План по захвату сердца

Сегодня пятница, и этот день идеально подходит для того, чтобы провести все свое свободное время с любимым человеком. Поэтому Шан Цинхуа планировал выжать все соки из предоставленной ему возможности. Он подготовил идеальный план, чтобы восполнить все их пробелы в графике занятия любовью, а их накопилось более семи. И совсем скоро этот план придет в действие. Первый пункт. 18:05 Шан Цинхуа несколько раз проверил их комнату. Нужно тщательно подготовиться, ведь первый пункт необходим для разогрева, именно он определит настрой Мобэя на следующие два дня. В который раз поправив подушку на диване и закинув пару новых одеял к уже лежащим там трем, Шан Цинхуа посмотрел на список. Кино ✓ Попкорн ✓ Презервативы ✓ Смазка ✓ Подготовка × Мобэй-цзюнь × Осталось только два пункта. Постучав пальцем по подбородку, Цинхуа бросил взгляд на часы. 18:09. Время до его прихода ещё есть, значит стоит заняться самым важным–подготовкой. Бросив лист с планом, Цинхуа направился в ванную. 19:07 Вышел из душа он уже в розовой пижаме с хомяками, второй комплект синего цвета с медвежатами будет у Мобэя и сейчас он лежал на диване, дожидаясь своего хозяина. Совсем скоро его Мобэй придет и все должно пройти идеально. Шан Цинхуа даже отпросился с работы пораньше, чтобы более тщательно все подготовить. Сделав глубокий вдох, он взглянул на листок с планом. Как ему лучше соблазнить Мобэя? Рассыпать попкорн и начать собирать его с чужого тела своим ртом? Или просто начать отсасывать во время какой нибудь экшен сцены без объяснений? Ещё можно пролить напиток между чужих ног, а после вылизать жидкость с чужого члена вместе со смешавшимися выделениями. Или... Нет. Слишком типично. Может сделать так, чтобы Мобэй сам взял инициативу в свои руки? Можно соблазнить, поддразнивая, а после играть дурачка. Недочёт... Нужно было сделать описание плана более детальным. Ладно, времени нет, придется действовать по ситуации. Только Шан Цинхуа отложил лист с планом, как услышал звук открывающейся двери. Подбежав к выходу из дома, Цинхуа тут же прыгнул в чужие объятия, чуть не сбив только что вошедшего с ног. — Ты пришел! — Продолжая крепко сжимать тело в объятиях, Шан Цинхуа продолжил — Я подготовил для тебя кое-что. Скорее иди в душ и переоденься! Ах, ты наверно устал на работе, давай я тебе помогу! Тут же отпустив Мобэй-цзюня, Шан Цинхуа принялся помогать тому снимать верхнюю одежду и взял пакеты, наполненные продуктами. — Ты сегодня такой активный, случилось что-то хорошее? — Разуваясь, спросил Мобэй. — Говорю же, я приготовил тебе сюрприз. Давай быстрее, не могу уже ждать. — Приглушённый голос раздался с кухни вместе с шуршанием пакета. — Хорошо. — Мобэй хотел пройти в комнату, как светлая кудрявая макушка выглянула из дверного прохода. — А! И твою одежду я сам принесу, поэтому ты пока иди. — Мгм. 19:31 Шан Цинхуа сидел на диване в гостиной и ждал. Долго ждал. С каждой минутой ожидания его возбуждение увеличивалось в геометрической прогрессии. И вот, наконец он услышал щелчок и звук чужих шагов. Повернувшись к двери, Цинхуа воскликнул: — Ты одел! А вот и мой сюрприз. — После чего рукой указал на фильм, поставленный на паузу в самом начале и гнездо из одеял на диване, в котором уютно устроился. Сам Мобэй был в той самой пижаме с медвежатами, а мокрые волосы, с которых стекали капельки воды, вытирал полотенцем. Он подошёл и присел рядом с Цинхуа, спросив: — Кино-вечер? — Мгм, мы так давно не проводили время вместе, постоянно были загружены работой, виделись только когда ужинали или ложились спать. Ты же поможешь мне наверстать упущенное? — Шан Цинхуа приблизился, внимательно вглядываясь в чужие глаза. — Конечно. — Улыбнувшись, Мобэй Цзюнь убрал полотенце а после снова сел рядом с Цинхуа, приобнимая того за плечи. 