Ответ чувствам

      Ссср знал что с ним не так, конечно его мать все ему объясняла с самого детства. Было немного странно знать, что ты официально признан тупым. Хотя Российская Империя объясняла это не так, она объясняла это так, что ему нужно было больше времени, чтобы понять новое, чтобы приспособиться, что иногда он может быть отстранен от окружающего мира и будут люди, которые не понимают его. Это совпадало с тем, что некоторые люди называли его тупым. Может это было и так, но он старался хорошо учиться в школе и не отставать от других, но ему действительно нужно было учиться усерднее, чтобы у него получалось то, что у других получается само собой.       Но Канада… Этот замечательный парень, который долгое время был его другом, с которым всегда было так интересно и который не заставлял его чувствовать себя глупым… Нашел в нем что-то очаровательное, чтобы в итоге признаться в чувствах к нему. СССР не понял сразу, что именно говорил ему его друг. Чувства? Они действительно были лучшими друзьями, старший сам это говорил и русский соглашался. Но теперь он говорил о других чувствах, о тепле в груди, когда он видел его, о тоске, когда они долго не общались, о желании, быть рядом с ним. Для Союза эти чувства по отношению к нему были новыми. Канада как всегда ни на чем не настаивал, он был мил и терпелив, говоря, что младшему не обязательно так быстро принимать его отношения… Но СССР не был против? У него никогда не было отношений, никто даже никогда ему не предлагал этого. Он всегда был в стороне… И даже если люди называли его милым или красивым, никто никогда не делал каких-то шагов в его сторону. Он знал почему, но Канада не испугался.       И Союз решил не испугаться тоже, соглашаясь на отношения. Почему бы не попробовать? Даже если не получится, они все еще могут быть просто друзьями, младший парень был совсем не против. Поэтому они начали пробовать. Конечно, старший не напирал, не просил много, он знал положение другого. Но он все же проявлял инициативу. Сначала старший просто держал его за руку, когда они могли это делать… И ему действительно это нравилось. Это было нежно и тепло, особенно, когда он знал, что Канада больше никого не держал за руку. Это было немного личным. Потом это были объятия. Когда русский был младше, Канада тоже его обнимал, но теперь это было по-другому. Когда их родители уходили на какие-то мероприятия с детьми, когда дома никого не оставалось кроме них, они могли лежать в кровати и просто обниматься, очень близко и тесно обниматься. Союзу это нравилось. Иногда старший гладил его по спине и говорил на ухо всякие милые вещи, что он его любит и дорожит им, а СССР действительно улыбался с этого.       Поэтому через некоторое время младший парень понял, что он так и не ответил на чувства своего парня. Да, они встречались, да, Канада ему признался… Но Союз ничего не говорил о своих чувствах. Но он наконец разобрался в них и понял, что чувствует то же самое. Всю ту же самую любовь к этому парню. Совсем скоро они должны были покинуть этот дом в Франции и отправиться домой в Америку, поэтому ему нужно было поспешить.       В один из вечеров, когда они решили немного уединиться в комнате старшего, обсуждая различные вещи, связанные с университетом и учебой, когда их разговор немного стих, СССР решился, — Канада… Я хочу с тобой поговорить. О наших отношениях.       Названный немного взволнованно посмотрел на русского, ведь формулировка предложения была странной, как будто все шло к чему-то плохому, но Союз продолжил как обычно, — Ты ведь признался мне, а я тебе нет. Поэтому… Я думаю, что это время озвучить мои чувства тоже, — Теперь канадец смотрел на него смущенно и собирался его перебить, но Союз не позволил, — Когда мы только начали встречаться, я не знал, что я чувствую. Но спустя время, когда ты так заботился обо мне, я осознал, что мои чувства похоже на твои. Что мне нравится быть с тобой и я вижу тебя самым прекрасным человеком на свете… Поэтому я могу сказать, что… Тоже люблю тебя?       Канада только пялился на СССР, даже не зная что сказать, но в итоге он просто крепко обнял своего парня, чмокая его в щеку, — Тебе не нужно было этого говорить, я итак знал, что ты чувствуешь, иначе бы ты не согласился на этот эксперимент… Но я рад, что ты так думаешь. Мне очень приятно это знать. Спасибо, что рассказал, — СССР только приятно улыбнулся, радуясь тому, что его парень был рад этим словам.