Пленник своей природы

— И сколько это продлится? — спросил Рон. Быть запертым с собственной омегой — уже испытание. А видеть, как она прижимается к Блейзу... ее доверчивость, ее тяга к нему... Это было невыносимо странно. Что творилось в голове у Забини? Радовался ли он этой нелепой связи? Жаль Рон не мог прочесть его мысли... Смотреть на себя со стороны... Это было жутко. Ужасное заклятие. — К утру вернется, — ответил Гарри. Рон лишь кивнул, с трудом поворачивая голову к дивану, где сидели Блейз и омега. Забини выглядел спокойным, почти. Лишь легкая тень недоумения скользнула по его лицу, когда его взгляд остановился на омеге, которая беспокойно ерзала рядом. Глубокая, ноющая пустота разъедала грудь. А тело... Тело будто горело изнутри. Жар поднимался волнами, голова гудела. Губы побледнели и пересохли, а по спине струился липкий пот, пропитывая рубашку, зрачки расширились, ловя размытые очертания комнаты. Его омеге тоже было плохо: она тяжело дышала, щеки пылали румянцем, пальцы судорожно сжимали альфу. Друзья заметили состояние Рона. Гермиона осторожно прикоснулась ладонью к его лбу. — Рон, ты весь горишь! — воскликнула она, испуганно отдернув руку. — И что делать!?— запаниковал Гарри. Ребята метались в тревоге, даже Драко с Пенси, лихорадочно листали книгу в поисках более раннего превращения обратно. Глаза Рона уже закатывались, сознание уплывало, он едва различал обрывки разговоров вокруг. Перед тем как погрузиться в темноту, он успел заметить растерянного Блейза — тот сидел, прижимая к себе бесчувственную омегу, и пристально смотрел на него. Потом — только тьма... — Всё будет хорошо, — Драко резко захлопнул книгу и подошёл к Гарри, крепко хватая его за плечи, чтобы тот перестал дёргаться. — Это просто реакция на разрыв с сущностью. Тело не привыкло, но скоро они соединятся, и он очнётся. Ты слышишь меня? Успокойся. До самого рассвета они дежурили рядом, смачивая холодные тряпки и меняя их на лбу у Рона, стараясь хоть как-то облегчить его состояние. — Ребят... простите, — тихо проговорила Пэнси, сжимая в руки. — Я же отправила за книгой.. — Не твоя вина, — ответил Гарри, не отрывая взгляда от Рона. — Мы все согласились. Драко, прислонившийся к стене, скрестил руки: — Да уж, следующий раз будем умнее. Когда первые солнечные лучи пробились сквозь занавески, призрачная фигура омеги начала растворяться в воздухе, становясь всё более прозрачной. — Смотрите! — Гермиона вскрикнула, отпрянув. Рон вздрогнул, его дыхание постепенно выравнивалось. По мере того как омега исчезала, цвет возвращался к его щекам. — Фух... — Гарри упал назад, раскинув руки. — Ну наконец-то. Измождённые, все рухнули там, где стояли или сидели — Рон, Гарри, Гермиона, Драко, Пэнси, Блейз... Они проспали спецзанятие, явка на которое была строго обязательна.

