Хочется принадлежать

Красные глаза напротив горят желанием и у Ся Фэя сбивается дыхание, когда он чувствует, как сухие прохладные ладони забираются под его свитер, умышленно щекоча ногтями кожу. Он не смеет сейчас даже шелохнуться, потому что в его голове появилось стойкое ощущение, что стоит только этому произойти и все происходящее прекратиться: он проснется, это окажется наваждение или того хуже, сам Вейн передумает продолжать. Пережить первые два варианта не сложно - бывалое дело, - а вот последнее уж точно разобьет ему сердце и веру в себя.  Но все идет в разрез с его негативными мыслями. Он чувствует, как горячее дыхание опаляет ухо, а вслед за этим слышит, как его призывают расслабиться, пока чужие пальцы все выше и выше поднимаются вверх пересчитывая ребра. Дышать сложно и Ся Фэй буквально заставляет себя, потому что такая чрезмерная близость с Вейном не позволяет ему делать это нормально.  — Ну же, — звучит все так же томно, заставляя ногтями впиться себе в ладонь, чтобы не потерять связь с реальностью. — Почему ты так зажат?  И хочется возмущенно вскрикнуть, что это все его вина, но вместо этого он призывает себя прикрыть глаза, которые излишне сконцентрировались на чужом лице. Ему просто нужно привыкнуть, свыкнуться с происходящим и побороть свою неловкость, которая нередко вспыхивает в нем, когда он подрабатывает моделью. Один глубокий вдох и он вновь приподнимает веки, тянет руку вверх и, укладывая ладонь поверх его щеки, опускает его лицо вниз, чтобы нервозно, скорее смешно, нежели страстно, поцеловать Вейна.  Ся Фэй не знает есть ли у него на это дозволение, но его не отталкивают, только с любопытством разглядывают, пока он пытается вести в этом поцелуе. Ему позволяют неумело, но жадно оттянуть нижнюю губу своими, улыбаются, когда их зубы сталкиваются, и словно подбадривающе гладят по шее, призывая продолжать быть смелым.  Вейн все-таки отстраняется первым, с хитрым прищуром разглядывая раскрасневшееся лицо парня под ним. Тот выглядит так, как будто и поцелуй был пределом его мечтаний, но Сяо Вэйин не планирует останавливаться на этом, ему не хочется терять весь этот прогресс, который он и так с трудом вытащил из этого комка неловкости, именуемый Ся Фэем. В сексе без взаимного согласия не было интереса, а он знал, что этого хочет не он один. Не было никакого интереса и в том, чтобы просто наконец-то прижать модель к стенке, удерживая себя, на правах его босса, от жадных укусов в шею, линию челюсти и до всего, чего он сможет дотянуться. Он ценил честность и хотел, чтобы и Ся Фэй показывал свое желание в открытую, а не так, словно ему это все навязали, а он и не против.  Его пальцы, видимо без особой на то воли их владельца, продолжают осторожно оглаживать щеку Вейна, ведут по его рту и блондин смущенно морщится, когда из-под тонких губ, растянутых улыбкой, показывается кончик языка, который ведет по верхней фаланге мизинца, позже обхватывая его и погружая в разгоряченную и влажную полость.  — Будь смелее, — звучит сразу после того, как его палец покидает этот томительный плен. Ся Фэю хочется позорно взвыть или начать оправдываться, что он честно пытается, но не может же он позволить себе все свои похабные желания в адрес главы Чайнатауна. Но, кажется, пытаясь раззадорить побольше, Вейн убирает оставшуюся руку из-под чужого свитера и начинает медленными и уверенными движениями расстегивать свою рубашку, позже позволяя ей скользящими движениями упасть с его рук вниз.  — Тебе разве не жарко? Такое лицо красное, — вновь подразнивает мужчина, в своей манере оставляя на его лбу щелчок пальцев. И Ся Фэю действительно очень жарко, он тянется руками к краю своего свитера, поспешно его с себя сдергивая, хоть что-то делая за последний час с легкостью. Блондин привык находиться полуобнаженным перед кем-то другим из-за своей бытности моделью, но толика интимности во всем происходящем все равно заставляет его смущенно свести и опустить плечи, теряясь под чужим рассматривающим взглядом.  