Призма приятного ощущения

После принятия наркотиков идут несколько чувств постепенно, друг за дружкой. 1. Эйфория. Проще говоря, безграничное счастье. 2. Расслабление. Все тревоги и страхи уходят на второй план. 3. Повышенная энергия или повышенная активность. 4. Галлюцинации. 5. Паранойя. Навязчивое чувство недоверия буквально ко всему и ко всем. 6. Тревога. 7. Депрессия. Но зачастую после четвёртого пункта идет не пятый, идет новый грамм, который помогает по новой забыть о проблемах и погрузиться с головой в бездну липового счастья. Сильные приколы под призмой приятного ощущения. Кучи мурашек. Яркий свет. Новая порция порошка, от которого чешется уже весь нос. Или новый косяк. Новая порция галлюцинаций. Да хоть придется на стены лезть и на потолке спать, что угодно, лишь бы не отходняк. Даня сидит полулёжа на диване, тихо посапывая. Рыжий из тех людей, на которых наркотики крайне плачевно влияют. Паранойя, стресс, длинные депрессивные эпизоды, так еще и член не стоит. Ну короче, вообще не отаз. А его лучший друг, Руслан, сидит рядом, и ему хоть бы хны. Честно говоря, рыжего сюда он сам и притащил, ибо повышенное либидо говорит за себя, и девчонку какую-то хочется, а с лучшим другом это еще приятнее. Правда, Кашин был против тройничка, так как эта тема с частым сексом и постоянным чередованием пассий под шатеном, младшему так себе вкатывала. Его поставили перед фактом, и он, ясен хуй, не согласился и ушёл в первую попавшуюся, никем не занятую комнату. Позже, после развлечений с солевой девчонкой, Руслан тоже подвалил к младшему, совсем не понимая, на что тот обижается. В последнее время Тушенцов начал себя замечать на мысли, что дрочить легче не на порно, а на Кашина. Да и девок на ночь он тоже выбирал рыжих, странная это хуйня. Но с одной стороны это было оправданно. Шатен ведь всё делал для младшего, даже больше. Ему казалось, что со стороны они выглядят как просто хорошие друзья, но тут кое-что намного глубже. Дане нужно просидеть до последней пары и исправить все хвосты? Руслан всегда поможет и будет сидеть рядом до последней пары. Дане грустно, и кому он позвонит? Правильно! Руслану, который уже бежит в его подъезд, выбегая из своей квартиры в лёгкой олимпийке. Даня заболел, а Руслан уже купил пакет фруктов и стоит у него под окнами. Даню выгнала мама за прогулы? Руслан поделится собственной кроватью, а сам постелит себе на полу. Если Даня попадет в аварию и ему понадобятся донорские органы, то Руслан пожертвует. Если Даня захочет, чтобы Руслан бросил, то он в этот же день, не раздумывая ни секунды, отправится в рехаб. Даню кто-то неудачно толкнул? Руслан разобьëт свои костяшки в кровь вместе с лицами обидчиков, пускай и не любит насилие. Руслан всегда стоит за Даню горой, всегда защитит. Всегда. Даже если это будет стоить его жизни, лишь бы с Даней всë было хорошо. Но если взглянуть со стороны на этих двоих, можно сказать, что рыжий в глаза долбится, потому что всё их окружение добросовестно либо что-то подозревает, либо считает, что эти двое в отношениях, просто их скрывают, а кареглазый видимо в душу, ибо считает, что такие трепетные чувства испытывает просто, блять, к другу. Ибо сам веснушчатый считал это просто «хорошей мужской дружбой», как и старший. Правда, когда Руслан уходит, надевает презик и трахает другую девчонку, в душе что-то неприятно щемит, будто бы он изменяет не просто кому-то, а самому себе. Но всё равно, даже если трезво посмотреть на ситуацию, то что-то всё-таки до одури манило старшего в этих болотных глазах. Но вот что? Это уже неважно. Старший об этом задумается, когда будет трезвый, то есть только по утрам с мамой в вытрезвителе. Ещё иногда на скучных лекциях. Сейчас же Руслану всё еще не хватило экстаза. Потянулся за косяком. Взял. Шатена, кстати, никогда не брал эффект от наркотиков про антивозбуждение и про то, что член вставать не будет. У него регулярно вставал, а иногда еще и чаще намного. Бывало такое, что старший совсем не мог контролировать своё возбуждение. У него вставал в самые непредвиденные моменты: то в магазине, то на паре, то перед собственной семьёй на новогоднем застолье. Кстати, поэтому он уже второй год отмечает с лучшим другом. Косяк уже привычно ложится в руку, осталось поджечь. Хотелось поскорей испытать дурманющее разум чувство эйфории. Зажигалка лежала в раскрытой ладони рыжего. Старший тянет татуированную руку к теплой руке Кашина, но из-за невменяемости состояния собственное тело делает лишь отчасти то, что ему прикажут, нечаянно начиная поглаживать веснушчатую ладонь. А кожа на руке Дани такая бархатная, такая нежная, будто Тушенцов кота гладил, а не лучшего друга. У Руслана совсем не такая. У него мозолистая, грубоватая и постоянно в каких-то ссадинах. Кареглазый всё-таки оторвался от чужой руки и закурил косяк. Взгляд переходит на собственные руки, осматривает комнату с одной кроватью, окном и диваном. Потом взгляд метается на своего лучшего друга, и как по щелчку пальцев в нём что-то меняется. То ли от сладкой эйфории, то ли рыжий всегда был таким сексуальным. И как Руслан этого раньше не мог заметить? Оказывается, Даня совсем не такой скромный. А очень даже ничего. Участилось сердцебиение. У Тушенцова приятно потянуло в животе и одновременно сбилось дыхание. И нет, это не действие шмали. У Руслана опять встал, но вот же проблема, шатен и глаза от рыжего отвести не может. Но ничего же страшного не будет, если шатен немного позволит себе расслабиться еще больше? Даня же в отключке. Он не узнаёт. Да и что в этом плохого? Ну кто не дрочил на своих лучших друзей? В голове сразу начали всплывать очень мокрые фантазии с главным героем в лице Дани в позе догги-стайл. Раньше эти фантазии где-то проскальзывали, но Тушенцов их запихивал куда подальше, но сейчас пришло их время. Одна рука тушит косяк об тканевую обивку дивана, им потом прилетит за это, но это будет в будущем, если оно вообще наступит, а они сейчас в настоящем. И их это не касается. Вторая рука лезет под джинсы, растегивая ремень и ширинку, вытаскивая полувставший орган, и начинает медленно, чуть-чуть резко и дергано себе надрачивать. Движения не могли быть ритмичными. Да Руслан в таком состоянии красный от синего различить не может, о каких ритмах может идти речь? Правда, рыжего он видит четко, даже слишком странно чётко. Дыхание совсем сбилось. От старшего иногда слышны тихие похрипывания, дабы Даню не разбудить. Мог бы, стонал во всю глотку, вряд ли у него ещё получится подрочить на своего лучшего друга. Сильнее возбуждает не ситуация в которой сейчас находится кареглазый, а то, как Кашин слегка хмурил брови, что-то бурчал себе под нос, как облизывал пересохшие губы, как иногда еле сжимал ладонь, а вместе с ней и руку самого шатена. Казалось, что чувства Тушенцова переполняет не просто полностью, а вот-вот выльются за края. Руслан впервые чувствует такое большое количество счастья и адреналина, странно, даже наркота такого больше не даëт. А ведь Даня красив. Очень красив. Эта россыпь веснушек по всему телу, копна рыжих волос. Слегка подрагивающие ресницы. Какой же Кашин оказывается секс. И почему он асексуал? И почему он натурал? Пока из-за двери, которая была закрыта на защелку, были слышны приглушенные разговоры, крики и громкие басы музыки, которые так и били по ушам, движения Тушенцова приобретают даже какой-то мало уловимый ритм и в разы ускоряются. Пускай неприятно без смазки, но он привык. В выделениях уже видно прозрачно-белую жидкость, и резко удовольствие волнами пришлось по телу, откидывая Руслана в приятные судороги. Казалось, это был самый лучший его оргазм. Лучше секса. Он опрокидывает голову и закатывает глаза. Шатен кончил белесыми каплями прямо на красную футболку Дани. Так и уснул, с рукой на собственном члене, а второй на ладони веснушчатого. Голова запрокинута на спинку дивана, и приоткрыт рот.

