Назад к истокам

Скота со Стайлзом остальные члены семейства Стилински-МакКолл встретили уже на пороге. Мелисса с Элисон дали Джону фору, чтобы шериф мог первым сжать в крепких объятиях сына. – Давно не виделись, ребёнок. – Чуть ли не плача сказал Стилински старший. Стайлз всё ещё думал, что его отцу свойственно преувеличивать, но его мысленную тираду о гиперопеке прервали групповые обнимашки, ведь никто не мог просто остаться в стороне. – Всем привет! Блудный сын вернулся домой. Прошу прощения за опоздание, мне позарез как надо было опозориться и натворить делов толком-то и не подумав. – В нашу защиту попрошу заметить, что задержались мы всего на двадцать минут, что ничтожно мало по сравнению с обычным нашими опозданиями. – Из Скотта получился бы просто отвратительный актёр, этот волчара даже не постарался притвориться, что говорит это всерьёз. – Были бы мы в Испании, считалось бы, что мы вовремя. И вообще, много где принято приезжать после назначенного времени! – всплеснул руками Стайлз, как только на то появилась возможность. После чего наигранно бухтя прошёл внутрь дома, игнорируя, как его бро стал миловаться с Элисон. Женатики, что с них взять. – Ну что, как прошёл твой первый день в Бейкон Хиллс после длительного отсутствия? – Спросила Мелисса, когда все наконец-таки уселись за стол и начали постепенно истреблять все кулинарные шедевры, приготовленные медсестрой. – Ой, да просто прекрасно! Я толком не сделал ничего. Мечта, а не день. В общем, рассказывать нече… – Он признался Дереку и они теперь вместе. – А вот это было подло, Скотт. – Ну наконец-то. – В один голос вздохнули все трое. А Стайлз думал, что на сегодня удивления и обиды хватит. Немой вопрос повис в воздухе. – Ой, да ладно тебе. Это и так уже давно было всем понятно. Стайлз, мы не идиоты, в отличие от вас с Дереком. Да даже до Скотта всё дошло ещё три года назад! Если бы не мы, кто знает, когда бы вы пришли к осознанию. – Невинно начала оправдываться Элисон, в то время как писатель задумался, не стоит ли ему бросить эту затею с возобновлением связи со стаей и не найти ли ему новых друзей. Нет, он согласен, что наверняка палился, когда изливал душу Элисон или Лидии страдая от непонимания собственных чувств после очередного явно лишнего бокала красного полусладкого, но, чёрт тебя дери, французы могут быть хоть самыми токсичными и самолюбивыми людьми во вселенной, но вот в обработке и брожении Пино-нуар разбирались они отлично. Итак, с Элисон всё понятно, Мелисса наверняка всё поняла благодаря своей непревзойдённой женской интуиции, наученная опытом и длительной работой с пациентами, и поняла она скорее всего ещё раньше самого Стайлза. Скоту рассказала Элиссон. Но вот медсестра вряд ли бы сдала парня шерифу-мужу. Видимо, старик не потерял ещё хватку, разгадав сына. – Не семья, а сборище детективов. – Буркнул Стайлз, скорее чисто приличия ради, нежели взаправду желая показать своё недовольство. – Попробуй уж в таком городке не стать проницательным. – Хмыкнул шериф, разрезая пирог с лососем и шпинатом, что стоял к нему ближе всего. – Кстати, пап, мне тут одна дряхлая, но изворотливая птичка нашептала, что в нашем захолустье происходит нечто интересное. – Ну не может Стайлз Стилински упустить возможность засунуть свой нос куда не следует. Ноа прокашлился, чуть не подавившись ранее упомянутым рыбным творением его жены. – Милый, может, сначала поедим. У меня, конечно, в силу профессии, неплохой аппетит несмотря на темы разговора, но в этом случае я бы предпочла перенести сводку новостей на “после” десерта. – Улыбнулась Мелисса, накладывая вначале каждому из “детей” запечённой с луком картошки, а после уже шерифу и себе. Стилински-младшему этого было вполне достаточно, потому что это не значило “нет”, это значило, что ему всё расскажут в мельчайших подробностях, он снова в игре, детка. В целом ужин прошёл отлично. Приятная, семейная атмосфера, которой так не хватало, запах домашней еды, лёгкие разговоры ни о чём, шутки и улыбки. То, что нужно, чтобы расслабиться и забыть ненадолго о работе, проблемах, заботах и мировом кризисе