Притворяясь натуралом

Источник скрывался в самой глубине, и вода в нём была почти обжигающей. Пятеро парней зашли по пояс и синхронно выдохнули: — О-ох, как блаженно… После побега окунуться в горячие воды было настоящим даром судьбы. Ли Цзоусин откинулся на каменный край, запрокинул голову и закрыл глаза. По его лицу разлилось блаженное спокойствие, а клубы пара окутывали кожу влажной дымкой. Он чувствовал себя настолько расслабленно, что ментальная сила сама вырвалась наружу — светящийся белый след метался под водой, словно живой серебристый угорь. Цзи Юй приподнял бровь, наблюдая за энергией: — Почему она так неистовствует? Сила ласково обвила его запястье, затем резко рванула к соседу. Разговоры у парней быстро скатились к привычному: через пару минут они уже вовсю дурачились. Даже те, кто планировал просто отмокать в тишине, оказались втянуты в брызги и смех. Волосы у всех давно промокли, а на поверхности воды бушевали миниатюрные волны. Ли Цзоусин мирно лежал с закрытыми глазами, пока ему в лицо не хлестнула струя воды. Цзи Юй замер, осознав оплошность: — Э-э… Я могу объяснить… Ли Цзоусин медленно стряхнул воду с ресниц, растянул губы в улыбке, но в его взгляде промелькнуло что-то опасное: — Уже поздно. Он резко поднялся, размял плечи и с разбегу прыгнул в гущу товарищей, поднимая фонтаны брызг. Как раз в этот момент Гу Вэньчэн выбрался из воды, чтобы принести полотенца. Но едва он сделал пару шагов, как из темноты слева раздался тонкий, испуганный вскрик. Женский голос. Парни застыли как вкопанные. Гу Вэньчэн молниеносно обмотал полотенце вокруг бедер и, нахмурив брови, резко повернулся к источнику звука: — Старшекурсница? Обладательницы пяти звёзд рейтинга обычно были именно ими. Из тени робко донесся смущённый ответ: — П-простите... Девушка медленно вышла из темноты. Стройные бледные ноги нерешительно ступали по мокрым камням. Голова была низко опущена, но даже в полумраке было видно, как алеют её уши и шея. — Я... я думала, здесь никого нет... — прошептала она, и последние слова почти потонули в шуме источника. Типичная скромная и застенчивая девушка. Гу Вэньчэн и девушка застыли по разные стороны, будто два изваяния, разделённые невидимой преградой. В этот момент из воды с плеском поднялся Ли Цзоусин. Струи скатывались с его торса, громко хлопая по поверхности. Звук заставил обоих на берегу резко обернуться. Девушка сначала широко распахнула глаза — затем мгновенно зажмурилась, будто её ослепили. Её лицо вспыхнуло таким алым румянцем, что казалось, вот-вот пойдёт паром. Вообще-то, Ли Цзоусин всегда испытывал к женщинам искреннее восхищение. Не пошлое вожделение, не смутную жажду — а чистый восторг перед их природой. Каждая казалась ему шедевром: особенно те, что умели гореть без остатка — любить яростно, ненавидеть без фальши, говорить правду в глаза. Перед ним стояла чертовски милая девушка. Не желая усиливать её смущение, он лишь слегка поднял уголок губ и бросил небрежно: — Откуда здесь такая красавица взялась? За его спиной друзья синхронно скривились, а когда он обернулся — единодушно показали большие пальцы вниз. Явно злясь, что не успели первыми блеснуть "остроумием". Девушка вспыхнула так, что светилась в темноте. Казалось, она вообще забыла, как дышать. — Ты... не говори так... — прошептала она, и в этом шёпоте странным образом сочетались стыд и капризная нотка. Гу Вэньчэн резко изменился в лице. Молча опустился на камни и вдруг начал яростно разминать голень. Не прошло и трёх секунд, как Ли Цзоусин оказался перед ним на корточках. Тёплый пар ещё клубился вокруг его тела, когда он отстранил руку товарища и приложил собственную ладонь к сведённой мышце: — Судорога? — Угу, — Гу Вэньчэн криво усмехнулся. — Думал, в моём возрасте это уже не грозит. — Какой ещё возраст? — Ли Цзоусин фыркнул, пальцы уже работали — твёрдые, будто калёная сталь, они методично разминали окаменевшую мышцу от центра к краям. Его ладони и без того были горячими от источника — идеальная температура для такого массажа. А позади них девушка застыла в немой растерянности. Её ресницы трепетали, словно крылья пойманной стрекозы, а в глазах стояли слёзы - ещё мгновение, и они покатятся по пылающим щекам. Гу Вэньчэн изящно изогнул губы, отработав безупречную джентльменскую