Маленькие мысли

Рагу вышло отличным. Ещё на стадии его тушения Вокс истекал слюной и норовил что-то украсть из-под чуткого надзора Аластора, но тот всегда успевал ненароком приложить наглую руку обо что-то горячее. После третьего ожога Вокс сдался. — Я щас с голоду помру, если ты не ускоришься! — Готовка — дело, не терпящее суеты. И в который раз повторяю: твоя смерть меня не пугает, можешь не стараться. Вокс скрестил руки на груди и надулся. — А я, между прочим, этого оленя на своём горбу тащил! — Не выдумывай, друг мой. Во-первых, это лань. Оленя мы и бы вдвоём не утащили. А во-вторых, ты свалился на первом же овраге. Аластор коротко рассмеялся, вспомнив как взъерошенный и грязный Вокс вскочил на ноги на дне небольшой ямы, матерясь так громко, что распугал птиц. Честно говоря, тогда от сильного смеха Аластор чуть тоже не потерял равновесие. Пришлось взять себя в руки. И заодно помочь Воксу забраться обратно по довольно отвесным земляным стенкам. Вокс снова обиженно надулся и отвернулся, стойко игнорируя завывания своего голодного с раннего утра желудка. Но когда Аластор наконец поставил перед ним тарелку с горячим, пахнущим мясом и свежей покрошенной сверху зеленью рагу, Воксу пришлось отбросить гордость и обиды. Едой они наслаждались почти в тишине, разбавляемой только звоном вилок о тарелки и тихими смешками Аластора. Вокс так жадно набросился на еду и с таким блаженным выражением быстро глотал ещё не остывшее мясо, что Аластор не мог сдержать смех. — Осторожней, мой дорогой. Что, если ты случайно подавишься? Вокс почти бездумно отмахнулся и едва выдавил через набитый рот. — Тебя же не волнует моя смерть. Аластор усмехнулся, аккуратно остужая кусок своей порции. — Меня не волнует, если ты умрёшь по причинам, никак не связанным со мной. Но если подавишься моей едой, придётся искать адвоката, а это процесс совсем неприятный. Вокс снова отмахнулся. — Я дам тебе визитку своего. Отличный парень: отмажет, даже если ты специально меня убьёшь. Аластор снова не смог сдержать улыбку, покачав головой. Когда Вокс наелся — после двух полноценных порций, и заварил им кофе, они переместились в гостиную на диван. Аластор забрался с ногами, усевшись в самый угол, ближе к подлокотнику, посмотрел на Вокса и снова прыснул со смеху. Вокс полулежал, далеко вытянув ноги, сыто поглаживал себя по животу и осоловело моргал. — Может быть, мне стоит чаще морить тебя голодом? Мне кажется, ты выглядишь счастливее, чем когда возвращаешься с работы к ужину. Вокс фыркнул и попытался сесть ровнее. — Ой, иди в жопу. Аластор подождал продолжения, но Воксу было тяжело ворочать слегка обожённым языком, так что он промолчал. Несколько минут прошли в тишине. В голове Вокса назойливым комаром пищало всё то же сладкое «не сейчас». А когда? Может быть, уже пора? Вокс постарался приблизиться к Аластору незаметно, но разморённое теплом и вкусной едой тело отказалось предавать того, кто стал причиной такого благодатного состояния, так что Аластор мигом заметил неуклюжие попытки. — Хм, могу я узнать причину твоей неожиданно проснувшейся тактильности? Вокс тяжело вздохнул, неловко толкнув Аластора плечом, когда сел совсем близко. — Ты сказал «не сейчас». Помнишь? Аластор удивлённо поднял брови, разглядывая покрасневшее то ли от еды, то ли от собственной наглости лицо Вокса. — М-м, прости, когда я это сказал? Вокс закатил глаза, скользнул рукой между диваном и спиной Аластора, прижимаясь ближе. — Когда я хотел поцеловаться. — А? Ты хотел целоваться? — Аластор выгнул спину и почти невинно округлил глаза. Вокс усмехнулся. — Да, хотел. И ты не только понял это, но ещё и не отказал, а перенёс на время. И я думаю, что это время уже пришло. Аластор нахмурился и отвернулся, нервно сжимая уже пустую от кофе кружку. Вокс мягко погладил большим пальцем неестественно прямую спину. — Собираешься сбежать? Или снова перенести? Я тогда уже сразу приду к тебе в кровать. Глаза Аластора немедленно сверкнули вызовом, губы растянулись в слегка даже угрожающей улыбке, когда он резко повернулся к Воксу всем телом, отставил кружку на столик и первым прижался к губам. Вокс удивлённо охнул, приоткрыв рот, и тихо шикнул, когда чувствительного после горячего ужина языка коснулся чужой. Руки Аластора крепко держали голову Вокса, не позволяя отстраниться, специально жёсткий поцелуй заставлял вздрагивать и шипеть, но когда Аластор прервался, Вокс набросился на него сам, ощущая, как короткие ногти скребут затылок всё сильнее. Когда воздух закончился, они оторвались, шумно дыша и прожигая друг друга недовольным взглядами, но потом Вокс фыркнул и лёг на Аластора, уткнувшись носом ему в шею. Глубоко вздохнул запах травы и жареного мяса, крепко обнимая. — Ну ты и мудак. Аластор громко фыркнул. — Ты получил всё, что хотел, не вижу повода для ругани. Вокс мстительно ущипнул Аластора за бок, заставив того вздрогнуть, и тут же получил ответный шлепок по спине, почти умиротворенно выдохнув. В этом было даже что-то уютное.