во всех сферах. Когда животы были набиты, место для десерта заняли шоколадный торт, ванильные кексы с цветной посыпкой и карамельки, а посуда была благополучно загружена в посудомойку, семья Стилински-Маккол переместилась в гостиную: обе пары голубков-женатиков устроились в обнимку по бокам огромного дивана, пока Стайлз в гордом одиночестве занял не менее удивляющее своими размерами кресло. Ноа со Скотом принесли из винного шкафа сразу несколько бутылок: красное вино для Стайлза, белое – для Мелиссы и Элиссон, виски для главы семейства, пиво с аконитом для Скотта и ещё одну бутылку виски, также почеменную, как для оборотней, видимо, тоже для Скотта. Бывшая Арджент же взяла на себя обязанность приволочить с кухни стаканы, бокалы и вёдра со льдом. Как только напитки были разлиты, места нагреты и мышцы расслаблены, раздался звонок в дверь. – Ох, он, наконец, пришёл! – Элиссон радостно вскочила с места, подбегая к двери. Стайлз не успел спросить, кто же этот загадочный “он”, что посмел прервать семейный вечер, и почему же никого, кроме самого писателя, появление “его” ничуть не удивило, как всё встало на свои места, потому что в гостиную вошёл Дерек. Кажется, Стайлз, выдохнул слишком уж прерывисто. Альфа явно чувствовал себя слегка неловко, но всё же радостно. – Дерек, дорогой, проходи, садись, мы как раз ждали тебя! – Рассыпалась в приветствии Мелисса. – Да? – Спросил Стилински-младший. Но ему всё же не удалось прикрыть маской раздражения своё нетерпение. – Ну конечно же, после тех прекрасных новостей, мы единолично решили, что нам просто необходимо как можно быстрее позвать Дерека. Это так замечательно, что ты всё же сумел приехать! – Элисон вернулась на своё место на диване рядом со Скотом, в то время как сам Дерек остался в коридоре, взгляд оборотня был прикован к одному конкретному юноше в комнате, будто мнение других его вообще не волновало и он нуждался лишь в одобрении и разрешении Стайлза. Писатель соврал бы, если бы сказал, что это не заводит. – Я написал Дереку, что мы были бы рады его присутствию на нашем семейном ужине, когда ты выходил ответить на звонок своего редактора. – Пояснил шериф, отпивая из стакана виски. – Что будешь пить, сынок, у нас припрятана парочка бутылок отличной настойки с аконитом. – Это было уже Дереку. – Спасибо, сэр, не откажусь. – Слегка улыбнулся Хейл. Ноа же кивнул и смело плеснул в ещё один стакан со льдом виски для оборотней. Теперь то Стайлз понял, почему лучница принесла стаканов “с запасом”. Дерек вернул свой взгляд к его новоиспечённому парню – Я понимаю, что это семейное мероприятие, и не был уверен стоит ли мне… – Начал было он, но прервался, как только Стайлз пересел на ручку кресла, явно освобождая/подготавливая место для альфы. Хейлу не нужно было повторять дважды. Он тут же расцвёл в улыбке и чуть ли не подбежал к заветному элементу мебели. Как только альфа устроился в кресле, он, не стесняясь, притянул Стайлза к себе на колени, обхватывая рукой талию юноши, к тому моменту Ноа уже протянул прибывшему стакан. Писатель быстро просканировал присутствующих: отец, отдав напиток Дереку, уселся обратно на диван, приобнимая жену и отпивая из своего стакана, сама медсестра одарила сына улыбкой, прильнув к шерифу, Элиссон устроилась у ручки дивана, положив ноги на колени Скотта, тот же в свою очередь нежно поглаживал бёдра любимой. Да. Всё в порядке. Всё так правильно. Никакого повода для беспокойства. Стайлз, наконец, расслабился, позволяя себе пригубить вина и буквально лечь на ожидаемо крепкую грудь большого, грозного альфы. – Ну что же, детективы, давайте же посвятим нашего дорогого “писателя современности” в курс дела. – Начала лунница. – Ах, да. – Скотт явно вызвался добровольцем. – В общем… – И целом. –Быстро поправил Стайлз, усмехаясь на реакцию друга. Вино явно было хорошим и быстро раззадорило и без того активного юношу, но при это и убаюкивало, так что Стайлз искрил словами, но его недавняя зацикленность на деле поугасла, сейчас он больше наслаждался тёплыми объятиями любимого. – Да-да, короче, три тела за этот месяц, все были найдены