улыбку, и жестом указал путь: — Там есть выход. И ещё несколько источников по дороге. Но его обаяние словно разбилось о невидимую стену. Девушка лишь обиженно скользнула взглядом по спине Ли Цзоусина, прошептала едва слышное "спасибо" и растворилась в темноте, лёгкая как опавший лепесток. Улыбка Гу Вэньчэна не дрогнула. Но пальцы Ли Цзоусина внезапно замерли на его голени. Гу Вэньчэн поднял глаза и встретил пристальный взгляд. — Настроение испортилось? — осторожно спросил Ли Цзоусин. Гу Вэньчэн на секунду задумался, затем пожал плечами с неестественной лёгкостью: — Просто ей явно нравишься ты. А не я. Лучше бы ей нравился он — Вэньчэн — он бы точно не стал вести себя как влюблённый подросток. Он искренне так считал. Разве настоящий мужчина должен распыляться на сантименты? Как любил говорить Синань — сначала слава, потом девушки. Роман можно закрутить и когда добьёшься всего. А вот шанс на величие — он не вечен. Ли Цзоусин фыркнул и со звонким шлепком хлопнул его по бедру: — Да брось, детский сад какой-то! Гу Вэньчэн ответил короткой усмешкой, в которой читалось что-то между иронией и досадой: — Хе-хе. Разве это "детский сад"? Это называется — настоящая мужская забота о товарище. ... Возвращение в академию встретило их монотонным гулким эхом лекционных залов. Полдня они провели, отсиживая скучные занятия, где преподаватели обращались с ними как с хрустальными вазами - постоянно переспрашивали, всё ли понятно, и даже заранее желали успехов в предстоящем тестировании ментальной силы. В переполненной аудитории на сотни мест то и дело вспыхивали украдливые взгляды. "Команда Мечты" стала для первокурсников живой легендой - формально однокурсники, но дистанция между ними казалась непреодолимой пропастью. Они существовали в иной реальности, и всё, связанное с ними, вызывало жгучую зависть и восхищение. Синань весь день сидел, вытянувшись в струнку, боясь лишним движением разрушить этот созданный другими образ. Он и не подозревал, что в глазах окружающих - даже самых ярых завистников - их статус уже стал аксиомой. После оглашения их миссии волна студенческого протеста прокатилась по академии. Десятки требований "дать и нам такое задание" разбивались о холодную демонстрацию преподавателями материализованной ментальной силы - безмолвное, но красноречивое напоминание о пропасти между уровнями. После занятий их повели на тренировочный полигон. Когда слух о повторном тестировании "Команды Мечты" просочился наружу, толпа зевак начала расти как снежный ком. К началу испытаний собралось уже больше сотни человек. Слухи распространялись со скоростью лесного пожара: "Бегом на полигон! Команда Мечты сегодня сметёт все рекорды!" "Сы Волинь, слышал, третий день не спит - пытается догнать их показатели." "Бессмысленно. Даже месяц на материализацию - это уже гениальность." Чей-то голос вставил: "Как ему спать, когда двое с показателями за 1800 уже щёлкают способности как орехи? На его месте любой бы с ума сошёл." Эти обрывки разговоров долетали до Ли Цзоусина. Он тихо вздохнул, испытывая странную смесь сочувствия и вины к упомянутому Сы Волиню. В другом мире, без этой странной миссии, они могли бы быть просто соперниками на равных... Такой юнец, а его уже ставят на одну доску с легендарным героем и его правой рукой... Не позавидуешь. Когда весть о тестировании достигла Сы Волиня, он бросил всё и помчался к полигону вместе с соседом. Чей-то голос окликнул его по имени - и в следующее мгновение десятки глаз впились в него, словно иголки. В этих взглядах читалось всё: Сочувствие: "Бедный Сы Волинь... Его первое место ускользает, как песок сквозь пальцы" Злорадство: "Сам виноват - не стоило лезть выше головы!" Любопытство: "Интересно, сохранит ли он лицо после такого удара?" Лицо Сы Волиня стало мертвенно-бледным. Челюсти сжались до боли, но он продолжал смотреть прямо перед собой, сохраняя каменное выражение лица. Сосед, заметив его состояние, неуклюже похлопал его по плечу: — Эй, у тебя же ментальная сила 2031 единиц! Никто не сможет увеличить её более чем на 200 единиц за такое короткое время. Расслабься. — Не в цифрах дело... — Сы Волинь сглотнул ком в горле, не в силах объяснить, что гложет его на самом деле. Его взгляд приковался к пятерке у тестового аппарата. Они стояли там — высокие, статные, излучающие уверенность каждой позой, каждым жестом. По тому, как легко они перебрасывались шутками, как синхронно двигались, было видно — это не просто команда. Это единый организм. В глубине глаз Сы Волиня мелькнула едва уловимая искра — не зависти, а чего-то более сложного. Преподаватель обнулил показатели с ободряющей улыбкой: — Расслабьтесь, вы же не новички. Просто выложитесь на полную. Синань, Цзи Юй и Лин Нянь по молчаливому согласию уступили главные места Ли Цзоусину и Гу Вэньчэну. Когда трое прошли тестирование, аудитория ахнула — их показатели выросли! Немного, но факт оставался фактом. Преподаватель сиял, как ребёнок, получивший долгожданный подарок. Когда очередь дошла до двух лидеров, его голос стал почти отеческим: — Кто первый? Гу Вэньчэн и Ли Цзоусин переглянулись. Их "солнечный мальчик" решительно выдвинулся вперёд. В этот раз Ли Цзоусин знал — результат будет другим. Теперь он понимал, как раскрыть свой потенциал полностью. Его ладонь легла на сенсор с непринуждённой уверенностью. Гу Вэньчэн не удержался от подколки: — Только не опозорься перед публикой. «Главное — не перегореть», — мысленно усмехнулся Ли Цзоусин, концентрируясь ещё сильнее. Сы Волинь неосознанно сделал шаг вперёд, забыв о гордости. Цифры на экране рванули вверх: 1800... 1900... 2000... Толпа замерла. Сосед Сы Волиня забыл про приличия: — Чёрт возьми! Он действительно... Это же... Но экран не останавливался. 2100... 2150... Стрелка продолжала ползти вверх, словно не собираясь останавливаться. С момента первого теста прошло всего две недели. Когда цифры наконец замерли, Ли Цзоусин медленно отнял ладонь от сенсора. Тут же его окружили товарищи - Синань обхватил за плечи, Цзи Юй в шутку потянул за рукав, их лица светились искренней гордостью. — Чёрт тебя побери, — Синань приглушил голос, но не смог скрыть восторг. — Теперь ты просто обязан устроить нам банкет! "Небесный сад", платная зона, слышишь? Гу Вэньчэн и Цзи Юй переглянулись, подавляя смешки. Лин Нянь лишь поднял вопросительную бровь, сохраняя невозмутимость: — Что? Кажется, он пропустил какую-то важную деталь. Преподаватель дрожащими руками записал рядом с именем Ли Цзоусина цифру 2150. До исторического рекорда академии оставалось всего 150 единиц, но скорость прогресса этого студента заставила его сердце биться чаще. Настоящая жемчужина! Затем настал черёд Гу Вэньчэна. Когда экран застыл на тех же 2150, ликовала только их пятёрка. Остальные студенты замерли в оцепенении, переваривая двойной удар по своему самолюбию. В воздухе повисла гнетущая смесь восхищения и горечи. Гу Вэньчэн подошёл к Ли Цзоусину с игривым прищуром: — Ну что, чемпион, каково это — быть на вершине? Ли Цзоусин сделал задумчивое лицо: — Знаешь, самое сложное — не расслабляться, чтобы не отстать от второго номера. Их смех разлетелся по залу. Когда группа собралась идти на полигон, из толпы неожиданно выступили несколько фигур. Пятеро друзей синхронно развернулись, оценивая приближающихся. Сопровождавшие Сы Волиня сокурсники едва не плакали от страха, но из последних сил держались — ноги предательски дрожали. Сы Волинь шёл впереди, сжав кулаки до побеления костяшек. Каждый шаг давался ему с трудом, будто он шёл против ураганного ветра. — Меня... зовут Сы Волинь, — его голос дрогнул, но не сломался. Тот самый "несчастный", которого безжалостно сравнивали с легендой. Ли Цзоусин ответил лучистой улыбкой: — Привет. Эта искренность немного разрядила обстановку. Сы Волинь сделал глубокий вдох, и в его глазах вспыхнул решительный огонь: — Я хочу... — он запнулся, затем выдохнул: — Я прошу разрешения присоединиться к вашей команде. Тишина повисла как туман. Юноша с 2031 единицей психической силы стоял, покрываясь испариной, но не отводил взгляда: — Пожалуйста. Возьмите меня в свою команду. "Команда Мечты" в немом изумлении переглянулась. Разве к этому времени оставались нераспределённые? У таланта такого уровня не было группы? — Ты серьёзно? — первым нарушил молчание Цзи Юй. Сы Волинь выпрямился, и его голос наконец обрёл твёрдость: — Я готов доказать свою ценность. Позвольте мне присоединиться к вам! В его глазах горела такая решимость, что даже скептически настроенные зрители замерли в ожидании. Воздух наэлектризовало от напряжения. Этот