***

На поиски отправили Теодора. Тот, открыв дверь, застыл на пороге — перед ним развернулась картина настоящего побоища сна: Блейз спал сидя, скрестив руки на груди, голова запрокинута на спинку дивана. Драко и Гарри свалились на пол — Поттер пристроился на плече альфы, как на подушке. Гермиона и Пэнси разместились в креслах, каждая в своём. Рону, похоже, повезло больше всех(как подумал Нотт) — он раскинулся на диване, заняв всё пространство, подложив под щеку подушку. Теодор на секунду задержал взгляд на Гермионе, потом достал палочку и применил заклинание громкоговорителя: — Дорогие друзья! Просыпайтесь! —голос Теодора прозвучал с преувеличенной слащавостью, заставив спящих вздрогнуть. — Поздравляю — вы удостоились личной аудиенции у Макгонагалл и самого Дамблдора. Подсказка, им очень интересно, почему вас не было на занятии? Вам ещё повезло, что отправили меня — хотели Филча. Рон приоткрыв один глаз, увидел Теодора. Не долго думая, сорвал мокрую тряпку со своего лба и со всей силы швырнул в того, сопровождая это невнятным, но явно недвусмысленным ругательством. Тряпка, шлёпнулась на пол в метре от цели, оставив мокрое пятно на паркете. Теодор фыркнул. — Ну и меткость, Уизли. Видимо, твои навыки так же остры, как и твой ум. Остальные стали просыпаться нехотя, осматриваясь с затуманенным взглядом. Пэнси, заметив Теодора, толкнула Гермиону, которая с трудом открывала глаза. — Ну что? — спросила девушка, её голос был хриплым от сна. Она моргнула, увидев Теодора — и в тот же момент вся покраснела. Одежда помята, волосы взъерошены. Она была в ужасе. Этот альфа давно ей нравился. Она отвела взгляд, но образ Теодора — безупречного, с идеально лежащими тёмными волосами и той привычной полунасмешливой ухмылкой — будто припечатался к векам. Мысль о том, что когда-то в тёмном уголке гостиной Гриффиндора она призналась Пэнси в своих чувствах, теперь казалась нелепой. Какие шансы у девчонки с торчащими во все стороны волосами Драко и Блейз, уставились на Теодора, моргая от яркого света. — Ты что тут делаешь? — хрипло спросил Драко. — Я говорю, просыпайтесь! — Теодор скрестил руки на груди. — У вас ночёвка с гриффиндорцами, а меня не позвали? Как обычно, всё интересное — без меня. — Если бы ты знал, что мы пережили этой ночью, — проворчал он, — то не жаловался на свою участь. — Да, Нотт, ты много потерял. Представь — целая ночь в обществе Уизли, который корчился в конвульсиях. Невероятно увлекательно, — Влезла Пенси. Теодор поднял бровь, его взгляд скользнул к спящему Рону, затем вернулся к Драко с Пенси: — Всё равно интереснее, чем переписывать конспекты в одиночестве. В следующий раз, — он сделал паузу, — вы меня позовёте. Добровольно или нет. Блейз окончательно пришёл в себя и подошёл к Рону, приложив ладонь ко лбу. Температура в норме — хоть это радовало. Но если бы он заранее знал, чем обернётся этот эксперимент… Мысль сжала ему горло. Ни за что не позволил бы. Ни за что. Однако был в этом и плюс — теперь они знали что истинные, до появления метки. Можно многое наверстать и улучшить отношения. Глубокий вдох. Всё к лучшему. — Будите их, — кивнул он на Гарри и Рона, которые явно не собирались вставать. — Время идет. — Подумаешь, одно занятие пропустили, — проворчала Пэнси, потягиваясь. — Другие просто могли дать конспекты. — Я вам всё расскажу, — Теодор ухмыльнулся. — Но беседа вам всё равно светит. Этих троих — он ткнул пальцем в золотое трио — хоть палкой бей, они всё равно лезут на рожон. А вы чего? Драко лишь махнул рукой, будто говоря «Да ладно, невелика беда», и принялся будить Гарри. Тот нехотя проснулся, потянулся за очками и, наконец встав, протянул руку Драко. Блейз тем временем пытался поднять Рона, но тот лишь вяло отмахивался, бормоча сквозь сон — Отстань... трудная ночь... Иди ты... да все вы идите... Козлы. — Омега бессильно шлёпнулся обратно на диван, уткнувшись лицом в подушку. Блейз закатил глаза, затем резко наклонился, подхватил Рона под колени и спину — и одним движением перекинул через плечо, как мешок. Повернувшись к остальным, демонстрируя свою ношу, и кивнул в сторону двери, мол теперь можно идти. — Ты что, совсем... — Рон захлебнулся от возмущения, повиснув вниз головой. Его волосы беспомощно болтались, а рубашка задралась, обнажая поясницу.

