Открыть глаза

      С окончанием Гула Земли и потерей силы титана, Энни Леонхарт так же потеряла всякие ориентиры в жизни. Раньше она жила ради миссии, потом ради обещания отцу. А теперь?.. Приходилось учиться жить заново. Привыкать быть обычным человеком, без силы титана, без чьих-то ожиданий. Познавать и понимать свои чувства и желания. Одно оставалось неизменным, Энни по-прежнему любила драться и почти каждый день тренировалась с манекенами. Вот только зачем ей теперь это уметь? Можно конечно устроиться в армию, но Леонхарт больше не собиралась никого убивать. Хватит с неё.       Может податься в политику, как Арлерт? У 15го командира разведывательного корпуса не было выбора, но у Энни-то он есть. Или нет?       Через какое-то время остановившие Гул Земли были назначены дипломатическими послами для содействия мирным переговорам между Парадизом и внешним миром. Днём конференции, выступления в правительственных учреждениях, переговоры, а вечером – душевные посиделки компанией за бутылкой вина.       За этот год, прошедший со дня, когда они остановили Эрена, ребята успели сплотиться. Общая цель – сохранение мира – объединяет. Если в детстве Энни и Пик не особо ладили – скорее просто не общались – то сейчас они смогли стать хорошими подругами, поддерживающими друг друга. Еще один её "друг" детства – Райнер – стал для неё реально хорошим другом. Хоть во времена избранных в воины Марли и в кадетские времена на Парадизе они не ладили, и Браун часто получал тумаков от Леонхарт, всë же, они так много прошли вместе и многое знали друг о друге. Они примирились с прошлым и "закопали топор войны", обнявшись тогда, на корабле, когда девушка провожала всех на финальную битву.       Ребята с Парадиза, с которыми тоже удалось подружиться, несмотря на то, что в кадетские годы они побаивались Энни – Жан и Конни – оставались всё такими же смешными и шумными, как и всегда. Блондинка иногда замечает, как Фингер бросает на Кирштейна кокетливые взгляды. "Брр, жесть", – Леонхарт не хочет знать, что за ними скрывается. И последний в их компании – Армин. Тот, который навещал еë 4 года, пока она была в камне, тот, кто говорил с ней и делился новостями, зная, что она ему не ответит. Девушка была благодарна Арлерту за это. И тогда, на корабле, он пытался признаться ей в чувствах, но это было не место и не время. А когда Гул Земли окончился, и силы титанов были уничтожены, Армин перестал ощущать влюблённость в Энни. Они оба понимали, что это ушли чувства Бертольда, поэтому остались друг для друга просто хорошими друзьями.       В свободное время Леонхарт стала часто читать книги. Она и раньше это любила, но на Парадизе был скудный выбор литературы, приходилось довольствоваться тем, что есть. В Марли же посчастливилось найти хороший книжный магазин, удивительно, как им удалось сохранить столько изданий. Девушка читала почти все жанры, лишь бы восполнить дефицит знаний, которые она упустила за столько лет жизни солдата, а после – за годы заточения в камне. Попадались ей и любовные романы, иногда с до ужаса банальными историями и развитием сюжета, а иногда настолько захватывающие, что при прочтении сердце щемило за героев. Энни бы ни за что в слух не призналась, что ей хотелось также. Да если бы и кто-то услышал такое, то не поверил бы – чтобы холодная ледышка Энни Леонхарт и мечтала о романтике? – бред какой-то.       А ей нравилось бродить по вечернему городу, когда улицы освещены жёлтыми фонарями, и представлять, что рядом с ней идёт мужчина, который сжимает ладонь девушки и рассказывает что-то там – ведь неважно, что он говорит, главное, что держит еë за руку. Всё это – книги и мечты – дорогой дофамин, окрыляющий девушку одинокими вечерами. Но иногда становилось невыносимо грустно.       