному выражению лица, в его распухших от знаний мозгах не находилось ни крупицы информации о сексе между двумя парнями. Сухо так и видел это окно загрузки и вспыхивающие заголовки перед огромными глазами, не видящих ничего более. — Мне нужно время, чтобы подготовиться, — наконец, заговорил Шиын. — Почему-то я так и думал, — улыбнулся Сухо, протягивая к нему руки. — Иди пока сюда, покажу тебе кое-что. Шиын послушно подошёл ближе и оказался неожиданно затянут на чужие колени. Он смотрел в темные глаза Сухо, не отрываясь, пока тот кусал губы в попытке спрятать улыбку. Ан потянул с него футболку и Шиын поднял руки, не препятствуя. Действуя, скорее, по наитию, он так же снял ненужный предмет одежды и с Сухо. Он начал поправляться и уже не выглядел, как ходячий скелет. И контакт кожа к коже оказался внезапно приятен. Сухо коснулся его ладонью. Иногда во время поцелуев он позволял себе залезать под рубашки Шиына, но это было первым разом, когда они оказались поверхностно обнаженными друг перед другом. Шиын следил и ничего не делал, пока Сухо трепетно исследовал его ничем не примечательное тело. В какой-то момент они сблизились до такой степени, что Сухо смог коснуться губами щеки Шиына. Будто специально он целовал местечки подальше от его губ, хотя Шиын пытался поймать его губы своими. Прикусил мочку уха легонько, пуская по телу странный разряд, коснулся кончиком языка ямки под ухом, будто извиняясь. И все продолжал гладить горячими ладонями его спину и периодически сжимать ягодицы. Применив силу, Сухо вынудил Шиына приподняться на коленях, и поцеловал в шею. Интуитивно Шиын откинул голову назад, предоставляя парню больший доступ, и почувствовал кожей улыбку. Кажется, об этом удовольствие говорил Сухо. Как необычно. От тяжёлого дыхания пересохли губы, а неконтролируемый стояк красноречиво натянул пижамные штаны. В то время, как Сухо добрался жарким ртом до торчащих сосков, он одновременно сжал его через ткань. Так, как сам Шиын никогда бы не сделал. — Сухо-я, — в полустоне позвал Шиын, неосознанно сжимая голову Сухо пальцами. — Нравится? — с улыбкой спросил Ан. — Угу. Сухо отпустил его, позволяя снова сесть себе на колени, и пошлым жестом стёр слюну со своих губ большим пальцем. Выглядел он радостным и польщенным. — Этого я хочу от тебя в будущем, — сказал Сухо, опуская взгляд на низ их животов. — М-да, дела. Только посмотри, как мы возбуждены. Поможешь мне? — Научи, — выдохнул Шиын, глядя не вниз, а на это прекрасное лицо. Шиын впервые за долгое время вырубился первым за максимальные полторы минуты после того, как закрыл глаза. Может, именно подобного «магния» ему все это время и не хватало? Сухо был невероятно доволен собой. *** Сухо считал. И следил. Считал количество вздохов, которые слышал каждый раз, как один пристальный придурок смотрел на другого глупого придурка. Все было настолько очевидно, что аж завидно, и он все ещё не понимал, почему бы кое-кому не набраться смелости. О чем он тут же поспешил сообщить сидящему рядом Готаку. — А? — непонимающе среагировал он, будто не здесь и не с ним, и вообще, отстаньте, он в космосе. — Яйца, говорю, в кулак собери и признайся ему уже, — повторил Сухо, хлопая друга по спине. — Да ты, да я, да о чем, да, ха-ха, глупости какие, ха, — сразу запаниковал Хёнтак, мечась, как таракан при свете. — Ой, да не смеши, — отмахнулся Сухо. — Ты ж настолько очевидный, что только Баку не заметит. — Правда? — стушевался Хёнтак. — Я же вроде, эм, старался не показывать. Сухо усмехнулся. Беззлобно, больше с пониманием. Они вышли прогуляться под вечер на ближайшую баскетбольную площадку и покидать мяч, пока