***

Теодор шёл впереди, насвистывая, и иногда оглядывался, чтобы посмеяться над видом спящих друзей — Забини, отпусти! Я сам пойду! — Рон дёргался, колотя альфу по спине. — хочешь дальше спать — спи. Тебе же удобно? — насмешливо произнёс Блейз, но всё же отпустил. Они шли по коридорам, приближаясь к кабинету директора. Постучав, они медленно зашли внутрь. — Я их привёл! — объявил Теодор. Альбус Дамблдор, сидевший за столом, поднял глаза. Его голубой взгляд скользнул по каждому из них, а губы слегка дрогнули в улыбке. Все выстроились в линию, как провинившиеся первокурсники. Директор поднялся из-за стола: — Приветствую вас, — произнёс он мягко. — Разрешите спросить, почему вас не было на занятии? Профессор МакГонагалл сейчас занята, так что поговорим без неё. Ребята переглянулись. Что сказать? Правду?Это было бы слишком рискованно. Что проспали? Не лучший вариант, но не самое страшное. — Мы засиделись за разговорами в гостиной и уснули, профессор, — быстро проговорил Гарри. — Нам правда очень стыдно, но мы всё запишем и расспросим тех, кто был на занятии! Дамблдор склонил голову набок, его глаза блеснули за стёклами очков. — Вот как… Хорошо, с этим разберёмся. Но я позвал вас не для этого. Все замерли в ожидании. — Главная причина, по которой я вас вызвал… — Дамблдор сделал паузу, его глаза сверкнули. — К нам прибывают важные гости, величайшие волшебники! — Он продолжил, голос звучал торжественно. — В их честь состоится бал! Люди из других школ соберутся здесь, вот где вам предстоит показать себя. Гермиона тут же выпрямилась: — Мы будем помогать с организацией? — Именно так. — Дамблдор кивнул. — Украшение зала, составление меню, музыка… Всё это ляжет на ваши плечи. Считайте это честью. Остальное обсудите с профессор Макгонагалл. Если нет вопросов, то вы свободны. Они вышли из кабинета Дамблдора, дверь за их спинами мягко закрылась сама собой. Гарри первым переступил порог, его плечи слегка опущены — усталость давала о себе знать. Гермиона шла следом, нервно поправляя растрёпанные волосы и украдкой поглядывая на Теодора, который неспешно вышел последним, заложив руки за спину. Пэнси тут же оживилась, её глаза загорелись азартом. — Представляете, если мы сделаем в зале огромную статую филина изо льда? — она размахивала руками, едва не задевая Драко, который брезгливо отстранился. — Или, или… можно пустить по стенам потоки лавы! Ну, не настоящей, конечно, а зачарованной — чтобы светилась и переливалась! Гермиона попыталась вставить своё: — Может, лучше сосредоточиться на чём-то более традиционном? — она покусывала губу, обдумывая варианты. — Например, парящие бокалы и живые предметы.. Но Пэнси уже неслась дальше: — А ещё можно, чтобы снег падал с потолка, но таял, не долетая до пола! Блейз и Драко шли чуть позади, явно не разделяя энтузиазма. — Ты вообще слышишь, что она предлагает? — Блейз поднял бровь, глядя на Драко. — Стараюсь не вслушиваться, — блондин скривился. — Иначе мне захочется сжечь этот зал заранее. Рон, всё ещё бледный и слегка шатающийся, шёл молча, изредка потирая виски. Гарри бросил на него беспокойный взгляд, но Рон лишь махнул рукой — мол, нормально. Теодор шёл в стороне, но решил встрять в разговор: — Лава, конечно, эффектно… но ты представляешь, сколько будет нытья от преподавателей, если в неё шагнут? Пэнси задумалась на секунду, потом махнула рукой: — Ну и? Зато запомнится! Гермиона вздохнула, понимая, что её разумные предложения явно проигрывают безумным фантазиям Пэнси. — Я так не хочу на уроки! Давайте прогуляем? важный урок мы уже пропустили, и смысла идти на другие нет, я вас умоляю! — Рон чуть ли не плакал. Он отчаянно хотел спать — пусть проспал больше всех, но явно не лучше. — Нет, все уроки важны, — отрезала Гермиона. Пэнси уставилась на неё стеклянным взглядом: — Грейнджер, не будь занудой. У