Пепел чувств

            Утро для Хьюитта началось не только с головной боли, но и с неприятных ощущений в пояснице. После ночи с альфой давал о себе знать не только выпитый алкоголь, но и бурный секс. Чугунная голова раскалывалась от похмелья, а каждая мышца в теле ныла после запланированной физической активности. Солнце противно проникало своими лучами в комнату, заставляя пульсировать вены в голове. Резкий свет резал глаза, заставляя часто моргать, дабы избавиться от бликов и привыкнуть к. Омега недовольно потер голову, садясь на кровать и кутаясь по уши в одеяло. Воспоминаний о прошлом вечере обрушились на него потоком, заставляя краснеть до ушей и стыдиться своего безрассудства. Переспать без предохранения с малознакомым альфой через час после знакомства это было лихо даже для него. Полностью закрывшись одеялом, омега рухнул на постель, обдумывая все произошедшее на резвую голову. Только вот ненавидеть себя долго не получалось – прикосновение альфы был столь тягуче притягательными и столь заботливыми, что просто сводили с ума и лишали последнего чувства стыда. Еще не один партнер не относился к нему с таким трепетом и вниманием, вознося его на вершину блаженства. Приподняв одеяло, Хьюитт посмотрел на свой все еще вялый крохотный член. Одним лишь воспоминаниям не дано было вернуть омеге эрекцию, а вот альфа вчера смог, даже несмотря на изуродованное тело, которое ему пришлось трахать.       Разочарованно выдохнув омега понял, что проблема никуда не ушла. Пусть он и хотел поласкать себя, вспоминая горячую ночь, однако у его тела были другие планы. Запустив руку вниз, омега предпринял бесплодную попытку поласкать себя, однако несмотря на распаляющие воспоминание и горячие движение член и не думал подниматься. Омега уже было подумал, что нужно обратиться к своей тайной коллекции для отдыха, однако резко осознал, что альфа мог быть еще где-то рядом. Сев так резко, что аp искры посыпались из глаз, Хьюитт провел рукой по второй половине постели. Остывшая ткань знаменовала то, что его партнер испарился еще пару часов назад. Опустошение в душе накрыло с головой, заставив вспомнить все лживые обещание альфы, которые он нашептывал ночью, втрахивая его в постель. Рухнув обратно на кровать, омега изо всех сил пытался найти оправдание и придумать, что альфа мог делать сейчас в его квартире. Иррациональное желание быть принятым и любимым саднило в душе, обнажая старые раны и делая его уязвимым. Прикусив губу, омега изо всех сил постарался ненужные и болезные чувства, приведя себя в порядок. Глубокие вздохи и размеренное дыхание помогало привести в порядок мысли, однако чужой запах, распространяющийся по комнате, окончательно выбил омегу из колеи. Приятный аромат альфы щекотал нос и возвращал во вчерашнюю ночью.        Раздраженно завернувшись в одеяло, Хьюитт резко встал с кровати. Его возраст и состояние тела после попойки не дали ему абсолютно спокойно прийти в себя, практически сразу же перед ним закружилось пространство, а к горлу подступила тошнота. Обессиленно осев на кровать, он кинул взгляд на заботливо оставленный кем-то стакан воды. Омега готов был покляться, что не оставлял себя воду даже для таблетки вчера. Выдохнув и про себя признав, что его случайный партнер может оказаться не таким уж и плохим, Хьюитт залпом выпил воду. Приятная свежесть прошлась по горлу, спасая от сушняка и возвращая омегу к жизни. Взяв стакан, эльф крепко сжал одеяло, чтобы оно случайно не упало по пути, и направился на кухню. Краем глаза он глянул на оставленную на полу кофту, которая и было источником чужих феромонов, раздразнивающих естество омеги. Покачав голову и практически по-старчески посетовав на молодого человека, омега подумал, что без одежды он бы вряд ли ушел. Значит, его случайный знакомый действительно не покидал квартиру. Некая неряшливость пусть и не шла на пользу общему впечатление, однако перешагивая и свои вещи, Хьюитт был готов с этим смириться. Захлестнувшая их вчера страсть не оставляла выбора, одежда летела в разные стороны. По телу омеги прошли мурашки, заставившие его поежится, когда босые ноги коснулись холодного пола. Из длинных окон в пол традиционно по-осеннему дуло, а омега каждый год клялся себе убрать источник промозглого сквозняка но каждый раз у него просто не доходили руки. Он был слишком занят работой для подобных мелочей, вечно оставляя их на потом.       Покачав головой и уже в сотый раз пожурив себя за это, омега прошелся по длинному коридору мимо многочисленных комнат: его личного кабинета, ванной, гостевой спальни с гостевой ванной, гостиной и обеденного зала, наконец-то выйдя на просторную кухню с видом на парк. Приятный белый мрамор на стенах, светлая плитка на полу, дорогая техника и дорогие деревянные ящички создавали здесь уют. Небольшой остров со встроенным винным холодильников завершал образ кухни-мечта для Хьюитта. Только вот была одна маленькая загвоздка – омега практически не готовил, а постоянно заказывал еду из ближайших ресторанов. В холодильнике у него был базовый запас самых необходимых продуктов, если ночью резко захочется перекусить – немного сыра, полпачки яиц, открытая бутылка недопитого вина и еще какие-то продукты, про наличие которых омега благополучно забыл. Широко зевнув, Хьюитт осмотрел свою дорогу кухню и несколько ужаснулся: впервые тут были следы долгой готовки. Шокированный омега осмотрел рассыпавшуюся муку, скорлупу от яиц на столешнице, испачканные сковородки. Пребывая в сильном недоумении, омега уже был готов начать спорить с непрошенным вторгнувшимся в его личное пространство альфой, но его спасло то, что на острове стояла небольшая гора панкейков. Вдохнув их приятный аромат, омега буквально растёкся по стенке. Он уже очень-очень давно не ел подобного, ведь сам не умел их готовить, а ждать в ресторане столь долго он не был готов. А в детстве ему готовила панкейки только домработница, заботливая нанятая вечно занятыми родителями. Именно в то самое беззаботное детство его переносил этот чарующий и приятный аромат. Тихо открыв холодильник и достав оттуда бутылку вина, открытую им прозапас, омега облокотился на стену и стал нагло пялится на альфу, отпивая терпкую жидкость прямо из горла. Сосредоточенный эльф не сразу заметил неожиданно пришедшего омегу, слегка вздрогнув от чужого присутствия.       