Harry Potter's love interest (Любовный интерес Гарри Поттера)

Гарри впервые начал отказываться от подарков и валентинок, которые постоянно окружали его в течение всего учебного года. Толпы поклонников — точнее, поклонниц — с искренним восхищением дарили ему цветы, шоколад (который Рон благополучно съедал), открытки и даже сочиняли стихи в его честь. Любая девочка могла позавидовать такому вниманию, но Гермиона, как девочка, скорее переживала за него. Почему он вдруг стал так поступать? Все оказалось проще, чем казалось. Гарри влюбился. Влюбился так сильно, что даже не мог думать ни о чем другом. Он начал чаще ошибаться при приготовлении зелий, листать учебники как попало, шушукаться с Невиллом, который краснел до безумия, летать в облаках и игнорировать замечания Минервы. Он улыбался глупо и мечтательно профессору Снеггу, словно не замечая его мрачного выражения лица, в конце концов! Гермиона сначала боялась этого, но смирилась. Она была рада за него — ведь ее собственный период влюбленности прошел… не идеально. Тогда она погружалась в учебу с головой и словно теряла тот огонек страсти и любви, запутываясь в своих чувствах. А он? Он даже на еду не смотрел, напевая идиотские песни о любви. Рон смеялся, а Гермиона фыркала, но замечаний не делала. Он стал чаще спрашивать у нее, как он выглядит. На уроках мог внезапно вспрыснуть смехом просто так — без причины. Его взгляд сиял ярче обычного, отражая всю истинную красоту его зеленых глаз — таких ярких и живых, каких Гермиона еще не видела. Он просил идти вперед ее и Рона, не дожидаясь его. В гостиной он стоял с румянцем на щеках, пылающими от жара. В каком-то смысле она прекрасно его понимала: тайные встречи — это очень романтично. Время шло незаметно: Гарри был уже целый курс влюбленным мальчиком и приезжал в Хогвартс таким же счастливым. Но несмотря на ее понимание и поддержку, Гермиона все же хотела знать: кто же эта загадочная девочка? Гарри молчал. Возможно, боялся осуждения или реакции друзей — или… у Гермионы было множество вариантов объяснений. Она говорила себе: «Я не слежу за этим», — хотя внутри чувствовала совсем другое. В какой-то момент ей стало трудно скрывать любопытство: ей хотелось понять. Она заметила перемены в Джинни: девочка начала вести себя странно. Рон однажды выпалил, что Джинни мечтала увидеть Гарри Поттера еще в детстве и встречаться с ним. Гермиона улыбнулась про себя — это было мило! Особенно после того случая, когда Гарри приехал к Уизли после побега от дяди и тети Дурслей. Джинни, наверное, чуть с ума не сошла! Она стала заплетать косички — раньше этого никогда не делала — бормоча что-то про себя и чаще ходила на поле квиддича во время занятий Гарри. Подруги начали советовать ей модные наряды для магического мира: Лаванда и Парвати набросились на нее с предложениями как голодные звери! А Гермиона наблюдала за этим со стороны и понимала: попала точно в точку. Как же тут не промахнуться? Гарри весь год бегал за ней по школе; а теперь девочка подросла и решила принять чувства героя… Это было настоящее романтическое приключение! Гермиона радовалась за них и задавалась вопросом: почему же Гарри так и не решается открыться ей? Разве они с Роном могли осудить выбор прекрасной Джинни? «Просто еще стесняется», — решила она с улыбкой и наблюдала за Джинни в ее новом красном платье — радостной и сияющей. А сегодня у Гермионы был дежурный день — настроение упало до нуля. Но она знала, что разгадала тайну любви Гарри — ведь она явно была очевидна! Как она могла так ошибаться раньше? Наверное, кто-то околдовал ее в прошлом году… Ведь она была так слепа. В глубокой темноте заброшенного коридора Хогвартса, где лишь редкие проблески лунного света скользили по холодным каменным стенам, Гермиона осторожно ступала, стараясь не издавать ни звука. Ночь была безмолвна, и только её собственное дыхание казалось громким в этой тишине. Она направлялась к библиотеке, когда вдруг из-за угла донёсся приглушённый шёпот — настолько тихий, что казалось, будто его излучали сами тени. Затаив дыхание, Гермиона прикрыла глаза и прислушалась. В темноте раздались знакомые голоса — Гарри и…? Под тусклым светом луны Гарри и Том стоят так близко друг к другу, а их взгляды полны напряжения. Оба что-то хотят сказать друг другу, при