Хочется сделать что-то, чтобы снизить градус собственной неловкости, но его руки словно деревянные, когда он приподнимает их на уровень чужой талии: — Разве тебе самому не жарко? — произносит он, на удивление для себя, не заикаясь. Ся Фэй все еще не знает имеет ли он на что-то право в этой ситуации, но сквозь стиснутые зубы, все-таки укладывает руки на талию Вейна, сминая его водолазку пальцами.  Бровь мужчины заинтересованно поднимается вверх, а сам он произносит: «Ну так помоги мне». Это звучит, как карт-бланш на все дальнейшие действия. Ся Фэю так стыдно от своей неловкости, он был таким только с Вейном и не может сделать ничего, чтобы от нее избавиться. Но все-таки опускает подбородок вниз, утыкаясь им в собственную грудь и подцепляет края его черной кофты, чтобы снять. Вейн охотно поднимает руки и с улыбкой наблюдает за тем, как его одежда укладывается на ближайший стул. — Молодец, видишь это не так уж и сложно, — он треплет Ся Фэя по голове и того это только злит. Эта извечная издевающаяся манера заставляет чувствовать себя глупо. Но он пропускает возможность ответить на этот колкий комментарий, потому что в следующую секунду, не успевая уловить чужие движения, он оказывается втянут в еще один поцелуй. Пальцы Вейна зарываются в его волосы на затылке, оттягивая их, а острые зубы впиваются в его губы.  И Ся Фэй не сдерживает стона, когда один укус ощущается особенно болезненно, но ему надоедает стоять без дела, поэтому он смещает руку на чужую поясницу, ведя по выступающим позвонкам пальцами и ощущая, как под ними напрягается чужая спина. С каждым его движением поцелуй становится все более жадным и Ся Фэю кажется, что все закончится тем, что его попросту сожрут в конце. Но он и не против быть съеденным Сяо Вэйином.  Его продолжают все более настойчиво вжимать в стену, язык Вейна все больше хозяйничает в его рту, а все движения становятся куда более властными. В этом весь он. Ся Фэй ничего не может с собой поделать, он плавится и задыхается, будучи зажатым в кольце его рук. Он льнет своей грудью к его и ощущает как между его коленей протискивается чужая нога, как тот бедром вжимается в его пах, и то как отрезвляет удар затылком об стену, когда на особо настойчивом толчке Ся Фэй не может сдержать стона. Он подставляет шею и Вейн этим пользуется, кажется и сам забывая, как это может отразиться на дальнейшей работе блондина. — Только не оставляй следы, — сквозь очередной стон молит парень, чувствуя как его кожу подцепляют зубами, сжимая до боли, граничащей с удовольствием.  — Замажут, — отмахивается Вейн и вновь кусается. Ся Фэй забывает с кем он сейчас разговаривает, потому что если этот человек чего-то хотел, то вряд ли он стал бы себе в этом по каким-то причинам отказывать, а судя по тому, с каким остервенелой жадностью он кусал его шею - хотел он сильно. Это льстило самооценке от того, что он так желаем самим Сяо Вэйином. Его скривленные в стонах губы растягиваются до улыбки.  Ощущений в какой-то момент становится так много, что ему становится все тяжелее и тяжелее удерживать себя на ногах, он оседает, но его одно бедро подхватывают и заводят к себе за спину. Это не делает ситуацию лучше ни разу, только ухудшает тем, что кожа начинает гореть под крепкой хваткой Вейна. Это слишком тяжело, но, кажется его жалеют, раз позволяют опуститься на пол. Но его джинсы расстегивают практически сразу, стягивают вместе с нижним бельем и Ся Фэй ежится под рассматривающим взглядом.  — Ты такой красивый, Феликс, — шепчут словно в забытии, проводя рукой по его бедру. — Такой сладкий, — он склоняется ниже, — что так и хочется тебя съесть, — модель чувствует то, как начинают кусать его бедра, пытаясь исполнить сказанное и его глаза начинают увлажняться от этих болезненных ощущениях на его чувствительных бедрах. Он пытается позорно свести ноги скрываясь от них, но ему не дают этого сделать. На него смотрят предупреждающе снизу вверх, красные глаза не перестают гореть желанием сбивающим дыхание. И Ся Фэй принимает происходящее, не в силах перестать наблюдать за тем, как Вейн из раза в раз склоняется над его бедрами, оставляя на них метки и укусы. Самомнению в очередной раз льстит происходящее. Уже давно вставший член изнывает от недостатка внимания и Ся Фэй накрывает его рукой, пару раз толкаясь в ладонь, но его останавливают.  — Не торопись, — его кусают особенно сильно и парень решает не проверять, что с ним будет, если он ослушается, поэтому убирает руку и вместо этого закусывает губу, стараясь хоть как-то отвлечься от своего возбуждения, потому что ему кажется, что если эта экзекуция продолжится, то он кончит, словно девственник, лишь от ощущения гиперстимуляции его бедер.  — Пожалуйста… — он и сам не знает чего хочет. — Прекрати уже меня мучить, — он путается пальцами в красных волосах, чувствуя чужую усмешку своей кожей.  Вообще-то все происходящее было предопределено с самого начала. Каким бы наивным не был Ся Фэй в вопросах, касающихся его босса, но он точно мог уловить чужие намерения, когда его затягивали в какой-то лав-отель на окраине города сразу после съемок. Поэтому его совершенно не удивляет то, с какой скоростью Вейн нашаривает смазку, стоящую прямо на тумбочке рядом с ними.  Краем глаза он замечает уже начинающие краснеть метки бедрах и думает о том, как завороженно он будет наблюдать еще долгое время, когда будет оставаться один. Было ужасно признавать, но он хотел принадлежать Вейну полностью и, чтобы тот принадлежал ему в ответ. Ему не хотелось быть для него вещью или трофеем, и он не боялся этого потому, что знал, что его босс слишком честен для такого. Ему просто хотелось, чтобы и дальше его так по-собственически вели в какой-то захудалый лав-отель, после совместной фотки с другой моделью на тему сексуальности; чтобы продолжали помечать его шею, как и всю остальную кожу, игнорируя сложности в работе из-за таких действий; и он хотел продолжать быть плененным этим взглядом, в котором читалась вся жадность по отношению именно к нему. Он никогда не хотел и вряд ли еще захочет принадлежать кому-либо, кто не является Сяо Вэйином.  — Тебе придется еще немного потерпеть. Мне нужно помучить тебя еще немного, — прерывает мысли Ся Фэя и даже в этой фразе он ощущает эту привычную его боссу заботу, поданную под маской издевки.  Блондин кивает, выравнивает плечи по стене, думая о том, что после секса на полу у него будет болеть все, а затем слышит пищащий звук выдавливаемого лубриканта из тюбика. Он делает глубокий вдох, когда чувствует, как слегка прохладные пальцы смазывают его анус, и выдыхает лишь тогда, когда те проникают внутрь, доставляя тем самым дискомфорт.  Ся Фэй не привык быть в роли боттома, баловался лишь пару раз с игрушками, но не более. Поэтому ему сложно заставить себя расслабиться, он даже не представляет, как он должен это сделать, пока длинные пальцы все глубже проникают в его нутро с едва ли скрываемой нетерпеливостью своего хозяина. Но он удивленно охает, когда чувствует, как губы накрывают его грудь, а кончик горячего языка начинает ласкать его сосок, заигрывая с серьгой пирсинга на нем.  