Выпускайте Кракена

Роза устало терла уголки глаз. — Как же Фредерикс был прав, — пробормотала она. Скорпиус вопросительно поднял брови, но Роза стояла с закрытыми глазами и не видела этого. — Подштанники, — пояснил ему Альбус, вспомнив вчерашний эпизод. — Угу-ум, — протянула Роза. Скорпиус нахмурился, кажется, еще больше запутавшись в деталях — и пришлось объяснять. — Простыла вчера на тренировке, — рассказала Роза. — Всю ночь чихала, задыхалась от насморка и бегала в туалет, потому что выпила столько горячего чая, сколько не пила за последний месяц. — Выглядишь… не так плохо, — аккуратно произнес Скорпиус. Визуально Роза и правда не выглядела бледной или слабой, но Альбус отметил, что сегодня она была куда тише и спокойнее, чем обычно. — Я перед завтраком в Больничное крыло сбегала, — вздохнула Роза, наконец-то отпустив переносицу. — Кьюрторн меня накачал зельями. Симптомы прошли, но я какая-то слегка… это… жуба-жуба. Роза изобразила руками какое-то вялое подобие волны или макаронного монстра, дрыгающего своими макаронными лапками. — Жуба-жуба, — зачем-то повторил за ней Альбус. Ему понравилось, как по-дурацки это прозвучало. — Жуба-жуба, — с ухмылкой кивнула Роза, а потом прикрыла глаза и скрипуче засмеялась. Альбус тоже ухмыльнулся во весь рот. Обычно Роза заливалась в голос, когда смеялась, и эхо разносило ее хохот по всему помещению, но сейчас ее смех больше напоминал смех дяди Рона. А он смеялся практически беззвучно, пока не начинал задыхаться, поскуливать и стучать ладонью по колену, раскачиваясь назад-вперед. Скорпиус посмотрел сначала на Розу, а потом на Альбуса. Он улыбнулся, но скорее неловко. Альбус помотал головой и махнул рукой. Жуба-жубу не понять, ее надо прочувствовать. — Не верю, что я это говорю, но надеюсь, что Грейвхолт сегодня обойдется лекцией, — позже сказала Роза, когда отсмеялась и вытерла выступившие слезинки в уголках глаз. — Вообще нет сил скакать и дуэлиться. — Значит, точно будем дуэлиться, — вздохнул Альбус. — Закон подлости. — Бли-и-ин! — простонала Роза, а потом задрала голову вверх и раскинула руки в стороны: — Я намерена драться, Вселенная, слышишь? Пошли мне самого страшного и опасного соперника сегодня! Альбус прыснул. Он не особо верил в попытку Розы обмануть судьбу, запросив у нее то, чего она на самом деле не хочет, потому что работало оно как-то не так. — По закону подлости мне в соперницы должна тогда достаться Регина, — вздохнул Скорпиус. — Скорее уж мне, — сказал Альбус. Роза посмотрела сначала на него, а потом перевела взгляд на Скорпиуса. — Ты все-таки решился на разговор? — удивилась она и зашипела сквозь зубы: — Не сильно хоть влетело? Скорпиус скривился и поболтал ладонью в воздухе, как бы говоря: «Ни то, ни другое». — Она отреагировала на удивление адекватно, но было видно, что… э-э, в общем, ее это точно задело и обидело. И Скорпиус кратко пересказал свои вчерашние приключения. — Мда-а, — протянула Роза и закашлялась. — Ну, ладно, если ты извинился, со временем как-то сгладится. Дай ей остыть и переваривать. Все норм будет. Скорпиус прищурился. — Что с тобой? Где подколки, где глумливые шутки? Роза фыркнула. — Так ты правильно все сделал, зачем мне тебя подкалывать? — спросила она. — Это явно был непростой разговор, и я уважаю то, что ты решился его начать. Альбус улыбнулся и прислонился плечом к оконной раме. Это был редкий момент, когда Роза и Скорп не собачились, и он хотел им насладиться, пока все не закончится через шесть, пять… — Вот бы ты почаще болела, — сказал Скорпиус. — Может, не была бы такой язвой. …четыре, три… Роза нежно улыбнулась Скорпиусу, протянула руку к его лицу, потрепала по щеке и… тут же хлопнула по ней ладонью. …один — все! Альбус вздохнул. Эти двое просто не могли удержаться… Скорпиус стоял, подняв брови, позволяя Розе легонько хлопать себя по щеке, как иногда Альбус похлопывал Кварка по его пушистой задничке. Он ждал, когда ей надоест, но Розе не надоедало. Спасло только то, что в холл перед классом Защиты стали стягиваться остальные семикурсники, и только тогда Роза оставила Скорпиуса в покое. В холле становилось уже почти так же шумно, как в Большой зале, и Альбус поспешил накинуть на себя капюшон мантии, на котором держались слабенькие чары, приглушающие звуки. Далеко от его наушников, но интенсивность снижало. И хорошо, потому что сюда влетели Рави Сингх и Николас Пирсон, и у них сразу же завязался дружеский поединок — они встали в самый центр мраморной мозаики в центре же холла, наколдовали какие-то громадные пузыри, вскочили на них и принялись балансировать, не забывая время от времени посылать друг в друга заклинания, пытаясь сбить на пол. Урсула Морнингтон закатила глаза, когда одно из заклинаний просвистело в дюйме от ее виска и угодило в гобелен, а Томас, находившийся рядом