19:53 Фильм шел уже двадцать минут и за это время Шан Цинхуа успел полностью обдумать свои следующие действия. Все же лучше идти по протоптанному пути и опираться на уже устоявшиеся правила. Цинхуа бросил мимолётный взгляд на Мобэя. Тот был сосредоточен на фильме, продолжая обнимать его сбоку. Мобэй-цзюнь был невероятно красив, а это спокойное выражение придавало только больше шарма его лицу. Изображения, постоянно сменявшие друг друга на телевизоре, отражались на его профиле, из-за чего полная картина лица размывалась, но главные черты все ещё были видны. Цинхуа с трудом оторвал взгляд от чужого лица, не время заглядываться на своего парня, нужно действовать. Цинхуа убрал попкорн, стоящий между ними и когда хотел поставить на диванный стол, "случайно" выронил несколько на пол. С коротким Ой, он слез с дивана и под предлогом поисков, принялся лезть под плед, скрывающий ноги Мобэя. К счастью, у того была привычка при сидении держать ноги широко расставленными, поэтому можно было безпрепятственно добраться до чужого достоинства. Но он не учел одного: что даже если не касаться Мобэя, тот все равно увидит чужую голову, спрятанную под одеялом. — Шан Цинхуа? Что такое? Не ответив, Цинхуа приспустил пижамные штаны с боксерами, и, не медля, начал облизывать головку, водя языком вокруг нее и смыкая губы чуть ближе к основанию. — Цинхуа, что ты...?! Договорить ему не дали, чужой рот резко вобрал в себя его член до основания. Цинхуа почувствовал, что плед, под которым он находился, скинули на пол. Подняв голову, он встретился с замутненным взглядом темных глаз. Слезы брызнули из глаз, слишком глубоко, но так... Хорошо. От осознавания того, кому он отсасывает, у Цинхуа кружилась голова и тянуло живот. Он принялся двигать головой насаживаясь глубже и отстраняясь. Иногда головка соприкасалась со стенками горла и если раньше Шан Цинхуа задыхался и прекращал действия, то сейчас мог без проблем собрать в себя огромный член целиком, испытывая лишь лёгкий дискомфорт от ощущения чего-то лишнего в горле. Чтобы принять в себя такой член, — как человек может ходить с таким оружием массового поражения в штанах? Раньше, Цинхуа даже не подозревал, что такие размеры существуют. Ну, может, видел похожие в порно, однако все они занимали заслуженное третье место в рейтинге самых огромных членов, второе отсутствовало, так как разрыв между первым и третьим местом был огромен. — потребовались две недели страданий и растяжки, прежде чем его отверстие смогло приспособиться и растянуться до нужных размеров. Шан Цинхуа снова посмотрел наверх, обзор закрывала пелена слез, а темнота комнаты только сильнее мешала, но все же он видел жадный и голодный взгляд, направленный в его сторону. Ухмыльнувшись про себя, Цинхуа выпустил член изо рта. Но тут же прильнул обратно лишь для того, чтобы поласкать уздечку и пройтись языком вокруг головки, после чего снова отстранился. Соблазнительно улыбнувшись, он прошёлся языком по всей длине, собирая слюну, после чего облизнул губы и произнес: — Спасибо за угощение. Его резко подняли сильные руки, посадив на колени. Теперь они сидели, тесно прижавшись друг к другу. Резкий поцелуй выбил весь воздух