на окраине леса около проезжей части. Между жертвами никакой связи. Проверили всё: место работы, часто и не очень посещаемые места, друзья, знакомые, хобби, политические взгляды. По внешности тоже мимо: Рыжая девушка, пожилой дедушка и… – Скотт запнулся. Хватка Дерека вокруг талии Стайлза усилилась. – И ребёнок, девочка 5-и лет. – Закончил Ноа, после сделав необычайно большой глоток крепкого виски. Стайлз поджал губы, ближе прижимаясь к альфе. Дети были больной темой для него. Но он не хотел плакать, не сейчас. Слёзы тут не помогут. Сожалением мертвецов не воскресить. – И, как сказал Скотт, из общего у них только метод убийства. Неизвестный парализующий яд. Мы отправили его на анализ в лабораторию, но результат придётся подождать ещё недели две, у них сейчас завал и дело маленького городка у них далеко не в приоритете… – И на кой вам Питер?.. Если вовлечён он, а не кто-то другой из стаи, значит, подозреваемый точно не человек. – Подал голос Стайлз, после нескольких минут тишины, им всем нужно было выпить, такие разговоры никогда не станут “привычными”, но все в комнате понимали, что им нужно это обсудить, потому что кто, если не они, найдёт ответы на вопросы и накажет виновного. – Дело в том, – начала Мелисса, – что у всех жертв отсутствуют печень, кишечник и части конечностей: бедро, предплечье, а также были срезаны куски с боков, у девочки… забрали и сердце… Какие-то куски были аккуратно вырезаны, другие же… их будто обглодали… плюс этот странный яд… – Я тоже был на осмотре тел и там, где их находили. Никаких следов человеческого запаха. Ни пота, ни крови, ничего. Животными тоже не пахло. Тела нашли около леса, было бы логично предположить, что трупный запах привлёк бы хищников, но нет. – Закончил Дерек. – О Боже… это ведь может быть кто угодно… любое животное, демон, вендиго… – Стайлз начал прокручивать в голове всех известных ему паранормальных существ, многие их них были не прочь поживиться человечиной. – Ну ладно, основное ты теперь знаешь. Не будем портить наш вечер, всё равно для деталей нужно поднимать архивы, а это мы явно не будем сейчас делать. Давайте лучше поиграем… в дженгу например! – Элиссон удалось довольно быстро изменить настроение всех и отвлечь их от грустных мыслей. На следующие два часа они оккупировали кофейный столик, играя в дженгу, уно, каркасон и даже немного в монополию, но Дерек был слишком хорош и каким-то магическим образом не только обогнал всех на пол круга, но и скупил почти половину улиц, понаставив на них домов, он просто не оставил никому и шанса на победу. Стайлзу не нравились вечеринки в университете, выпивка, игры, но сейчас всё было по-другому, всё-таки компания и окружение играют главную роль. Скажи ему, кто-то, что он будет пить алкоголь и играть в настолки с семьёй, сидя на полу в обнимку с Дереком Хейлом лет так семь назад, он бы подумал, что над ним шутят, но, оказывается, мечты сбываются. Когда Элиссон в очередной раз объявила, что избавилась ото всех карт уно, тем самым побеждая, Скотт взвыл. – Элли, ты прекрасна, но, может, уже пора спать? Нам ещё клинику открывать в девять утра, а это уже через семь часов… – Ему не пришлось уговаривать жену, так как все члены семейства были готовы завершить на сегодня вечер. Ноа с Мелиссой предложили детям остаться у них в гостевых комнатах, но так как оба оборотня пили не много и довольны быстро протрезвели, все решили, что лучше просто разъехаться по домам. И ни у кого не возникло сомнений, что Стилински-младший поедет с Дереком. Выйдя к машинам, шериф с медсестрой обняли поочерёдно всех теперь уже четверых своих детей, пожелав им хорошей дороги и спокойной ночи, и после вошли в дом, закрывая дверь. Скотт с Эллисон помахали альфе и Стайлзу на прощание, садясь в машину, и удалились. – Стайлз, детка, нужно пристегнуться. – Дерек, честно пытался думать о безопасности и только о безопасности, усаживая любимого на переднее пассажирское сиденье камаро. Вино было качественным, потому что Стилински-младшему стало слишком уж хорошо. Как только родители закрыли двери дома, а молодая пара ветеринаров скрылась