тебя самой синяки под глазами, и ты ещё собираешься тащиться на занятия? Максимум, что ты там сделаешь, — это уткнёшься в учебник и проспишь весь урок. — Согласен, Гермиона, Пэнси права. Тебе правда стоит отдохнуть, а я с вами прогуляю. — встрял Нотт. Тут Гермиона, чёрт возьми, смутилась. Как, блин, отказать Теодору, особенно если он пойдёт с ними? С таким раскладом можно было прогулять хоть всё на свете — и ни капли не пожалеть. — У меня синяки под глазами? — мелькнуло у неё в голове. У МЕНЯ СИНЯКИ ПОД ГЛАЗАМИ! И зачем он так на них смотрит, ну вот же… — Ладно, — выдавила она. Рон и Пэнси чуть не подпрыгнули от радости — каждый, конечно, по-своему. Пэнси взлетела в воздух, а Рон едва не шлёпнулся на пол. Тем временем Блейз, осторожно отстраняясь от Драко, двигался ближе к Гарри и Рону — ему срочно нужно было поговорить с Уизли. Он аккуратно подошёл, взял Рона за плечо и отвёл в сторону. Гарри лишь бросил многозначительный, но понимающий взгляд и не стал вмешиваться. Теперь они шли отдельно от остальных. — Рон, ты догадываешься, о чём я хочу поговорить? — начал Блейз, опасаясь, что омега опять начнёт капризничать. Ему, конечно, нравился его характер, но сейчас это было некстати. Рон лишь кивнул, не отрывая от него взгляда, явно ожидая продолжения. — Хорошо… Что ты думаешь? Я понимаю, что у тебя может не быть ко мне чувств, но у меня… вроде как есть. И теперь, когда мы знаем, что истинные… Давай попробуем..? Рон покраснел. Как Блейз может говорить такое так… спокойно? Он сам и двух слов связать не может, а тут такое. Попробовать?.. страшно... Страшно, что Блейзу нужна омега, а не он сам. Пока этот вопрос не прояснится — ни о каких «попробуем» не может быть и речи. Рон уже представлял, что ответит и как щас выпалит все: Тогда давай проясним! Ты хочешь мою омегу или меня? 'Вроде как' — это вообще что значит? Если ты думаешь, что после пары спасений я брошусь тебе на шею, то ты жестоко ошибаешься! Я не очередной трофей в твоей коллекции, Забини! И как же произошло на самом деле.. Рон открыл рот для грозной тирады, но вместо этого: — Т-тогда... я... то есть ты... — он запутался в собственных мыслях, покраснев ещё сильнее, — давай проясним я Забини! Он тут же заморгал, осознав свою ошибку. — Нет! Я не Забини! Ты Забини! То есть... — Рон отчаянно жестикулировал, будто пытался поймать улетающие слова, — я хотел сказать... омегу... нет, меня... или... Его язык окончательно перепутал все слова: — Если ты думаешь, что пара спасений после... нет, подожди... — он схватился за голову, — что после шеи я брошусь тебе в пару... Блейз поднял бровь, едва сдерживая улыбку. — ...то ты ошибаешься жестоко! — наконец выдавил Рон, полностью перевернув фразу. — Я не трофей коллекции в твоей очередной Забини! Наступила мёртвая тишина. Блейз смотрел на него с выражением легкого недоумения, словно пытаясь расшифровать сложный древний свиток. — Может, поговорим потом? — осторожно предложил он. — В принципе, я кое-как сопоставил твои... э-э... слова и понял суть. Но пока, пожалуйста, просто помолчи. — Он сделал паузу, затем продолжил мягче: — От твоей омега-сущности у меня действительно крышу сносит, это правда. Твой запах сводит с ума. Но, Рон... — Блейз улыбнулся, — твой взрывной характер, эти веснушки на носу, твоя привычка жестикулировать, когда нервничаешь, твой смех, который начинается с фырканья... Даже твои дурацкие шутки про слизней... Голос стал тише, но увереннее: — Не стоит разделять себя и омегу. Эта ночь должна была тебе показать — вы не разные части. Ты и она — одно целое. Слова Блейза повисли в воздухе, пронзительные и неожиданно точные... Рон замер почувствовав, как эти слова медленно просачиваются куда-то глубоко, под кожу, прямо в самое нутро. Он никогда не думал, что Блейз способен на такие высказывания.. С каждым разом этот альфа удивлял