в тебе тает мир

В который раз Хумин продолжает звонить, но вместо болезненно ожидаемого голоса Бэк Джина он слышит только нескончаемые гудки, которые постепенно начинают его раздражать.  «Придурок, возьми уже трубку. Совсем умом тронулся с этой учебой?» - повторял про себя Хумин, пока снова и снова набирал одну и ту же комбинацию цифр. Он знал номер Джина наизусть, и мог ловко написать его даже с закрытыми глазами или совсем не глядя на клавиши.  В этот вечер с Джином было что-то не так: Хумин очень явно чувствовал это. У него были свои, довольно странные мысли на этот счет, потому что вот так подолгу На Бэк Джин никогда не игнорировал его, а если ему самому что-то надо, он мог достать любого из под земли. Хумин был уверен, что с ним могло что-то случиться, вот только он пока не догадывался, что именно.  «Я не знаю, куда мне деть свои чувства.  С кем поделиться, чтобы быть принятым и понятым. Я не могу просто запереть их в себе, сколько бы ни пытался. Я должен что-то сделать» - думал про себя Баку, пока мерил равными шагами свою маленькую комнатушку. Его отец, придя с работы, уже давно похрапывал в соседней комнате, видя девятый сон, лишь одному Хумину было неспокойно. Тоска и бездействие одолевали его. Накинув ветровку, он в конечном итоге покинул дом.  Интуиция никогда его не обманывала, вот и в этот раз он уже почти подходил к бару Джина - оставалось только завернуть за угол и войти в здание, как он сначала неожиданно разволновался, а секундой спустя заметил шагающих к нему навстречу Ан Сухо в компании Ён Шиына. Они шли медленно и о чем-то негромко переговаривались, поочередно смущенно улыбаясь друг другу. Сухо держал под локоть друга: ему все еще было немного сложно передвигаться самому после столького времени, проведенного в коме. Деваться было некуда, те уже заметили Хумина, поэтому ему пришлось лихорадочно ловить дельную мысль, дабы скорее от них отмазаться, желательно без конкретных объяснений.  –Баку? - удивленно раскрыл свои щенячьи глазки Шиын, – Куда ты так поздно? Опять Бэк Джин достает? Ему, видимо, мало было?  –Нет, Шиын…- Хумин делает паузу: врать не хочется, скрывать это тоже, но иного выхода нет. Будь он чуточку смелее, быть может, поделился бы этим с Шиином или Го Хён Таком, но смелости предельно не хватает - вся она была потрачена на попытки дозвониться до Джина и сказать все как есть по телефону, но после неудачи эта смелость теперь задействована в том, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз.  –Тогда зачем? - не унимается Шиын. И чего это он сегодня такой разговорчивый? А что, если он всегда таким был? Или это на него Сухо такое влияние имеет?  –Мне нужно с ним поговорить. Я позже вам все объясню.  –Как скажешь.  –Удачи. - отчего-то, предчувствуя неладное, вмешивается даже Сухо.  Кивнув и отсалютовав им обеим, Баку тянет ручку двери на себя и входит в помещение, спускаясь по обшарпанной лестнице и врываясь в неоновые огни ночного заведения. На него тут же взирает с десяток глаз, в их числе парочка слишком уж оценивающих. Среди глазеющих он замечает Со Джэ и направляется к нему.   –Бэк Джин у себя? - не церемонясь, спрашивает Баку.  –Смотрите-ка кто пожаловал. -Сон Джэ ухмыляется, в его следующей фразе слышен упрек: –Джин не ждал гостей в роде тебя.  Баку понимает, что адекватных ответов он от этих отморозков не получит. Он молча идет в кабинет к Джину, игнорируя ядовитые смешки и перешептывания. Ему в след кричит все тот же Сон Джэ:  –У него гостья. Даже не пытайся их прервать.  Хумин замирает.  Измученное муками сердце делает стук, а затем останавливается. И снова начинает биться - умереннее и гораздо быстрее.   Гостья? Какая еще гостья? За все время их знакомства он ни разу не видел рядом с Бэк Джином девушку, и эта мысль вселила в него крохотную надежду на то, что, возможно, он все-таки гей… Но нет, видимо в этот раз ему придется увидеть её, чтобы оценить, какой у Джина вкус. Какая внешность - его идеальный типаж? Какой она должна для него быть? Миниатюрной, хрупкой девочкой-паинькой или иметь такой же убийственно-холодный характер, как и он сам? Этого Хумин не знал, как не знал и того, чем они могут в данный момент заниматься. И как долго они там находятся? Он сомневался, что рядом с Бэк Джином девушкам вообще хочется думать о чем-то другом, кроме как о том, как бы поскорее оказаться на нем. Ну или под ним. В прочем, Баку сейчас хотелось того же: ощутить рядом этого беспощадного парня, которому все безразлично и стать для него единственной исключительной зависимостью. Пройдя десяток метров, Баку остановился перед железной дверью. Никаких подозрительных звуков слышно не было, только отдаленный смех обкуренных парней из банды и неразборчивый отрывок какого-то диалога, доносящийся из-за запертой двери. Хумин прислушался: приглушенный, уставший голос без сомнения принадлежал Джину, а вот девушку слышно не было. Баку присел на холодный пол напротив двери и стал ждать, когда та откроется. Он согнул колени, двигая их на себя, а сверху положил руки. Его безумно клонило в сон. Это нахождение рядом Джина так действует? Ведь правду говорят, что когда доверяешь человеку и чувствуешь себя в безопасности, хочется уснуть рядом с ним. Баку, поддавшись сладким чарам, прикрыл глаза всего лишь на пару секунд, которые нежданно-негаданно обернулись парой часов. *** Дверь звучно отворилась, а взгляд Бэк Джина внезапно наткнулся на хрупкое тело, сидящее напротив двери. Баку свернулся в три погибели и был похож на заснувшего случайно котенка, не дождавшегося своей мамы.   «Ты это серьезно, Баку? Сначала трезвонишь мне без конца и края, затем нагло заявляешься сюда и еще и додумался всю ночь просидеть под моей дверью, дожидаясь пока я закончу свои дела? Ты всегда был сумасшедшим идиотом. Это мне в тебе всегда и нравилось.» - промелькнуло в мыслях Джина перед тем, как он вернулся в комнату, чтобы затем вынести из нее легкий, но теплый, молочного цвета плед и аккуратно накрыть им Баку. Ничего тому не говоря и стараясь не разбудить, он спешно покинул свою обитель.