на своём фиате в лесу, писатель повис на шее оборотня, не имея возможности более держаться на ногах самостоятельно, на удивление, соображал Стайлз отлично, он мыслил достаточно здраво, речь его не заплеталась, он просто стал более искренен, словно в него влили сыворотку правды. – Дерек, ну почему ты такой… – Подал голос юноша, после того, как альфа всё же сумел пристегнуть его и сел за руль заводя двигатель. Хэйл нажал на педаль газа, зная, что за этой фразой следует продолжение, просто Стилински нужно чуть больше времени, дабы подобрать слова. – Почему ты такой открытый. Просто… всё так быстро. Семь лет метаний и сомнений. А потом Бу-у-ух! – Стайлз взмахнул руками. – Признание. Поцелуи. Ужин с семьёй. И это всё меньше, чем за 24 часа… я словно во сне. – Дерек сжал руки на руле и сильнее вдавил в педаль газа. Заметив побелевшие костяшки пальцев альфы, Стилински нежно перехвалил ладонь оборотня, перекладывая её себе на бедро. – Стайлз. – Дерек громко выдохнул. Юноша же лишь угукнул, раздвигая ноги. – Детка… – Хейл не смог сдержаться и начал поглаживать внутреннюю сторону бедра писателя. Стайлз откинул голову. Дерек взвыл. Через пять минут машина остановилась около дома писателя. – Детка, – глубокий хриплый голос альфы отозвался в животе, Стайлз посмотрел смерти прямо в глаза, – Я хочу, чтобы ты понимал, что если ты сейчас позволишь мне войти в твой дом, простыми поцелуями дело не закончится. И мы, скорее всего, побьём рекорд по развитию отношений. – Рука Дерека забралась под футболку Стилински, поглаживая того по спине. – Я не против. – Точно? – Хэйл прильнул лбом ко лбу писателя. – Стайлз, мне нужно чтобы ты ответил мне. Ты уверен? Ты, а не вино, что сейчас играет в тебе. – Боже, Дерек, да, да, чёрт тебя дери. Мне уже не 17 лет, я думаю головой, а не одним местом. Я выпил не так уж и много, это правда, что мне сейчас хорошо. И это не из-за вина, а потому, что я чувствую себя в безопасности рядом с тобой, не знаю, как это объяснить, понимаю, что звучит тупо. Типа… мы не виделись семь лет, но я просто знаю, что ты не причинишь мне вреда, что с тобой я в порядке и… – Большего Дереку и не надо было. Он быстро вышел из машины, после чего помог вылезти и Стайлзу, тут же поднимая его не руки. Чисто ради поддержания образа юноша стукнул кулаком по плечу оборотня. Стайлз на автомате достал из кармана брюк ключ и отпер дверь, запирать её пришлось уже Дереку, и делать это на ощупь, потому что Стилински не собирался прерывать поцелуй, в который утянул мужчину как только тот переступил порог. – Спальня на втором этаже, ты не ошибёшься, там всего одна дверь. – На выдохе выпалил Стайлз, пытаясь стянуть с оборотня футболку. Ему даже удалось это сделать с учётом того, что альфа всё ещё держал юношу на руках. Дерек не спешил направляться к кровати, остановившись у подножья ступенек, опуская Стайлза. – Почему бы тебе не показать мне путь? – прошептал он в губы Стилински. Не отрывая рук от бёдер любимого. Стайлз был не против. У него даже появилась неплохая, по его мнению, идея. Писатель ухмыльнулся, убирая с себя руки альфы. – Не прикасайся ко мне, пока я не разрешу. – Твёрдо сказал юноша, удаляясь на кухню. Пока Дерек пытался понять, что он сделал не так, и как ему извиниться, Стайлз взял со стула около обеденного стола чистую скатерть из тонкого белого шёлка. Вернувшись к альфе он аккуратно повесил ткань на перила и надавил обеими руками на плечи Хейла, повиливая упасть на колени. Оборотень повиновался, приковывая взгляд к предмету своего обожания. Юноша медленно расстегнул пуговицу брюк, а после и ширинку. Штаны упали с подтянутых ног под собственным весом. Дерек прикусил губу. Ему нельзя трогать. За брюками довольно быстро последовали и красные трусы с ажуром, Хейлу правда стало интересно, всегда ли его милый отдаёт предпочтение такому типу белья. Стайлз и не думал останавливаться на этом, его тонкие, белоснежные кисти рук блуждали по собственному телу: начиная от упругих бёдер, по выступающим словно у женщины косточкам таза, тонкой талии. Стайлз приподнял подол футболки, задел пальцами