А тебе слабо, Эванс?

Лили всегда успевала по всем предметам, конечно иногда подобное могло занимать уж очень много времени и сил, но Поттер иногда скрашивал эти минуты. В особенности сейчас, сидя в библиотеке поздним вечером, рыжая сильно скучала. Бесконечные страницы трансифигурации, которые казались ей одной огромной строкой, гласившей: «Ты не поймешь этот предмет», заставляли ее зевать и вздыхать. Совсем скоро должен был быть Рождественский бал, который проводился ежегодно в Хогвартсе. Девушке было особенно грустно из-за того, что ее никто не позвал. Поттер отгонял любого прочь одним только взглядом, что уж там до присутствия. Джеймс действительно слишком долго добивался Лили, поэтому не мог позволить себе, чтобы какой-нибудь пуффендуец пригласил ее танцевать на глазах у всех. Пару раз он «неформально» решал вопросы, после которых все конкуренты уходили с горизонта рыжей, потому что лежали у Мадам Помфри, изнывая от боли. Еще несколько раз он мягко намекал, давая понять что Лили будет не Эванс, а Поттер уже после выпуска, так что у других нет шансов. Бродяга постоянно смеялся с такой самоуверенности, понимая что друг действительно влип в какую-то чепуху, под названием «любовь», конечно он подобного не мог понять, как бы банально это не было. Самый обожаемый девушками парень в Хогвартсе не испытывал этого чувства никогда в жизни, не желая попасть под его влияние. — Слушай, Сохатый, Эванс действительно ты неинтересен как парень, смирись уже. — Подожди, Блэк, я хочу попытаться еще, — Джеймс махнул рукой в его сторону и полез в тумбочку, судорожно что-то ища. На это Сириус лишь только вздохнул, уже собираясь упорхнуть к новой когтевранке, которая была с ним на одном курсе. — Бродяга, ты собрался к Кейт? - Римус чуть задумчиво спросил, будто что-то вспоминая. — Именно, Римус, 10 баллов Гриффиндору, - Сириус чуть весело произнес, расправляя плечи словно Макгонагалл. — Вы поссорились еще в прошлый раз с ней, разве она простила тебя? — Нет, но я планирую это исправить. Я думаю с букетом цветов она точно примет меня. — Твои приемы все еще работают? — Джеймс отвлекся, найдя то, что нужно на видном месте, а после быстро схватив. — Конечно, они вообще-то всегда работают. После этого Блэк чуть слышно присвистнул, оценивая что можно было бы трансфигурировать ради небольшого извинения. Быстро попрощавшись, он вылетел из комнаты. Джеймс встал, и направившись в библиотеку, немного теребил рукав. Последний раз, как и все прошлые, закончился ее криками о «Поттер, не приближайся больше ко мне», или о «Поттер, ты самый огромный придурок, который слишком много о себе возомнил!». Сейчас он тихо вздохнул, зная что в библиотеке ей в голову уж точно не придет кричать на него, только если она выбежит оттуда. Зайдя, он сразу увидел копну рыжих волос, которые четко выделялись среди стеллажей. — Эванс, опять зубришь? — Джеймс как обычно запустил руку в волосы и прикусил губу, ухмыльнувшись. — Чего тебе, Поттер? — Лили раздраженно выдохнула и продолжила вздыхать над учебником, в котором оставалось все меньше знакомых слов. -- Я просто хотел пригласить тебя на свидание! Только не говори нет, в таком случае я приглашу тебя выйти за меня замуж, — Джеймс не хотел слышать ее отказа, поэтому часто говорил полный бред. — Я приглашу тебя выйти из библиотеки, Поттер. Ни за что я не пойду с тобой на свидание! — Лили чуть повысила голос, проговорив все остальное шепотом из-за грозного взгляда Мадам Пинс. — Ну почему? Я знаю что Джек не сможет пойти с тобой на бал, он ведь отказал тебе? — Откуда ты знаешь? Ты что, придурок, отогнал его от меня? — Лили сверкнула зелеными глазами, и от злости у нее покраснели щеки. — Нет, я просто мягко намекнул что ты не рада быть с ним… — Да с чего ты за меня это