его всё больше. То неожиданной чуткостью, то странной нежностью, то вот такими словами, от которых в груди что-то сжималось и одновременно расправлялось, как будто освобождаясь от давнего груза. И самое нелепое — эти слова действительно звучали... красиво. Как будто Блейз увидел то, что сам Рон отказывался признавать. Он не ответил. Только слабо улыбнулся — так, что уголки губ дрогнули, — и кивнул. Ответит потом. Обязательно ответит. Когда выспится и перестанет ощущать себя живым воплощением недосыпа и смущения. А сейчас... Сейчас он хотел только одного: своей кровати. Мягкой, тёплой, не требующей сложных разговоров. Скоро они разойдутся по спальням — Слизерин к Слизерину, Гриффиндор к Гриффиндору... И, может быть, хотя бы во сне получится разобраться в этом бардаке. — Значит, идём к нам в комнату, обговорим бал? — лениво поинтересовался Теодор. Какого чёрта к вам? Ни к вам, ни к нам — каждый должен идти в свою! — пронеслось в голове у Рона. Остальные, однако, лишь равнодушно кивнули. Неужели они так замотались, что им всё равно? Или за последние дни они действительно стали настолько близки? — С какой стати нам к вам? — всё же спросил Рон, но в ответ получил лишь невнятное бормотание про "какая разница". Драко добавил, что места хватит всем. — Хоть рыжим вход запрещён, — сказал он с характерной ухмылкой, — но для Уизли сделаем исключение. Рон чуть не придушил его в том самом коридоре. И они реально шли в слизеринскую комнату. О Мерлин за что ему это. Они переступили порог комнаты, и Драко моментально занял мягкое кресло, устроившись поудобнее. — Делайте что хотите, а я спать, — пробормотал Рон и без церемоний рухнул на ближайшую кровать. Драко возмутился — это была его кровать. Узнав чья, Рон тут же перебрался на соседнюю, принадлежавшую Теодору. Тот лишь пожал плечами — он всё равно не собирался спать Панси и Гарри попытались прилечь, но сон упрямо не шёл к ним, и вскоре они присоединились к бодрствующей компании. Гермиона же, свернувшись калачиком под пледом, вместе с Роном почти мгновенно погрузилась в объятия Морфея. Остальные расположились кто как мог — кто-то устроился на свободных кроватях, а кто удобно устроился прямо на полу, подложив подушки. — Нам нужно узнать точную дату бала и сроки подготовки, — Раздался голос Нотта — Верно... Но что мы вообще можем предложить? У меня ноль опыта в организации подобного.. — Задумался гарри — Я всегда представлял, как буду танцевать со своей парой... Губы Блейза дрогнули в полуулыбке, взгляд утонул где-то вдали — будто он видел то, чего другие не замечали. — Всё вокруг нас будет меняться... Тени под ногами растягивались бы в такт их шагам, превращая пол в чёрное зеркало, отражающее их силуэты. Стены медленно растворялись бы, уступая место звёздам. Воздух менял температуру: прохладный, если они ускорялись, тёплый, если замедлялись, густой и сладкий, если их лица оказывались слишком близко. — Меняться под наше настроение... под наши чувства... Если бы мы засмеялись, с потолка начали бы падать лепестки — не роз, а чего-то неуловимого, без названия. Если бы загрустили, стены медленно покрывались бы узорами, как окна в мороз. — Чтобы атмосфера могла передать наш танец... Воздух наполнялся бы ароматом дождя, если они заскучали, или жарким дыханием лета, если их пальцы сплетались крепче. Цвета вокруг вспыхивали бы тёплыми оттенками, когда они смеются, и глубокими синими, когда задумываются. — Чтобы передал нашу влюблённость... или дружбу... Неважно что именно между нами — потому что в этот момент всё было бы о нас. О том, как двигаемся в унисон, как мир подстраивается под ритм, как время замедляется... Блейз замолчал, но в его глазах ещё танцевали отражения того самого, несуществующего — но такого реального — момента. Все посмотрели на него с полными удивлёнными глазами - такая романтика