соски, закусывая губу и наслаждаясь тем, как волк перед ним покорно виляет хвостом и сдерживает свои базовые инстинкты изо всех сил. Наконец, и футболка оказалась на полу, Дерек уже было подумал, что вот она – награда, сейчас ему скажет заветное “можно”, но Стилински молчал. Юноша взял ранее подготовленный шёлк в руку, развернулся к мужчине спиной и, Хейл готов поклясться, что это была самая божественная походка “от бедра”, никто, и он повторит тысячу раз, никто никогда и на за что не сможет так непревзойдённо секскусально подняться по лестнице нагишом. Эта уверенность, грация, ни тени смущения или стыда, у Стайлза была власть и он ей пользовался. Оказавшись на верхней ступени Стилинки окутал себя в белоснежную ткань и повернулся к волку лицом. Вот так: смотря не него сверху вниз, излучя силу и превосходство его божество, облачённое в самый простой наряд, ибо его красота не нуждается в дополнениях, молвило: – Можно. Волк сорвался с цепи, но Дерек не подавал виду. Он должен соответствовать. Только в этот раз он готов позволить своему мальчику играться с властью. Хейл неторопливо встал с колен и также медленно поднялся ступень за ступенью. Только достигнув цели, руки оборотня обвились вокруг талии Стайлза, быстро находя единственный узел, на котором держалась скатерть. Он не смел оторвать взгляда от Стилински. Через мгновение юноша вновь стоят перед ним полностью обнажённый. Всё его величие испарилось, сейчас же от Стайлза веяло теплом, нежностью и любовью. – Не представляешь, как сложно было повязать её красиво… – Не похоже, что юноше был сильно расстроен таким исходом. – Со стороны и не скажешь. Ты прекрасно справился, детка. Стилински и не думал сверкать голыми ягодицами в одиночку, поэтому потянулся к ширинке широких джинс альфы, быстро избавляя мужчину от прикрытия плотной ткани. С губ писателя слетел вздох восхищения. Лёгкий хóпок боксёров волка плотно прилегал к коже, позволяя оценить размер члена возбуждённого альфы. Кончиками пальцев Стайлз нежно провёл по ткани, вызывая у Дерека толпу мурашек по всему телу. Хейл обхватил руками скулы юноши, утягивая того в поцелуй. Альфа толкнулся языком в рот парня, провёл им по дёснам и вновь стал ласкать верхнее нёбо, из-за чего ноги Стайлза подкосились и ему пришлось вновь повиснуть на крепких плечах мужчины. По пути к действительно единственной двери на этаже, крайне удачно оказавшейся открытой нараспашку, показывая часть кровати, Дерек, не отнимая одной своей руки от оголённой спины Стайлза и не разрывая поцелуя, умудрился стянуть с себя боксёры и скинуть чёрную кожанку, оставаясь в одной белой свободной укороченной футболке, но и она быстро полетела на пол стараниями Стайлза, как только они подошли к краю постели. Стилински толкнул мужчину на кровать, и как же прекрасно смугловатая кожа альфы смотрелась на розовых простынях. Затем Стайлз залез на Хейла, перекидывая одну ногу через бедра старшего, оказываясь спиной к тому. Ягодицы юноши прислонились к члену оборотня, мужчина впился руками в бёдра Стилински, оставляя красные отметины. Когда Стайлз приподнял таз и направил его так, что головка Дерека прислонилась к дырочке между ягодицами юноши, альфа слегка запаниковал, он понимал, что вероятность того, что писатель успел растянуть себя в какой-то перерыв между их прелюдиями просто отсутствует, потому что не было никакого перерыва, его взгляд был прикован к Стилински всё это время. Поэтому Хейл уже потянулся к ягодицам Стайлза, желая остановить такое быстрое развитие событий, дабы предотвратить болезненные ощущения младшего, но этого не требовалось, ведь писатель лишь дразнил альфу. Он потёрся о член старшего а после тут же сел на бёдра мужчины, раздвигая ноги сильнее, открывая вид на потрясающе возбуждающую картину: только сейчас Дерек наконец понял, что юноша выбрит под чистую не только спереди, у него нет ни волоска, лишь чистая розоватая кожа. Не успел оборотень опомниться, как его вид стал ещё невообразимее, ведь Сталз облизал свой палец и ввёл его в себя откидывая голову в бок, обнажая шею ещё больше. Через несколько толчков писатель добавил