Сияние пробирки номер двенадцать

Дождь. Освещённая окутавшим многие здания пламенем ночь, обрушившаяся холодным дождём на эту землю. Вооружённые люди в латах обходят горящие дома и вырубают всех тех, кто из них выбегает. В тени одного из не подожжённых домов стояли по-простому одетые мужчина, женщина и маленький ребёнок. Уходите, – С горестью произнёс бородатый мужчина и отдал женщине мешок с наспех собранными вещами. Он отвернулся, поворачиваясь к падающему на него свету от очередного зажжённого здания. К ним приближались рыцари инквизитория. Бегите! – Приказал мужчина своей жене и ребёнку не оборачиваясь. Идём, – Со слезами на глазах произнесла женщина и взяла за руку одиннадцатилетнего сына, уводя его к тёмной улочке промеж ещё уцелевших зданий, но из тьмы навстречу им вышел ещё один рыцарь, державший на плече свой громоздкий двуручный меч и преграждающий путь. Жуткая гримаса плача, изображённая на его шлеме, смотрела тёмными пустыми глазницами на ребёнка и мать. Из тьмы показалось большее количество рыцарей. Мужчина – отец мальчика – с ужасом заметив это, быстро отвёл жену и ребёнка в сторону. Их небольшая семья оказалась между двумя группами вооружённых людей, замирая в страхе и дрожа от холода под некончающимся ливнем. Бардаак Астевано, – Произнёс вышедший вперёд инквизитор – главарь всей этой бронированной своры, разодетый не только лишь в бронь, но и в украшающий её алый плащ с капюшоном, бросающим тень на его покрытое шрамами немолодое лицо, – Мы здесь из-за тебя. Ты нарушил закон, – Громко объявил он. Бородатый мужичок окинул взглядом десяток сожжённых домов, земля возле которых была увенчана трупами. Зачем было трогать других?.. – Хриплым голосом спросил Бардаак, поднимая горестный взгляд на старшего инквизитора. Зачем было обрекать их на смерть? – Задал ответный вопрос человек в плаще тоном, полным искреннего отвращения, – Теперь, благодаря тебе, они, как возможные участники твоих богомерзких обрядов, обязаны предстать перед Верховным Судом, что означает: наш долг доставить их к божьему лику. Всех до одного в этом поганом захолустье. Я не проводил обрядов... – Вздохнул мужчина, за спиной которого прятались жена и ребёнок, – Я врач, я учёный... Я старался найти способ отменить смерть естественным путём! Естественным путём? – Переспросил старший инквизитор, – Отмена смерти не звучит естественно по мне. Но это неважно. Довольно разговоров, чернокнижная мразь. Бардаак Астевано из Ругендвирга, муж Селесы Астевано и отец Николая Астевано, ты, подлый червяк, нарушил священные законы нашего королевства и по божьей морали и воле его величества короля Новика, ты и всё твоё бесовское племя будет изгнано на божий суд, – Мужчина в капюшоне взглянул на сопровождавших его и молчаливо следивших за всей ситуацией воинов, – Казнить его и жену его ведьму! Нет! – Воскликнул бородатый мужчина и услышал позади женский вскрик. Он обернулся и увидел свою жену, застывшую в агонизирующей гримасе, пока из её рта сочился багряной сок, а её грудь, из которой торчал кончик меча, медленно пропитывалась свежей кровью. И как только он это увидел, его голова была снесена мечом самого инквизитора. Тела обоих родителей упали по обе стороны от оцепеневшего мальчика, словно беря его в тиски. Одиннадцатилетний Николай молча смотрел на изуродованные тела своих отца и матери, пока по его щекам нескончаемо текли слёзы. Он не мог выговорить и слова, да и не знал, что говорить или делать. Поэтому он просто стоял и смотрел на то, что осталось от его семьи. Можно я убью мальчика? – Прогудел сквозь металлическую плачущую гримасу голос того рыцаря, что ранее преградил мальчику с матерью путь. Нет, – Спокойно ответил инквизитор, – Король приказал не оставлять здесь трупы детей. Это плохо для имиджа. У ворот, если они ещё стоят, около дороги есть телега с клеткой. Отведи его туда. Рыцарь разочарованно схватил мальчишку за руку и спросил: – А потом что с ними всеми ? Мы сбросим клетку в местное озеро, – Утомлённо ответил человек в капюшоне и махнул рукой в воздухе, начиная шагать дальше, – Все остальные: за мной ! Тут наверняка ещё кто-то есть. ПРОШЛО ВОСЕМЬ ЛЕТ Просторный тронный зал, блистающий от обилия золотых украшений на всём, начиная от трона и заканчивая изящными колоннами, украшенными искусной резьбой; всё тут яркое и светлое, состоящее из прекрасного белого камня, из которого и состояла большая часть дворца. На троне восседает сорокадвухлетний Новик Арофо – король этого набожного государства. По левую сторону от него на несколько более скромном троне сидит его жена Лизабетта Орофо, по правую на подобном тому, что у королевы, троне сидит красивый юноша девятнадцати лет – сын короля Атст Орфо. За их спинами стоит линия крупных мечников облачённых в золотые доспехи. перед ними же стражники с позолоченными бердышами. Король Новик! – В помещение вбежал старший инквизитор, – грязные повстанцы сошли с ума и отравляют город! Над столицей пюсовое ядовитое