ждали Шиына с дополнительных. Сухо уже мог самостоятельно стоять и делал небольшие шаги с дрожащими коленями, но коляску далеко все равно не убирали. Джунтэ забрасывал мяч в кольцо, пока парни присели передохнуть. — Просто я был на твоём месте, — признался Сухо, откидываясь на руки. — Правда? — оживился Готак, с надеждой глядя на него. — И что? И как? — А, решил пойти ва-банк, — от души махнул рукой Сухо, улыбаясь воспоминаниям. — Была не была, чем мучаться догадками постоянно. — Ты признался? — Не совсем. Сказал, мол, поцелуй меня, — как на духу выложил Ан. — И все. А там уже дело за малым. Раз поцелуй был, значит, и шанс тоже есть. — Просто в лоб, что ли? — нахмурился парень в недоверии. — И что в итоге? — А что в итоге? — Сухо широко улыбнулся и вскинул руку в приветственном жесте, когда увидел приближающегося к ним Шиына. — Попробовали, отторжения друг к другу не почувствовали, а там сперва я признался, а потом и ответное признание получил. — Эх, было бы все так просто, — вздохнул страдалец, подпирая голову рукой. — Это просто, Хёнтак. — Сухо хлопнул его по спине. — Просто попробуй. Будь мужиком. Скзать-то одно, а вот сделать оказалось сложнее. Хёнтак все поглядывал на беззаботно болтающего рядом Джунтэ, пытаясь собраться с силами. Малыш ни о чем не подозревал, оттого и мысли в голове роились одна страшнее другой. Не хотелось сгоряча разрушить дружбу. Готак уже давно смирился с тем, что смотрел на Джунтэ ни как на младшего неразумного брата, которого у него никогда не было, а как на предмет симпатии. Улыбки этого сладкого котёнка будоражили душу, а от смеха перехватывало дыхание и стреляло где-то в груди. Джунтэ постоянно испытывал потребность в тактильности, поэтому Хёнтак старался держаться рядом, чтобы как можно чаще ощущать на себе его прикосновения. От подобных желаний всегда становилось горячо и стыдно, но он не мог пойти против себя. Даже сейчас, когда Джунтэ то и дело подпихивал его локтем или трогал за руку, отчаянно жестикулируя при рассказе, Хёнтак думал не о словах, срывающихся с милого ротика, а о собственных чувствах, захвативших разум. — О, мы пришли, — сказал Со, оглядываясь на входные двери многоэтажки. — Тебе необязательно провожать меня каждый раз. — Что плохого в том, чтобы проводить маленького и хрупкого мальчишку поздним вечером до дома? — пробормотал Хёнтак, насупившись. — Ладно-ладно, ты каждый раз это говоришь, — рассмеялся Джунтэ. — Увидимся в школе? — А? Угу. Иди. — Готак кусал губы в истерике, наблюдая за тем, как Джунтэ повернулся к нему спиной. — А, нет, стой, подожди, — он резко схватил его за руку, разворачивая. — Сними очки. — Что? Но зачем? — с недоумением Джунтэ уже вскинул руку к лицу, чтобы выполнить просьбу. — Я собираюсь поцеловать тебя, — с гулко колотящимся в груди сердцем выпалил Хёнтак. Со замер. — Поэтому сними очки, если ты не против. Он ждал всего, что угодно. Криков, обвинений, угроз, возможно, нескольких ничего не значащих ударов слабенькими ручками. Но Джунтэ неожиданно принял решительный вид, будто снова собрался противостоять противнику, превосходящего его по силе и размерам, и сдернул очки без раздумий. Хёнтак опешил всего на несколько секунд, в тайне не ожидавший благосклонной реакции, и сделал быстрый шаг вплотную к Джунтэ. Он не оставил ему и шанса передумать, целуя почти грубо и с напором. Но Джунтэ и не думал отступать. Вцепившись пальцами в толстовку Готака, он отвечал на поцелуй со всей возможной пылкостью. Нехотя разрывая долгожданный поцелуй, Хёнтак на секунду прижался влажными губами ко лбу Джунтэ и отступил. — Увидимся в школе, — тихо произнес он, чувствуя, как