с ней, уселся на корточки и хватился за голову, спасая первым делом свою шевелюру. Адриан Трэверс и Лиам Керриган принялись скандировать, наблюдая за соревнованием Рави и Ника. Потом к ним присоединилась Белинда Шоу, но долго веселиться ей не дала Талия Равенстоун, сделав замечание не только Рави и Нику, но и Белинде за то, что та не выполняет обязанности старосты и не останавливает происходящее. За это же прилетело Томасу, а потом эта фурия организованности заметила Альбуса, и он тоже получил свою порцию осуждающего взгляда. Альбус развел руками, зная, что сейчас кто-то опять набедокурит, и Талия переключится на нового нарушителя порядка. А точнее — на нарушителей, потому что ее внимание привлекли Арчибальд Квилл, Карл Дженкинс и Тристан Риджвуд. Они вошли в холл, громко смеясь над какой-то шуткой, которая родилась у них по пути сюда. Эмили Бутман встала в проходе, осмотрела весь этот бардак, поправила очки на носу и развернулась на пятках, решив, что не хочет участвовать во всем этом цирке — и Альбус ее понимал. А потом… пришла Регина. Альбус вздохнул, и увидел, что Скорпиус тоже напрягся, выпрямившись так, словно ему на макушку уложили стопочку книг и заставили идти по прямой линии над пропастью. Валентина и Эван держались чуть позади Регины, милуясь и перешептываясь. Забавно, что обычно эти двое ходили с абсолютно непроницаемыми лицами, но стоило им оказаться поблизости друг с другом, весь пафос спадал. Рядом с Вэл Эван мог говорить целыми предложениями, состоящими только из уменьшительно-ласкательных словечек, умудряясь преобразовать в них даже предлоги. Альбусу показалось, что их показательное сладострастье усугубляло дурное настроение Регины, а выглядела она и правда холодной и отстраненной, но при этом сфокусированной, ее взгляд не блуждал, и «не уходил» внутрь. Как хищница, она следила за всем, что происходило в холле. Рави наконец-то сбросил Ника с пузыря. Но когда он вскинул руки в победном жесте, кто-то из компашки Дженкинса лопнул пузырь под Рави. Они стояли позади и, естественно, тот никак не мог увидеть, что против него готовится такой подвох. Альбус сцепил зубы и нащупал палочку в кармане мантии на случай, если ситуация распалится. — Охренел, Риджвуд? — громко спросил Мартин Твен. Именно он и успел подставить Рави плечо, чтобы тот схватился за него, не рухнув на пол со всей силы. Анвар Хассани встал рядом с Мартином и сложил руки на груди, грозно нахмурив брови, готовый броситься с другом в драку. — А что, а? Что? — под улюлюкание Дженкинса Риджвуд стал провоцировать Мартина, приближаясь и отдаляясь, как боксер на ринге. — Сингх сам напросился! Видимо, это была месть за комментарии на квиддичном матче. Пусть Альбус и просидел всю игру в шумоподавляющих наушниках, но все равно до него донеслось несколько остроумных ремарок Рави о Тристане и его навыках капитана. Суета усилилась, перешла на повышенные тона. Роза хрустнула костяшками пальцев, забыв о своей болезненной вялости, побежала в самый центр событий, присоединившись к Мартину и Анвару. Там же вновь оказалась и Талия, так что теперь трем провокаторам приходилось держать оборону перед толпой гриффиндорцев с обостренным чувством справедливости. Все они отстаивали это по-разному: Талия выносила мозг правилами и нормами, Роза язвила и провоцировала, Мартин мог задавить моралью, а Анвар — собой, если дело дойдет до драки. Причем задавить во всех смыслах, он был самым крупным и высоким на курсе, так еще одним из лучших дуэлянтов во всем Хогвартсе. Альбус отпустил палочку и вытащил руку из кармана. — Что там? — прозвучал голос слева. Он чуть отодвинул капюшон, чтобы ответить Коре Годвин и Сатоми Като — они зашли сюда через другую арку, словно чувствовали, что тут уже что-то неладное, и стоит это обойти стороной. — Да как обычно, — лениво отозвался Альбус, сложив руки на груди. — Трио идиотов? — спросила Сатоми и, дождавшись кивка Альбуса, протянула: — Мра-ак. — Угум… Потом Альбус столкнулся взглядом с Октавианом Флинтом и чуть приподнял ладонь от локтя, приветствуя его, а тот повторил его жест. Рядом с Октавианом на подоконнике сидел его лучший друг — Киран Фарлоу. Он засунул пальцы в уши, пытаясь читать книгу, и что-то бормотал под нос, но из-за общего шума Альбус ничего не слышал. Когда Киран чуть подавался вперед, подавая тем самым знак, Октавиан переворачивал ему страницу. Вивиан Гленбрук вжалась в стенку за доспехами, чтобы не пересечься взглядом с Талией, которая, разумеется, уже развела бурную деятельность, втянув остальных старост, которые были там с ней поблизости. И не поблизости тоже. Томас, как загипнотизированный кролик, почему-то пошел к ней сам, когда она просто мельком посмотрела на него. Альбус решил игнорировать это все — если не столкнуться ни с кем взглядом, о тебе и не вспомнят. Ошибка