облако, убивающее всех, кто сделает вдох! – Через отдышку говорил человек со множеством шрамов, пока по его лицу стекали капли пота. Что!? – Возмущённо воскликнул король, резко поднимаясь с трона, – Немедленно объявить о террористической атаке! Как это могло произойти? С ними алхимик, создавший этот дьявольский яд! – Быстро ответил вошедший, – Они как-то взрывают бомбы с этой отравой по всему городу! Не меньше десяти зданий испустили этот губительный смрад! И при этом сами мятежники столпились на одном из холмов у Ярлова Утёса, даже не заходя в город! Они подрывают заложенные бомбы при помощи самого Дьявола, не иначе. Мобилизовать всех солдат и немедленно отправить к Ярлову Утёсу, но стража пусть остаётся на постах, – Приказал король и повернулся к своей паникующей семье, – Всё будет хорошо. Но нам нужно уходить, – Сказал он, стараясь звучать как можно спокойнее. Внезапно пол затрясся под ногами всех присутствующих, что сопровождалось оглушительно громким взрывом, очевидно произошедшим где-то неподалёку. Во все окна и из всех дверей хлынули облака густой дымки, заставляя всех оказавшихся в ней хвататься за горло, кашлять и падать на пол. Эти облака странного газа, словно акулы, окружили короля и его жену с сыном, подлетая со всех сторон и наконец проглатывая, заставляя испытывать ужасное головокружение, удушье и жжение в горле и ноздрях. Все присутствующие лежали на роскошном полу, размахивая руками и ногами, не способные издать ничего кроме тихих, едва различимых стонов, пока не умолкли насовсем, а их конечности не перестали подавать признаков жизни. Королевская династия Орфо была прервана, а вся столица обратилась братской могилой тысяч людей разных возрастов. ПРОШЛО ДВА ГОДА Мёртвый город Тараал, некогда бывший столицей при правлении династии Орфо. Город мрачен и пуст, усеян костями живших в нём в прошлом людей. Над ними мрачные тучи, бросающие тени на пустые дома и омрачая без того безжизненно серое небо. Одно из помещений исполинского королевского дворца, бледного словно череп разложившегося животного. Это помещение, впрочем, как и многие другие, было переоборудовано под рабочее место, где на столе, накрытом белой скатертью и вокруг которого было множество стоек с пустыми и заполненными пробирками и десяток другой мудрёных стеклянных устройств для перегонки, а также различные банки разных форм и размеров, некоторые из которых содержали странных текстур соки, а некоторые из которых содержали находящихся в странных субстанциях умерших по тем или иным обстоятельствам птиц. На столе же лежала влажная мёртвая ворона. Вокруг неё торопливо ходила пара занятых молодых парней. Один из них протянул второму пробирку со светящейся зелёной жижей: – Это последняя. Я надеюсь, что ты был прав насчёт ящериц, – Сказал он держа пробирку в воздухе, пока другой парень всасывал её содержимое иглой шприца. Юноша аккуратно ввёл иглу в мёртвую птицу и стал плавно вводить в её мокрую тушку сияющую субстанцию, светящуюся прямо изнутри птичьего тела. И птица стала приходить в движение, её глаза стали быстро моргать, а пальцы на лапках дёргаться . Получается! – Воскликнул держащий пробирку миловидный парень и поставил её на один из столиков, быстро подбегая к птице, которая уже поднялась на лапы и расправила крылья, всё ещё выглядя отвратительно, но довольно-таки живо. Его глаза с изумлением наблюдали за мельчайшими движениями пробудившейся птахи до тех пор, пока один из них не был выбит из своей орбиты арбалетным болтом. Его тело рухнуло напал. Двадцатиоднолетний Николай Астевано отложил арбалет спокойно положил арбалет на стол и подошёл к столу с птицей, безынтересно бросая в сторону убитого коллеги: «Твоя полезность себя исчерпала». Парень, поправив свои небольшие очки, внимательно осматривал сонную птицу. К этому моменту он стал в меру красивым тощим мужчиной среднего роста, имеющим за плечами обширный опыт в медицинских процедурах и работе над нестандартными природными компонентами. И у него была более чем логичная цель: завершить дело своего отца и найти лекарство от смерти. Он аккуратно взял птицу за горло и поднял её над столом, любуясь тем, как она начала махать крыльями и крошечными лапками. Ты так красива в том, что ты жива, но ты этого даже не осознаёшь, – Усмехнулся Николай, быстрым движением руки переламывая птичье горло и удовлетворённо бросая её на пол, – А вот, что касается понимания... Чьи бы мозги бы мне потом выбрать, м? – Задумчиво произнёс он, зная, что мозги королевской семейки уже длительное время хранятся в замороженном виде глубоко в темнице замка, – Знаю: этот выродок Атст станет неплохим вариантом для начала. Окей... – Он задумчиво взглянул на округлое витражное окошко – единственное окно в этом помещении, – Теперь думать, где найти тело. ...Погодите-ка... – Николай медленно перевёл взгляд на убитого им коллегу и счастливо улыбнулся, поправляя очки, – Ах ты сукин сын, Орфей, нашёл ты всё-таки способ вновь быть мне полезным!