решил, идиот? — Лили утянула его на выход из библиотеки и начала повышать голос. — Вообще-то, ты сама так смотрела на Сару, когда она меня пригласила на бал. — Как я смотрела? — Для Лили было вздором подобное, потому что она не замечала за собой привычки ревновать кого-либо. Возможно пару раз ей не нравилось излишнее внимание к Снейпу другими слизеринцами, но это было еще до их ссоры, да и Эванс сама понимала что они с одного факультета, так что общаться для них не было удивительным. Конечно ее пару раз подкалывала МакКиннон насчет Поттера, но это были шутки в стиле «—Да ты же его сейчас взглядом просверлишь… — Вообще-то, на нем впервые нормально выглядит школьная форма, это просто легендарный момент» ну и пару подобных смущающих комментариев, из-за которых рыжая начинала немного нервничать. Возможно она действительно не любила всех тех девушек, которые чуть ли не вьются около него в поисках внимания самого капитана Гриффиндорской команды, но это не было ревностью. Она слишком наблюдательна, не более, да ведь?… — Я видел как ты потом сняла баллы с Сары, не ври хотя бы себе, Эванс. — Она нарушала правила, а ты слишком большого мнения о себе, Поттер! — Лили скептически посмотрела на него, скрестив руки на груди. — Ври больше, Эванс, ты же ревнуешь, просто себе не можешь признаться! — Джеймс слишком сильно хотел вывести ее на эмоции, чтобы она позлилась и показала себя. — Ничего я не ревную! — Тебе слабо признать то, что если ты будешь танцевать со мной на балу, то просто влюбишься в меня! — Джеймс всегда брал ее на слабо и ставил ультиматумы, они оба были с огненным характером. Иногда, желая побесить друг друга еще больше, они устраивали подобные сцены посреди Хогвартса. Многие сокурсники уже привыкли к этим “пари”, не обращая внимания на слишком эмоциональные выяснения отношений. Лили часто соглашалась поиграть с ним, зная что это не доведет до крайности, да даже банальной влюбленности. — Мне ничего не слабо, Поттер. Если ты так хочешь танцевать со мной — танцуй, но после этого не приближайся ко мне ни на шаг! - Лили произнесла это с особой ненавистью, все же подобное предложение ставило ее в выгодную позицию, бесячий однокурсник больше не будет приставать и сверлить ее взглядом по переменам, вместе с этим крича остроумные комментарии и не самые цензурные комплименты на весь Хогвартс. Той, кому это все посвящалось никогда это не нравилось, ну уж самую ужасную форму выражения своей любви он выбрал, не банальные конфетки и букетики, а остроумные розыгрыши, учитывая что она была старостой факультета. Это было ужасно глупо, зато в стиле Джеймса-Я-Самый-Остроумный-Во-Всем-Хогвартсе-Поттера. Практически все парни обходили девушку стороной, хотя она была одной из самых красивых на своем факультете, ну если уж не самой умной во всей магической школе. Лили особенно хорошо запоминались розыгрыши, после которых он был у Мадам Помфри около месяца. Одним из последних был комментарий к его шутке, который сказала ему Лили, за что очень себя винила. — Слушай, Поттер! Даже если ты выпрыгнешь с этого окна сейчас, то я не поцелую тебя! Предательскую “не”, он не слышал. До этого он выкрикнул что он выпрыгнет из окна ради ее поцелуя, и не обманул ее, действительно выпрыгнул. Это было впечатляющим, даже Сириус кричал что он сумасшедший, но Джеймс лишь только улыбался тому, что Эванс посетила его один раз, только для того, чтобы сказать «Придурок, почисти уши!». Конечно она постоянно была с ним излишне груба, хоть сама так и не считала. Для многих она так и осталась доброй девушкой, которая и мухи не обидит, но для Джеймса у нее был совсем другой образ, и он ну уж совсем не был добрым. Лили старалась понять его, но он настолько прилип к ней на все курсы, что в какой-то момент даже она не выдержала