Альфа встал уже пару часов назад, ведомый своими биологическими часами. Он всю жизнь поднимался достаточно рано: сначала на школьных автобус, приходивший к его дому в самом начал маршрута, а затем, чтобы добраться до университета из дальнего кампуса. Поскольку Хэмиш не пил вчера, его не мучала головная боль или похмелье с утра в отличии о его партнера. Повернув голову и посмотрев прямо в глаза омеге, парень слегка улыбнулся и помахал ему с остатками теста. Альфа прекрасно умел готовить, ведь с самого детства был окружен множеством братьев-омег, которые изо всех сил заботились о младшеньком и обучали его всему что только можно. Все они были свято уверенны, что без достойных навыков готовки в современном мир ни один альфа не найдет подходящую пару. Хэмиш уже много десятков раз мысленно благодарил их, хоть в подростковом возрасте считал подобные уроки пыткой. Теперь же мог виртуозно произвести впечатление на вошедшего омегу. Приподняв руку с лопаткой, альфа помахал любовнику. Расплывшийся в самой доброжелательной и милой улыбке, Хэмиш искренне порадовался тому, что омега наконец-то встал. На такой милы даже ванильный по его скромным меркам жест, Хьюитт лишь недовольно фыркнул, опираясь о стену плечом и осматривая альфу с ног до головы, внимательно изучая его при свете дня. Теперь альфа казался еще более привлекательным и несколько моложе, чем вчера на приеме. Покачав головой, омега осознал – он мог сильно ошибиться с возрастом. Едкое разочарование подкралось прямо к горлу комом. Нервно и слегка растеряно сглотнув, Хэмиш пристально уставился на лицо альфы, изучая каждый его миллиметр. Хьюитт от столь резкой близости омеги резко отпрянул, в легко недоумении бросив на него вопросительный взгляд. Подобное поведение было несколько странным, хотя альфа не мог не отметить, что залегшая от напряжения морщинка на лбу у омеги смотрелась весьма мило. Наконец нарушив повисшее напряженное, тягучее молчание альфа выдохнул. В его планы не входило еще сгущать краски.       -И тебе доброе утро, - нарочито задорным голосом, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку на кухне, - как спалось?       - Неплохо, - лаконично ответил Хэмиш, пристально смотря на омегу, - вчера ты выглядел несколько старше, когда ухаживал за мной на балконе.       - Несколько в твоем понимании это сколько? – немного ошарашено и недоуменно сказал Хьюитт, несколько зависнув, - я никогда не скрывал свой настоящий возраст, вообще-то. -      Лет на пять, наверное, - омега приблизился практически вплотную и взял альфу за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза, - хотя бы тебе больше восемнадцати лет, хоть на этом спасибо. Иначе бы тебя просто не пустили, но я не помню, чтобы ты пил. Тебе хотя бы можно?       - Да можно мне, - альфа рассерженно смахнул чужую руку со своего лица, заставляя отстраниться, - мне двадцать три скоро будет, если тебя волнует этот вопрос. Я уже не ребенок, мне уже практически двадцать три года. Я, между прочим, уже закончил вуз.       - Черт, возьми, - схватился за голову Хьюитт, в панике обдумывая и анализируя сказанное, - ты же в курсе, что я на одиннадцать летя тебя старше?       -Послушай, мы оба эльфы и через каких-то двадцать или тридцать лет никто уже и не задумается о нашей разнице в возрасте, да и к тому же для практически бессмертных существ какие-то годы уже не будут иметь значение, - беззаботно покачал головой Хэмиш, помахивая в так лопаткой, - да и к тому же чего ты взъелся и накручиваешь себя? Я совершеннолетний, никаких проблем с законом у тебя не будет…       -Зато у меня будет этическая проблема с тем, что я переспал с малолеткой, - гневно перебил беспечного альфу мужчина, - ты думаешь, что мы с тобой будем вместе даже спустя пару недель и я не вышвырну тебя вон за то, что ты лазал по моей кухни?       - Ну, ты же не выкинул меня сразу в приступе ярости? – лукаво приметил Хьюитт, - так что я сомневаюсь, что сделаешь это после еды. Дай хотя бы обсудить хоть какую-то перспективу       -Что вообще нам обсуждать: счастливое совместное будущее? Меня в роли домохозяйки? – раздраженно выпалил омеги, скрестил руки на груди, - если ты не забыл, то детей у меня быть не может. Шанс беременности в течку не более двух процентов, я считай стерилен.       -Да я и не требую от тебя ораву детей, - не обращая внимание на возмущение оппонента спокойно произнёс, пожимая плечами альфа, - мне бы самому карьеру построить, но для начала не мешало бы хотя бы работу хоть какую-то найти. Знаешь, я не сторонник консервативного уклада жизни, каждый из партнеров уникальная личность и имеет право на свои желание и увлечения       - На первых парах так говорили все мои горе любовники, а потом якобы случайно предлагали мне уйти с работы и посвятить себя ведению домашнего хозяйства, - стряхнул с себя противное чувство омерзения от бесконечного обесценивания Хэмиш, слегка вздрогнув, - ты еще безработный, получается, я вообще словил комбо…. Безработный оболтус, ничего не понимающий в жизни и способный только хорошо трахаться       -Эй, - возмущенно пресек поток сознания омеги Хьюитт, - сам же говоришь, что альфы гребут всех омег под свои стандарты, однако ты занимаешься тем же самым. Если тебе не везло в отношениях, то может это проблема в тебе и ты выбираешь не тех людей? Знаешь, не все жители этой планеты одинаковые, пусть их осталось не так много, но если постараться, то можно найти тех, кто тебе близок по духу и разделает твои ценности, а не судить сразу всех альф по нескольким неудачным экземплярам.       -Смотри, как бы я тебя прямо сейчас голым не выгнал, - задохнулся от возмущения омега, багровея от прилива эмоций, - хотя ты весьма интересный экземпляр.       - Всегда можно узнать друг друга получше в спокойной обстановке, - альфа начал подначивать омегу, раззадоривая его своей заговорческой улыбкой, - обещаю, ты не пожалеешь, а если пожалеешь, то всегда можно расстаться как цивилизованные люди.       