Он прогибается в спине, когда вкупе с этим ощущением, Вейн толкается в его простату. Ся Фэй цепляется за его плечо и издает хлипающий звук, чувствуя, как глаза начинают увлажняться от всех этих ощущений. Его всего выкручивает, он не может принять ни какую удобную позу, когда чужой язык творит что-то невероятное с его сосками, а пальцы расширяют его задницу на манер ножниц. Он не знает куда себя деть, плавясь от всего происходящего. Ему так хочется кончить, но всего этого не хватает, поэтому он начинает молить: — Пожалуйста, сильнее, — он вжимает голову Вейна в свою грудь, зажимая того между своими бедрами. — Я сейчас просто умру, я не шучу, — хнычет он, когда зубы осторожно сжимаются за границей пирсинга на соске. Ему и правда кажется, что его сердце сегодня остановится от переполняющих его ощущений.  — Не придуривайся, — впрочем, в голосе Вейна, как и всегда, ощутима ухмылка. — Но раз уж ты так просишь.  Пальцы стремительно покидают его тело, как будто все это время мужчина только и ждал, когда Ся Фэй начнет упрашивать, чтобы ему наконец-то засадили. Он тянется к презервативам, находящимся там же, где была и смазка, а затем поспешно раскатывает его по своему члену, когда фольга летит вниз из его рук. Феликс не успевает уловить момента, когда тот приспустил свои штаны вместе с нижним бельем.  Ощущая, как внутрь него начинает проникать колом стоящий член, Ся Фэй давится стоном, так и оставаясь в положении запрокинутой головы и раскрытыми в немом вскрике губами. Вейн был большим, больше, чем что-либо бывшего в его заднице до этого. Слезы стекают по его щекам и он даже не может стереть их, потому что руки были заняты отчаянной попыткой вцепиться в плечи его босса так, чтобы хоть немного заглушить боль.  — Расслабься, Феликс, — сдавленно шепчут куда-то ему в шею. И модель правда пытается, но у него не выходит, хотя на задворках разума мелькает благодарность тому, что ему дают привыкнуть к новым для него ощущениям.  Он делает глубокий, но сбивчивый вдох, когда чувствует, как разгоряченная ладонь накрывает его член, размазывая предэякулят по головке. Ся Фэй знает, что от этого всего можно получать удовольствие, просто ему действительно нужно взять себя в руки и расслабиться, доверяясь и полностью отдаваясь человеку, который до этого его никогда не подводил.  Спустя время, которое для них двоих ощущается вечностью, Вейн начинает двигаться и Ся Фэй морщится, но все еще старается сохранять расслабленное состояние там внизу, яростно сжимая руку мужчины до красных полос на ней.  Он чувствует первые уколы удовольствия, когда толчок приходится на его простату. Вновь прогибаясь в спине, он стонет, пытаясь вспомнить, как правильно дышать.  — Ты такой красивый, когда стонешь от моего члена в твоей заднице, — звучит уже где-то над ухом, а потом его лицо опускают вниз, вгрызаясь в губы с страстным, и скорее голодным, поцелуем. Вейн кусает его, по-хозяйски исследует его рот своим языком и неизменно наблюдает за тем, как Ся Фэй мечется в агонии, не зная куда себя деть от переполняющего удовольствия, будучи зажатым между стеной и телом его босса.  Толчки размеренные, тягучие и грубые. Блондину так мало этого, что ему начинает казаться, что над ним издевается и это возбуждает его только сильнее. Мазохистская часть него млеет от ощущений того, в какой власти Вейна он оказывается. И Ся Фэя не хватает на долго. Он задыхается в секунды, того, как его накрывает оргазм, пытаясь сделать хоть один вдох.  Сяо Вэйин и сам, кажется, уже ходит по грани, начиная покрывать все его тело короткими укусами. Его хватка на чужом разведенном бедре становится такой сильной, что позже на этом месте останутся синяки вкупе со всеми остальными следами на внутренней части ноги.  Ся Фэй не может почувствовать, как тот кончает, но видит, как тонкие брови мужчины сводятся к переносице, его глаза прикрываются и сам он напряженно замирает на долю секунды, перед тем как обмякнуть.  Они оба тяжело дышат, но на лице Вейна мелькает самодовольная улыбка, а следом он произносит: «Говорил же, это не так уж и сложно».