Вот и в тот день у Энни было особо печальное настроение. Причиной тому стала Пик, решившая признаться в том, что они с Жаном периодически встречаются в неформальной обстановке, и эти встречи иногда переходят в горизонтальное положение.       – Господи, Пик, избавь меня от подробностей, – Леонхарт глотнула вино из бокала, продолжая рассматривать узоры на скатерти стола в кафе, где они сидели уже около часа.       – Энни, ну ты же уже не ребёнок. Это нормально, когда люди, которые нравятся друг другу занимаются любовью, – парировала Фингер, не обращая внимания на смущение блондинки.       – Я понимаю, – девушка осушила бокал. – Просто у меня, кхм, такого нет.       – Надо тебе найти кого-то! – загорелась брюнетка.       – Ещё только свахой ты моей не была, – Энни закатила глаза. – Пускай всё идёт своим чередом.       Подруги еще немного посидели в кафе, а после решили пройтись по магазинам. В одном из бутиков Фингер уговорила блондинку купить новое платье – на выходных ожидался официальный прием в правительстве в формате бала. "Ну и ерунда, проводить бал в такое время, это что за пир во время чумы". Да и где балы, и где Энни? Они же из разных миров. И всë же, девушка шла домой с пакетом, в котором лежало красивое атласное платье.       В один из дней Леонхарт навестила своего отца. Он жил в небольшом городке, выстроенным буквально с нуля, после разрушений титанов. Участок с деревянным забором и компактным домом чем-то напоминал их жильё из детства девушки. Но он не хранил тех негативных эмоций, так что можно было начать все сначала. Они с отцом мало разговаривали, тяжело было спустя столько лет внезапно стать открытыми, но оба старались наладить связь.       Выходные наступили быстро. Энни надела легкое платье на бретельках, ненавязчиво подчеркивающее фигуру. Атлас красиво струился, а серо-голубой цвет переливался на свету. Девушка не любила все эти женственные штучки, но дресс-код обязывал появляться на мероприятиях такого плана в платьях и туфлях. Перед тем, как пойти на приëм, Леонхарт дошла до дома Пик, та очень хотела помочь блондинке завершить её образ, накрутив волосы и чуть нанести макияж. Девушка считала, что это уже лишнее, но брюнетка умела уговаривать.       – Вау, Энни, ты такая красотка, – Фингер подала девушке зеркало. – Сегодня все взгляды будут на тебе: женские с завистью, мужские с восхищением.       – Прекращай, а то я не пойду, – буркнула Леонхарт, но на самом деле засмотрелась на своё отражение. – Это не такое уж и обязательное мероприятие для нас. Там важно только присутствие Арлерта.       – Ничего не знаю, надо выгулять твоё новое платье, – Пик подхватила блондинку под руку и направилась на выход.       Чтобы не опоздать на мероприятие, девушки словили экипаж и приехали почти к началу. Их встретило большое двухэтажное здание с высокими окнами, стены были украшены тонкими колоннами со скульптурными барельефами. Немолодой швейцар открыл перед девушками дверь, пропуская их внутрь. В большом зале с высоким потолком брюнетка сразу заприметила друзей и потащила подругу за собой.       – Ого, Пик, Энни, вы решили сегодня затмить всех своей красотой? – спросил Жан, подмигивая при этом Фингер.       – Согласен, девушки, вы невероятны, – добавил Армин. – И, Энни, тебе очень идут платья.       – Да, красотка, – подытожил Браун.       – Но не такая, конечно, как королева Хистория, – Спрингер шутливо ударил блондина по спине.       – Конни! – одновременно возмутились Энни и Райнер.       