Ошибки молодости

30 марта 2025 Прийти на подкаст к ребятам стало большой ошибкой. То есть не то чтобы ошибкой, просто Антон знал, что не сможет сдержаться. И как всегда оказался прав. Причём дело было, конечно, не в конкуренции групп, о которой они неловко шутили в начале записи, а в том, о ком по негласному сговору уже давно было не принято вспоминать. Прокололся он на обсуждении походов в горы и того, как они влияют на тренировочный процесс. Это было ужасно символично — Матвей такие походы просто обожал и почти всегда оказывался их главным инициатором. — Многие бы тренеры, например твой, да, Эдуард? Сказали бы, что четыре тысячи метров в базовом лагере — это тоже не супер хорошо для профессионального спортсмена. Но тем не менее мои результаты не изменились в худшую сторону, скорее улучшились. — Ты там был короткое время, поэтому такого эффекта не было. — Скажи это Матвею Елисееву на Семинском перевале, который туда съездил на сплав с Виктором Викторовичем Майгуровым. — Ну… это другая история. — Эд замялся, отводя глаза. — Другая? — брови Антона взлетели в деланном изумлении, и он посмотрел прямо в камеру. — Да, конечно. — Нет, ну я имею в виду, что его ещё до этого где-то подцепило, — а вот Эд взгляда в камеру всеми силами избегал. — Не, ну я не говорю, что это его подцепило, просто Юрий Михайлович Каминский… сказал, что он просто вот, — Антон развёл руками и снова сцепил пальцы в замок. Слов, чтобы выразить то, что он хотел, особенно цензурных, не хватало. Стыд не очень-то развязывал язык. К тому же здесь были не только они с Латыповым, нужно было как-то сдерживаться. Эд долго и внимательно смотрел на него и едва заметно, так что камера даже не уловила это движение, покачал головой, а затем, как ни в чём не бывало, продолжил разговор расспросами о Непале, в котором Антон побывал в прошлом году. Когда Антон закрыл за собой дверь подкастерской, мысли окончательно перемешались в кашу. Поэтому хоть он и вздрогнул, как только Эд положил ему руку на плечо, но это ему как-то помогло вынырнуть из водоворота разрозненных размышлений. — Не нужно было говорить при всех. Это ведь касалось меня и Матвея. Даже ты здесь вроде бы не при чём. — Очень даже причём. Но ребят и правда не надо было ставить в неловкое положение, прости. — К чему ты о нём вспомнил вообще? Всё ведь давно в прошлом. — Да, знаешь, как-то совесть заела, — Антон усмехнулся. — Он был нашим товарищем десять лет, а мы даже нормальные проводы не устроили. А теперь пытаемся делать вид, что его никогда не было. — Он сам виноват, — Эд сжал губы в тонкую полоску. — Слушай, неужели тебя это совсем не волнует, — Антон даже не заметил как начал терять терпение. — Если бы не Каминский, то журналисты бы не раскрутили ту историю до таких масштабов. И сейчас всё было бы совсем по-другому, — совсем тихо добавил он. — Ты сам можешь делать всё, что угодно, главное меня сюда не впутывай. — И не собирался, — Антон пожал плечами. Эд снова скрылся за дверью подкастерской, а Антон открыл мессенджер. Он очень надеялся, что хотя бы в Телеграме Матвей его не заблокировал.