Притворяясь натуралом

Запах крови ударил в нос. В коридоре было тихо, под ногами был чистый пол. По маске медленно стекали зловещие капли крови. Вотер хрипло произнес: — Мы опять встретились. Это действительно судьба. Стремительные движения и исходящий от него запах смерти обрушились на Ли Цзоусина, пронизывая все вокруг ощущением подавляющего принуждения. Лицо Ли Цзоусина скривилось. Он не двигался, покорно прислонившись к двери, позволяя Вотеру запереть его в "объятиях стены". — Ты следил за нами? — спросил он. — Ммм? — Вотер усмехнулся. — Говорить нужно с доказательствами. Ли Цзоусин потянулся к дверной ручке, запирая дверь в комнату товарищей. С Вотером он не собирался церемониться, даже фальшивая улыбка получилась натянутой. — Как скажешь, так и будет. Ты сильный, значит, даже твой каприз — закон. Пользуясь своей красивой внешностью, он весьма смело испытывал Вотера, которого подозревал в нетрадиционной ориентации. Вотер: — У тебя обо мне не самое лучшее мнение. Ли Цзоусин: — А разве должно быть иначе? Вотеру понравилась его прямота. Однако в коридоре, где запах крови становился все сильнее, в этом смехе чувствовалась жуткая опасность. Казалось, он хотел что-то добавить, но издалека донесся крик, нарушивший его речь. Вотер наклонил голову, прислушиваясь к доносившимся издалека звукам. На маске отразилось безразличие и холодность. Он убрал руки, которыми опирался по обе стороны от головы Ли Цзоусина. — Оставайся здесь и не двигайся. — Если не хочешь, чтобы ночью тебя мучили кошмары, — сказал Вотер, — слушайся меня. Словно дружеское напоминание и вместе с тем — угроза. Сказав это, он тут же исчез из виду. Черт бы тебя побрал. Ли Цзоусин усмехнулся, направил к двери товарищей поток ментальной силы и двинулся туда, где запах крови был наиболее сильным. Смех да и только. Кто, черт возьми, знает, какие у тебя цели. Самый опасный человек на всем корабле — это ты. Только часть коридора возле комнаты, где их держали, была чистой. За поворотом открылась залитая кровью стена. Бездыханные тела пиратов были безжалостно брошены на пол. Пол был алым от крови. На лицах мертвых пиратов застыл ужас. Побледневшие руки сжимали шеи. Ли Цзоусин с невозмутимым видом присел на корточки, убрал руку пирата от шеи. Острый разрез распорол плоть. Алая кровь хлестала из раны. Убийца не оставил жертве ни единого шанса выжить. Он молча встал и устремил взгляд вперед.Темный коридор был похож на пасть зверя, готового поглотить все вокруг. Вотер никогда не был тем, кто красив снаружи, но гнил внутри. С их первой встречи ощущение опасности и запах крови, исходившие от него, ни разу не уменьшились. Но как ни странно, кроме первой встречи, в этот раз Ли Цзоусин не почувствовал от Вотера никакой враждебности. — Какое-то чертовски дурацкое чувство. Ли Цзоусин протянул руку. Серебристая ментальная сила приняла форму длинного меча, грозно сверкающего в тусклом свете. Свет отражался на его бесстрастном лице. Шаг за шагом он двигался вперед. Скорость его увеличивалась, а ментальная сила становилась все более вызывающей. Но сейчас Вотер представлял собой самую большую угрозу на корабле. Неважно, враждебен он к ним или нет, Ли Цзоусин до предела повысил свою бдительность. В главном зале корабля царил хаос. Тяжелое дыхание сдерживалось. Чувство смертельной опасности заставляло каждого выкладываться по полной. Но даже все усилия не могли остановить игру Вотера, словно кошки с мышкой. — Черт… Прислонившись к стене в углу, Альфред с искаженным лицом корчился от боли. Его тело было иссечено множеством ран, нанесенных острым клинком. Восстанавливающая жидкость медленно оказывала своё действие. — Вотер — чертов псих! Они были уверены, что никак