Омеге ничего не оставалось, как смирится. Пусть его новый знакомый и выглядел раздражающим, однако в нем было нечто такое настоящее и непонятное для омеги, что заставляло его сердце трепетать. Нечто живое и открытое так и манило к себе, заставляя открывать все новые и новые страницы этой экстраординарной личности. С невольным лицом омега плюхнула за тол, накидывая на себя простынь. Ткань, и без того едва прикрывавшая обнаженное тело, теперь же оголяла куда больше допустимого. Хэмишу было плевать, ведь он был уверен в том, что альфа вчера все крекрасно рассмотрел вчера и теперь перед ним скрываться не было особой нужны. Да и к тому же омега не питал особых иллюзий относительно того, как он выглядит – ужасные шрамы не создавали визуальной красоты, поэтому он без тени сомнений отбросил все приличия. А вот для молодого альфы картина была весьма впечатляющей – полуобнаженное красивое тело перед ним было предметом самых смелых фантазий. Присвистнув, Хэмиш внимательно оглядел выпирающие ключицы, на которых красовались багровые следы вчерашней страсти, а также длинные ноги. В памяти альфы все еще стояли образы, как партнер податлив раздвигал вчера ноги во время соития, а также до сих пор в отголосках сознания все еще слышались протяжные стоны удовольствия. Альфа не планировал отступать, пока не попробует добиться столь шикарного омеги, так и манившего своей загадочностью и шармом. Поставив перед ним тарелку с блинами, Хэмиш сел напротив Хьюитта и взглянул в глубокие глаза омеги, скрывающие не один секрет.       Молодой эльф был на сто процентов уверен, что его новый знакомый не так просто и его еще предстоит разгадать, снимая слой за слоем его защитную броню, выращенную годами предательств и одиночества. Несмотря на столь пронзительный взгляд разговор не клеился и повисла неловкая тишина. Лишь только стук вилок и ножей о тарелки разбавлял тишину, делая ее не столь гнетущей. Огромное пространство давила на Хэмиша, не привыкшего находится в столь пустом дл него пространстве. Идеальная чистота и отсутствие жизни в этой кухни заставляли парня сильно нервничать, радикально разнясь с тем, что у него было всю жизнь. Пусть он и рос в неплохих условиях, однако в таких роскошных местах никогда не был – тут веяло деньгами и одиночеством. Просто ужасным и щемящим одиночеством. На кухне, на которой он вырос всегда пахло домашней едой, слышались голоса, а через нежный цветастый тюль падали мягкие лучи света. Здесь же через тонкие щелки в белоснежные роль ставни падал холодный утренний свет, ложась идеальными полосами на светлый кафель. Все слишком вычурно. Альфа с ностальгией оглядел кухню, вспоминая о том месте, где он рос. Неожиданно ему захотелось навестить родителей и снова ощутить весь тот домашний уют и вдохнуть все те ароматы, наполнявшие кухню когда-то. Поставив локоть на стол, Хэмиш оперся о ладонь и задумчиво посмотрел в окно, откуда виднелись небоскребы. В этом районе он никогда прежде не был, поэтому даже не представлял, как ему вернутся домой. Погруженный в свои мысли омега даже не сразу заметил меланхоличного настроения альфы.       Только спустя пару минут он поднял голову от оказавшихся нереально вкусными панкейков, он заметил отстранённое выражение лица парня. В глубине душе омеге хотелось продолжить разговор, начатый около плиты. Однако, словно застряли в глотке противным комом и никак не хотели выходить. Слегка откашлявшись, омега понял, что ему все же не хочется выгонять альфу прямо сейчас – эгоистичное желание получить еще наслаждение вкупе со вкусной едой пересилило рациональные доводы о том, что не стоит слепо доверять незнакомцам. Разочарованно выдохнув, омега подпер двумя руками подбородок и начал рассматривать притягательное лицо альфы – сейчас при мягком дневном свете его партнер выглядел в разы красивее, чем при приглушенном свете в том банкетном зале. Будь он чуть по младше, то давно бы вытирал слюни со стола. Но умудренный опытом омега гораздо спокойнее относился даже к самым прекрасным представителям сильного пола. Поймав взгляд омеги, Хэмиш повернулся и расплылся в довольной и слегка игривой улыбке. В его глазах горел огонь и играли чертики, бликуя неприкрытым интересом к омеге. При взгляде на Хьюитта настроение сразу поднималось, вот настолько омега произвел на него благоприятное впечатление. Наклонив голову на бок, альфа изучающим взглядом окинул уже в сотый раз омегу с ног до головы.       -Так кем нужно работать, чтобы жить в таких хоромах? – беззастенчиво поинтересовался альфа, - сколько ты за них платишь?       - Нет, ты не понял – это моя квартира, - серьезно пояснил омега, -я уже выплатил немалую ипотеку за нее. Как вижу ты впервые в этом районе и в подобном жилье?       - Черт возьми, да ты гораздо богаче, чем я думал, - не скрывая своего шока выругался Хэмиш, вертя головой по сторонам, - я вырос в совершенно обычном пригороде, а сейчас снимаю крошечную по твоим меркам квартиру на пополам с соседом. Мне кажется, что твоя кухня больше, чем вся наша квартира, где мы живем вдвоем.       - Вижу, ты в шоке, - Хэмиш дал время альфе пережить всю ту гамму эмоций, отразившуюся у него на лице за пару мгновений, - я работаю в семейном бизнесе в отделе кибер безопасности       - Значит, мы практически коллеги – я тоже программист, - альфа протянул руку, восторженно улыбаясь, - ты, наверное, много работал, чтобы забраться так высоко.       - Нет, я не программист, я просто неплохой управленец, на самом деле, - лишь покачал головой, смотря на протянутую кисть Хьюитт, - однако, в одном ты прав – я достаточно много работал, чтобы забраться так высоко и получить эту должность. Мало какой альфа способен признать, что омеги способны получить должность не через постель.       - Мне кажется подобное само собой разумеющимся, - пожал плечами Хэмиш, - упорный труд и толико удачи, и вот т ы на коне. Хотя мне бы просто найти работу, хоть какую-то.       - Что тебе мешает? – скептически оглядел собеседника омега, - что ты заканчивал, кстати? Если какой-то третьесортный вуз, где не дают ни навыком, ни связей, то не мудрено.       - Я заканчивал возрождённый Гарвард, - гордо выпятил грудь альфа, хвастаясь своими достижениями, - между прочим, у меня была стипендия с полным покрытием учебы. Нас таких только трое на потоке было. Я до конца был с повышенной стипендией       - Прекрасное место, - подытожил Хэмиш, - я сам заканчивал Нью Йель, однако странно, что тебя не берут на работу с таким образованием. У Гарварда, даже в его нынешнем виде, огромное влияние и связи на рынке труда. Ты не пробовал через совет выпускников поискать?       - Разумеется, пробовал, - раздосадованно произнес альфа, - только бестолку, практически везде отказы.       - А ты сам с чем это связываешь? – сразу включил корпоративное мышление омега, тщательно анализируя ответы альфы с высоты своего опыта, - вряд ли ты плохо учился, раз уж у тебя все время была стипендия, нынче Гарвард редко кому платит повышенный вариант, насколько я знаю. Ты неправильно составил резюме? Неправильно составляешь письма? Или просто не выказываешь достаточно заинтересованности?       - Нуу, - слегка сконфуженно признался альфа, - у меня есть подростковая судимость… Пока ее не получается убрать из личного дела, я кое-куда залез по молодости и меня поймали….       - Я уже подумал, что ты кого-то убил, - спокойно выдохнул омега, даже не дав альфе договорить, - знаешь, каждый совершает ошибки. Это не делает тебя плохим человеком, если ты завязал. Ты же больше воровством не промышляешь?       - Неетт, - слегка напряженно протянул альфа, стараясь намекнуть, что он совершил нечто большее, чем просто воровство, однако не в силах признаться, - если бы ты помог мне с работой, то я был бы вечно тебе благодарен.       - Я чисто теоретически могу, - протянул омега, бросив на альфу хитрый взгляд, в котором блеснула безумная искра, - тогда ты женись на мне.       - Что? – подавился остатками панкейка, - кхе-кхе, еще полчаса назад ты хотел меня отсюда выкинуть, а теперь хочешь жениться? Не слишком ли резкая перемена в настроении?       -Я тут подумал – ты неплохой вариант, чтобы позлить моих родителей, - меланхолично-задумчиво покачиваясь на стуле пояснил Хьюитт, - я пораскинул мозгами и понял, что с учетом того, что ты ме будешь должен за трудоустройство и факта того, что можешь удовлетворить мне в постели мне вполне хватить для заключения брака с тобой. Да и к тому же мне уже через два года тридцать пять, что знаменует как раз таки принудительный брак. А ты мы выиграем оба – ты получишь перспективную работу и богатого супруга, а я получу отвод от замужества и позлю родителей. Они долгие годы пытаются женить меня хоть на ком-то из детей своих знакомых. Мысль выходить за совсем абы кого претит мне долгие годы, да и к тому же эти неженки не видели ничего дальше денег своих родителей. А ты выглядишь, как целеустремленный альфа, готовый признать равного партнера во мне.       -Выглядит как взаимовыгодное сотрудничество, - сосредоточенно и задумчиво посмотрел на расплывшегося в интригующей улыбке омегу Хэмиш, - так на сколько ты хочешь заключить этот союз? Мы не можем вечно играть супругов, да и к тому же каждый из нас может встретить истинную пару в любой момент.       - Я не верю в пропаганду истинности, это просто навязанные стереотипы, - лишь раздраженно отмахнулся от слов альфы недовольный омега, - в моем окружении еще ни один человек не встречал своего истинного, и никто не умер, представляешь? А сколько играть? Хмм…. Над этим надо подумать       - Три г или четыре года? – в голове альфы сложился пазл из всех фактов и законов, - смотри: через два года тебе тридцать пять, а значит мы должны прожить вместе больше этого срока, ведь при разводе до тебе все равно начнут искать «подходящую пару», а также супруги должны показать минимум год или полтора неудачных попыток тебя признаю бесплодным официально , а дальше нам предложат альтернативные варианты либо развод. Бесплодному омеге редко кто ищет партнера, хотя есть риск попасть в программу ЭКО или усыновления. Но я пока не хочу детей без возможности их обеспечить, поэтому надо найти будет лазейку в системе…       - Неожиданно, что ты запомнил мои вчерашние слова, - нервно хохотнул омега, - редко кто обращает внимание на пьяные разговоры омег. Но формально я не бесплоден на все сто, есть около пяти процентов, что я могу залететь. Это и есть наша лазейка, я не хочу быть признанным бесплодным, ведь меня автоматом поставят в очередь на программу репродукции. Это удар по каждому представителю слабого пола, ведь значит ограничение в правах, регулярное принудительное гинекологическое освидетельствование, а также я стану прокаженным с точки зрения общества. Так и никогда не продвинусь еще выше по карьере и точно не докажу отцу, что я чего-то стою. Поэтому можно заново обратиться в проверенную клинку и сдать тест на совместимость, который закономерно даст низкий результат. После этого нам официально одобрят развод без проблем, и мы разбежимся кто куда свободные       - Я даже не знал, что так можно, -задумался альфа, анализируя полученную информацию, - звучит как план. Да и за этот срок я наработаю хороший опыт и смогу получить должность вне твоей компании, а также попробую убрать подростковую судимость из моего личного дела. Что еще от меня требуется, кроме постели и выноса мозга твоим родителям? Как я понимаю, они приверженцы старой школы, требующий устаревшего понятия династических браков равных с равными для укрепления бизнеса, а также приверженцы мысли о традиционной омежьей роли хранителя очага?       - Ага , - всем своим видом показывая, что не хочет продолжать разговор про родителей, сквозь зубы процедил омега, - тебе просто надо будет быть рядом, сопровождать меня на всякие мероприятия, делать там вид любящего супруга и все. Я помогу тебе деньгами, работой, а также можешь пользоваться моими связями на этих приемах       -Я бы хотел сделать дать нечто большее для тебя, ведь ты не представляешь, как мне помог,  - Хэмиш обошел стол и присел напротив Хьюитта, смотря ему в глаза, - это невероятно редкий шанс. Теперь я смогу помочь еще и своим родителям в обозримой перспективе. Я не против еще и готовить тебе, а то питаясь непонятно чем ты рискуешь оставить меня вдовцом раньше срока.       - Знаешь, как-то я прожил много лет на доставках и ничего, - прыснул в кулак Хьюитт, - однако не откажусь от столь щедрого предложения. Готовишь ты действительно вкусно, а я скорее спалю кухню, чем приготовлю что-то стоящее.       - Не волнуйся, я тебя научу, даже после развода ты сможешь протянуть и без меня, - ободряюще погладил по голове омегу Хэмиш, - может ты и не помрешь, но желудок посадишь.       - Не забывай, что я старше и опытнее тебя, - наклонился, нагло ухмыляясь и оголяя грудь омега       - Однако, я определенно опытнее в некоторых моментах, - подыграл в эту игру Хэмиш, смотря прямо в глаза партнеру, - ты вообще никак не можешь расслабиться в постели и вечно пытаешься все контролировать. Даже подрочить не можешь сам.       - С чего ты взял, что не могу сам мастурбировать? – задохнулся от возмущения Хьюитт, одновременно багровея от стыда, - все я могу вообще-то       - Ты думаешь, что я не слышал твоих попыток сегодня с утра? – нагло произнес альфа, - я решил тактично промолчать насчет твоего неудовлетворенного лица и пыхтения в спальне. Слышимость в этой квартире просто аховая, конечно. Хорошо, что хоть соседи нас не услышат. Пойдем, я покажу, как и помогу тебе расслабиться, а дальше мы разберемся с документами       Слова альфа не терпели выражений. Почему-то Хьюитту захотелось подчиниться этому спокойному и уравновешенному тону, пусть альфа и не приказывал напрямую. Впервые в жизни он уступил кому-то другому и дал решать за себя впервые с тех пор, как расстался с женихом более десяти лет назад. Уверенность в каждом шаге и уважение к удовольствию партнера подкупили и заставляли лишь мечтать о большем. Нервно сглотнув, омега позволил альфе переплести их пальцы. Хэмиш не торопился, давая омеге сообразить, что происходит и переварить все происходящее. Пусть он и предложил в несколько ультимативной форме. Оно не требовало отлагательств или обсуждений. Омега подхватил свое одело и согласно пошел за альфой, прикусив губу. Легкое возбуждение покалывало на коже, даря непередаваемые ощущения. Предвкушение бурлило в крови, заставляя сцены прошлой ночи одна за одной всплывать в сознание. Приятная нега растекалась по телу вязким ожиданием чего-то волнующего. Сердце пропустило пару ударов, пока альфа вел его до кожаного дивана. Сейчас их мало заботило состояние кожи после, только чистое упоение и наслаждение от прикосновения к чужой горячей коже. Обжигающие касания к рукам заставляли дышать чаще, а приятное показывание на пальцах лишь усугубляло томление. Прикусив губу от вожделения, омега безропотно подчинялся чужой воле. Хэмиш сел на диван, утягивая партнера к себе на колени. Ощущение близости будоражило и пьянило, заставляя нервно сглатывал и покрываться мелкой дрожью даже от самых легких прикосновений.       Еле уловимое касание чужих подушечек пальцев к позвоночнику прошибло током до кончиков пальцев. Приятные мурашки прошлись по телу, дурманящей волной. Отклонившись назад, Хьюитт навалился всем телом на теплого и умиротворяющего альфа, размякая как желе. Омега всем своим естеством показывал, что он весь его, желая научится наконец-то отпускать лишние мысли, коих сейчас в голове было ноль. Почему-то именно рядом с этим странным альфой все роившиеся в голове размышления вышибала звенящая пустота, хотелось плыть по течению и тонуть в чистом удовольствии. Чужие руки скользнули по груди, нежно оглаживая ее и массируя. Легкие, интимные прикосновения подушечек пальцев, вкладывающиеся в замысловатые узоры на коже, уносили омегу куда-то далеко-далеко. Скользящие касания дарили лишь нежность, но в тоже время поднимали откуда-то из недр души ту забытую первобытную страсть, звериную похоть. Массирующие движения, ритмично касавшиеся самых чувствительный мест, с каждой секундой становились все очертеней и четке. Хэмиш отточенными до совершенства движениями ласкал чужое податливое естество, заставляя омегу стонать и выгибаться навстречу, желать большего. Бархатный низкий приглушенный голос обволакивал с головы до пят. Мурчащим, манящим тембром альфа описывал на ушко Хьюитту каждое свое касание, чередуя слова с нежными поцелуями шеи и ключиц. Мокрые, пошлые поцелуи были взрывами фейерверков. Тяжесть внизу живота становилась практически невыносимой. Чувствительная кожа на стоящем колом члене терлась о казавшиеся доселе мягкие простыни, заставляя омегу прикусывать губу и стонать. Стыд от собственной беспомощности и похотливости в чужих руках подступал к горлу, уступая место лишь всепоглощающему вожделению. Каждое прикосновение как дурман, переполнявший чашу терпения, итак, заполненную до краев. Казалось еще капля – и все, омега провалится куда-то в небытие, однако альфа словно подчинил себе чужое тело Только лишь он решал, когда эта сладкая пытка закончится, и партнеру будет позволено кончить. Хьюит скулил, хныкал и умолял позволить ему прикоснуться к пульсирующему внизу члену. Все его мысли были заняты лишь одним: дурманящее желание. Весь его мир сократился до одного дивана, где его филигранно касался альфа. Даже малейшее промедление отзывалось томительной негой. Руки альфа проскользили от распаленный до предела груди к затвердевшим горошинам сосков, слегка сдавливая их и лаская. Стон был ему ответом, что он делает все правильно. Закатив глаза от нахлынувшей волны эйфории Хэмиш выгнулся вперед, подставляясь под чужие касание. Ноги свела приятная судорога, заставлявшая сжимать пальцы и напрягаться до предела. Эти прикосновения были в сотни раз лучше, чем касания альф даже в самых смелых и развратных мечтах, после которых раньше его вялый член лишь привставал. Не отдавая себе отчета,       Хьюитт запустил руки в чужие волосы, гладя и сжимая их. Оттягивая короткую причёску альфы назад, омега тихо стонал имя партнера. Эти жалкие попытки балансировать на краю сознания лишь усугубляли висящее наваждение. Рассинхронные ласки чувствительных сосков лишь подталкивали к пропасти, заставляя альфу лишь сильнее дразнить партнера, вышибая все ненужные думы из его забитой головы. Только спустя пару тягучих словно мед мгновений, альфа отпустил раскрасневшиеся и набухшие сосочки. Его рука скользила вниз, невесомо касаясь живота, и заставляя омегу еще больше сходить с ума. Каждая секунда без прикосновений ощущалась вечностью мучительного до дрожи в коленках одиночества. Голова кружилась, а воздух в комнате казалось полностью лишенным кислороде. Хьюитт словно рыба хватал ртом воздух, утопая в том помешательстве, что дарил ему альфа. Ловким движением Хэмиш заставил прикрывавшее все сокровенные места одеяло исчезнуть. Теперь разгоряченный, тяжело дышащий омега предстал во всей красе перед партнером, будучи в силах только безвольно стонать. Сейчас омеге было глубоко плевать на шрамы, на свой крошечный размер и на то, что будет дальше. Контраст жара собственного тела и холода в комнате заставлял покрываться мурашками, дрожать и лишь сильнее сводил с ума. Не выдержав такой сладострастной пытки, омега выгнулся вперед, закрывая глаза и покрываясь испариной. Первый оргазм пришел оглушительно, выбив почву из-под ног и заставляя затрястись, сводя все тело судорогой. Пачкая все вокруг, омега излился на диван, одеяло и себя. Однако, копившееся годами неудовлетворённость не отпускала просто так. Пульсирующий член продолжал стоять по стойке смирно, даже не думая падать. Желание лишь росло, заставляя кровь бурлить, а омегу стонать дальше, срывая голос