всех тролльников, которые плохо готовятся к урокам. Он знал, что если там будет что-то действительно серьезное, его окликнет Роза, Мартин или Томас, и тогда он придет на помощь. Сейчас Альбус чувствовал, что ему нужно быть рядом со Скорпиусом в его напряженном пребывании рядом с Региной. Вэл, к слову, сделала то же самое для Регины, никак не откликнувшись на зов Талии. Хотя Альбус не исключал, что она никуда не пошла, потому что ей больше нравилось стоять в объятьях Эвана. — О-ой, — протянула Кора, вжав голову в плечи. Альбус проследил за ее взглядом. Резко стало тихо, все замерли. С его угла ничего не было видно, толпа все заслоняла, но Альбус догадался, в чем дело: пришла профессор Грейвхолт. Он понял это по тому, что Роза затихла и выпрямилась, как королевский гвардеец. Если бы случилось что-то другое, кто-то кого-то ударил бы, проклял или еще что-то подобное, она была бы уже на гребне новой волны хаоса. — Попа-а-ались, — громким шепотом протянул Эван и тут же получил тычок под ребра от Вэл. Альбус снял капюшон — сейчас точно будет тихо. Никто не решится заговорить, даже Талия не станет жаловаться и вводить в курс дела. Все просто — Агата Грейвхолт не станет разбираться. Профессор Грейвхолт не произнесла ни слова, в тишине холла был слышен лишь стук ее ботинок. Она направилась к классу Защиты, и все понуро поплелись за ней. Альбус отметил, что в классе стояли парты — значит, сегодня Грейвхолт не планировала практических занятий. Роза, вновь оказавшаяся рядом, вздохнула с облегчением, наверняка заметив то же, что и Альбус. Но они даже не успели приблизиться к партам. Один взмах палочки Грейвхолт — и пространство расчистилось, вся габаритная мебель разъехалась, встав у стенок. Роза прислонилась лбом к плечу Альбуса и тихонько застонала. — Доброе утро, класс, — отчеканила Грейвхолт, остановившись у доски. Кусочек мела уже расчерчивал на доске таблицу, куда в дальнейшем будут вписаны пары дуэлянтов, результат и количество заработанных баллов. Все уныло поздоровались. Даже не до конца одаренные интеллектом сокурсники Альбуса додумались, куда ветер дует. — У меня были другие планы на вас, — продолжила Грейвхолт, внимательно всматриваясь в каждого по очереди. — Видимо, у вас слишком много энергии? Направим ее в нужное русло. Альбус изо всех сил старался смотреть прямо, когда взгляд Грейвхолт скользнул по нему, и потому прослушал часть ее воспитательных напутствий. По общему настрою и так все было понятно. Сейчас их ждут дуэли в наихудшем формате: победитель получает баллы для факультета, а проигравший… их теряет. Если тебя выставят против талантливого дуэлянта, у тебя только один выход — выделываться. Чем лучше ты себя покажешь, тем больше дополнительных баллов ты сможешь получить, чтобы хоть немного нивелировать свой минус. Изредка некоторым удавалось даже выйти в плюс… В прошлом месяце так случилось на дуэли Анвара и Сатоми. Оба ходили в Дуэльный клуб, оба знали слабые и сильные места друг друга, так что выложились на максимум. Сатоми победила за пару секунд до того, как кончилось время боя, и ее триумф принес Хаффлпаффу много баллов за счет еще и ее мастерства, но и Анвару достались бонусы за хорошую технику. Ничья решалась по-разному. Если оба дуэлянта устроили настоящее зрелище, но никто не успел выбить другого до конца отведенного времени, баллы получают оба. Когда же дуэль на таком уровне, что обоих участников хочется просто обнять, укутать в пледик и отвести в тихую комнату, то баллов лишаются оба. Сегодня у всех был шанс принести своему факультету много баллов. И столько же шансов растерять все к черту… Папа бы вряд ли одобрил настолько жесткие рамки, по крайней мере, он точно не стал бы отнимать баллы у проигравшего. Однако Альбус отметил: с начала этого года, когда на временную замену пришла профессор Грейвхолт, показатели по Защите подскочили почти у всех. И тревога тоже… Особенно перед ящиком, куда они все по очереди принялись бросать бумажки со своими именами. Про себя Альбус называл его Ящиком раздора. Проклятый артефакт всегда выбирал тебе в соперники того, кого ты меньше всего хотел бы видеть соперником, словно чувствовал динамику группы. У кого давний конфликт, у кого свежий, кто кого бросил, кто кого боится. Тебе не убежать. Ящик знает. Роза сделала шаг Альбусу за спину, приобняла и устроилась подбородком на его плече, готовясь наблюдать за дуэлями в таком положении. Возможно, симптомы простуды вернулись или недосып начал брать свое, и ей хотелось к чему-то или кому-то прислониться, чтобы сэкономить силы. — Ну, зато только пять минут отмучиться, — шепотом сказала Роза. Альбус кивнул. Плюс такого формата урока был в том, что дуэли долго не длились. А минус… ты мог сойти с ума, ожидая, пока Ящик раздора наконец-то соизволит выплюнуть твое имя. Дверь