Сы Волинь... в его глазах горела такая искренность, что казалось - он готов был пойти за ними хоть на край света. Команда обменялась красноречивыми взглядами, затем как по команде уставилась на Гу Вэньчэна. Тот тяжело вздохнул: — Ладно, разбирайся сам! Ли Цзоусин полностью доверял инстинктам протагониста — в оригинальном сюжете тот никогда не ошибался в людях. Гу Вэньчэн, ощущая тяжесть ожидания товарищей, медленно обвел Сы Волиня оценивающим взглядом и наконец покачал головой: — Извини, но наш состав уже укомплектован. Брать новичка сейчас — не лучшая идея. Искра в глазах юноши погасла, будто кто-то выключил свет. В толпе начался шепот, быстро перерастающий в возмущенный гул. Но Сы Волинь неожиданно выпрямился, и его голос зазвучал твердо: — Тогда я подожду. Я сделаю все, чтобы доказать свою ценность. Дайте мне этот шанс! Гу Вэньчэн после паузы кивнул: — Хорошо. Поклонившись с достоинством самурая, Сы Волинь развернулся и ушел — его спина говорила о решимости больше, чем любые слова. — Перспективный парень, — заметил Гу Вэньчэн, — Посмотрим, на что он способен. К вечеру слухи уже расползлись по академии. Возвращаясь в общежитие, "Команда Мечты" буквально купалась в любопытных взглядах, к которым постепенно привыкла. У самого входа их внезапно преградил путь золотоволосый юноша с глазами цвета морской волны: — Стоять! Его ангельская внешность резко контрастировала с искаженным яростью лицом. В два прыжка он оказался перед Ли Цзоусином: — Вот ты где! Ли Цзоусин театрально указал на себя: — Уверен, что ищешь самого эффектного мужчину академии? — Ты ответишь за мою сестру! — прошипел юноша. Лицо Ли Цзоусина стало серьезным: — Твоя сестра? Ошибка вышла — я не знаком ни с одной девушкой. Синань и другие подтвердили — они везде вместе, никаких девушек в окружении не было. — Вчера у источника! Ты ее домогался! — золотоволосый буквально трясся от гнева. Ли Цзоусин замер на секунду, затем рассмеялся: — Если следовать твоей логике, мне придется жениться на половине галактики. Он внезапно схватил руку Гу Вэньчэна: — Вот, я даже за руку держу. Значит, мы обручены? Гу Вэньчэн лишь саркастически хмыкнул: — Хе-хе. — Не смеши! Парни и девушки — совсем другое! — юноша покраснел до корней волос. — Ого, да ты настоящий сексист! — Ли Цзоусин сделал шокированное лицо. — Я... ты... — оппонент заикался от ярости. — Не разговариваю с сексистами, — высокомерно заявил Ли Цзоусин, — Исправишься — приходи, поговорим о сестре. С этими словами он гордо удалился, так и не отпустив руку Гу Вэньчэна. Тот покачал головой, не в силах сдержать улыбку: — Ну ты даешь, Ли Цзоусин... Казалось, для этого наглеца не существовало безвыходных ситуаций. Едва дверь комнаты захлопнулась, Ли Цзоусин буквально растаял на кровати, как подтаявшее мороженое. — Думали, ты вообще не краснеешь, — тут же начали его подкалывать друзья, прежде чем перейти к главному вопросу: — Так кто эти загадочные брат с сестрой? Лин Нянь, мастер информационной добычи, уже листал данные на планшете: — Дети академического совета. Отец — декан факультета ментальных исследований. Теперь стало ясно, как они проникли в закрытую зону источников. Цзи Юй игриво подмигнул: — Ну что, герой-любовник? Может, правда женишься? Девчонка-то ничего. Ли Цзоусин изобразил шок, достойный оскаровской премии: — И ты туда же? Настоящий сексист! Он снова потянулся к Гу Вэньчэну за "доказательством", но тот ловко увернулся, как профессиональный боксер. Цзи Юй, разойдясь не на шутку, продолжил с пафосом: — Как истинный борец за равенство, я требую справедливости! Раз уж ты не только держал Вэньчэна за руку, но и мылся с ним в одном источнике, раздевался догола и спал в двух метрах — ты просто обязан жениться на нем! Ли Цзоусин одним взглядом передал всю боль поколения. Синань и Лин Нянь, почуяв слабину, с радостью присоединились: — Да-да! Мы прогрессивные люди! Женись на Вэньчэне! Гу Вэньчэн, наслаждаясь зрелищем, важно поднял бровь: — Слышал, жених? Народ требует. — Да перестаньте дурачиться, — Ли Цзоусин сделал максимально серьезное лицо, — Мы же мужчины, в конце концов! Но чем серьезнее он становился, тем сильнее разгорались "преследователи". Автору есть что сказать: Ли Цзоусин: "Мы же взрослые мужчины! Прекратите этот балаган!" Невозмутимое лицо.jpg