Сначала компания выпила вместе шампанское, поднесенное официантом, закусив канапе, а потом Арлерта увели по важным вопросам. Заиграла медленная музыка, Жан пригласил Пик на танец, и та охотно согласилась. Конни, воспользовавшись тем, что возле стола с закусками стало мало людей, побежал уплетать угощения за обе щëки. Браун куда-то испарился, и Энни осталась стоять одна. Она видела, как Армин обсуждает что-то с людьми в дорогих костюмах, кивает и добродушно им улыбается. Видела, как Жан крепко обнимает Пик и кружит в танце, а она задорно смеялась, мягко держа его за плечо. Лишь Леонхарт неловко переминались с ноги на ногу, не зная куда ей деться. Кто-то легко дотронулся до еë плеча, она развернулась и увидела Райнера.       – Эм, может, хочешь потанцевать? – спросил он, скучающе смотря по сторонам.       – Я не умею, – честно призналась девушка.       – Я тоже. Не беда, – парень уверено взял её за руку и повел в центр зала, где уже кружилось в танце много пар.       Они остановились на приличном расстоянии друг от друга, блондин посмотрел по сторонам на другие пары и потом положил правую руку на спину девушки, в районе лопаток, а левой рукой взял еë правую ладонь. Энни неловко обхватила своей свободной рукой локоть парня, и они начали движение. Слишком неуверенные для начинающих танцоров, но подошедшие к делу, как ответственные солдаты. Поначалу они были сосредоточены на своих действиях, чтобы случайно не наступить на ноги партнёра, но потом расслабились, и смогли насладиться процессом.       Со стороны они, наверное, выглядели странно, ведь Браун был намного выше Леонхарт. Еë взгляд упирался в его грудь, поэтому девушка неловко смотрела по сторонам. Чем был занят взгляд Райнера, она не знала, потому чтобы увидеть его, пришлось бы запрокинуть голову.       Платье Энни мягко развевалось от движений танца и приятно скользило по еë ногам, охлаждая их. И всё же, хорошо, что она его купила. Только эти туфли на небольшом каблучке приносили ей дискомфорт.       Медленная мелодия закончилась, и музыканты начали играть что-то более веселое и динамичное. Браун мягко опустил руку девушки и отошёл. Он откашлялся прежде, чем спросить.       – Вроде неплохо вышло?       – Да, хорошо, – уголком губ улыбнулась Энни. – Спасибо за танец.       – Без проблем. Хочешь выпить?       – Да, пойдём найдём Конни, он где-то возле закусок.       Они подошли к столу и взяли по бокалу шампанского. Прохладная золотистая жидкость с пузырьками имела легкий вкус. В качестве закусок на блюдах лежали тарталетки и рулетики. Спрингер похвастался, что поглотил почти всё блюдо с хрустящими канапе. Друзья вели непринуждённую беседу, как вскоре музыканты снова начали играть лиричную мелодию, зазывая парочки на медленный танец.       – Энни, готовься, – усмехнулся Браун.       – М, к чему? – Леонхарт стояла спиной к залу и не видела, что в их сторону шёл молодой человек.       – Мисс? – он посмотрел на её руку в поисках кольца, затем поклонился и подал свою руку. – Разрешите пригласить вас на танец?       Блондинка замялась, неловко сжимая ткань платья. Она посмотрела на Райнера в качестве поддержки, и тот ободряюще кивнул ей.       Девушка ответила на приглашение и последовала за мужчиной. Он действовал умело, для него это явно был не второй танец в жизни, как для неё. Партнёр держал Леонхарт легко, но не переступая грань дозволенного, поэтому она смогла расслабиться и получить удовольствие от процесса. В конце танца, молодой человек поблагодарил её за танец и поцеловал тыльную сторону ладони.       Энни вышла подышать и отдохнуть на балкон. Улица встретила приятным вечерним ветерком. Он развевал волосы девушки, и они мягкими волнами перекатывались по её лопаткам. Она упёрлась руками в ограждение, холодный мрамор под пальцами остужал. Леонхарт запрокинула голову и рассматривала ясное звёздное небо. Сзади послышались шаги. Энни обернулась наполовину и увидела, идущего не спеша, Райнера.       – Хороший вечер, – сказал он, подойдя к ней.       – Неплохой, да. Вроде научилась танцевать, – слегка посмеялась блондинка.       