класса распахнулась. Все, кроме Розы, повернули головы — она выбрала стоять, опираясь на Альбуса, тем самым заслоняя обзор и ему. — Ой… извините за опоздание! — Вы нас задерживаете, мисс О’Коннелл, — отчеканила Грейвхолт, вздернув подбородок. — Шустрее! Совершенно бледная Нейв О’Коннелл поспешила к Ящику раздора, преследуемая взглядами всех присутствующих. Альбус заметил, что ее руки подрагивали, когда она схватилась за перо, чтобы написать на клочке пергамента свое имя. Ящик буквально сожрал эту несчастную бумажку. Будь Альбус помладше и повпечатлительнее, возможно даже нафантазировал бы, что Ящик мог рычать, обжигать и бросаться на твою руку, как озлобленная кошка. Все взгляды сейчас были на нем. Грейвхолт открыла крышку и оттуда выпорхнула бумажка. Она была сложена в какую-то простую фигурку-оригами, но в полете развернулась. Роза то ли хихикнула, то ли икнула Альбусу на ухо, но он не успел спросить, в чем дело. — Роза Грейнджер-Уизли, — объявила Грейвхолт. А. Вот оно что. Роза специально сложила пергамент так, чтобы он отличался от остальных клочков? Уголки губ Альбуса дрогнули. Всего лишь на секунду раньше, но Роза стала первой, кто узнал о своем статусе — даже быстрее Грейвхолт. Вряд ли за это время она сумела бы придумать какой-то план, но она не дала застать себя врасплох, захватила кусочек контроля там, где могла это сделать. Кто-то другой сказал бы, что это мозги тети Гермионы, но Альбус знал: нет, это передавшаяся Розе смекалка дяди Рона. — Удачи, — в один голос шепнули Альбус и Скорпиус. Роза отлипла от Альбуса и, отбросив волосы назад, решительным шагом направилась в центр класса. Воздух в помещении сгустился. Все оценивали, смогут ли они выстоять против Розы. Альбус навскидку мог перечислить пару-тройку имен, кто мог переиграть Розу и еще около пяти-шести, кто способен продержаться и выйти с ней в ничью. Себя он причислял скорее ко вторым. Остальным должно очень-очень повезти, чтобы случилось чудо. Профессор Грейвхолт уже потянула руку к Ящику, как вдруг… — Апчхи! Альбус поджал губы и нахмурился, наблюдая за тем, как Роза отфыркивается после своего же чиха. Да уж, сегодня шанс на чудо был у многих… — Будьте здоровы, мисс Грейнджер, — равнодушно произнесла Грейвхолт. — Грейнджер-Уизли, профессор, — поправила Роза. Скорпиус пискнул, как карликовый пушистик и, повернув голову к Альбусу, спросил одними губами: — Она бессмертная, что ли?.. Перед глазами встал гороскоп Присциллы. Она как раз напророчила знаку Розы всяческие неуспехи, проигрыши и несчастья. Альбус перевел взгляд обратно на Розу. Она держалась прямо и ровно, не ежилась под прямым взглядом Грейвхолт, смотрела ей в глаза. Хм-м… а это могло быть частью тактики?.. Додумать Альбус не успел, потому что наконец-то объявили имя соперника Розы. — Урсула Морнингтон. А точнее, соперницы. — О-хо-хо! — довольно протянула Роза и пару раз демонстративно хлопнула в ладоши. — Потрясающе! Урсула хмыкнула и достала из кармана заколку чтобы заколоть ею челку. Все остальные выдохнули. Урсула тоже была сильной дуэлянткой, и как раз Альбус причислял ее к тем, кто может сыграть с Розой в ничью, а в каких-то случаях даже обыграть. Урсула вышла в центр комнаты и приблизилась к Розе, которая от нетерпения уже перекатывалась с пятки на носок. Профессор Грейвхолт вытащила карманные часы на цепочке, готовая начать отсчет времени. — Палочки! — приказала она девочкам, преследуя взглядом секундную стрелку. Роза и Урсула поклонились друг другу и вытащили палочки. Профессор Грейвхолт уже начал тянуть руку, вверх, как вдруг!.. — О! А у тебя еще есть такие? — вдруг спросила Роза у Урсулы, указав на ее заколку. Скорпиус опять пискнул, а Альбус подавил нервный смешок. Брови Грейвхолт взлетели вверх, а по классу побежал шепот. То тут, то там Альбус слышал фырканье, хмыки, нервное хихиканье и цоканье языком. Урсула, надо отдать ей должное, не растерялась. Уголок ее рта дернулся, она потянула руку к карману и… действительно достала несколько заколочек, и даже дала их Розе, чтобы та тоже смогла убрать волосы у лица. У Альбуса появилось время додумать свою мысль. Складывалось ощущение, что Роза… пыталась захватить пространство? Нет, скорее… атмосферу?.. Это бунт даже не против Грейвхолт лично, сколько борьба с ощущением скованной тревоги. Сложно сражаться, когда ты думаешь только о том, что на тебя все смотрят, что каждое твое движение, каждое заклинание оценивают. И совсем другое дело, когда ты переизобретаешь свою роль, выводя ее в какое-то привычное для себя поле. В этом случае — клоунесса класса. Альбус пока не мог сказать наверняка, так ли это, осознанный ли это шаг, или он присваивает Розе свои стратегические навыки, но заметил интересное: они обе расслабились за эти доли секунды, пока Роза убирала мешающие прядки. То