к указательному ещё и средний палец, разводя их, растягивая стенки ануса. У Хейла была серьёзная дилемма: с одной стороны он не хотел прерывать такое неимоверно завораживающее представление, с другой, ему не терпелось самому ощутить, насколько Стайлз тугой. В итоге активная сторона выиграла. Оборотень провёл ладонью по голени а после и по бедру Стилински и предусмотрительно согнул свои ногу в коленях, чтобы младший мог на них опереться, ведь затем он резко ввёл в Стайлза сразу два пальца, растягивая того до невозможности. От того, как нежная плоть сына шерифа сжималась вокруг пальцев Дерека, сносило крышу, волку не терпелось оказаться внутри распалённого партнёра. Стилински застонал, вытаскивая собственную руку, опираясь ей о колени старшего, полностью отдавая рычаг управления оборотню. И тот оправдал все ожидания писателя, ловко попадая по комочку нервов как только убедился, что Стайлз не упадёт от такой сильной стимуляции. В этот раз стон младшего был ещё громче, он начал насаживаться на пальцы сам, натурально заскулив, когда Дерек добавил третий, а за ним и четвёртый, подготавливая Стилински. – Боже, а ты времени не терял в Мексике. – Вырвалось у Стайлза, когда он уже не мог выдержать всего того удовольствия, что ему доставляли умелые пальцы мужчины. Он уже просто ухватился за колени Дерека, как за спасательный круг, потому что подкашивались даже руки. – Ты правда хочешь сейчас поговорить о моих похождениях? – Хейл вынул руку, проводя ею вверх вдоль позвоночника писателя, задерживаясь на плече того, дабы слегка потянуть лёгкое тело на себя так, чтобы спина младшего оказалась прижатой к груди альфы. – Нет. Но мы это как-нибудь обсудим. Потому что не мог заядлый натурал, встречавшийся только с девушками так ловко провести наивозбуждающий массаж простаты, почти доводя меня до оргаз… – Ты правда не знаешь, когда стоит заткнуться. – Прервал того Хейл, резко входя сразу на половину в, хоть и растянутого достаточно сильно, дабы не почувствовать боли, но всё ещё тугого Стайлза, и тут же вышел, наслаждаясь мычанием Стилински, полным удовольствия, несмотря на лёгкий дискомфорт. Развернув и повалив младшего спиной на кровать, словно тот ничего не весил, Дерек навис над ним, скалясь и припадая губами к шее партнёра. – Если моя болтовня всегда будет приводить к такому сервису, возьму себе не заметку всегда держать свой рот широко открытым. – На пол тона ниже произнёс Стайлз, выгибаясь под ласками волка, что вылизывал кожу вдоль сонной артерии. Хейл лишь мягко рассмеялся, прикусывая слегка шею шаловливого мальчишки, оставляя покрасневший след. – Тогда, стоит тебя всё же наказать посерьёзнее. Дерек приставил головку к кольцу мышц и мучительно медленно ввёл член до конца, намеренно не попадая по простате, что, разумеется, вызвало волну недовольства у младшего. Выйдя на половину, альфа провёл руками по животу партнёра, слегка надавливая пальцами в районе, где кожа выпирала под напором полового органа волка. Дерек начал в равносильно медленном темпе совершать толчки, на этот раз проходясь чётко по самому чувствительному месту младшего, но вот только такой нежной и плавной стимуляции не хватало, возбуждение лишь мучительно нарастало, подводя к пику как можно ближе, но не позволяя упасть в пучину удовольствия, лишь вызывая неприятный зуд. Стайлз водил ладонями по груди и накаченному торсу Хейла, извивался, пытался самостоятельно насадиться на член и задать более приятный ритм, хныкал, закусывал губы, хотел хоть как то закончить эту пытку. И, когда Стилински уже был готов пустить слезу разочарования и начать вслух молить альфу, Дерек резко толкнулся, попадая в заветное местечко. И снова. И снова. Снова. Снова. И… Стайлз вцепился в плечи альфы, оставляя полосы своим больно уж длинноватым молочным маникюром, изливаясь себе на живот. Ещё пару чётких толчков и Хейл быстро вынимает свой член, также пачкая живот писателя горячей спермой. После Дерек ложиться на спину рядом с младшим. – Признаю. В применении метода “кнут и пряник” ты чертовски хорош. – Отдышавшись и насмотревшись белых искр перед глазами