не обидели пропавшего на целый месяц бешеного пса Вотера. Кто, черт возьми, мог знать, что у него опять с головой случилось! Пуси пострадал еще больше: его правая рука была отсечена. Лицо заливал пот. Боль от генной рекомбинации мешала ему оставаться в здравом уме, и ментальная защита пульсировала, то усиливаясь, то угасая. — Босс, он... он нас обнаружит. * Генетическая рекомбинация — это перераспределение генетического материала (ДНК), приводящее к возникновению новых комбинаций генов. Здесь термин выведен за рамки естественного процесса и представлен как искусственная, насильственная манипуляция с ДНК, вероятно, с использованием биотехнологий будущего. Это не плавное смешение генов, а хаотичная перестройка генома, вызывающая быструю регенерацию. Альфред видел его только однажды, три года назад. Тогда их корабль грабил торговые суда, проходящие через территорию Вотера. В ту же ночь Вотер высадился на их корабль. — Ты слишком дерзкий, Альфред. Человек в маске произнес только эти слова. Последствия которых заставили пиратов не сомкнуть глаз несколько дней, потому что сны были страшнее и ужаснее любой пытки. Время с трудом залечило раны, нанесенные Вотером. Но теперь он появился снова. Как кошмар, он без всякой причины снова оказался на корабле Красного Черепа. Все достижения техники оказались бессильны перед ним. Казалось, этот человек стал еще сильнее, настолько, что даже самые совершенные приборы не могли засечь колебания его ментальной силы. Пуси стиснул зубы и проглотил еще одну белую таблетку. Вены на его шее и лице вздулись. Сквозь сжатые зубы вырвался стон боли. Скорость восстановления отрубленной руки увеличилась. — Босс... Собравшись с духом, Пуси выдавил из себя единственное слово: — Бежим. Бросить корабль и бежать на спасательной капсуле. Альфред резко закрыл глаза, а когда открыл, взгляд его был полон решимости. Он быстрым шагом направился к капсулам и отрывисто скомандовал: — Установите программу самоуничтожения корабля! Активировать сразу после того, как мы покинем борт. Он скорее взорвёт корабль, чем позволит этим ресурсам попасть в чужие руки. Лучше уничтожить всё вместе с Вотером. Он осклабился в злобной усмешке. Шрамы на его лице исказились. Когда Альфред и Пуси скрылись в конце коридора, из бокового прохода вышел Ли Цзоусин. Вот дерьмо! Взорвать корабль? Он не знает, как далеко разлетятся обломки такой громадины, но совершенно точно понимал: нужно разбудить команду и как можно скорее уносить отсюда ноги. Едва он обернулся, как нос к носу столкнулся с человеком в маске. Вотер по-прежнему был в перчатках, на которых теперь неизбежно красовались брызги крови. Он вышел из тени с небрежной грацией, словно прогуливался по собственному саду. — Выбрался, значит. Ли Цзоусин неожиданно успокоился. Если Вотер здесь, никакой самоликвидации не будет. — Эй, — припомнив свои догадки и недавние провокации, он вдруг расплылся в нахальной улыбке. — Мне кажется, я для тебя… особенный. Вотер молча смотрел на него. — Я считаю до трех, если ты ничего не скажешь, сочту это за признание, — заявил Ли Цзоусин. — Три… Один. Двойку он предусмотрительно пропустил. Вотер рассмеялся, и смех его, словно россыпь песчинок, зазвенел в воздухе. Ли Цзоусин одарил его своей фирменной, обезоруживающей улыбкой и, сократив дистанцию до приемлемой, предпринял попытку продать свой шарм в обмен на информацию: — Что ты задумал, преследуя нас? — Скоро прибудут люди, — ответил Вотер. — Какие люди? — Ваши. Он отступил на несколько шагов в тень. — Малыш, если хочешь узнать о моих мотивах, постарайся сказать что-нибудь приятное, чтобы порадовать меня. Это проще простого. Но Ли Цзоусин не собирался ему потакать. Встретившись с