есть… правда — обе. И Роза, и Урсула. Мало того, в остальной класс это тоже слегка попало. Напряжение сменилось интересом. Две квиддичные капитанки, две соперницы, у которых матч через неделю, а они обмениваются заколочками, как лучшие подружки, и переглядываются так, словно читают мысли друг друга. — Целуйтес-с-с, — услышал Альбус тихий голос Рави. Все, кто стоял поблизости, попрятали улыбки в ладони. Морок тревоги и правда ослабевал. Альбусу так точно задышалось легче. Наконец-то дуэль началась. Альбус бросил быстрый взгляд на свои часы, засекая начало дуэли. «9:09» И Роза, и Урсула атаковали одновременно — лучи заклинаний столкнулись и поглотили друг друга, даже не срикошетив никуда. Потом Роза сделала выпад — простое обезоруживающее заклинание. Оно столкнулось с щитом Протего. Замораживющее заклинание — тоже мимо, Урсула его отвела. Еще одно такое же — и снова отбила. И еще раз… Что за?.. Урсула поскользнулась, едва не утратив равновесие, но сумела сгруппироваться и отскочить чуть левее — туда, где пол не покрылся льдом. Оказывается, все это время заклинания Розы улетали вниз и наращивали скользкую корку на паркете. Роза торжественно ухмыльнулась, но на этом потеряла атакующую позицию. Теперь Урсула наступала, а Розе приходилось защищаться. Альбус обхватил себя руками и прикусил губу. В атаке Роза однозначно чувствует себя увереннее, чем в защите… Невербальным заклинанием Урсула подпалила мантию Розы. Альбус заметил короткое движение палочки и взгляд Розы, направленный вниз — она собиралась потушить себя, но в последний момент она почему-то сделала выпад, атаковав Урсулу. Мантия все так же продолжала гореть, но… не гореть. Иллюзия. Альбус прищурился и вытянул вперед шею, всматриваясь в огонь. Если бы он сам не видел своими глазами, что Роза продолжает скакать, как горная козочка, абсолютно игнорируя происходящее с ее одеждой, не смог бы отличить пламя от настоящего. Оно даже ползло очень естественно, не огромным масштабным кострищем, а прижимаясь и прилипая к поверхности, почти нежно трогая ткань. Почему-то пришла ассоциация с горящими шторами. Урсула понимала физику пламени, чтобы настолько реалистично его исполнить. Роза, вероятно, на одной только чуйке решилась на смену тактики. А может, ощутила, что пламя не причиняет ей боли. Хотя при такой убедительной иллюзии мозг ведь мог и обмануться, послав телу команду страдать и корчиться… Сейчас Роза походила на элементаль огня, но чем больше она атаковала Урсулу, тем слабее становилось пламя. Не хватало концентрации, чтобы поддерживать морок. И вдруг!.. Что-то черное подкралось к Урсуле и обхватило ее шею. Ее рот приоткрылся, а глаза распахнулись в испуге. Она подняла руку и вцепилась в черноту, пытаясь отвести ее от своей шеи. У Розы на висках аж жилки выступили, настолько она была сосредоточена, и рука, сжимающая палочку, дрожала от напряжения. Тоже иллюзия — Роза пыталась внушить Урсуле, что ее душит ее же тень. Альбус отметил, что когда Урсула прибегла к обману, ее так не выламывало от напряжения, как Розу. А вот Розе явно было тяжело поддерживать эту картинку, и… да. Вот она и отпустила. Урсула согнулась, одной рукой схватившись за шею, а другой взмахнула, и тот каток, который Роза наколдовала в начале дуэли, отодрался от пола и собрался в большую острую сосульку. Роза отбилась от нее, расплавив ее огнем, а всю воду попыталась плеснуть Урсуле в лицо. Не вышло. Урсула остановила всплески воды и заморозила их обратно, и эти маленькие ледяные иголочки полетели к Розе. Но Роза устала перекидываться одним и тем же, пусть и трансформированным объектом, поэтому перенаправила его — и все иголочки повтыкались в стену, как дротики. Секунда — и они взмахнули палочками одновременно, чтобы… — О-ой, — протянула Кора Годвин. Кто-то из парней присвистнул. Такого исхода никто не ожидал. Девчонки обезоружили друг друга — их палочки просто выскочили из рук. Альбус растерянно заморгал — подобного он еще не видал. Слишком маленькая вероятность такой синхронизации. — Одна минута! — объявила Грейвхолт. Пару секунд Роза и Урсула напряженно пялились, просчитывая, куда отлетели палочки, в какую сторону броситься. Им явно дали понять — дуэль еще не закончена. Продолжайте. Вроде как у Урсулы более выгодное положение, ее палочка лежит на виду, когда как палочка Розы куда-то закатилась. Наверное, они сейчас просто обе бросятся к той, которую видно. Но девочки удивили. И не только Альбуса… Они побежали навстречу друг другу, и… просто сцепились. Как дикие кошки, хватаясь за волосы и царапаясь. При том что Роза была выше на полголовы, но Урсула по отчаянности ничуть не уступала. Билась, как могла. Альбусу почему-то в голову пришел образ мангуста. Потом кто-то кого-то повалил на пол, и они покатились по нему, пинаясь, толкаясь и вереща. — Ебитес-с-с! — протянул