этом рука Гарри сильно зажата, и Гермиона испугалась, что те устроят драку прямо в коридоре! Но каково удивление, когда их губы встречаются в жадном, страстном поцелуе, без нежности и мягкости — скорее как борьба за власть и контроль. Они целуются с такой силой, будто пытаются передать друг другу что-то важное, не отпуская, словно в этом моменте скрыта вся их внутренняя борьба и желание. Их тела напряжены, дыхание учащено, и кажется, что они забыли о мире вокруг, поглощённые только этим мгновением. — Думал, сколько еще буду ждать? — прошептал Гарри, голос его дрожал от искренности. — Кому еще доверишься? — Ты — единственный, кому я могу доверить свою душу. — тихо ответил Том, словно боясь, что даже стены могут услышать их тайну. Мгновение спустя тишину нарушил еще один поцелуй, оставляющие мокрые дорожки на шее Гарри.— Касание губ, но теперь полное нежности и ласки. Казалось, что время остановилось, и вокруг остался лишь этот хрупкий миг, в котором слились два мира. Гермиона отступила в тень, сердце её билось учащённо, а в душе разгоралась буря чувств — удивление, смятение и шоковое состояние.  Ученики исчезли из виду; слышны были только звуки томных вздохов Гарри; кто-то прижимает другого к стене с грохотом и взвизгом; другой смеется…И вдруг Гермиона снова слышит эти знакомые нотки: — Пожалуй это…— прошептала она сама себе со смятением. Гарри резко схватил парня за волосы, впуская пальцы в кудрявый затылок; он застонал тихо и продолжал целоваться с ним без остановки. Это выглядело так жарко, так возбужденно, раз Гермиона не могла сдвинуться с места, а ее ноги предательски подкосились. Гермиона ошиблась. В тот момент, когда она, словно в трансе, наблюдала за сценой, кровь будоражила, а в голове бушевали смутные, неясные чувства. Внезапно она вздрогнула — словно кто-то ударил её по нервам. В ушах зазвучал тихий шёпот, и она услышала: — Если нас услышат? Гермиона всё ещё… — Гарри так переживает за свою подружку? — прервал его бархатный голос Тома Реддла. Он резко притянул Гарри к себе, и их губы снова встретились в страстном поцелуе — без кротости, с жаждой и отчаянием. Том отвечал шепотом, ласково поглаживая его по спине, всячески демонстрируя свое желание господства и контроля. Голос Гарри показался низким и хриплым: — Думаешь… Ха… Она бы могла?… Гермиона вздрогнула от услышанного. Внутри всё сжалось от шока и недоумения. Она почувствовала, как кровь отхлынула из лица, и сердце забилось сильнее. Внезапно её охватило ощущение опасности — она резко попятилась назад. Сначала тихо и незаметно она делала шаги в обратную сторону — будто боясь привлечь внимание. Но с каждым мгновением движение становилось всё быстрее. Она вдруг резко попятилась, споткнулась о порог и едва не упала. В панике Гермиона бросилась бежать прочь по пустующему коридору, переваривая на ходу увиденное: «Это провал… полный провал! Как же так? Когда они?…Что за…?» Её сердце колотилось в груди, мысли путались в голове — страх смешался с недоумением и яростью. Вскоре она оказалась в своей комнате, заперла дверь на замок и прислонилась к стене, пытаясь осознать случившееся. Внутри всё крутилось: «Что это значит? Почему он выбрал его? Как такое могло произойти?» Полный шок и растерянность охватили её сердце — она не могла поверить в то, что только что увидела. Гарри и Том! Том Реддл из Слизерина — тот самый факультет, который Гарри терпеть не мог! Они шепчутся в темноте, дают друг другу клятвы о любви и жадно целуются в полуночной тьме! Гермиона не могла поверить своим глазам. Пусть Том был красивым, статным и властным — Гермиона всегда обходила его стороной. Другие девочки слюни пускали при виде него; она же смотрела на него с презрением издалека. Полностью успокоившись немного, Гермиона вдруг заметила: она не одна в комнате. Перед ней сидела Джинни — глаза её были полны сожаления и печали. Глаза девушки смотрели прямо на неё. — Джинни? — тихо спросила Гермиона, подходя ближе и стараясь сохранить спокойствие. Она пыталась выглядеть как обычно. Но когда Джинни ответила ей — слова прозвучали неожиданно для самой Гермионы: «Ты тоже их видела?» — у неё пробежали мурашки по коже. Рот приоткрылся от недоумения; внутри всё переворачивалось от потрясения. Гермиона совершенно ошиблась в любовных интересах Гарри.