подаёт голос Стайлз. Писатель устраивается на груди волка, уткнувшись носом в изгиб шеи того. – Душ? – Предложил тот, но, заметив, как оборотень был не воодушевлён этой идеей, засмеялся. – Что? Нравится запах пота и спермы? Дерек широко раскрыл глаза от удивления, застыв в немом вопросе. – Знаешь, когда проходишь обучение у друида, узнаешь много интересные фактов об оборотнях. – Загадочно сказал Стилински, озорно смотря Хейлу в глаза. – Например, какие же они все извращуги, когда дело доходит до секса. – А можно быть изврященцем в какой-то другой сфере? И что значит, обучение у друида? – На удивление, Дерек был открыт для разговора и не ленился задавать вопросов, сильно же он изменился за эти семь лет. А может, это только так кажется. – Ну конечно, например в кулинарной сфере. Никогда не пойму, как кому-то могут нравится устрицы, это же просто ужас, начиная от запаха и заканчивая текстурой, словно я желе из морской воды заглотил. Любители устриц – вот кто настоящие извращенцы! А насчёт учёбы, ну то и значит. – Пожал плечами Стайлз, вновь удобно устраивая голову на груди партнёра. – Не такого соотношения информации в ответах я ожидал. – Дерек хоть и сказал так, но, судя по тому, как он зарылся носом в макушку младшего и прикрыл их одеялом, его всё устраивало. Ну, на данный момент. – Посмотрите ка, кто у нас тут мастер сарказма и стёба… – Пробурчал сын шерифа. Они пролежали вот так в обнимку ещё где-то около получаса. За это время Дерек успел рассмотреть спальню писателя, что занимала почти весь второй этаж, судя по расположению двери. Большая кровать в самом центре, две тумбочки из светлого цельного дерева с элементами эпоксидной смолы с золотым переливом, на той, что была по правой стороне от альфы, лежало три блокнота с твёрдой обложкой, пара механических карандашей, несколько смятых листов и салфеток, стояло три грязные чашки с недопитым кофе и небольшая лампа-ночник из позолоченного металла с абажуром из синего стекла. Это явно была сторона, на который обычно спит писатель. На правой стене расположилось окно, благодаря раздвинутым шторам, что явно были достаточно плотными, чтобы скрыть каждый лучик солнца, можно было увидеть углублённый подоконник, на котором явно было устроено что-то вроде уютного гнёздышка для чтения: мягкий матрас под размер подоконника, расстеленный пепельно-синий плетёный плед, несколько тёмно-синих подушек и в углу скомкан ещё один плед, такого же типа, только уже светло-коричневый, около подоконника стоял кофейный столик из цельного дерева, как и прикроватные тумбы, также заваленный какими-то книгами, блокнотами, карандашами, кружками, салфетками и даже планшетом. Как только вся эта куча не свалилась… Вдоль стены напротив стояли гардероб с одеждой, туалетный столик, на котором можно было разглядеть несколько баночек, в которых Дерек не сильно разбирался, единственное, что было ему знакомо, так это несколько парфюмов. С другой стороны расположился внушительных размеров угловой шкаф, заставленный книгами, статуэтками, артефактами и даже несколькими маленькими горшками с кактусами. Вся мебель была выполнена в одном стиле и явно на заказ: цельное дерево с элементами эпоксидном смолы, делялями из синего стекла и позолоченного металла. Прямо напротив кровати расположилась стеклянная дверь, которую огибали полки из распиленного вдоль ствола дерева, их занимали растения с длинными висяшими стебелями, некоторые из них доставали чуть ли не до пола. За дверью же можно было разглядеть лишь кран и часть ванны, а также унитаз и пушистый коврик, сделанный как имитация поля с цветами. В комнате также был потолочный вентилятор, совмещённый с люстрой. Оценив стиль и уют интерьера Дерек утолил своё любопытство и вернулся к, по его мнению, более важным вещам. Например таким, как поглаживание полу уснувшего Стайлза по спине и вдыханию их смешивающегося запаха. За окном уже начало светать, поэтому Стилински невольно заёрзал, подмечая, что им открывается вид на небо прекрасного розовато-сиреневого оттенка с золотистым переливом и пушистыми облаками. Писатель не долго думая слез