Рави уже чуть громче, чем полагалось. Но его возглас утонул в шуме — все опешили, забыв про атмосферу Страшного суда, которая царила тут еще пять минут назад, когда увидели, как две сильные волшебницы начали драться, как магглы. — Время! — объявила Грейвхолт. Альбус снова бросил взгляд на свои часы. Хм-м, интересно… Роза и Урсула мигом расцепились. Они поднялись с пола, обе тяжело дышали. У Розы был разбит нос, а у Урсулы рассечена губа. Ее прическа распалась, косички расплелись. Какие-то заколочки остались валяться на полу. Но несмотря на потрепанный вид, ни одна из них не походила на пострадавшую и поигравшую. Если бы их не остановили, драка бы еще шла полным ходом. — Как самочувствие, девушки? — спросила Грейвхолт. — Потрясающе. — Блестяще. Роза и Урсула одновременно улыбнулись окровавленными ртами, уставившись друг на друга в упор. Маньячки… Альбус не удивится, если окажется, что они еще кайфанули от своей драки. Роза так точно. А судя по тому, что Грейвхолт остановила их на минуту позже, чем должна была, ей это зрелище тоже понравилось. Ну, или как минимум такой ход показался любопытным. — Почему вы продолжили сражаться без магии, мисс Морнингтон? Урсула попыталась вытереть губы. — Она не дала бы мне добежать до палочки, — пояснила она, кивнув на Розу. — Время подходило к концу, драка так или иначе состоялась бы, а я… хотела насладиться ею подольше. Послышались смешки. Краем зрения Альбус заметил, как Томас закинул руки за голову, явно довольный ответом своей подруги. — Мисс Грейнджер? — Грейвхолт повернула голову к Розе, и быстро добавила: — Уизли. Что насчет вас? Почему вы выбрали такой варварский подход? Эти вопросы — полупровокация. На самом деле так Грейвхолт проводила разбор полетов, чтобы убедиться, насколько студенты понимают, и свои ошибки, и свои успешные выходки. — Да прост не выспалась, профессор! — ответила Роза. Роза, блин! До этой секунды Альбус был уверен, что это прибыльная ничья — обе получат свои баллы, но сейчас Розе могло достаться за неуместные комментарии. «Это первый прецедент, до этого мы ни разу не обсуждали, допустимо ли размахивать кулаками, и по каким критериям это будет оцениваться», — мысленно отрепетировал он. — «Если правило не проговаривали, значит, разрешено все, что не запрещено». Обычно тот, кого обезоруживали, либо сдавался, либо пытался добраться до своей палочки. Подобных же драк еще случалось. Альбус был готов вмешаться и озвучить это в случае, если профессор решит завалить кого-то из девчонок, или вовсе сразу обоих. К счастью, обошлось. Видимо, дуэль и правда впечатлила Грейвхолт, пусть закончилась не так красиво, как обычно было принято. Хорошо, вслух произносить ничего не пришлось. Альбус перевел дыхание. И Гриффиндор, и Рейвенкло получили баллы. Несколько дополнительных получила Урсула за мастерски созданную иллюзию, а Роза за то, что так быстро ее разоблачила, не потратив драгоценные секунды на тушение того, чего не существует. Пока Роза и Урсула обрабатывали свои ранки и ссадины настойкой бадьяна, Грейвхолт кратко подвела итог, чтобы закрепить в головах студентов несколько фактов о поддержке иллюзии, и о том, как можно бездарно потратить время, если не уметь вычислять обманки. Роза и Урсула пожали друг другу руки, а потом направились в противоположный конец класса, и… Мерлин, там были стулья!.. Альбусу тоже хотелось поскорее оказаться там. Обе устало опустились на стулья. Роза вытянула ноги, откинувшись на спинку, а Урсула притянула колено к груди, обхватила руками и улеглась на него подбородком. До конца пары они могли больше ничего не делать — лишь отдыхать, наблюдать и отвечать на вопросы, обращенные ко всему классу. Все-таки, Присцилла ошиблась. С небес на землю пока никого не спустили. Роза хоть и выглядела уставшей, но точно не грустной и не разочарованной. То же самое касалось и Урсулы. — Мда, выпустили девки пар, — пробормотал Николас Пирсон. — Угу-ум, — активно закивала Белинда. Скорпиус фыркнул, а Альбус почувствовал, как у него дернулись уголки губ. Пар, может, и выпустили, но их поединок еще не закончился. В следующую субботу на матче Рейвенкло и Гриффиндора выявится истинная победительница. Если подумать, неплохой прогрев перед матчем получился. Слухи про дуэль Розы и Урсулы точно поползут вот уже буквально через час с небольшим, когда они все покинут класс. Тем временем, Ящик раздора снова открылся, Грейвхолт вытащила бумажку. — Октавиан Флинт. Ух, нормально. Октавиан практически безобидный. Но наседать на него со слишком агрессивными заклинаниями как-то… все равно что котеночка избивать. Альбус поймал его взгляд и немного приподнял кулак, как бы говоря: «Давай, держись, ты сможешь!». Видит Мерлин, этот парень создан для целительства и заботы, а не беспощадной атаки… Ему и предмет этот