Смерть для меня ничего не значит.

Мы рождены, чтобы любить, жертвовать и умирать.

Те, кто не любит - родились мертвыми.

**

Пыльные окна. Захудалое кресло и уставший детектив, развалившийся на нем. Взгляд устремляется на кухню; теперь кресло Ватсона не мешает любоваться нарко-лабораторией. После ухода Джона, на Бейкер-стрит многое изменилось. Точнее, изменился Шерлок. Угнетающее чувство собственной бесполезности поражало его участки искраметного интеллекта. Каждый вздох приносил боль в легких. Может, стоит меньше курить? Ватсон сдерживал желание вновь обрести зависимость, но сейчас его нет и Шерлок совсем слетел с катушек. Пачка сигарет уходила за день. С такими темпами его жизнь придет к ужасному завершению, но такому обычному. Шерлок не может покончить жизнь самоубийством. Не потому что его жизнь ему не принадлежит; не потому что кому-то будет больно, а потому что за его жизнь Мэри Ватсон пожертвовала своей. Пожертвовала своей возможностью видеть собственного ребенка, ради пустого и никчемного мужчины. Вот что делает привязанность с людьми: она побуждает на глупые поступки. Героизм часто можно спутать с идиотизмом. Холмсу тяжело видеть солнечные лучи Лондона, понимая, что Мэри их никогда больше не увидит, как и Рози свою родную мать. Мужчина винит себя, каждый раз понимая, что тепло солнца не согреет давно охладившее тело женщины. Шерлок держит пистолет в руке и направляет на свой висок. Дуло неприятно упирается в кожу головы. Он не выстрелит: он слишком слаб. Самоубийство — сильный поступок слабого человека. Какой бы ужасной жизнь не была: умирать от собственных рук - самый неуважительный жест по отношению к самому себе. И ведь, в эти минуты он совершенно не задумывается о брате, сестре и родителях. Майкрофт..почему же Шерлок думает о нем в самую последнюю минуту? Как настоящий старший брат, он защищал его и оберегал, как мог себе позволить. Нет, Шерлок не эгоист. Он не хочет, чтобы в отчаянной голове звучал голос Майкрофта: Шерлок не хочет его разочаровывать. После прекращения общения с Джоном, Холмс навещал детектива, даже если тот этого не желал. Упрашивал переехать к нему, дабы Шерлок не натворил глупостей. Майкрофт умудрился поставить камеры, которые в последствии сыщик заметил и выбросил. В этом и проблема: они не умеют разговаривать. Совершенно похожие в своем роде не могут ужиться на одной территории. У одинаковых полюсов магнитные поля направлены в одну сторону, и силовые линии давят друг на друга. Магниты начинают отталкиваться, чтобы их поля не мешали друг другу. Шерлок кладет палец на курок. Он не нажмет. Он не лишит себя жизни. Такой одаренный ум: мозг истинного инженера или философа, выбравший профессию детектива. Он всегда был полон загадок, как и сам Лондон. Столько нерешенных тайн, столько нераскрытых преступлений.. Холмс совсем не выходил из дома. Лестрейд предпринимал попытки достучаться до Шерлока в буквальном и переносном смысле, но все они оказались четными. Детектив не понимает их заботы, не понимает, почему они ее проявляют, скорее, даже не осознает, что это забота. Кто же сможет сотрясти голову сыщику? Только безумие. Чистое безумие. Коим и является Джеймс Мориарти. Но Мориарти давно мертв. —Смерть для меня ничего не значит,- сорвалось в ответ на бунт рациональности в голове. Губы с неприятным ощущением разминулись. Острая боль и провоточащее ранки стали напоминанием Шерлоку, что он все еще живой. Пересохшее горло першило, отчего голос мужчины стал недоузнаваемости тихим и низким. Шерлоку не помешало бы выговориться. Выговориться? Холмс быстрее назовет код для взлома Пентагона, нежели выговорится. Это не тот человек, который способен на это. Да, Шерлок может покорить и свернуть все горы, сделать невозможное возможным, но быть человеком.. Он живет в своем собственном образе, который спасает его от самоуничтожения и угнетения. Но мужчина не понимает, что это спасение обманчиво. Чем больше он запирается внутри, тем сложнее ему выбраться. Видя себя в зеркале, понимая, что от самого себя не сбежать, он ощущает, что где-то что-то ломается. Может, сердце? Он никогда не построит что-то глубокое. Он всегда будет не до конца погружен, подавляя крик счастья. Он боится быть раненым.

Равнодушие - это не преимущество, Шерлок.

Каждый день приходится смиряться со своей никчемностью, со своей бесполезностью. Лишь Джон был способен подавить эти чувства, сказав свое знаменитое и такое родное: «Блестяще!». Как же Шерлоку не хватает этого. Он хочет услышать давно позабытый голос вновь. Почувствовать объятия своего самого близкого человека. Они как будто знали друг друга с самого начала. С самого рождения. Но ушли друг от друга слишком болезненно. Слишком глупо. Неправильно. Хорошему следует заканчиваться, но почему именно хорошему? Почему кто-то или что-то решает заканчиваться хорошему или нет; почему мы сами не праве решать? В праве, только это делится на возможное и невозможное. Выбор всегда есть: просто нам не нравятся его последствия.

Шерлок сделал свой выбор.

Пистолет стреляет. Пуля с грохотом пробивает стену. Обои получают очередные повреждения. Штукатурка сыпется. Не смог.