Страстный Титаник

***

Кейлдон Хокли был по настоящему властным мужчиной. Это было видно сразу: зачесанные назад волосы, дорогой костюм, безупречная речь. Один из самых влиятельных людей на борту 'Титаника', возвышавшийся над всякой чернью." Но. Появился этот... Джек Доусон – ублюдок, что постоянно крутился возле его суженой. Роуз была красива – и относиться к ней как к вещи считалось нормой для богатого аристократа. Он испытывал презрение. Бродяга, посмевший посягнуть на его собственность – что за наглость! Он смел касаться ее руки, незаметно убегать с ней по ночам, заставлять ее смеяться. Раздражает. Кейлдон сам не понял, как пристально он стал наблюдать за Джеком и как укоренилось его любопытство к грязному мальчишке. Джек был невыносимым. Именно таких людей в светских кругах относили к... Черни. Свободный, своенравный и самое поражающая черта – бесбашаность. Кейлдон стал ловить себя на том, что задерживает взгляд на длинных, загорелых пальцах художника или на том, как тот небрежно откидывает светлые волосы со лба. Господи, о чем он думает вообще?

***

– Что такое, мистер Хокли? Вы любуетесь им? – спросил один из высокопоставленных аристократов, у которого в руке было шампанское. Вокруг был один из тех "светских" вечеров. А взгляд молодого бизнесмена был направлен на мальчишку, который провожал Роуз. – Не будьте идиотом. – фыркнул Кейл, однако в тот же вечер он "случайно" задел плечом Джека, проходящего мимо. – Ой, простите. – Джек улыбнулся, даже не подозревая что это "случайность" была не случайностью. – Что вы. Это я должен извиняться. – Кейлдон тоже улыбнулся и тут начался спор двух альфа самцов. – Это вы тот кто спас мою Роуз? Вот уж не думал что кто-то с таким статусом сможет приблизиться к моей будущей жене. Воздух будто тут же пропитался электричество, после упоминания Кейла о том что Роуз его "будущая жена". Со стороны, оба мужчина улыбались, но на самом деле в их разговоре началась самая настоящая война. Джек сразу понял – этот высокомерный придурок был недоволен его "дружеским" общением с его возлюбленной. А Кейл просто хотелось... Проверить. Да, точно. Проверить, чтобы потом раздавить этого мальчишку перед Роуз. Не прошло и минуты, как Джек ответил "вежливо": – Глупости. Любой уважающий себя мужчина помог бы девушке в трудную минуту. Не думаете? – Джек хоть и говорил... То есть, старался говорить вежливо, но язвительный подтекст в его словах нельзя было скрыть. Кейл же, только усмехнулся издевательски: – И вправду. Надеюсь, мы ещё встретимся, Джек. – Пальцы Кейла задержались на рукаве Джека, у которого взгляд остро сузился когда Кейл уже уходил прочь. Откуда этот индюк знал его имя? Этот придурок был таким надменным, черт возьми. Ему хотелось ответить как-то этому ублюдку, но он был намного ниже рангом. Кейлдон злорадно ухмылялся, направляясь обратно в свою каюту. И именно так началось опасное танго этих двоих. Кейлдону нравилось донимать Джека. Всё-таки он был выше по статусу, а художник мог лишь язвить в ответ – но так, чтобы этого не заметили посторонние. Кейла развлекало это неповиновенное отношение. Взгляд, полный вражды и хитрая ухмылка. Украденные моменты во время их коротких разговоров в пустых коридорах корабля. Сегодня же, Джек переступил границу простого трёпа. – Ты же ненавидешь меня. – Джек перешёл на ты, когда они оказались одни в курительной салоне. Все были заняты очередным светским вечером, а они остались вдвоем в тускло освещенной палубе. – Да. – подтвердил Кейлдон, прижав его к стене с нахальной ухмылкой. – Ненавижу. И дальше Кейлдон уже не отдавал себе отчёта в том что делает. Он поцеловал его. Грубо, страстно. Хотя, это было трудно назвать поцелуем. Скорее борьба за власть. Джек яростно пытался защитить границы своего рта, но аристократ уже протолкнул язык внутрь, заставив его подчиниться. Руки Кейла касались молодого художника везде. Шея, плечи, талия, запястья, бедра. Шершавые пальцы впивались в бледные запястья художника. Сумев наконец жадно глотнуть воздух, Кейлдон соизволил отстраниться... А потом снова втянуть в нечестную борьбу. Джек смотрел на него с неповиновением, а Кейлдон ухмылялся в его губы. Он заставит этого мальчишку пожалеть о том что связался с ним. Дальше все пошло быстрее. Рука Кейла схватила парня за плечо и грубо повернула к себе спиной. Второй же рукой он расстегнул свои брюки. Вид мальчишки, заигрывавшего с его женой, – теперь в нагнутой позе, но непокорного – заставлял Кейлдона усмехаться... Он прошептал дразняще прямо над ухом любовника его жены. – Вам удобно, Доусон? Вам придется ответить за ваши действия. Есть что предложить? – Его голос был хрипловатым и тихим, но пробирался под кожу Джека мастерски. Мистер Доусон же в таком положении тайно находил иронию в ситуации. Почему