***

Даня разлепляет уставшие глаза, отходит от трипа. Бошка раскалывается, но не настолько сильно, чтобы был отходняк. А это не просто хорошо, это, блять, отлично. Поворачивается, дабы оглядеться. Нет ли где-нибудь воды, а то в горле пересохло? Об ещё одной дозе он не думает. Он так-то и не торчит. Так, развлекается иногда с Русом. За окном всё ещё темнота, и, кажется, пошёл снег, комната, к удивлению младшего, пустая. Кашин был уверен, что старший воспользуется тем, что рыжий уснул, и развлечётся ещё с какой-нибудь девчонкой, а нет. Кареглазый спокойно лежал рядом на диване. А ведь во сне он даже милый. Намного милее, чем когда младший его находит на какой-то вписке со странными людьми на левой квартире, и где он просто в говно. А после ещё несёт всякую чушь. Взгляд веснушчатого мелькает с желанием оглядеть своего лучшего друга с ног до головы и видит то, чего он точно не ожидал увидеть. Ну, может быть, и ожидал, но не в таких условиях и обстоятельствах. На его собственной футболке, сбоку засохшая сперма, и видно, что кончая, целились прямо на неё. А также рядом член Тушенцова, который он держит в руке, блять. Серьезно!? Кашина кидает то в шок, то в возмущение, то щеки пунцовыми окрашиваются, смотря на чужой пенис. Он не знает, как ему точно нужно реагировать? В нëм бушует одновременно несколько эмоций. И все противоречащие друг другу. Разозлиться? Отругать старшего? Выгнать? Смутиться? Начать грустить, что член старшего больше собственного? Сделать вид будто ничего не было? Может, спросить? Даня, все же, желая знать объяснений, теребит старшего за плечо, пытаясь того разбудить. - А.. Чего, Дань? - Руслан еле разлепил глаза и с непоняткой уставился на друга. - Это че, нахуй? - рыжий в свою очередь взглядом указывает на проделки Тушенцова, так как сказать вслух это Дане показалось слишком смущающим. - Эм.. Да ну.... Руслан заправляет член обратно в штаны и отводит взгляд. И вот как теперь объяснить Кашину то, что он сам всë очень смутно помнит, и вообще, что им, блять, двигало?