горят щеки от смущения. — Так-а, — позвал Джунтэ, когда Хёнтак уже собрался уходить, — не хочешь подняться ко мне? Хёнтак вздрогнул, округляя глаза. — А твои родители? — Их не будет пару дней. Пойдём? — С улыбкой Джунтэ протянул ему ладонь. Готак, как завороженный, последовал за ним. Что ж, Сухо заслужил какого-нибудь здоровского подарка за волшебный пендель, который придал Го Хёнтаку уверенности в себе. Это действительно оказалось просто. Просто, подумаешь, парочка седых волос появилась, ничего страшного. *** — Мы встречаемся! В комнате повисла звенящая тишина. Джунтэ и Готак сияли от счастья, потрясывая перед друзьями переплетенными ладонями. Сухо улыбнулся, вздернув брови. Вообще он не думал, что Хёнтак решится, поэтому был приятно удивлён новостью. Баку отреагировал немного иначе. Он захлебнулся пивом и начал страшно кашлять, пиво полилось у него из носа и рта. Абсолютно равнодушный Шиын, сидевший рядом, прижал салфетку к его лицу и постучал ладонью по спине. — Да вы, кха, вы, кха-кха, как вы посмели? — шипел Баку, вылупившись на сладкую парочку покрасневшими от натужного кашля глазами. — Педики! Мои друзья педики! Как вы могли скрывать все это от меня? От нас! — Вообще-то только от тебя, — спокойно сказал Шиын, вытирая руки от чужих слюней. — Их чувства были настолько очевидными, что только ты ничего не замечал. — А, кажется, я сказал Готаку слово в слово в прошлый раз, — вставил Сухо, щелкая пальцами, и обратился к счастливой парочке. — Вы уже переспали? Джунтэ покраснел, как помидор, пряча лицо в плече возлюбленного, а Хёнтак поджал губы и умоляюще посмотрел на Сухо. Тот вскинул ладони перед грудью. Хумин все ещё не мог прийти в себя и смотрел на парней с трагичным выражением лица. — Вы меня обманываете. Обманываете, ведь да? — Он хныкнул, закрывая лицо предплечьем. — А как же я? А как же наша дружба? — Слышь, придурок, кончай трагикомедию ломать! — раздражённо прошипел Хёнтак. — А то щас по шее получишь. — Бу-бу-бу, боюсь-боюсь, — подразнил Баку, корча смешную рожицу. — Педиков не бью, а то ещё опидорасюсь... Сусь, сюсь, шусь? Короче, сам таким стану, фу! — Ат, нетолерантная ты свинья, — Сухо кинул в него палочкой, благо, хоть деревянная была, но прилетела точно в лоб. Баку вылупился во все глаза и внезапно кинулся на Шиына, обнимая его обеими руками и притворяясь рыдающим. — Шиын-чан, эти гады меня обижают, — жаловался он. Ён на его проделки внимания не обращал, как ни в чем не бывало продолжая потягивать пиво из банки. — Поддержи меня, не будь ханжой. Все ещё смущенный Джунтэ хохотнул. Они действительно выглядели счастливыми, поэтому на реакцию Баку ответно не реагировали, оба знали, что Хумин просто дурачился, нагоняя эмоциональной трагедии. Пак Хумин не относился к той категории людей, которые отказались бы от лучших друзей из-за такой мелочи, как ориентация. — Кстати, Шиын, — позвал Баку, когда первоначальная волна удивления спала и вечер вернулся в относительно спокойную норму, — ты-то признался там, кому собирался? — Шиын угукнул, заворачивая для Сухо самгепсаль. — И что? Ты тоже, что ли, в отношениях? — Да. — Ого, — восхитился Хёнтак. — И нам даже не сказал. — Ва-а, Сухо-я, посмотри на них. Отвратительные, — поежился Баку, хлопая себя по плечам. — Остались только мы с тобой, гордые одинокие волки. — Говори за себя, — самодовольно заявил Сухо, откидываясь спиной на диван, и закинул руки за голову. — Чего? — опешил Хумин. — Хочешь сказать, ты тоже с кем-то встречаешься? — Сухо кивнул, улыбаясь. — Айщ, поверить не могу. Полуинвалид-колясочник с кем-то встречается, эти двое спелись меж собой, да даже у отбитого наглухо