от парня, которого привыкли видеть совсем другим Все знали Блейза Забини как парня с репутацией. Слишком откровенной, слишком громкой, чтобы быть правдой — но кто станет разбираться? Шёпоты в коридорах Хогвартса приписывали ему бесконечную череду романов, мимолётных и страстных. Говорили, что он меняет партнёров как перчатки, что его интересует только секс без обязательств, что после ночи с ним остаётся лишь горький привкус и смутные воспоминания. Но те, кто знал его по-настоящему — Драко, Теодор, Панси — лишь покатывались со смеху, слыша эти нелепые сплетни. Потому что правда была куда прозаичнее. Да, Блейз умел подать себя. Умел томно улыбаться, задерживать взгляд чуть дольше необходимого, отпускать двусмысленные намёки, от которых у неопытных перехватывало дыхание. Но дальше флирта и лёгкого петтинга дело никогда не заходило. Он не был невинен — нет, просто не видел смысла тратить время на то, что не стоило его внимания. Секс ради секса казался ему скучным, пошлым, лишённым огня. Блейз Забини не был тем, кем его считали. Но он и не собирался никого разубеждать. Драко театрально прикрыл рот ладонью. Пенси хлопала — Не трусь, дружище, все равно будешь вальсировать со своим Роном. Идея и правда гениальна, но как, скажи на милость, мы это провернём? — Драко откинулся на спинку кресла, медленно проводя рукой по волосам. — Ого, а ты романтик, оказывается! — Теодор засмеялся. — Нужна точность до миллиметра и колоссальная концентрация! Один неверный жест и все пойдет прахом, надо найти правильные заклинания, может, комбинации рун… Ладно, ради такого даже попотеть не жалко. Мы с Гермионой как-нибудь разберёмся, а вы займитесь остальным. — После уроков сразу к Макгонагалл. Остальные дружно закивали. Они продолжили обсуждение, оно затянулось до трех часов или даже больше. Время близилось к концу последнего урока. Гермиона, до этого мирно посапывавшая, вдруг зашевелилась. Её пальцы слегка дёрнулись, будто пытаясь что-то ухватить в воздухе, а губы разомкнулись для тихого, но чёткого шёпота. Самое невероятное — Рон, тоже погружённый в сон, отозвался. Будто их сознания на миг поймала связь — Рон... Собери книги, они упали. — Ща... На... — Красная... Драко, наблюдавший за этим, не сдержал смеха. Панси тут же подхватила, прикрыв рот. — Я всегда знал, что они того. — Эй! — Гарри бросил Малфою сердитый взгляд. — Ладно, ладно... Забавно же. — И часто они так… синхронизируются? — спросил Теодор. Гарри лишь развёл руками. Он и сам наблюдал такое впервые. Возможно, они находились в том состоянии, когда сон и явь смешиваются, и со стороны это выглядело… да, смешно. Но позволять говорить плохо о друзьях, он не собирался. — Может, хватит пялиться? Пора их будить, — Блейз кивнул в сторону спящих. — Идти уже пора. Но едва он сделал шаг вперёд, Рон резко дёрнулся, словно от толчка, и его глаза приоткрылись. Он приподнял веки и уставился на подругу с немым вопросом. Чё за херня? — Какие нахрен книги поднять? — хрипло пробурчал. Гермиона очнулась, её волосы стали ещё более растрёпанными, но сейчас её это явно не беспокоило. — какие книги? — переспросила девушка. Рон лишь отмахнулся — мол, забей, отдыхай подруга. Опустился на кровать, сонно потирая лицо, пытаясь окончательно стряхнуть остатки сна. Гермиона торопливо провела руками по волосам, пытаясь пригладить непокорные пряди, и с лёгким вздохом объявила: — Можно идти. Драко, скользя взглядом по Рону, ехидно поднял бровь: — Не хочешь и себя привести в порядок? Выглядишь так, будто тебя гиппогриф топтал. Рон лишь хмыкнул, лениво потягиваясь: — Мне и так норм. Группа вышла из комнаты и двинулась по коридорам Слизерина в сторону кабинета профессор Макгонагалл. По дороге они успели ещё раз десять поспорить о деталях бала — кто-то горячился, кто-то едко подкалывал, но в целом атмосфера была оживлённой.