ним взглядом, он медленно отступил, а затем резко развернулся и направился к центру управления. Вотер остался в тени и лишь усмехнулся, когда убедился, что вокруг никого нет. …По твоему я так плох? Что ж, раз уж я удостоился столь "лестного" определения… Придется соответствовать. В центре управления царил хаос. Войдя внутрь, Ли Цзоусин увидел Альфреда и Пуси, неподвижно лежащих на полу. Подойдя ближе, он понял, что те живы, хоть и дышат с трудом, а их лица искажены гримасой ужаса и ярости. За исключением глаз, они не могли пошевелить ни единым мускулом. Бывшие властители, теперь они выглядели жалко и беспомощно: одежда пропитана потом, взгляд Альфреда горел ненавистью, а слипшиеся от пота волосы прилипли ко лбу. Ли Цзоусину было не до них. На мониторах отображались приближающиеся корабли. На их бортах красовались знаки военной академии Чэнъян. Вотер не обманул. Но Ли Цзоусин ничего не понимал в сложном оборудовании этого центра управления, поэтому ему пришлось поспешить за помощью к техникам. …Ма Нань никак не мог этого ожидать! Всего два часа назад он разговаривал с этой чертовой командой мечты, которая умудрилась заблудиться и накружить два дополнительных сектора, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке и они скоро вернутся домой. А спустя каких-то два часа он получил сообщение от капитана службы безопасности, предварительно убедившись, что все протоколы соблюдены и не существует ни единой угрозы. И тут — такой облом. Кто бы мог подумать, что всего через два часа эта кучка сорванцов снова… окажется в лапах пиратов?! Переполняемый противоречивыми чувствами, Ма Нань обратился с просьбой: — Разрешите мне сопровождать вас на спасательной операции. Военная академия Чэнъян никогда не бросит своих студентов в беде. Ма Нань собирался лично разобраться, как такое могло произойти, и преподать урок этой проклятой пиратской шайке. Они посмели перехватить корабль, несущий символику Чэнъяна! Пусть радуются, что не причинили никакого вреда студентам, иначе академия преследовала бы их до конца света и бросила бы все силы на полное уничтожение банды "Красного Черепа". Группа захвата, не теряя ни минуты, покинула корабль и, миновав Тобанг, тут же осуществила гиперпрыжок. Огромный, оснащенный по последнему слову техники корабль мгновенно возник рядом с судном "Красного Черепа". Капитан группы захвата скомандовал: — Отправьте им запрос на переговоры. По возможности, они надеялись уладить дело мирным путем, оказав давление и убедив пиратов выпустить заложников, ведь "Красный Череп" всегда отличался дурной репутацией, полным отсутствием моральных принципов и какой-либо порядочности. Но кто бы мог подумать, что в ответ на их запрос пиратский корабль "Красного Черепа" просто… откроет перед ними шлюз! Капитан группы захвата, крайне удивленный, нахмурился и отдал приказ подчиненным: — Продолжайте отправлять запрос. Затем он подошел к иллюминатору и всмотрелся в распахнутые ворота. Стоявший рядом Ма Нань с серьезным видом пробормотал: — Что-то здесь не так. С какой стати враг будет распахивать перед тобой дверь, когда ты еще даже не постучал? — Согласен, что-то здесь нечисто, — капитан поспешил к панели управления. — Свяжитесь со студентами, с которыми мы поддерживали связь. — Вы имеете в виду Лин Няня? — с деланным безразличием в голосе уточнил Ма Нань, явно гордясь своим протеже. — Он отличный парень, — искренне признался капитан. — Если бы его не интересовала армия, мы бы с удовольствием оставили его в академии. Ма Нань усмехнулся: — Боюсь, вам придётся разочароваться. Капитан вздохнул с сожалением: — Он намерен посвятить себя военной карьере? — Он и его товарищи — прирожденные авантюристы, люди, не