своего добродушия. Поттер только глупо улыбался, ну а что еще делать? Зато она обратила внимание на новый комплимент, который оценивал длину ее юбки, которая была для него «слишком длинной, а лучше и без нее». Он не заставлял ее краснеть, как других, но заставлял ее закатывать глаза на каждый комплимент, сдерживать улыбку над его глупыми подарками, лениво цокать языком почти каждый раз, когда он ее отвлекал от учебником. Он с удовольствием рассматривал ее профиль на уроках, когда она чуть грызла кончик пера на контрольных, когда старалась успокоить первокурсников перед их первыми уроками, когда всячески старалась понять трансфигурацию, краснея от злости. Он любил ее внешность, но в особенности ее характер. Она всегда была слишком спокойной, слишком правильной, но это его притягивало, вместо того, чтобы отталкивать. Поттер не видел того бесконечного гнева на него, несерьезного, но иногда нескончаемого. Зато он радовался ее улыбке, которая конечно никогда не была для него, но его это не волновало. Он не обижался на нее за такое отношение, нет, наоборот всегда глупо улыбался и подначивал на еще большие крики, после которых она по 3 часа сидела у Мадам Помфри, глотая невкусные зелья для восстановления голоса. Особенно сильно он хотел полюбить ее в платье, такой желанной, такой спокойной и расслабленной в вальсе, прильнувшей к нему, а еще и упокоивши голову на его плече, лениво покачиваясь в такт музыке. Особенно хорошо ему было бы, если бы все, кто осмелился ее приглашать, смотрели бы с завистью на их пару, оценивая ее и его. Джеймса пожирала особенная злость и ревность из-за Лили, которая считала себя и действительно являлась свободной девушкой, и у которой спокойно могли быть отношения или общение с парнями. Он не обращал внимание на то, что многие пытались пригласить его на бал в качестве своего спутника, он всегда смотрел только на Лили, которая либо добродушно отказывала другим, либо соглашалась, но понятное дело что это было ненадолго. Сириус иногда действительно завидовал Джеймсу, ведь он сам всегда соглашался на отношения и использовал девушек, стараясь не разбивать им сердца, а вот Сохатый уставился только на свою, как Римус любил ласково называть Лили, «Госпожу Сохатую». Но это и показывало его серьезность намерений, сколько бы Эванс не противилась, но где-то в глубине все равно знала, что насколько бы не был избалованным Поттер, он не мог так долго добиваться одну девушку только ради своей выгоды и «кубка за сердце Лили Эванс». Джеймс был воплощением настоящего гриффиндорского духа, который был упертым и терпеливым, но при этом страстно заинтересованным в чем-либо, ну в его случае, в девушке, которая ему отказывала. Он задевал Северуса в основном из-за ревности, видя что тот все никак не отстает от Лили, но факультеты тоже играли для него значительную роль, не такую как для Эванс, она же сама всегда не смотрела на факультеты и общалась со всеми людьми школы, кто был с ней доброжелателен. По истечению месяца этот спор забылся, многие готовились к балу и подбирали наряды. Староста не стала исключением, конечно, тогда она и пожалела о споре, но зато смогла прогуляться по зимнему Хогсмиду, который был особенно красив в это время года. Многочисленные гирлянды, хлопушки, веселые ребята - основные интересные детали в деревушке. — Лили, ты задумалась о чем-то? —Алиса чуть обеспокоено глядит на подругу, пытаясь понять почему она ничего не говорит. — Да, просто думаю какое платье выбрать, их здесь так много… — Эванс говорит это уверенно, отвлекаясь от своих мыслей о Поттере. Все же ей не нравится думать о том, как они будут танцевать и она не будет отгонять его в другой конец зала. Получается это довольно сложно. — Я думаю подойдет вот это, ты можешь распустить свои волосы