из лёгких. Мобэй целовался страстно и жёстко. После не длительного переплетания их языков, его губы кусали, прерывая поцелуй и все начиналось снова. Низом Цинхуа чувствовал чужое возбуждение и его собственный член начинал пульсировать ещё сильнее. Руки блуждали по телу, пытаясь снять одежду, расстегнуть эти пуговицы и дотронуться до нежного белого тела, но путались в хаосе движений. С громким причмокиванием разорвав поцелуй, двое снова посмотрели друг на друга. Цинхуа заметил ниточку слюны, соединяющую их губы. Те раскраснелись и опухли, после такого длительного поцелуя. Он уткнулся носом в чужую шею и принялся расцеловывать ее, покрывая яркими засосами каждый сантиметр фарфоровой кожи. На фоне их безобразия слышались звуки выстрелов и крики. Цинхуа поднял голову, посмотрев на лицо перед ним, оно постоянно меняло цвета, из-за быстро сменяющихся ярких картинок и лишь небольшая круглая тень ложилась на нижнюю часть лица Мобэя. Его снова потянули за новым поцелуем. Погрузившись в изучение чужого рта, Цинхуа принялся тереться пахом о чужое возбуждение. Не разрывая поцелуя, руки Мобэй-цзюня полезли под одежду, обхватывая две округлые ягодицы. Дыхание Цинхуа сбилось и он, слегка отодвинувшись, выдохнул: — Б-быстрее... Быстрее сделай это... И сразу почувствовал, как чужие пальцы проникают в него. — Ты подготовился?— С удивлением отметил Мобэй. Он начал двигаться, разводя пальцы на манер ножниц, растягивая отверстие сильнее. — Да, поэтому можешь не беспокоиться обо мне, просто войди уж... — Цинхуа почувствовал, как волна удовольствия прошлась по всему телу от пальцев ног до макушки и стон удовольствия вырвался из его рта. Уткнувшись лбом в сильное плечо, он выругался, — Блять, просто возьми меня уже! Мобэй с хлюпающим звуком, который был уж слишком хорошо слышен на фоне шума телевизора, вытащил пальцы. — Подожди, нам нужны презервативы. — Он хотел помочь Цинхуа встать, но чужая рука перехватила его кисти, а тяжесть тела оккупировала ноги, не позволяя пошевелиться. — Они уже здесь.— С этими словами, тот потянулся к одному из одеял, поднимая его и вытаскивая упаковку презервативов с флаконом смазки. — О...? — Бровь Мобэй Цзюня вопросительно приподнялась. — А ты основательно подготовился. — Хватит болтать. — Руки Шан Цинхуа начали вытаскивать презерватив, а после переместились к штанам Мобэя, натягивая на уже влажный от чужого рта, член. — Куда торопишься? — Спросил Мобэй, подперев голову рукой, локтем опирающуюся на подлокотник дивана. Когда Шан Цинхуа, встав на пол, начал стягивать с себя штаны с боксерами, тот произнёс, — Разве я разрешал тебе вставать? Цинхуа вздрогнул, опустив голову, сейчас на нем осталась только ночная рубашка — Простите, мой король. — Ах, как же ему нравился такой Мобэй. Как ему нравились их игры и это доминирование. Давно он не использовал такие приемы, хотя Цинхуа уверен, что Мобэй специально избегал этого, зная, какое удовольствие ему это приносит. Ноги подогнулись, а сам он опустился на колени. — Не сюда. — Правая рука похлопал по колену, пока вторая продолжала поддерживать голову. В этой пижаме такой жест выглядел немного абсурдно, но не менее горячо, Цинхуа слегка завидовал, эта привелегия красивых и сексуальных – в любой одежде они выглядят превосходно. Еле поднявшись на дрожащих ногах, Цинхуа вернулся на место, сев на чужие колени. — Теперь можешь раздеться полностью. — Послушавшись, Цинхуа начал медленно расстёгивать пуговицы на кофте пижамы. Ему хотелось действовать