Точка крепости

!|КУНИ,ПЕТТИНГ|! (Читательница/Ты) : 18 лет, полностью обнаженная, лежишь на спине на его просторной кровати, покрытой мягким темно-красным покрывалом. Кожа твоя слегка розовеет от волнения и прикосновений. Ты расслаблена, но внутри все трепещет в предвкушении. Эйджиро Киришима: 19 лет, полностью обнаженный. Его мускулистое, проработанное годами тренировок тело кажется еще более мощным в полумраке. Шрамы – отметины его твердости – контрастируют с невероятной мягкостью его улыбки и прикосновений сейчас. Его острые зубы блестят в полутьме, когда он улыбается, а взгляд – обычно такой дерзкий и пламенный – сейчас темный, глубокий, полный обожания и сосредоточенной нежности. Его алые волосы, обычно торчащие вверх, слегка растрепаны, несколько прядей падают на лоб. Ситуация: После долгих, страстных поцелуев и взаимных ласк, которые оставили вас обоих запыхавшимися и покрытыми легкой испариной, Эйджиро начинает спускаться ниже. Его цель ясна, и твое тело уже отвечает ему дрожью и влажным теплом между ног. Погнали,шалунишки~ Ты лежишь, опираясь на подушки, чувствуя, как прохладная ткань покрывала приятно холодит твою разгоряченную спину. Твой взгляд скользит по потолку, задерживаясь на знакомых трещинках в штукатурке, но все мысли растворяются в ощущениях. Его большая, теплая ладонь медленно скользит по твоему животу – твердая, но нежная, как будто он боится оставить даже невидимый след. Пальцы слегка вдавливаются в мягкую плоть ниже пупка, вызывая мурашки, бегущие по коже. Он опускает голову, и его губы, чуть шершавые, но невероятно мягкие, касаются твоего живота – сначала легкие, как перышко, поцелуи вдоль линии бикини, затем более влажный, открытый поцелуй прямо над лобком. Ты вздрагиваешь, и тихий стон вырывается из твоих губ. «Чувствительная, да?» – его голос низкий, хрипловатый от желания, но полный той самой открытой, искренней заботы, которая делает его Киришимой. Он поднимает глаза, и в полумраке они горят темным огнем. «Ты такая красивая… вся.» Он произносит это с такой простой убежденностью, что тебе становится тепло внутри, даже жарче, чем от его прикосновений. Его руки мягко раздвигают твои бедра, давая себе больше места. Ты чувствуешь его дыхание – горячее, прерывистое – на самой чувствительной коже внутренней поверхности бедер. Он не спешит. Его пальцы – сильные, с мозолистыми подушечками от бесконечных отжиманий, но сейчас движутся с хирургической точностью и нежностью – скользят по твоим половым губам, собирая влагу, которая уже обильно выступила. Легкое прикосновение кончиков пальцев к клитору заставляет твое тело выгнуться в немом крике. «М-м… уже готова для меня?» – он бормочет больше для себя, его взгляд прикован к тому, что скрыто между твоих ног. Он целует внутреннюю поверхность каждого бедра, оставляя влажные, горячие следы, медленно приближаясь к центру. Каждый поцелуй – обещание. Ты сжимаешь пальцами покрывало, твое дыхание сбивается. И вот, наконец, его язык – широкий, горячий, невероятно мягкий – плоской ладонью ложится на твою промежность, от самого входа и до клитора. Первый, долгий, медленный лизающий движение снизу вверх. Ты вскрикиваешь. Ощущение настолько интенсивное, прямое, что искры вспыхивают перед глазами. Он гудит от удовольствия, вибрация гула передается твоим нервам, усиливая волну наслаждения. Он не останавливается. Его язык становится инструментом невероятного мастерства. Он исследует каждую складку, каждую изгиб, смачивая тебя еще больше. Иногда он сосредотачивается на самом входе во влагалище, ритмично вдавливая кончик языка, вызывая глубокую, пульсирующую пустоту внутри, которую хочется немедленно заполнить. Затем он поднимается выше, к клитору. Сначала – широкие, плоские круги вокруг него, заставляя тебя стонать и ерзать. Потом – более точные, фокусированные движения: быстрые вибрации кончиком языка прямо по капюшону, чередующиеся с медленным, почти болезненно-приятным сосанием. Он забирает твой клитор в рот, осторожно засасывая, и ты чувствуешь, как все твое тело сжимается в предвкушении разряда. «Эй-Эйджиро…» – ты задыхаешься, твоя рука бессознательно опускается на его голову, запутываясь в его колючих, но удивительно мягких на ощупь алых волосах. Ты не толкаешь, не направляешь, просто держишься за него, как за якорь в море удовольствия. Он отвечает тихим рычанием удовлетворения, когда чувствует твою руку в волосах. Его нос утопает в твоих лобковых волосах, дыхание горячим потоком обдает твою кожу. Именно в этот момент, когда ты уже на грани, когда каждый нерв поет от его языка на клиторе, ты чувствуешь прикосновение его пальца. Подушечка указательного пальца нежно, почти вопросительно трется о твой влажный, растянутый его языком вход. «Можно?» – он выдохнул вопрос прямо на твою кожу, его голос густой от возбуждения и влаги. Ты можешь только кивнуть, издав какой-то нечленораздельный звук согласия. Он не вводит палец сразу. Сначала он просто кружит им вокруг входа, собирая