был нужен для другого — чтобы знать, как расколдовывать, распутывать нити проклятий, защищать. Когда Грейвхолт пришла сюда со своей боевой магией, у Октавиана начала съезжать успеваемость, когда как при папе он был одним из лучших студентов — особенно по части теоретических знаний и всяких тонких нюансов. Еще одна бумажка выпорхнула наружу. Альбус услышал шепот мольбы — в качестве соперника Октавиан был предпочтителен для многих здесь, если не для всех. — Киран Фарлоу. Кроме него… Ох-х-х. Альбус выдохнул через нос и прикрыл глаза, чтобы просто не видеть несчастных взглядов двух лучших друзей, которым выпала такая подстава. Ящик раздора не щадил никого. Он почувствовал, как Скорпиус тронул его рукав, и открыл глаза. Увидев его абсолютно остекленевший взгляд, Альбус сглотнул, а потом пожал плечами. Оба подумали об одном и том же, и оба не смогли бы дать ответ, даже если бы сейчас была возможность переговариваться. Если Ящик раздора поставит их друг против друга, они не будут знать, что делать. Сначала Альбус подумал, что стоит внимательно смотреть, как поведут себя Октавиан и Киран, чтобы было, от чего оттолкнуться, но, когда Грейвхолт объявила старт… ох. По-человечески просто было их очень жалко. Если за схваткой Розы и Урсулы наблюдали, как за профессиональной квиддичной игрой, где квоффл пасовали миллион раз в секунду и нельзя было даже моргнуть, то Октавиан и Киран тянули время, прежде чем выбрать заклинание и произнести его вслух. И Альбус знал, что дело не в отсутствии у них знаний, нет. Просто парни не хотели навредить друг другу. Интересно, а есть ли опция отказаться от дуэли с кем-то? Кажется, этого тоже еще пока никто не делал… Очередной неудачный выпад Кирана. Казалось уже, что он даже прицелиться в Октавиана не мог. Или?.. Да — вот и тактика. Октавиан тоже ее подхватил: они начали охотнее произносить заклинания, но мазали мимо друг друга, попадая в основном в мебель и стены. Краем зрения Альбус заметил, как Скорпиус покачал головой. — Ничья с минусом, — тихо сказал Альбус, приблизившись к его уху. Грейвхолт точно заметит эту хитрость и отчитает. — Угум, — отозвался Скорпиус. Отведенные пять минут длились, длились, длились, длились… Альбус бросил взгляд дальше, сквозь поле боя, и увидел, как Урсула что-то прошептала Розе, а та скривилась и закивала. Девчонки, наверное, тоже делали свои прогнозы на исход дуэли. Октавиан сделал взмах палочкой, собираясь вновь ударить в пространство рядом с Кираном, но что-то пошло не так — они не скоординировались, и луч ударил прямо в грудь Кирана, отбросив его к стене. Киран врезался в доспехи, едва не уронив их, но сам удержаться на ногах не смог. Его здорово приложило. Кто-то в толпе вскрикнул. У Альбуса что-то сжалось в груди, когда он увидел, как в каком шоке распахнулись глаза Октавиана. Абсолютно серый, он просто застыл, почти не моргая. — Время! Несколько секунд ничего не происходило, а потом Октавиан бросился к своему другу, чтобы помочь ему подняться. Грейвхолт в своей манере принялась отчитывать парней за амебность, но Альбус пропустил часть ее речи, наблюдая за Октавианом. Ему показалось, что тот одними губами спросил у Кирана: «Зачем?», а тот в ответ дернул плечом, а потом поморщился от боли. Выходит, Киран специально подставился?.. Альбус чертыхнулся, осознав, что не засек начало дуэли. У него сложилось впечатление, что она опять продлилась дольше необходимого, но в этом случае если Грейвхолт и затянула, так это чтобы расшевелить Октавиана и Кирана. В итоге, предсказание Альбуса почти воплотилось. Несмотря на то, что формально победа была за Октавианом, но баллов лишился и он, и Киран. Значит, в плюсе пока только Гриффиндор. Заработанные Урсулой баллы для Рейвенкло почти обнулило поражение Кирана — остались только ее бонусы за зрелищность. Слизерин в минусе. Но, честно говоря, Альбус больше переживал за Октавиана. Пусть они не были близкими друзьями, но некая взаимная приятельская симпатия присутствовала. Ладно, хотя бы они оба выглядели целыми. Октавиан и Киран присоединились к Розе и Урсуле в другом конце класса. — Рави Сингх, — объявила Грейвхолт. Тоже не самый сильный дуэлянт. Он ловкий и выносливый, может долго скакать и отбиваться, но если ему достанется кто-то из «монстров», то… — Тристан Риджвуд. Да твою же!.. Рави конец. Альбус едва не выругался вслух, наблюдая за тем, как Риджвуд ленивым движением сбрасывает с плеч мантию, чтобы та не путалась и не мешала. Мало того, что он устроил Рави подставу на перемене, так еще и здесь уничтожит. Альбус вновь бросил взгляд через поле боя, и увидел, как прищурилась Роза, глядя на Риджвуда. Урсула тоже выглядела напряженной. — Уйдем в минус, — прошептал Скорпиус. Альбус кивнул. Ладно, ничего. Даже если на дуэлях Слизерин много потеряет, это восполняемо. Следующей