быстрее, но он не мог отказаться от возможности подразнить любимого. Головки их членов соприкасались всего на мгновение, но каждый раз, как это происходило, тело вздрагивало, а возбуждение в паху увеличивалось. Наконец, расстегнув все пуговицы, Цинхуа не спешил снять с себя все до конца, решив сильнее разогреть страсть между ними. Опустив руки на чужой член, и наклонив тело так, чтобы край пижамы повис на левом плече, тот слегка поерзал на коленях. Он был уверен что выглядел очень соблазнительно сейчас. Без штанов, в одной кофте, распахнутой так, что грудь и вставший член были выставлены на показ и обхватывающий основание гениталий двумя руками Цинхуа наверняка выглядел очень соблазнительно. И он был прав, Мобэю это нравилось, о чем говорил его голодный, полный возбуждения взгляд. — Мой король, почему вы медлите? Я так старался для вас, а вы... — Его прервали шлепком, угодившем по левой ягодице. Новый стон удовольствия вырвался изо рта, а глаза невольно закатились. — Разве я разрешал тебе трогать меня? Я сказал раздеться. — Последнее слово было наполнено таким холодом и строгостью, что клубок нервов в животе Цинхуа сжался. — Мг-х. — непонятные звуки, что издавал его рот, были прерваны новым шлепком, пришедшемся по тому же месту, что и в прошлый раз. Снова не выполнив приказ, Цинхуа был готов кончить без проникновения, только от шлепков. Слишком долго он сдерживался. — И почему ты такой не послушный? Развернись и покажи мне себя. Шан Цинхуа Цинхуа развернулся, встав на четвереньки задом к чужому лицу. Теперь он прекрасно видел фильм, но не видел человека позади, что очень напрягало. Хотелось, чтобы в него наконец вошли, грубо и глубоко. — Тут все опухло. — Руки обхватили чужие половинки, а большие пальцы начали массировать вход. — Ты хорошо растянут. Отлично подготовился. Внутрь толкнулось что-то мягкое и мокрое. Язык!? От неожиданности Цинхуа вскрикнул. Вместе языком в него постепенно начали засовывать пальцы. Первый... второй... И вот уже все четыре в нем. Язык жадно вылизывал его сзади, рот иногда перемещался ниже, чтобы покрыть поцелуями мошонку и поласкать яйца, беря в рот сначало одно, а после одаривая вниманием второе. Пальцы попадали только по простате, от чего ноги задрожали, а руки не смогли выдержать вес тела, позволив голове упасть в чужие ноги. — А-а-ах, мой король! Мобэй...! — из-за столь сильной стимуляции, Цинхуа кончил. Дав любовнику некоторое время, Мобэй Цзюнь облизнулся, перевернул Шан Цинхуа, лежащего у него между ног, на спину, положил на диван и сам склонился над ним. Смотря наверх все ещё затуманенным взглядом, Цинхуа раздвинул ноги и опустил руку вниз, растягивая расслабленное колечко мышц двумя пальцами, словно приглашая войти. Растянув губы в сладкой улыбке, тот произнёс: — Скорее войди в меня. — И чужая плоть с резким толчком вошла. Недавно он кончил, поэтому внутри все ещё был чувствительным, а большой член с каждым толчком задевал комочек нервов, и совсем скоро, – через пару толчков, – Шан Цинхуа с громким рваным криком снова излился себе на живот. — Ты быстро кончил. Так не пойдет. — Продолжая взбиваться в чужое тело, Мобэй Цзюнь стянул с запястья резинку и обмотал ещё у основания члена Цинхуа. — С-стой!... — Он потянулся к зафиксированному месту, но его руки перехватили, повязав вместе жёлтой резинкой, стащенной с его собственных волос. — Ты что творишь? Сними с меня это! — Хоть на словах Шан Цинхуа и высказывал недовольство, однако это не означало, что