до хрипа. Ему хотелось большего – хотелось ощутить столь необходимые прикосновения там внизу, ощутить ту самую ласку. Теперь же альфа игриво прикусил омегу за ушко, подначивая его. Быстро слизнув выступившую каплю крови, Хэмиш аккуратно накрыл крохотный омежьий пенис рукой. Чужое естество оказалось еще меньше по сравнению с его ладонью. Довольно хмыкнув про себя, альфа начал успокающие тихо рассказывать дальше омеге все, что он сейчас будет делать. Развратный шепот неуклонно заставлял омегу багроветь от стыда, но в это же время неистово желать, чтобы все свои обещания альфа как можно скорее претворил в реальность, вознеся снова его на пик блаженства. Сбитое после оргазма дыхание совсем потеряло ритм после прикосновения чужой рукой, сжимающей самое интимное место. Медленные, неторопливые движения вниз и вверх по стволу ощущались каждым миллиметром до одури чувствительной плоти. Свободой же рукой альфа играл с поджатыми от возбуждения яичками омеги, слегка сжимая их и перекатывая. Хьюитт подведенный к грани мог лишь ритмично двигать бедрами, вторя столь необходимой ласке.       Вязкая смазка растекалась по бедрам альфы, наполняя комнату терпким запахом похоти и вожделения. Пульсирующее колечко мышц ритмично выталкивало жидкость, требуя особого внимания. Тугой узел внизу живота готов был вот-вот взорваться новым ошеломляющим оргазмом, доведя омегу до пика. Хэмиш играл с чужим телом, как с игрушкой: неспешно, размеренно, с ощущением полного контроля над ситуацией. В этот раз он снова был у руля, заставляя омегу под им извиваться в наслаждении. Альфа учил, показывая, насколько яркими и запоминающими могут быть прикосновения к члену руки, как правильно ласкать себя, доводя до исступления и сорванных голосовых связок. Когда, казалось бы, омега снова оказался на пороге финала, сильнее сжимаясь под альфой и прикусывая губу в вожделении яркого взрыва в голове, альфа отступил. Неспешно и эротично облизывая пальцы один за одним, он играл свое представление для омеги. Издав возмущенный стон, омега ощутил холод и острую потребность снова почувствовать руки альфы на своем теле, а еще лучше внутри себя. Голова кружилась от мыслей о том, что сейчас альфа коснется его до предела чувствительной дырочки. Нестерпимое желание ощутить то самое чувство растянутости и ощутить член внутри себя, затмевали стыд и первоначальную цель. Тянущая пульсация внизу живота, заставляла поступиться всем: принципами, изначальной целью и своей гордостью. Слегка толкнув альфу в грудь, Хьюитт заставил того лечь на спину. Теперь омега был на коне, прикусывая губу и беззастенчиво демонстрируя свое тело напоказ. Иллюзорный контроль пьянил не хуже прикосновений. Стягивая с альфы трусы, он наслаждаться горячей чужой плотью. Возбужденный огромный член натягивал боксеры, зацикливая все внимание лишь на себе. Теперь единственная роящая мысль в голове омеги, как он хочет сесть на этот член, ощутить его внутри и скакать на нем до звездочек в глазах. Однако его видимый контроль рассыпался в прах, когда руки Хэмиша легки на его задницу, слегка сживая ягодицы. Массажные движения и пожирающий тело взгляд говорили лишь об одной – омега все еще принадлежал альфе, отдавая себя без остатка.       Даже спустя один оргазм и столько времени, ему безумно нравилось ощущать это. Что кто-то может безусловно хотеть это тело что кто-то можешь восхищаться испещренным глубокими и уродливыми шрамами кожей. Тихо простонав, омега из последний сил просил, скорее скулящее требовал, взять его. Его воспаленный мозг не отдавал отчета о последствиях этого позорной мольбы. Сейчас все ощущения сконцентрированы в одной точке – низу живота, где альфа нежно ласкал чувствительное колечко мышцы. Хэмиш слегка надавливал, массировал, собирал смазку, одна не входил, растягивая свое личное наваждение от вида на столь распаленного и возбужденного омегу. Ему сносило крышу от вида столько серьезного и делового омеги, что сейчас таял у него в руках как пломбир и молил его о том, чтобы наконец-то кончить Крошечный член омеги терся о его живот, даря незабываемые ощущения. Хюитту казалось, что сейчас он ощущает каждый миллиметр своего тело неимоверное остро, каждая клеточка тела горела, каждый миллиметр казался эрогенной зоной. И без того горячие линии от касаний альфы, горели пожаром на теле, напоминая о себе как о сладостной издевке над нетерпеливостью омеги. Когда наконец альфа неспешно и с пошлым хлопанье ввел два пальцы и без того податливое колечко мышц, весь воздух словно вышибли из легких омеги. Едва удерживая равновесие, он качнулся вперед, опираясь руками на широкие плечи омеги. Теперь взгляд его глаз встретился с потемневшими от желания глазами омеги. Дышать стало совсем нечем. Каждый вдох давался с трудом и обжигал легкие.       Соприкосновение взглядом стало спусковым крючком для омеги, бывшим гораздо более интимным, чем любое соитие. Видеть чужое желание так близко было слишком для омеги, он буквально таял и терялся в невиданном раньше удовольствии. Еще ни один партнер в жизни не смотрел на него так… Этот взгляд порождал нечто совершенно иное в груди, нечто теплое и приятное, расплывавшееся по телу и мешавшееся с первородным возбуждением. Нечто, что еще нельзя было облечь в слова, засело где-то далеко на подкорке, заставляя омегу еще сильнее стонать и шептать имя прямо в чужие губы. Даже прошлой ночью сводящий с ума секс не дарил омеге настолько яркие ощущения, как сейчас. Каждое жадное движение пальцев внутри него отдавалось всплеском, разносящимся по позвоночнику к каждому уголку его тела. Движения столь умелые, столь страстные и горячие кружили его в круговороте греха. Хэмиш, неторопливо и размеренно, ласкал омегу пальцами, касаясь пальцами узких стенок. Его пальцы касались той самой точки блаженства внутри, раздразнивая и распаляя еще сильнее. Каждое, даже случайное касание, той самой точки возводило омегу на вершину наслаждения, а затем обрушивало назад, качая на качелях.       