же он не сопротивлялся? Да, ему нравилась Роуз. Девушка такая несчастная и нежная, разве ему не хотелось сделать ее счастливой? Увы, Джек был геем и ещё каким. С Роуз у него действительно были только дружеские отношения, а подразнить мистера Хокли ему уж слишком хотелось – в этом была своеобразная игра. – Не уверен, мистер Хокли. – Мальчишка специально отвечал в таком же тоне как и Кейл – насмешливо. Даже когда его нагнули и прижали к стене, художник нагло смотрел в глаза Кейла. – Вам такое не по карману. Кейлдон чуть не поперхнулся. Этот бесстыжий мальчишка... – С огнем играешь. – Предупредил Хокли строго, его глаза наполнились желанием. – Вы правы, огонь согревает меня. – Джек намеренно показывает язык высокомерному придурку, а после добавляет специально выделяя свое отношение, обращаясь на ты к аристократу. – А тебя? Неважно, что они были сейчас в общественном месте, у Кейла была острое желание наказать мальчишку за упрямство. Кейлдон сжимает бедра мальчишки, прижимаясь к нему своей полу-твердостью. Ему не хотелось терпеть дальше. Резким движением он сорвал с Джека ремень и слишком большие штаны сами упали вниз, оставшись без укрепления. Без труда полетели вниз и его собственные брюки. Джек прижался к стене, ощущая жар внизу. Ему просто хотелось подразнить аристократа, к чему же это привело его? Плевок – и два пальца резко вошли внутрь, растягивая его, заставив спину парня выгнуться с глухим стоном. Кейл тихо хмыкнул, мальчишка был девственником там. Почему-то осознание что он будет первым кто очернит незрелого мальчишку заставило его член набухнуть. Джек же осознал реальность только сейчас. Он же не собирался трахнуть его здесь и сейчас? Нет, стоп– Мальчишка хотел было вскрикнуть, когда Кейлдон вошёл в него наполовину, но в последний момент он прикрыл Джеку рот ладонью. – Тссс... Ты же не хочешь чтобы Роуз увидела тебя в таком положении? – Теперь Кейлдон был тем кто дразнил. А Джек еле-еле сдерживал крик. Хотя, Кейл и вошёл лишь наполовину, но уже заставлял его мучаться. Член был слишком большим, неистово разрывая его, отчего низ живота Джека горел, будто в огне. Кейлдон же не стал давать Джеку долгую передышку. Он начал двигаться, все ещё прикрывая рот Джека. Где-то за стеной играла классическая музыка и были слышны гул аристократов. Никто не догадывался что происходило за закрытой дверью палубы. Джек не мог сдержать стоны. Каждый толчок разрывал его и в то же время задевал простату. Он укусил пальцы Кейла, на что тот только сунул их в рот поглубже. Звук плоти бьющийся друг о друга, казалось, никто не слышал, а Кейлдон только ускорялся и входил уже полностью в Джека, который будто был гвоздем. Почему? Он видел Кейла как молоток, яростно вбивающий его в стену. Он пытался отвлечься от мысли, о том, что его трахает высокомерный ублюдок. Джек же царапал белую поверхность, даже кусал пальцы Кейла до крови чтобы сдержать любые грязные звуки. Кейлдон кончил, не в силах сдержаться при таком зрелище. Джек, который недавно язвил и показывал ему язык, теперь выгибал спину и хныкал в нагнутой позе. Липкая теплота заполнила его внутри, оскверняя невинность. Его коленки дрожали, когда наконец-то все закончилось. Кейл отстранился от него на мгновение, а Джек просто упал. Это было слишком для него за один раз. Кейлдон лишь усмехнулся и легко приподнял его за плечо. – Что такое, Доусон? Ноги не держ-, – Не успел он договорить как увидел другую версию Джека. Из его зада вытекала смесь желания и облегчения Кейлдона, на слабых ногах, в одной только белой рубашке еле-еле прикрывающий его нижнюю часть тела, с растрёпанными локонами и благоговейным взглядом, казалось, все ещё пытающимся осознать что произошло. Черт. Богатый аристократ, молодой бизнесмен, властный, статный, высокомерный ублюдок – только что будто попробовал самый затягивающий наркотик. Он и раньше чувстовал это, когда ловил взгляд Джека, но сейчас – будто нырнул в слишком глубокие воды, из которых уже не мог выплыть. Вернув своему выражению уверенность, Кейлдон поцеловал Джека ещё раз. На этот раз – в мокрый лоб художника. Нежно и мягко. Джек же смотрел на Кейла теперь по другому. Он так и не подчинился другому мужчине, однако, огонь озорства в его глазах уже было не унять. Кончик его губ дрогнул в приподнятой победной улыбке. Они больше не сказали ни слова друг другу о том, что они делали тем вечером. И где они пропадали до самого утра. Кейл же не мог не смеяться себе под нос, ведь ненавистный ему художник теперь, полураздетый, сладко спал на его большой кровати. Будто уличный кот, после солнечных ванн и теплого молока. Роуз думала утаить от него такую тайну... Но теперь у Кейлдона была своя. Если уж, эта шлюха могла изменять ему с первым встречным, то почему он не мог? С ее же любовником.