способные прожить жизнь в тихом омуте, — Ма Нань похлопал капитана по плечу. — Вам стоит познакомиться с этой командой поближе. В этот момент подчиненный связался с Лин Нянем, но ответил им Ли Цзоусин: — Входите, учителя. И добавил: — Это мы открыли для вас шлюз. …Что, простите?! Повторите еще раз! Ма Нань и капитан группы захвата остолбенели. Не дождавшись ответа, Ли Цзоусин повторил: — Проходите, не беспокойтесь. Тон его был абсолютно спокоен, ничто не указывало на то, что его принуждают пираты. Подчинившийся, поддерживавший связь с Лин Нянем, подтвердил: — Можно входить, капитан, опасности нет. По удивлению капитана можно было сверять часы. В обычной ситуации столь бурная реакция с его стороны вызвала бы всеобщее изумление, но сейчас все были слишком ошарашены и заинтригованы происходящим, чтобы обращать внимание на эмоции капитана. Повернувшись к Ма Наню, капитан серьезно кивнул: — Пожалуй, вы правы. Мне действительно стоит поближе познакомиться с этой командой. Ма Нань постарался скрыть свое изумление, напустил на себя невозмутимый вид, однако лучистые морщинки в уголках глаз выдавали его с головой. Группа захвата, оставив свой корабль, пересела на десантный шаттл и, приземлившись в доке, стремительно направилась к центру управления. Ли Цзоусин и его команда ждали их там. Синань оттащил Альфреда и Пуси в угол. Те еще не пришли в себя и, что-то бормоча себе под нос, работали на автомате, словно все происходящее было лишь дурным сном. — С вами всё в порядке? — засыпали их вопросами прибывшие, осматривая с ног до головы. — Эти проклятые пираты… Они причинили вам какой-нибудь вред? — С нами всё в порядке, — ответили те, потупившись и избегая взгляда Ма Наня, — мы не потеряли ни единого волоска. Капитан группы захвата, стоявший за спиной Ма Наня, облегченно вздохнул. Внезапно один из членов группы ахнул и, указывая в угол, воскликнул: — Это же…?! Повернувшись, капитан изумленно пробормотал имя главаря "Красного Черепа": — Альфред! Затем он резко повернулся к Ли Цзоусину и его друзьям, прожигая их испытующим взглядом. — Что вы натворили?! Ма Нань не выдержал: — Неужели вы захватили пиратский корабль?! И взяли в плен самого Альфреда вместе с его правой рукой, Пуси! И всё это — дело рук сегодняшних первокурсников! Ма Наня так и подмывало расцеловать своих гениев! — Вы несколько преувеличиваете наши заслуги, — многозначительно улыбнувшись, произнес Гу Вэньчэн, украдкой взглянув на Ли Цзоусина, который отчаянно ему подмигивал. — На самом деле, всю правду знает только Цзоусин, а нам остальным было не до подвигов — мы были заперты в каюте. В его голосе слышалась явная насмешка, заставившая Ли Цзоусина неловко кашлянуть. В мгновение ока взгляды всех присутствующих обратились к Ли Цзоусину, разглядывая его с таким жаром, словно перед ними был только что открытый, неизученный элемент таблицы Менделеева. Однако вся заслуга в усмирении пиратов принадлежала отнюдь не Ли Цзоусину, а таинственному незнакомцу в маске — Вотеру. Этот человек свободно перемещался по огромному кораблю. После того как Цзоусин сообщил Лин Няню о появлении Вотера на борту, тот принялся прочесывать каждый сантиметр, но, кроме разбросанных повсюду тел, не обнаружил никаких следов. Лин Няню оставалось лишь предположить, что неуловимый незнакомец покинул корабль, воспользовавшись спасательной капсулой. Но такова была правда: — Это был Вотер, — честно признался Ли Цзоусин. — Он перебил всех пиратов и оставил в живых только Альфреда и Пуси. — Вотер?! — ахнул Ма Нань, и лицо его потемнело. Судя по всему, ему было известно о докладе Юй Мэна — Вотер покинул Тобанг. Но как этот безумный пират мог оказаться на одном корабле с его студентами? — И ты