Теперь ему уже было недостаточно просто пальцев- его тело желало только члена, не в силах кончить без альфы. Его дырочка сжималась, туго обхватывая чужие пальцы и заставляя омегу чувствовать каждый миллиметр. Искусанные в кровь и опухшие губы тихо молили о большем лишь для альфы. Больше не нужны были громкие стоны, даже такие были как красная тряпка для быка. Не в силах больше сдерживаться Хэмиш вынул пальцы из омеги, заставив того заскулить и инстинктивно двигаться за источником наслаждения. Подхватив омегу за округлые бедра, альфа приподнял его красивый и накаченный зад. Головка члена, едва надавила на вход, как Хьюитт издал протяжный стон, сам насаживаясь на чужое естество. Член растягивал податливые мягкие стенки, даря то самое неповторимое чувство наполненности. Альфа практически до синяков сжимал чужие бедра, первые пару секунд давая омеге освоится с новыми ощущениями. Пусть предыдущий секс был пару часов назад и мышцы еще не пришли в форму, однако в голове альфы все еще стучало обещание ни за что и никогда не делать омеге больно, даря только наслаждение. Задав для начало нарочито медленный и плавный темп, альфа проверял чужие границы, как омега реагирует на каждый глубокий толчок внутри. Пальцы оглаживали округлые ягодицы, лишь сильнее стимулируя Хьюитта. Теперь же он позволил себе полностью погрузится в этот омут, полностью утонув в этом удовольствии. В его голове не было ни одной связной мысли, лишь звенящая пустота. Он всецело отдался этому впервые, жалея лишь о том, что раньше не встретил столь идеального партнера для секса. Каждое движение внутри отдавалось новой волной возбуждения, расходящейся по нервам электрическим импульсом по нервам в каждый уголок тела. Каждый последующий точек внутри становился все сильнее и сильнее, трахая до исступления. Хэмиш с наслаждением наблюдал, как Хьюитт закатывал глаза, мелко подрагивая и выгибаясь ему на встречу, желая лишь сильнее насадиться на его член, заполнив себя до отказа. Слегка изменив угол, альфа касался простаты. Эта чувствительная точка внутри омеги дарила тому феерию удовольствия от каждого, даже малейшего прикосновения.       Руки сводила судорога, заставлявшая оставлять глубокие алые полосы на груди у партнера. Хьюитт беззастенчиво сжимался сильнее вокруг растягивающего его практически до предела члена, доставляя удовольствие не только себе, но и альфе своей пленительной узостью. Благодаря столь впечатляющим размерам, омега ощущал каждую клеточку чужого члена от налитой головки от основания. Пошлое чваканье и хлюпы разносились по комнате, заполняя ее. Каждый такой звук был сродни мелодии для пары, утопавшей друг в друге. Альфа лишь сильнее насаживал податливого омегу на свой член, не разрывая зрительного контакта, кайфуя от того, как сходит с ума омега. Оргазм накрыл их с головой, полностью поглощая и сжимая весь мир до одной комнаты. Тело омеги свело судорогой, мышцы ритмично напрягались. Тяжелое дыхание разносилось эхом по комнате, отдаваясь от стен. Хьюитт чувствовал, как с каждой секундой его тело тяжелеет, а голова наливается свинцом. Посыпавшиеся искры из глаз туманили зрение, заставляя закатить их в блаженстве. Альфа же каждым миллиметром своего члена внутри чувствовал, как сокращается и без того тугая дырочка ритмично сокращалась и сжимала его. Закрепляя вершину удовольствия, Хэмиш из последних сил потянулся к омеге. Положив ему руку на шею и заставив нагнуться ближе, альфа нежно коснулся губами чужих пересохших губ. Сначала неуверенное, легкое и дрожащее прикосновение выливалось в нечто большее: жадный до одури, страстный и собственнический поцелуй. Альфа сминал чужие губы, проникая языком в чужой рот и заставляя омегу стонать в этот разгоряченный поцелуй. Чужие пульсирующие губы дарили страсть, Каждый вздох давался с трудом от нехватки воздуха, голова кружилась и оставшийся вокруг мир плыл. Стрелки часов словно замедлили свой ход и пара минут для пары, поглощенной поцелуем, превратились в несоизмеримо растянуто-долгие мгновения. Альфа чувствовал чужой сбивчивый ритм бешено колотящегося сердца, пропускавшего удары и стучавшего так, словно сейчас вылетит из грудной клетки. Полностью обессилев, Хьюитт нехотя разорвал столь желанный поцелуй и рухнул на партнера. Все его тело, каждая мышца, налилась свинцом, а конечности не слушались. У него не было сил слезть с чужого опавшего члена. Омега прекрасно ощущал сперму внутри себя, как она слегка давит на стенки его того отверстия.       Рваное, поверхностное и неровное дыхание никак не хотело приходить в норму. Омега обессилено лежал на чужой грудной клетки, слегка напевая что-то себе под нос. У него не находилось слов, дабы описать то безумное, что творилось в течении последнего часа. В голову постепенно, одна за одной, возвращались его обычные мысли, заполняя ее до отказа. Снова вернулось то неприятное и свербящее чувство ненависти и непринятия своего тела, в очередной раз напоминающее прикрыться от чужого взора, пока альфа ничего не рассмотрел. Однако, почему-то в этот раз омега не стал даже пытаться тянуться за одеялом, так ему было плевать на то, как он сейчас выглядит. Тяжелое чувство в груди пусть никуда и не уходило, продолжая истязать его и без того истерзанную душу, но определенно притупилось. Альфа в этот лениво момент откинулся головой на спинку дивана, смотря в потолок и осознавая до конца, что только что произошло. Мысли все еще путались, возникая в разнобой. Давно у него не было столь ошеломляющегося секса сразу два дня подряд, да и до него только дошло осознание, что он реально согласился женится на малознакомом альфе. План был просто шикарен, но отказываться поздно. Соображать, как действовать в столь экстраординарной ситуации он не мог. Поэтому просто предпочел плыть по течению, не сопротивляясь нахлынувшему на него урагану событий. Руки сами по себе нежно оглаживали чужую спину, проводя по неровным и витиеватым линиям шрамы свои уже новые линии. Альфа прекрасно ощущал кончиками пальцев все неровности и выпуклости на чужой спине, теряясь в догадках какое ужасающее событие привело к такому плачевному исходу.  Однако сейчас не время было спрашивать о подобном, хотя скорее всего удачного времени и не наступит. Тема слишком личная, явно слишком болезненная для омеги. Звенящая тишина била по ушам похлеще развратных стонов, смешанных с пошлым хлюпаньем. Никто не был в силах начать разговор и обсудить произошедшее, вырвавшееся за рамки планируемого слишком далеко. Первым в этот раз молчание решил прервать омега, пусть каждое слово и давалось ему с трудом .       - И ты не хочешь поинтересоваться откуда у меня столько шрамов? – откашлялся и еще хриплым голосом произнес он, слегка поднимая голову и смотря на альфу.       -Думаю после всего произошедшего это было бы крайне нетактично, - альфа запустил руку в волосы омеги, заставляя того обратно лечь, - да и если бы захотел, сам бы рассказал. Тема явно непростая и болезненная для тебя. Я не в праве давить или как-то комментировать.       - Да ты прямо джентльмен, - глухо засмеялся омега, подставляя голову под неожиданные ласки, - но так у и быть, я тебе расскажу.       - Знаешь, я не настаиваю, - слегка погладил по голове Хэмиша Хьюитт, - мы можем отложить этот разговор на потом.       - Ну будь столь идеальным и слащавым, я уже настроился, дай уж договорить, - недовольно пресек все возражения омега, - это последствия неудачной аварии, где я вылетел на машине через ограждения с трассы в кювет. На самом деле все думали, что я умру прежде, чем доберусь до больницы, однако я выжил, как видишь. Тогда мне это казалось концом моей жизни, а сейчас я понял, что я жив и это главное, однако, как видишь, от комплексов избавиться это не помогло. Мой тогдашний жених бросил меня, только увидел сразу слился, не в силах видеть рядом с собой такое уродство. А дальше я тебе вчера рассказывал.       - Ты так хорошо помнишь, что пьяным вчера говорил? – тихо засмеялся альфа, - но все равно спасибо, что поделился       - Знаешь, ты чуть не испортил момент, - усмехнулся омега, - однако тебя спасла последняя фраза, я чуть не треснул тебя по башке. Я тут откровенничаю перед тобой, а ты шуточки шутить, хотя даже сам не знаю почему я решил тебе это рассказать, знаешь ли. Нашло на меня что-то, может быть, я настолько давно был один, что у меня накопилась потребность выговориться и обсудить это хоть с кем-то.       -Мне даже нечем тебя отблагодарить и рассказать нечто подобное, у меня жизнь было до безобразия спокойная, - пожал плечами альфа, - даже можно сказать однообразная. Хотя про условную судимость ты знаешь, поэтому мои истории все. Я даже не ездил особо никуда – только один раз в столицу с классом и все.       - Да, уж ты натворил дел и подпортил себе жизнь, - задумался Хьюитт, - однако теперь ты будешь лучше думать, однако я думал ты реально сидел и уже немного испугался, но условная это не так уж и страшно. Ты смог исправится и даже закончить университет.       - Не надо говорить так, словно я отпетый уголовник из криминального района, - покачал головой Хэмиш, понимая, что пока что-то стоит повременить с признанием куда именно он залез, - да, уж удачно я вчера сходил просто познакомиться. Никогда бы не подумал, что случится нечто такое.       -Знаешь, пути судьбы неисповедимы, - потянулся омега, ложась на грудь альфы, - я просто пошел, ведь меня достали родители с тем, что пытаются пропихнуть мне в мужья избалованного и мажористого сына своих друзей лишь бы у меня был муж. У меня всего один младший брат альфа, хотя у моего отца много детей омег, а партнёров сейчас около пяти.       - Повезло кому-то, - немного завистливо произнес альфа, - не представляю каким красавчиком надо быть, чтобы родить тебя.       - Не льсти мне, - фыркнул омегу, в тайне наслаждаясь неумелым подкатом, - я слишком стар для этого дерьма, знаешь ли. Я даже немного завидую своему брату, ведь с ним носятся как с принцем, однако по мнению моего отца единственный удел омег сидеть дома, создавать уют, быть красивым приложением к альфе и рожать столько детей, сколько попросят. Мне долго пришлось доказывать, что я достоин работать в компании отца.       -Знаешь, у альф обратная ситуация, - влился в обсуждение Хэмиш, - если ты представитель сильного пола, то все автоматически ждут, что ты априори будет очень хорош во всем, за что бы ты не взялся, начиная от карьеры и заканчивая хобби. А еще что ты всегда будешь популярен у омег. Если ты самый обычный человек, то тебе в жизни н достичь тех идеалов, что тебе приписывает общество. Это тяжело постоянно жить под давлением чьих-то ожиданий и вечно им соответствовать.       - Я почему-то об этом не задумывался, - между бровями омеги залегла глубокая складка от раздумий, - хотя многие альфы и рады воспользоваться своим авторитетом в этом новом мире. Хотя кому сейчас легко, мы же пережили апокалипсис. Поэтому пока у нас есть время и силы надо осуществить наш план       Игриво подмигнув, омега встал с кровати и подхватил одеяло. После марафона такого ошеломляюего секса Хьюитт чувствовал небывалый прилив сил. Он словно заново родился и готов был свернуть горы. Сделав несколько поворотов держась за локоть, омега потянул слегка затекшую спину и подошел к окну.  Панорамные окна открывали прекрасный вид на снующий туда-сюда город: крошечные букашки люди, бегущие куда-то по своим делам с толь ранний час, машины на улицах все двигалось в абсолютной тишине. Завернувшись с ног до головы в одеяло, словно его кто-то мог увидеть на такой высоте. Его небоскреб стремился ввысь словно пытался коснуться небосвода. Это было одно из самых высокий зданий, оставшихся на данный момент в городе. Омега, выросший в элитном пригороде с его ухоженными лужайками приватностью, не представлял какие пути судьбы завели его в эти каменные джунгли.       Хотя может так он пытался избавиться от своего прошлого и отделаться от чего-то, хоть отдаленно напоминавшего ему старый дом. Когда альфа подошел к нему сзади, то омега немного вздрогнул от непривычно уютный и спокойных чужих прикосновений к своим плечам. Теплые ладони накрыли его плечи, слегка сжимая и массируя их. В эти касаниях чувствовались уверенность и спокойствие. Омега буквально растворялся в чужой ласке, впервые всецело растворяясь в чужом тепло. Каждой клеточкой своей спины он ощущал чужое тепло. Совершенно не хотелось никуда уходить, безумная мечта просто растворится в моменте уже не казалась настолько безумной. Альфа же наоборот не торопил, впервые получив возможность касаться и такого прекрасного омегу и наслаждаться этим видом сверху вниз. То, каким крошечным казалось все на земле завораживал его и кружил голову. До этого момента альфа и не представлял, что кто-то может жить на такой верхотуре. Теперь же вся его жизнь измениться, только вот вопросы и сомнения по-прежнему терзали его: сможет ли он назвать это место своим домом? Построить гармоничные отношения с этим пусть и привлекательным внешне, но очень недоступным и закрытым внутри омегой? Справится ли он с навалившейся на работе? И много других не совсем радужных дум крутились в голове. Однако он подумал, что обмозгует это позже, все позже – сейчас было только сейчас, только этот чарующий до невозможности момент.