и они станут еще более огненными, — Алиса показывает на какое-то золотое платье, которое довольно сильно выделяет фигуру. Через пару минут Лили выходит в свет, на ней это платье сидит особенно красиво. Небольшие складки наряда на талии, которую теперь это платье полностью выделило, так и в добавок красивый цвет подчеркивает глаза и оттеняет волосы, которые уже распущены. Это идеальный для нее вариант, который точно нужно брать. Спустя несколько дней состоится бал, лучшего уже не найдешь, тем более такого красивого. Алиса кивает, рассматривая старосту со всех сторон. — Отлично! Оно прекрасно тебе подходит, я думаю что все просто глаз с тебя не спустят! Лили благодарно кивнула и чуть засмущалась. — Алиса, а ты уже выбрала себе платье? Фрэнк точно хочет увидеть тебя в чему-нибудь новом, я уверена. — Я, в отличие от тебя, уже давно все подготовила, так что Фрэнк от моей красоты упадет, - Алиса мечтательно прикусила губу под звонкий смех подруги. Спустя некоторое время они уже сидели на ужине в Большом Зале, попивая горячий чай вместе с десертами. Все девушки обсуждали своих партнеров, а тех, у кого из не было - кандидатов. Лили даже нечего было обсуждать, все было предельно ужасно, и об этом знали практически все. — Ты серьезно пойдешь с Поттером? Почему ты не можешь его продинамить, что в этом такого? - Марлин удивленно вскинула брови. — Если даже я пойду с ним на бал, мне совсем необязательно танцевать там. — Ну вообще-то, он будет твоим спутником в таком случае… И я уверена что он ни на шаг не отойдет от тебя, — Мэри перестает копаться в еде и вслушивается в разговор. — Ну мой спутник он, и что с этого? Из-за этого ему необязательно бегать как собачка за мной. — Он и обычно это делает, Лилс. Ты веришь в другой исход? — Марлин скептично посмотрела на подругу. — Вообще-то я сказала ему, что он должен отвалить после всего этого, так что это он должен это сделать… —Лили посмотрела на Марлин и немного повертела ложку в руках. — Я сомневаюсь что он сделает это, если честно, — Алиса сказала это более неуверенно, и немного помолчав, добавила, — Это же Поттер, он не может от тебя отвалить. — Да ладно, это пари, мне ничего с него не будет. Ну проведу я один вечер, и что? Я напомню ему его слова, может хоть на неделю оставит в покое. — Ну, это тоже компромисс. Скоро будет бал, не забудь напомнить ему все условия, - Марлин сказала это с некой ноткой беспечности в голосе, ну конечно, идти на бал с Блэком всяко лучше чем с Поттером, ей-то легко говорить. В ночь перед заветным днем, когда будет бал, Эванс не могла уснуть. Она слишком много думала о Поттере для девушки, которая не любит думать о нем. Ее действительно немного волновал сам танец, он точно вынудит ее танцевать, она знает. Ночью девушке оставалось надеется, что бал вообще перенесут, а желательно - отменят. Джеймс также ворочался в кровати, неудивительное состояние для него, особенно перед днем, когда он впервые без криков сможет побыть с Эванс, ну, легендарный момент уж точно. В эту ночь волновались не только они, а также большая часть Хогвартса, но именно они понимали, что этот праздник либо убьет их отношения, которых и нет, полностью, либо заставит их дышать с новой силой. День Рождественского бала. Его начало. Лили судорожно теребила кусок платья, завивая с помощью палочки кудри, она немного опаздывала, а сама пыталась оттянуть этот момент на подольше, не желая видеть Поттера в костюме, вместо свитера, либо квиддичной формы. На ней было то самое платье, с того дня Алиса немного заколдовала его на еще большую блистательность, так что теперь оно могло привлечь взгляды многих. Она неумело старалась накраситься, но, поняв что это ее только портит, прекратила попытки и оставила накрашенными только ресницы. Немного