психа девушка есть. — Он растрепал волосы и уткнулся лбом в собственные колени. — Чувствую себя ущербным. — А ты что, в больнице кого встретил? — поинтересовался Джунтэ у Сухо. — Или в бассейне? Мы вроде почти всегда вместе. — А на такого страшилку-задрота кто клюнул? — обратился к Шиыну Хёнтак. — Ты же вечно либо на учёбе, либо здесь. Не друг с другом же вы встречаетесь. Губы Сухо против воли растянулись в широкую улыбку. Шиын продолжал крутить для друзей самгепсаль, поэтому в разговорах участия не принимал и ни на что не реагировал. Тишина затягивалась, что даже Хумин поднял голову, чтобы проверить, что не так вдруг стало с атмосферой. Убедившись, что все внимание притянуто, как надо, Сухо подался к Шиыну и обнял его обеими руками за талию, а подбородок положил на плечо, потираясь щекой о щеку. Все с замиранием сердца следили за реакцией Шиына, но того будто не волновало вообще ничего, кроме листьев салата и мяса. — Шиын-и, — шепнул Сухо, обводя друзей игривым взглядом, мол, смотрите и внимайте, — поцелуешь меня? Как ни в чем не бывало Шиын повернул голову и прижался губами к услужливо подставленной щеке. Джунтэ шумно набрал воздух в лёгкие, выглядя так, будто сейчас лопнет от радости, а Хёнтак икнул от неожиданности и неловко хохотнул, когда осознал, насколько в точку попал. Шиын вздрогнул, когда взбешенный Хумин подорвался на ноги и заорал: — Вы!.. Вы все!.. Жалкие педики! — Он комично вскинул руки к потолку, задирая голову, закружился вокруг себя и вцепился в волосы, как безумный. — Сговорились против меня, да? Отпидорасить решили??? Не-е-ет, не прокатит, к моей заднице даже не приглядывайтесь, ублюдки! Хёнтак прикрыл глаза ладонью, Джунтэ зажал рот, чтобы не рассмеяться в голос. Увидев эту картину, Сухо пододвинулся ближе к ним и зажал ладонями уши. Наблюдающий за ними, а не за истерящим Баку, Шиын успел запечатлеть знаменитую «троицу обезьян» на телефон, улыбаясь уголками губ. Такие забавные. Хумин в это время рухнул на колени, беспомощно уронив руки вдоль тела и посмотрел вникуда трагичным взглядом, будто вся его жизнь оборвалась в одно мгновение. — Окружён, но не сломлен, — прошептал он потерянно и, схватив со стола банку с пивом, в несколько глотков осушил её и окинул окружающих неприязненным взглядом. — Ненавижу вас, уроды. — Тебе в актёрское надо, — сказал ему Хёнтак. — Такой талант пропадает. — Надо ему срочно девушку найти, — предложил Сухо. — Могу сестру попросить сходить с ним на свидание, — подключился Джунтэ. Их обсуждения прервал хлопок двери. В гостиную вошла бабушка Сухо и разулыбалась при виде компании парней, давно уже ставшей привычной. Все ещё похныкивающий Хумин подполз к ней на коленях и обнял её ноги. — Бабушка, — взвыл он, пугая женщину, — с высоты своего несоизмеримого опыта скажите мне, почему я, такой красивый и сильный, должен нести бремя одиночества, пока какие-то жалкие ничтожества наслаждаются любовью, которую не заслуживают?? — Он вскинул на бабушку печальные глаза, полные слез. — Я тоже хочу любить, я тоже хочу, чтобы меня любили! Женщина с тревогой во взгляде посмотрела на остальных парней, ища поддержки, пока машинально гладила Баку по волосам, успокаивая. — Бабуль, не обращай внимания, — отмахнулся Сухо. — У него экзистенциальный кризис. — Бабушка, останьтесь со мной, — продолжал хныкать Баку. — Разделите со мной жалкую участь одиночества. — Прости, дорогой, но я собираюсь на свидание, — с улыбкой ответила старушка. — Ну, бабушка! — с обвиняющим отчаянием выкрикнул Баку со всем своим смертельно оскорбленным до глубины души видом. Переглянувшись друг с другом, парни дружно расхохотались.