Она присела на плетёное кресло и вытянула ноги. Физически танец не был чем-то сложным, но туфли сильно натирали ноги.       – Я невольно вспомнил времена, когда ты укладывала парней на лопатки.       – В первую очередь – тебя, – усмехнулась девушка. – Я и сейчас с лёгкостью могу перекинуть любого.       – Не сомневаюсь. Но я не о том, – парень присел на соседнее кресло. – Ты сегодня так женственно выглядишь, кто-то ошибочно может подумать, что ты хрупкая девушка, неспособная постоять за себя.       – Кто так подумает, встретится лицом с полом, – хмыкнула Энни.       – Я бы посмотрел, как ты делаешь это на каблуках, – он указал рукой на ноги девушки. – Не язви, приëм скоро закончится, давай провожу тебя до дома.       Ей было в целом без разницы, поэтому она просто кивнула. Они ещё какое-то время поговорили на отвлечённые темы и вернулись в общий зал. Как и сказал Браун, приём подходил к концу. Компания друзей собралась вместе, чтобы Арлерт сообщил об итогах вечера, и после этого все засобирались на выход. Пик хищно вцепилась в Жана и сказала, что он еë проводит. Райнер, как обещал, объявил, что проводит Энни, так что они попрощались с Конни и Армином и пошли по направлению к дому Леонхарт.       Молодые люди брели по тротуару вдоль домов, во многих окнах уже не горел свет. Энни с каждой минутой шла всё медленнее и медленнее, потому что боль от обуви становилась невыносимой.       – Райнер, подожди, – она остановилась рядом с фонарным столбом и упёрлась на него. – Мне надо отдохнуть, эти дурацкие туфли натирают.       Браун подошёл ближе и присел на корточки, чтобы посмотреть на её ноги.       – У тебя кровь, – констатировал он.       – Не удивительно, такая адская боль, – хмыкнула Энни. – Как жаль, что у меня больше нет регенерации титана.       Парень поднялся на ноги и протянул к ней руки.       – До твоего дома осталось немного, давай донесу.       – Что? Нет. Не надо, – ответила девушка, непонимающе смотря на него.       – Да брось, тебе же больно, – он потряс руками, как бы приглашая.       – Это не удобно, – она всё еще пыталась отвязаться от его помощи.       – Удобно. Возьми меня за шею.       Энни сдалась, Райнер прав, ей было больно, она бы, конечно, никогда не сказала это вслух, но и Браун не первый день знает Леонхарт, чтобы понимать её. Он поднял девушку, и она обхватила его руками.       – Извини, за неудобства...       – Получается, хорошо, что решил проводить тебя, а то ты бы еле дошла до дома.       Остаток пути прошли молча, Энни старалась даже особо не дышать, как будто Райнеру стало бы от этого легче. Он опустил девушку, лишь когда они подошли к невысокому зданию, где находилась выделенная Леонхарт квартира.       – Вот, пришли.       – Спасибо, что проводил, – блондинка слегка улыбнулась другу. – И что донёс. Больше никогда не надену туфли.       Через полгода компания послов стояла на причале, ожидая времени, когда можно будет подняться на борт корабля. Они отправлялись в командировку на переговоры в другую страну. На Леонхарт была белая рубашка, длинная юбка голубого цвета, купленная с наставления Фингер, и шляпка в тон юбки, которую так и норовил украсть ветер. После того вечера, девушка стала чаще носить юбки и платья, поняв, что они не такие уж и неудобные. Только туфли она и вправду решила больше никогда не надевать, отдавая предпочтения обуви на плоском ходу.       Друзья заселились каждый в свои каюты и договорились встретиться вечером за бутылкой чего-то терпкого. Этим чем-то оказалось красное полусухое вино. Жан одной рукой разливал по бокалам темно-бордовую жидкость, а другой обнимал за талию Пик. Парочка больше не скрывала свои отношения, как будто бы они вообще пытались. Все наперебой принялись рассказывать, как у них жизнь, потому что они не собирались в такой неформальной обстановке уже несколько месяцев, занятые индивидуальными рабочими заданиями. Энни коротко сказала, что жила у отца, пытаясь налаживать с ним отношения. Райнер рассказал, что навещал родственников, а заодно поведал о жизни капитана Леви. Армин, как обычно, всё время провёл за бумагами и деловой перепиской с королевой Парадиза. А вот Конни внезапно выдал информацию, которую никто не ожидал услышать.       – Женюсь через пару месяцев. Приглашаю всех на свадьбу!       – И ты скрывал от меня такое? – присвистнул Жан. – Друг еще называется.       – Да там всё так быстро закрутилось, – почесал голову Спрингер, а потом рассмеялся. – Может быть меня околдовали.       Первый тост был произнесен за дружбу, а второй уже подняли за будущую свадьбу товарища. За что поднимали последующие бокалы, уже никто не запомнил, но не потому, что много выпили, а потому что были увлечены разговорами по душам.       Энни ушла раньше всех, ей хотелось еще немного погулять по кораблю перед сном. За бортом плескалось темное море, на волнах которого мерцал лунный свет. Легкий ветер нежно окутывал лицо прохладой, а на губах оседала соль. Небо было украшено россыпью звёзд, можно было разглядеть отдельные созвездия. Девушка подняла руку к небу водя пальцем от одной яркой точки к другой.       – Что ты делаешь?       – А? – Энни резко обернулась на голос. – Господи, Райнер, напугал. Больше так не подкрадывайся.       – Да я уже давно здесь стою, просто отвлекать не хотел.       – Вы уже разошлись?       – Да, устали все. А ты что тут?       – Нагуливаю сон, – она отошла от края борта. – Да и красиво здесь.       – А на небе что нашла?       – Звёзды. Так интересно, как множество точек складываются во что-то единое, – девушка снова запрокинула голову к тёмному небосводу. Блондин последовал её примеру.       – Согласен, выглядит красиво.       Леонхарт вернула свой взгляд с неба на окружение. Уже было поздно, поэтому на палубе, кроме них с Брауном никого не находилось.       – Наверное, пора идти спать, – сказала она, начав движение в сторону кают.       – Да, пора, – парень последовал за ней.       – Райнер, ты когда-нибудь целовался? – спросила блондинка на ходу.       – Было дело.       – Можешь... – Энни остановилась и посмотрела ему в глаза. – Можешь поцеловать меня?       Браун недоуменно посмотрел на девушку сверху вниз, от чего Леонхарт ощутила себя слишком маленькой и нелепой. Она поспешила оправдаться.       – Не подумай ничего такого. Просто... Я ещё никогда не целовалась, хочется узнать, какого это.       Обычно болтливый Райнер сейчас хранил мучительное молчание, заставляя Энни сгорать от стыда, и смотрел на неё нечитаемым взглядом.       – Глупости, да? Ладно, забудь.       – Нет, подожди, – блондин мягко положил руку на её плечо. – Если хочешь, то давай. Поднимись на ступеньку.       Браун указал рукой на небольшую лестницу за её спиной. В этом был какой-то смысл, потому что со своим ростом Леонхарт бы точно не достала до его губ. Теперь, когда их лица были почти на одном уровне, она заглянула в его глаза орехового цвета. Парень наклонился чуть вперёд.       – Готова?       Энни молча кивнула и прикрыла глаза. Через мгновение она почувствовала на своих губах легкое прикосновение. Райнер не спешил делать что-то ещё, поэтому Леонхарт как-то интуитивно поняла, что надо приоткрыть рот. Блондин нежно обхватил своими губами нижнюю губу девушки. Он явно знал, как нужно целоваться, но действовал аккуратно, так как это был первый поцелуй для Энни. Она ответила на его движения, стараясь тоже "захватить" его губы. В целом, получалось неплохо, но девушка еще не поняла, как нужно дышать в этом процессе, поэтому оторвалась от чужого рта, чтобы глубоко вдохнуть.       – Ну как?       – Подожди, – Леонхарт снова примкнула к губам парня, уже более настойчиво, вцепившись руками в ткань рубашки на его плечах.       