поколебавшись, нанесла духи, сладкие и чуть приторные, чтобы Поттер не захотел с ней танцевать уж слишком много. Она расправила плечи, посмотрела на себя в зеркало - ее внешность легко узнавалась, и черты лица наоборот стали более красивыми. Лили покрутилась перед зеркалом, а только потом осознала что опаздывает на полчаса. Быстро вбежав, она сначала не заметила своих знакомых. Большую часть, что было очень странно, занимали девочки средних курсов, которые только недавно перешли из младших, а вот старших наоборот было довольно мало. Староста прошла вглубь зала, немного стараясь идти ближе к стене, вскоре она увидела второго старосту и помахала ему рукой. — Римус, привет! А где Мэри, и все остальные? — Девушка пробежалась глазами по большей части людей, и не заметила знакомых силуэтов. — Они недавно вышли за выпивкой, ну Сириус, по крайней мере, — Римус чуть посмеялся и продолжил, — А так они должны быть где-то тут, Джеймс уж точно. — Я вообще-то спрашивала про… —Эванс не успела договорить, она увидела Марлин, уже чуть пьяную, которую тащил Сириус и Алиса. — Серьезно, я опоздала на полчаса, почему она уже успела? — Мы поручили принести ей огневиски, она решила заодно попробовать… — Сириус произнес это и посмотрел на Марлин, которую уже посадила Алиса на стул, а она что-то бормотала. Лили покосилась на подругу и начала искать силуэт гриффиндорского капитана в толпе, вскоре ее взгляд наткнулся на его спину. Он крайне увлеченно болтал с другими квиддичными игроками, которые стояли в компаниях своих девушек, пока он активно жестикулировал руками. Эванс чуть посмеялась про себя, даже на балу он умудрялся оставаться Джеймсом Поттером, тем самым, который если захочешь, проснувшись посреди ночи сможет сыграть против слизеринцев, поймав снитч на второй минуте. Невольно староста чуть загляделась на его силуэт, но быстро выпила немного огневиски и села, начав ждать его и его подкатов. Спустя полчаса он соизволил пойти за огневиски, увидев уже почти спящую старосту на стуле. Платье Лили произвело на него особое впечатление, ее фигуру настолько подробно он никогда не разглядывал. Конечно, ему не была важна внешность его сегодняшней спутницы, она для него всегда была самой красивой, а вместе с этим и милой девушкой. Но поглазеть на ее фигуру скорее всего ему больше так не получится, так что он решил запечатлеть ее образ у себя в голове надолго, но даже не заметил что она уже смотрит в его глаза, а они были выше стройных ножек. — Может хватит меня разглядывать, Поттер? — Лили не смутилась под напором его взгляда, но чуть щелкнула пальцами прямо у его носа. — Красивое платьице, для меня выбирала? — Джеймс запустил руку в волосы, растрепывая их. — Мир не вертится вокруг тебя, Поттер, девушки могут надевать то, что нравится им, а не парням. Уж я-то точно не ради тебя надевала это платье, слишком много чести. — А ждала ты кого? — Я тебе повторю, мир не вертится вокруг тебя. Марлин уже напилась и я приводила ее в чувства, — Лили закатила глаза и продолжила сидеть на стуле, — Да и вообще, может я кавалера ждала? — Вообще-то, на этот вечер я - твой кавалер, так что ты могла ждать только меня, — Поттер сказал это с самоуверенной улыбкой на лице, с той, которая сводила фанаток с ума, но Лили она совершенно не трогала. — Ты невыносим… Кстати, ты не забыл что после этого бала ты наконец-то отстанешь от меня? Я не планирую даже видеть тебя ближайший месяц после каникул, — Лили сверкнула глазами в его сторону. — Это слишком долго, Эванс, я не вынесу… Могу согласиться только на пару-тройку деньков, и то, это будет слишком, — Джеймс промурчал это с довольным лицом как у кота, который объелся сметаной. — В таком случае, Поттер, я сейчас же пойду танцевать с Джеком, который, кажется, не занят никем, — Лили