снова его видел? Ли Цзоусин помрачнел. — Да, видел. — И что же он тебе сделал? — с притворным любопытством поинтересовался Гу Вэньчэн. — Цзоусин, ты как-то не сияешь от счастья. О, он успел натворить дел. Ли Цзоусин, высокий, статный парень… И вдруг его прижимают к стене, припирают к двери, а ладони наглеца оказываются по обе стороны от его головы. Вотер был так близко, что его дыхание опаляло кожу, и если бы Ли Цзоусин не боялся выглядеть глупо, он бы тут же пригвоздил мерзавца к стене в ответ. Нет, скорее, Вотер просто стал еще более… невыносимым. Ли Цзоусин даже начал подозревать, что его "золотой палец" распространил свое влияние на этого головореза, иначе с чего бы тому вести себя столь вызывающе, даже несмотря на его исключительную привлекательность? Лицо его исказилось от досады. — Он перешел все границы. Более того, в его действиях чувствовался какой-то вызов, какая-то преднамеренность. Гу Вэньчэн сочувственно нахмурился. Увидев его скорбное выражение, Ли Цзоусин усмехнулся: — Не волнуйся, всё в порядке. Если мне еще раз доведется с ним встретиться, я найду способ отплатить ему той же монетой. Кто не умеет хулиганить? Гу Вэньчэн притворно вздохнул. — Лучше бы нам больше никогда не встречаться. В разговор вмешался Ма Нань: — Согласен. Можете не сомневаться, школа не позволит Вотеру и дальше вести себя подобным образом. Тот холодно фыркнул. Стоявший рядом капитан группы захвата добавил: — Даже если мы не сможем его поймать, мы не позволим Чэнъяну стать проходным двором, куда он сможет входить и выходить по своему желанию. Оба выглядели очень убедительно, однако в душе они чувствовали себя весьма неуверенно. Их слова звучали как пустая бравада. Если Вотер в одиночку разгромил прекрасно вооруженный флот Красного Черепа, то что говорить об академии? Тем не менее нужно было успокоить студентов, чтобы не вызвать панику. Ли Цзоусин, движимый благородными намерениями, подыграл наставникам, поддержав их достоинство: — Если это так, то было бы просто прекрасно. — И то верно, — с улыбкой подтвердил Гу Вэньчэн. — Если это так, то было бы просто замечательно. Оставив техников за работой на захваченном пиратском судне, студенты в сопровождении капитана направились к спасательным шаттлам в ангаре. Добравшись до своего корабля, Ли Цзоусин и его друзья поблагодарили Ма Наня и охрану за эскорт и поднялись на борт. Едва открылся люк шаттла, в воздухе распустился гигантский цветок из серебристо-белого света. Сотканный из ментальной силы, этот нерукотворный шедевр был великолепен. Энергия струилась по его изящным лепесткам, рассыпая вокруг искры света. Внезапное появление этого цветка привлекло всеобщее внимание и вызвало восхищенный шепот. Лицо Ли Цзоусина изменилось. Светящийся бутон распался, образовав надпись из серебристой ментальной силы: [Ты — Цветок Довэйни.] Как только все осознали смысл этих слов, ментальная сила полностью рассеялась. Столь точный контроль ментальной силы, детальное воспроизведение всех линий цветка… Никто, кроме Вотера, не был способен на такое. Выражения лиц окружающих стали многозначительными. На одном из кресел шаттла лежал нежный цветок небесно-голубого оттенка, на бархатистых лепестках которого сверкали капельки росы. С непроницаемым выражением лица Ли Цзоусин наклонился, взял цветок и тут же посмотрел значение цветка Довэйни в поисковой системе. Первая же строчка гласила: «Ваша искренность меня пленяет». Ли Цзоусин холодно усмехнулся. Теперь он мог быть уверен: Вотер сделал это намеренно. Этот нелепый букет был не чем иным, как изощренной местью за его холодность. Местью за оказанное ему пренебрежение. Таким образом, Вотер рассчитывал выставить его на посмешище. Он его переиграл.