Скажем так, Браун тоже увлекся процессом, приподняв её лицо одной рукой за подбородок, а вторую положил на талию девушки. Они еще минуту продолжали легкие поцелуи прежде, чем оторваться друг от друга. Парень посмотрел в глаза Энни, а она смущенно отвернулась.       – Спасибо. Мне понравилось.       Райнер в ответ погладил её по плечу и, пожелав спокойной ночи, ушел. Девушка тоже поспешила в свою каюту и, зайдя в нее, плюхнулась на кровать. "Ну, теперь будет легче фантазировать, зная, как на самом деле происходит поцелуй". С этими мыслями она и уснула, даже не переодеваясь в одежду для сна.       Следующий день был обычным, как и все остальные дни в не очень насыщенной жизни Леонхарт. Возможно, это было даже хорошо, когда не нужно было каждый день бороться и бежать. Но и текущем моментом наслаждаться не получалось. Напряжение в политическом устройстве мира, висевшее в воздухе, было почти осязаемым. И на плечах делегатов лежал тяжелый груз ответственности. "Чёртов Эрен, подкинул работки".       Через пару дней корабль причалил в порту южной страны. Жаркий вязкий воздух обволакивал и сковывал лёгкие. Благо, что им не так уж долго нужно было находиться там. Дипломатов встретили представители местной власти и сопроводили в здание собрания. Скучная бюрократия, которая никогда не нравилась Леонхарт. Но хотя бы в здании было не так жарко, как на улице. После того, как предварительные переговоры были окончены, делегации разрешили прогуляться по городу. Пик сразу взяла Энни в оборот, сказав, что им нужно купить что-то из местной одежды, иначе в своей они не переживут эту духоту. В одном из бутиков они купили себе по лёгкому дышащему платью. Фингер также хотела посмотреть что-то более изысканное, чтобы надеть это на свадьбу Конни. Как-то слишком ответственно она решила к этому подойти, это же не её свадьба.       – И тебе что-нибудь давай подберем для торжества, – добавила брюнетка.       – Надену что-то из того, что у меня уже есть, – отмахнулась Леонхарт.       – Нет, так не пойдет. Мы выберем тебе что-то новое и красивое.       – Какая же ты навязчивая.       – Тебе же это нравится, – мягко рассмеялась Пик, ведя блондинку вдоль витрин.       Энни сомневалась, стоит ли рассказывать подруге о своём первом поцелуе. Потому что, если бы она сказала, что целовалась, то брюнетка начала бы расспрашивать, а Леонхарт не хотела бы уточнять что это был поцелуй с Райнером. Фингер бы тогда до конца жизни припоминала ей то, как блондинка терпеть не могла Брауна в детстве. В общем, для сохранности своих же нервных клеток, Энни решила ничего не говорить подруге. Всё равно поцелуй никак не повлиял на еë взаимоотношения с блондином, они общались так же, как и всегда: Леонхарт сухо и по фактам, Браун задорно и по-братски. Другого и не ожидалось, и девушка была рада, что своим желанием о первом поцелуе, не испортила отношения с другом.       Вернувшись в Марли, ребята снова стали редко видеться, в основном, по рабочим моментам. Но на свадьбу Конни через два месяца завалились полным составом, все нарядные и готовые отжигать. Сначала была торжественная часть: обмен клятвами и кольцами. А потом они переместились в кафе с открытой верандой, где началась весёлая часть, шампанское лилось рекой, гости пускались в пляс между тостов за счастье молодых.       На один из танцев – не медленный, но почему-то парный –Энни получила приглашение от родственника со стороны невесты. Она почти с удовольствием согласилась, потому что уже начала скучать. Девушка с партнёром по танцу двигались в быстром темпе, синхронизируя шаги и импровизированно двигая руками. Лёгкое платье-солнце на Леонхарт свободно развевалось, подчёркивая чувственные движения. Музыка закончилась, и мужчина поблагодарил партнёршу за танец. Следом заиграла медленная мелодия, блондинка направилась к своему месту у столика, чтобы утолить жажду и отдохнуть. Она успела сделать глоток шампанского, прежде, чем увидела перед собой раскрытую ладонь.       – Мисс, не откажите в танце? – перед ней стоял Райнер, слегка улыбаясь.       Энни осушила бокал и положила свою руку на чужую ладонь. В отличии от первого их танца, в этот раз они встали ближе и более уверено держались друг за друга. В кульминации мелодии, Браун решил придать танцу изюминки и слегка наклонил девушку назад, заставляя прогнуться в пояснице. Когда их взгляды встретились, он подмигнул ей. По окончанию танца, они поклонились и разошлись в разные стороны. Блондинка нашла Пик, болтающей с новоиспечённой миссис Спрингер, и провела с ними некоторое время. Девушка оказалась такой же весёлой и добродушной, как и Конни. Энни вернулась за стол, чтобы выпить очередной бокал игристого и подкрепиться чем-то калорийным.       Леонхарт обратила внимание на Арлерта, который мило общался с сестрой жены Спрингера. Судя по их взаимным глупым улыбкам, это могло во что-то вылиться. Энни, видимо, слишком долго смотрела на парочку, что появившийся рядом Райнер решил указать ей на это.       – Ревнуешь? – он сел на стул в пол-оборота к девушке.       – Нет, конечно, желаю Армину всего самого наилучшего. Он хороший человек, – искренне ответила блондинка.       – Почему тогда так сверлишь взглядом?       – Задумалась просто. Вот Арлерт воркует с девушкой, Пик и Жан уже давно вместе, а Конни вообще женился сегодня. Только мы с тобой остались, как неприкаянные.       – Тебя это беспокоит?       – Не знаю. Просто убеждаюсь, в своей никчемности, – вздохнула Энни, стуча по ножке пустого бокала.       – Ерунда. Надумываешь, – блондин налил шампанского в её бокал и чокнулся об него своим.       В конце вечера Браун снова вызвался проводить девушку до дома, накинув на неё свой пиджак со словами: "Похолодало, чтобы не замёрзла". Вообще-то, Леонхарт не было холодно, но пускай. Большой пиджак Райнера дарил ощущение лёгких объятий. Они не спеша шли по улице, обсуждая, как так вышло, что дурашливый Конни женился раньше всех остальных. Когда друзья подошли к дому Энни, она сняла с себя пиджак и протянула парню.       – Спасибо, что проводил.       – С тобой точно всё хорошо? – Браун забрал пиджак и взял девушку за руку.       – Да, – хмыкнула Леонхарт.       – Если тебя всё же беспокоит то, ну, что ты одна. Хочешь будем встречаться?       – Что?..       – Ну, я подумал, что ты одна, я один. И, если ты не хочешь быть одна, то мы можем быть вместе.       – Что? – ещё раз спросила блондинка, крепко сжимая чужую ладонь и смотря на лицо парня, пытаясь понять шутит он или нет. – Не надо встречаться со мной из жалости.       – Не из жалости.       Райнер притянул Энни к себе за руку, обхватывая другой рукой талию девушки и крепко прижимая к себе. Его губы быстро соприкоснулись с еë, увлекая в чувственный поцелуй. Леонхарт, недолго думая, расположила руки на мужской груди, пока Браун прикусывал нижнюю губу девушки, а следом сразу же проводил языком. Блондин обхватил Энни второй рукой и, теперь держа её в надежных объятиях, приподнял над землёй. Руки девушки переместились на его плечи, обнимая за шею.       Их языки переплетались, точно также, как однажды переплелись их жизни. Возможно, изначально им не суждено было быть вместе, но именно к этому всё и шло. И Леонхарт вспомнила, как всегда заботлив и обходителен был с ней Браун. Как он не сопротивлялся всем нападкам девушки, а просто давал выговориться, иногда становясь мешком для битья. Она поняла, что всё это время была не одинока, нужно было просто открыть глаза. Теперь, когда Энни была в объятиях Райнера, её сердце заполнилось нежностью и благодарностью.