в подтверждение своих слов уже встала со стула, ища его глазами. — Постой, Эванс. Ладно, неделя максимум, — Джеймс сказал это уже не с такой явной улыбкой на лице, но он был готов провести один вечер в окружении старосты, а дальше уже плевать. — Отлично, Поттер, ты умеешь убеждать, — спутница встала со стула, чуть расправляясь, и пошла к столу с выпивкой. Лили провела половину вечера в компании своих друзей, но без Марлин. Они смеялись, выпивали, у них в компании была особая атмосфера. Ребята долгое время не собирались так, и это была их первая за последнее время встреча, на которой они действительно общались, но чуть позже начались медленные танцы. Первыми танцевать убежали Алиса и Фрэнк, она улыбчиво повела его за руку в глубь всей остальной массы, смеясь и расслабляясь. Сириус успел потанцевать и до этого, но сейчас он скучающе сидел и старался не обращать внимания на девушек, что пытались привлечь его взгляд к себе. Марлин ушла, поэтому он не мог ни с кем разделить это одиночество, кроме Эванс, конечно. После этого, спустя некоторое время и Римус осмелился пригласить Мэри на танец, она смущенно кивнула и они танцевали не слишком далеко от стола, но многие видели старосту в компании этой девушки, и лишь улыбались им. Лили сидела на стуле, немного расслабляясь под спокойную музыку, но из блаженства ее вытащил знакомый голос. — Эванс, а ты что не танцуешь? — Поттер стоял прямо перед ее глазами и лениво улыбался. — Я не хочу, что непонятного? Да и вообще, не твоего ума дело. — Лили огрызнулась и скрестила руки на груди. — Пошли, развеешься хоть, а то сейчас реально уснешь вместе с Сириусом… — Джеймс скептично посмотрел на Блэка, который действительно готов уже был уснуть. Спутница не успела возразить, ловец гриффиндора уже утянул ее в самую гущу толпы, многие переглядывались и не верили своим глазам, видя что староста сейчас действительно танцевала в объятиях ей ненавистного Поттера. Она не сопротивлялась, алкоголь слишком сильно расслаблял тело и разум, но немного соображать она могла, для того чтобы пытаться лениво выбраться из его рук. Он не выпускал ее, это было скорее для ее блага, она бы точно не дошла до кровати без чьей-то помощи, да и на ногах она неуверенно стояла, аж так, что во время танца она полностью опиралась на него. Они лениво покачивались с закрытыми глазами, не обращая внимания на других людей, которые были очень заинтересованы в их паре. Лили вдыхала его парфюм, положив голову на его плечо, и придерживаясь его руками. Джеймс положил руки на ее талию, вдыхая запах сладких духов, которые ему особенно понравились. Когда у него выдавалась возможность уловить аромат ее духов, он старался запомнить. Обычно от нее исходил запах яблок, немного черничных пирогов и учебников. То, что было у нее в сумке, а также то, что она ела. Сейчас это был новый аромат, он действительно ему понравился, но от него у Джеймса немного подкашивались ноги, хотя, возможно и не в аромате было дело. Ловец никогда не находился так близко к Лили, но он часто старался поцеловать ее в щеку, либо обнять ее сзади, но после этого получал звонкую пощечину. Сейчас она его не отталкивала, и он хотел чтобы это продлилось намного дольше, чем обычно. После этого Джеймс ходил неделю самым окрыленным человеком на земле, он отчетливо это все помнил, но вот Лили в самом деле помнила только основные детали. Он успел похвастаться чуть ли не всему Хогвартсу об этом событии, да и многие видели это лично вживую. Лили продолжала ругаться с ним, но по ночам ей часто снились сны с ним, разные, но в основном там она танцевала с ним, точно так же, как и в тот день. Именно в них она чувствовала и запоминала каждую деталь, а после этого сгорала от стыда и зарывалась лицом в одеяло, приводя пульс в норму.