твою смазку, смешанную с его слюной, массируя напряженное кольцо мышц. Ощущение двойной стимуляции – его язык, не прекращая работать над клитором, и этот назойливый, манящий круговой массаж пальцем – сводит с ума. Твои бедра непроизвольно приподнимаются, подставляясь ему еще больше. И вот, под давлением твоего тела и его мягкого, но настойчивого нажима, кончик его пальца медленно скользит внутрь тебя. Тепло. Наполненность. Идеальное соответствие. Ты чувствуешь каждую мозоль на его подушечке, каждую прожилку. Он вводит палец до первой фаланги, позволяя тебе привыкнуть, его язык не прекращает свои волшебные движения. Твои внутренние мышцы сжимаются вокруг него, цепляясь, и он издает глубокий, похожий на стон звук удовольствия прямо в твою промежность. «Боже… ты так туго… так тепло…» – его слова едва различимы, но ты их чувствуешь кожей. Когда ты расслабляешься, он погружает палец глубже, до самого основания. Его большой палец находит твой клитор снаружи, начиная рисовать нежные круги, пока его язык сосредотачивается на области чуть ниже. Палец внутри начинает двигаться. Сначала просто присутствует, наполняя. Потом – легкие, исследующие движения вверх-вниз по передней стенке влагалища, той самой чувствительной зоне, что заставляет тебя зажмуриться и вцепиться в покрывало еще сильнее. Он находит ритм: медленные, глубокие фрикции пальцем, синхронизированные с кругами большого пальца снаружи и непрекращающейся работой языка. «Вот здесь?» – он спрашивает, когда его палец натыкается на особенно отзывчивую точку внутри, чуть выше и глубже. Он слегка изгибает палец, нажимая на нее, и ты кричишь, твое тело вздымается. «Да! Да, Эйджиро, вот!» – ты хрипишь. Он фокусируется на этой точке, сочетая давление изнутри пальцем с ритмичными кругами языка по клитору и массирующими движениями большого пальца. Ощущения нарастают, как огромная волна, поднимающаяся из глубины твоего живота. Ты чувствуешь, как его вторая рука крепко обхватывает твое бедро, прижимая тебя к его лицу, не давая убежать от нахлынувшего наслаждения. Он вводит второй палец. Растяжение, мгновенное чувство полноты, которое быстро сменяется новой волной удовольствия, когда его пальцы начинают работать вместе: двигаясь внутрь и наружу, раздвигаясь, массируя ту самую точку, создавая восхитительное трение. Его язык теперь работает исключительно на клиторе – быстрый, плоский, вибрирующий. Ты слышишь влажные звуки, смешанные с его тяжелым дыханием и твоими собственными стонами. Твои ноги дрожат, мышцы живота напряжены до предела. Мир сужается до его лица между твоих ног, его пальцев внутри тебя, этого невыносимо сладкого, нарастающего давления. «Смотри на меня,» – его голос прерывается, но звучит как приказ, полный страсти. Ты открываешь глаза, которые сама не замечая закрыла, и встречаешь его взгляд. Его глаза темные, почти черные от желания, но в них все та же нежность, та же преданность, та же забота. Он смотрит прямо на тебя, пока его язык и пальцы сводят тебя с ума. Этот взгляд, эта связь, этот абсолютный фокус на тебе и твоем удовольствии – это последняя капля. Волна накрывает тебя целиком. Спазмы начинаются глубоко внутри, вокруг его пальцев, и растекаются по всему телу, как электрические разряды. Ты кричишь, твое тело выгибается дугой, бедра прижимаются к его лицу, твои пальцы судорожно впиваются в его волосы. Он не останавливается ни на секунду – его пальцы продолжают свой ритм внутри, его язык продолжает вибрировать на клиторе, продлевая твои конвульсии наслаждения, пока ты не падаешь на подушки, дрожащая, вся покрытая испариной, с ощущением, что ты распадаешься на миллион светящихся частиц. Он медленно, очень медленно вынимает пальцы, оставляя ощущение пустоты и приятного покалывания. Его язык делает несколько последних, ласкающих движений, как будто успокаивая перевозбужденные нервы. Он поднимается по твоему телу, его лицо блестит твоей влагой, на губах – самая широкая, самая счастливая, немного ошеломленная улыбка. Он целует твой живот, твои ребра, ключицу, прежде чем добраться до твоих губ. Поцелуй глубокий, влажный, безгранично нежный. Ты чувствуешь свой собственный вкус на его губах и языке. «Ты… ты была потрясающей,» – он тяжело дышит, его грудь поднимается и опускается. Он прижимается к тебе, его твердое, теплое тело во всю длину прижимается к твоему, его все еще возбужденный член давит на твое бедро. Он обнимает тебя, пряча лицо в твоей шее, его дыхание горячо обжигает кожу. «Я люблю тебя,» – он бормочет в твою кожу, его голос хриплый и искренний. Его рука нежно гладит твой бок, его пальцы, только что бывшие внутри тебя, теперь рисуют невинные круги на твоей талии. Он крепко держит тебя, как что-то самое драгоценное, его сердце бьется быстро и гулко рядом с твоим. В комнате тихо, только ваше смешанное дыхание постепенно успокаивается, а в воздухе витает густой, сладковатый запах секса и любви. Он целует твою макушку, его губы улыбаются. «Спи, солнышко. Я тут.»