***

Когда они наконец изложили свои идеи, профессор слушала внимательно, временами удивлённо приподнимая брови. В конце она даже улыбнулась: — Идея, надо признать, прекрасна. Не зря вас выбрали организаторами. На подготовку у вас две недели — постарайтесь не подвести. Если понадобится помощь в заклинаниях — обращайтесь. Ребята переглянулись, явно довольные. Блейз даже слегка растерялся — он не ожидал, что его, казалось бы, безумный замысел одобрят без лишних вопросов. Панси уже мысленно перебирала наряды, представляя, в каком платье произведёт фурор. Гермиона украдкой поглядывала на Нотта, обдумывая, как бы его пригласить. Драко ловил себя на мысли, что больше всего ждёт не самого бала, а то как проведёт время с Гарри. Блейз между тем наблюдал за Роном. Тот выглядел уставшим, хотя, казалось бы, хорошо поспал. Омега всё ещё не дал ответа, но Блейз был готов ждать — если Рону нужно время, он его получит. Теодор, скрестив руки, мысленно раскладывал предстоящие задачи по полочкам. Рон же думал только об одном — о еде. О сочной, запечённой картошке с хрустящей корочкой, пропитанной сливочным маслом и посыпанной душистым укропом. О том, как она тает во рту, обволакивая вкусом тёплого молока и дымка древесной коры. Его желудок заурчал. Они с самого утра не ничего не ели, не было времени. Рональд, чувствуя, как голод сводит желудок, предложил компании ненадолго заглянуть в столовую, чтобы хоть что-то перехватить. Однако остальные лишь покачали головами - пока он с Гермионой мирно дремали, все уже успели подкрепиться. Сама Гермиона отказалась наотрез, заявив, что сейчас у неё совсем нет аппетита и еда буквально не лезет в горло. Идти одному Рону не хотелось, и он уже собирался махнуть рукой и не есть. Блейз заметил, как омега заметно загрустила. Тут же предложил составить ему компанию, намекнув, что это будет хорошей возможностью продолжить их недавний важный разговор. Они отправились вдвоём, и всю дорогу между ними витало напряжённое молчание. Оба понимали, как важен предстоящий разговор, но ни один не решался первым нарушить эту хрупкую тишину, боясь сказать что-то не то. Только когда они оказались в почти пустой столовой, Блейз наконец собрался с духом... — Ты готов ответить? Рон задержал взгляд на Блейзе, чувствуя, как в груди тревожно сжимается. Мысли путались — с одной стороны, так хотелось попробовать, рискнуть, но с другой... Это же первые настоящие отношения. Да ещё с истинным... Он вспомнил слова Гермионы: "Когда встречаешь свою пару, вы уже не сможете жить друг без друга". От этой мысли стало одновременно тепло и страшно — а вдруг они ошибутся? Вдруг не справятся? Пальцы непроизвольно сжали край стола, когда он пытался собраться с мыслями. Блейз ждал, не торопя, но в его глазах читалось такое нетерпение и надежда, что Рон почувствовал — дальше оттягивать нельзя. Сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из груди, когда он наконец открыл рот, чтобы произнести те самые слова... — Давай… попробуем? — наконец выдохнул он. Блейз не сдержался — схватил омегу за талию и с силой закружил в воздухе. — Отпусти Забини!!! Для такого ещё рано — взвизгнул Рон, багровея. — Надо сначала друг друга узнать нормально! Блейз тут же опустил его, смущённо бормоча извинения. Рон, отдышавшись, неуверенно спросил: — Значит… теперь мы встречаемся? — Да! — альфа буквально сиял. — Только… пока никому не говорим. Ладно? — Как скажешь. — Блейз кивнул, но в глазах его танцевали искорки. — Твое слово закон.