с Дерека, а после и с кровати, подошёл к большому подоконнику, завернулся в один из пледов и залез в своё гнёздышко и прислонился лбом к стеклу, хоть на дворе и было лето, ночи иногда могли удивить своей прохладой. Стайлзу будто вообще не было дело до того, подойдёт ли к нему Хейл, уснёт ли тот или вовсе уйдёт, он словно утонул в собственном мирке, забывая обо всём, чтобы было и не думая о том, что будет. Альфе ничего не оставалось, кроме как устремить взор обожания и восхищения на самое прекрасное чудо рассвета – обращенное к лучам солнца лицо Стайлза. Ровный нос, бледная кожа, усыпанная родинками, карие глаза, переливающиеся на свету, длинные ресницы и выраженные скулы, пряди каштановых волос, нежно падающие на плечи и слегка прикрывающие взор. С возрастом Стилински становился лишь краше. Оборотень откинулся на спинку кровати и наслаждался видом ещё пару минут, как обычно улавливая и запечатлевая в памяти мельчайшие детали. Дереку нравилось наблюдать. Дерек умел рассматривать. Когда солнце уже полностью показалось из-за горизонта, Хейл решил всё же заняться уходом за своим партнёром. Он тихо подошёл в к всё ещё слегка отстранённому Стайлзу и нежно взял его за плечи, кладя подбородок тому на плечо. – Детка, пойдём искупаемся? – Услышав знакомый голос Стилински отмер, начиная смеяться. – Искупаемся? Мне что, три года? – Сталз развернулся к слегка нахмурившемуся от насмешки волку, разравнивая пальцами брови старшего, продолжая посмеиваться. – Ну тогда неси меня, папочка. – Не зови меня так. – Мгновенно среагировал оборотень, поднимая парнтёра на руки словно принцессу, направляясь к стеклянной двери. – Как скажешь, хмуроволк. – На своё старое прозвище Дерек лишь закатил глаза, опуская Стайлза на коврик около ванны. Они решили оставить длинные процедуры на следующий раз и просто помылись под душем. После почистили зубы (Стайлз достал для Хейла новую щётку, у него всегда были запасные в шкафчике), Стилински всё же не стал проводить все процедуры по уходу за кожей и ограничился простой пенкой для умывания, пока Дерек бесстыдно рылся в шкафу писателя. – Не думаю, что там найдётся что-то для тебя, Мигель! – Прокричал из ванной Стайлз, невольно вспоминая, как нелепо выглядел накаченный взрослый мужик в футболке тощего подростка. – Давай сюда свои шмотки, закину их в стиралку, а утром уже в сушилку. – Весело заявил Стилински, возвращаясь в спальню и кидая скомканный плед на его прежнее место на подоконнике. Дерек спокойно протянул ему как свои, так и самого писателя грязные вещи, предварительно собрав их всех по дому. На удивление Стайлза альфа прекрасно смотрелся в одних из его пижамных штанов, белые в голубую полоску, ну или голубые в белую полоску. – Я сильно недооценил “оверсайзность” моей пижамы. – Сказал он, беря одежду их рук оборотня и направляясь в отдельную комнатушку на этаже, рассчитанную под прачечную. Альфе же просто прислонился к дверному косяку спальни, наблюдая за писателем, нагишом запускающим стирку. – Рубашка всё же оказалась маловата в груди. – Кивнул на элемент одежды, что остался валяться на кровати, как только Сталз без какого либо стеснения всё также с голой пятой точкой вернулся в раскрытые объятия Дерека. – Ну вот и славно. – Стилински чмокнул мужчину в щёку и прошёл вглубь комнаты, беря рубашку и застёгивая её на себе, после он достал из шкафа чистые трусы, всё те же брифы с теми же рюшами, но на этот раз белые. Хейл решил воздержаться от комментариев нового гардероба своего парнёра, просто потому что… претензий у него в принципе не было, лишь удивление. – Считай, парные пижамы. – Стайлз хлопнул в ладоши, коротко улыбнулся и после подошёл к окну, закрывая шторы. Комната ожидаемо погрузилась во мрак, словно сейчас была глубокая ночь. – Удобно, когда ты ведешь в основном ночной образ жизни. – Объяснил сын шерифа, плюхаюсь на кровать. Альфа угукнул, соглашаясь. И тоже залез под одеяло, прижимая Стайлза к себе. – Спокойно ночи, Стайлз. – Знаешь, технически, сейчас же вообще не ночь, только вот утро наступило, не видел расс… – Сладких снов, Стайлз. – Сладких снов, Дерек.