ему не нравилось. Ему очень нравилось. Нравился этот контроль, это доминирование. Словно ему не дают свободу действий и выбора, забирая тело и мысли под контроль, хотя ему давали это и даже больше. Цинхуа знал, что Мобэй никогда не навредит ему, не сделает того, о чем они могут пожалеть. Может, он и выглядел холодным и отстранённым, но только потому, что этот образ нравился им обоим. Они оба были готовы принимать друг друга любыми: глупыми, навязчивыми, закрытыми ото всех... Любыми. И это сводило с ума. Кружило голову до беспамятства. Они могли заниматься сексом часами, не боясь показаться озабоченным. Не говорить "я люблю тебя", но доказывать это взглядами и поведением. Совершать глупости, не боясь быть осуждёнными. Могли всегда ожидать чужой поддержки. Могли не сомневаться в чужих словах, даже сказанных по пьяне или произнесенных вскользь. Могли доверять... Эти чувства так сильно въелись в его кожу, что вытащить их можно было только убив, содрав ее полностью. Связанные руки потянулись наверх, обхватывая шею и притягивая ближе. Их лица находились в неприличной, – хотя куда уж неприличней того, чем они занимаются сейчас, – близости. Они неотрывно смотрели друг другу в глаза, словно признаваясь в любви, пока нижние части их тел сливались в ритме страсти. Прервав зрительный контакт поцелуем, Цинхуа прижался к чужому телу сильнее, усиливая хват ног. Головка при каждом движении задевала простату, но резинка сжимала основание, не позволяя кончить. — П-прошу! Мой король, дай мне... Ах! Дай мне кончить. — Хотя держание и заставляло его страдать, он сам продолжал насаживаться сильнее, поддаваясь ритму толчков. Было мучительно... Мучительно приятно. В какой-то момент толчки ускорились и стали более рваными, а чужая рука потянулась к основанию связанного члена. Почувствовав, что напряжение спало, Цинхуа ощутил эйфорию, агония наслаждения прошлась сквозь его тело с головы до ног. Через пару толчков, Мобэй Цзюнь так же закончил в презерватив и вытащил член из размякшего тела. На фоне уже играли титры фильма, но никто не обращал на это внимания. Через некоторое время, Мобэй поднялся и принялся убирать бардак, поднимать упавшие одеяла и выкидывать мусор. Телевизор уже давно выключили, поэтому комната погрузилась во мрак и только большая лампа освещала место их соития. 22:15 Проснулся Шан Цинхуа уже в кровати, вымытый, высушенный и напоенный. Рядом лежал Мобэй, уткнувшись подбородком в макушку и приобнимая того за плечи. Тело ныло, а нижняя часть онемела от переизбытка наслаждения. Подняв голову, Цинхуа уставился на спящее лицо. Заметив шевеления, Мобэй приоткрыл глаза и посмотрел на него в ответ. — Пришел в себя? Ты стал таким только после одного раунда. — Мобэй ухмыльнулся. — И из-за кого же я вырубился? Для кого один, а для меня несколько. Обязательно было так долго ждать? Я чуть не умер от держания. — Ты выглядел таким милым, когда просил дать тебе кончить. — Цинхуа поцеловали в лоб. — В следующий раз нужно будет повторить. — Улыбка стала ещё больше, словно издеваясь над ним. — Не позволю! Это уже слишком. Думаю, в следующий раз будет лучше использовать бондаж или подвесить меня на специальных качелях, видел такие в одном БДСМ сборнике. Лучше резинки на члене. А ещё... — Мгм. — Опять уткнувшись носом в макушку, Мобэй уснул, слушая безумные идеи своего о парня. Так, через некоторое время, прислушиваясь к звуку ритмичного биения чужого сердца, Цинхуа тоже начал засыпать. Первый пункт плана — выполнен.