парой будет Уход за магическими существами, а Хагрид обычно щедр на баллы, Альбус сможет что-то откатить. Даже издалека было слышно, как сглотнул Рави. Альбус порадовался, что это был единственный видимый нервозный признак. Слишком уж Тристан выглядел торжествующим, как будто бы он уже выиграл, хотя ему просто «повезло» в жеребьевке, не более. Какая-то часть Альбуса хотела, чтобы сегодня сценарий и алгоритм сломались, и неожиданное поражение стерло с кукольного холеного лица эту самодовольную ухмылку… Но нужно вернуться в реальность. Риджвуд довольно силен. Альбус с ним никогда не сражался, но зато билась Роза, и та ничья в начале учебного года далась ей непросто. Риджвуду, конечно, тоже было с ней трудно, но все равно… Единственным благоприятным исходом для Рави будет, если он сможет продержаться до конца времени. А небольшой шанс был: дыхалка, которая позволяла Рави комментировать многочасовые квиддичные матчи, срабатывала и там, где требовалось много бегать и отскакивать. Профессор Грейвхолт следила за секундной стрелкой и уже готовилась поднять руку. — Постараюсь быть нежным, — произнес Риджвуд, — чтобы ты успел выздороветь к следующей субботе. Какой матч же без твоих комментариев, Сингх? Хотя это было обращено не ему, но Альбус почувствовал, как у него застучала кровь в висках. Дружки Риджвуда хмыкнули. А Рави… улыбнулся. — Здорово, что к тебе вернулась уверенность, Тристан, — проговорил он своим «профессиональным» тоном, каким комментировал матчи, — после того, как наша новенькая вырвала снитч у тебя из-под носа. Ох-х! Альбус почувствовал, как губы сами собой расползлись в улыбке, и увидел через «арену», как переглянулись Роза с Урсулой. Скорпиус тоже фыркнул, ведь той самой новенькой была Бонни Эдвардс, которую он взял в этом году в команду. Риджвуд сжал зубы и нахмурился. Было видно, что слова Рави его задели. Он атакует, как только Грейвхолт объявит старт. Альбус надеялся, что Рави сможет выдержать этот напор… И!.. Риджвуд тут же сделал выпад, никто даже моргнуть не успел. Вспышка. Грохот металла. Вскрик. Кровь. Звук падающего тела. Покатившаяся по полу палочка. Альбус зажал руками рот, во все глаза уставившись на происходящее. Кто-то из девчонок вскрикнул. Скорпиус схватился за плечо Альбуса. Альбус с трудом заставил себя поднять взгляд, чтобы увидеть абсолютно круглые глаза Розы. Она тоже не ожидала такого исхода. Да никто не ожидал… В том числе и сам Рави. Он так и стоял с поднятой палочкой и, почти не моргая, смотрел, как Грейвхолт хлопочет над бессознательным телом Риджвуда. Только когда кровь, стучащая в висках, перестала быть такой громогласной, Альбус смог сосредоточиться, чтобы разобраться, как это все, черт возьми, случилось. Видимо, Рави хватило мозгов или чутья, чтобы предсказать атаку Риджвуда в самую первую секунду старта. Он смог отбить заклинание — и оно улетело обратно. В Риджвуда оно не попало, зато разгромило рыцарские доспехи за его спиной, и алебарда, которую они держали… упала. Прямо на Риджвуда. Это было настолько нелепо, что почти чудовищно. Даже то, что Риджвуд перед дуэлью сбросил с себя мантию, оставшись в рубашке, подчеркивало весь этот пиздец, потому что белая ткань мигом окрасилась в красный. В тишине всеобщего ахуя было слышно, как шипит настойка бадьяна, которую Грейвхолт лила на рану. И снова Альбус поймал себя на том, что не может отвести взгляд, и будет видеть все это мясо, даже если закроет глаза. Раздался страдальческий стон. Тристан Риджвуд пришел в сознание и зашевелился. Альбус выдохнул, и услышал, как несколько человек рядом с ним сделали то же самое. Он буквально заставил себя отвести взгляд, чтобы посмотреть на остальных. Друзья Тристана переминались с ноги на ногу, готовые броситься вперед: то ли подхватить друга, чтобы помочь ему подняться, то ли атаковать Рави. Талия прижала ладонь ко рту. Белинда вся побледнела, широко распахнув глаза. Регина стояла, сложив руки на груди и кривила губы. Вэл отвернулась от места боя, уткнувшись в плечо Эвана, а тот гладил ее по спине и что-то тихо говорил. Наверное, пересказывал, что происходит, потому что ей было страшно смотреть. Другие девушки тоже старались отвести взгляд. Кора, Вивиан и Нейв — одни из них. Сатоми же наоборот наблюдала с интересом, склонив голову на бок. Видимо, участие в Дуэльном клубе тренировало некоторую устойчивость. Но Альбус быстро отмел эту мысль, когда взглянул на Анвара. Тот, как и многие девчонки, тоже старался не смотреть на раненного Тристана. Мартин рядом с ним нервно перекатывался с ноги на ногу, а Лиам тянул шею, чтобы разглядеть то, что заслоняла фигура Грейвхолт. Риджвуд опять что-то простонал и попытался приподнять голову. Рана, судя по всему, затянулась, но рубашка так и осталась пропитанной кровью. — Поднимайтесь, мистер Риджвуд, — сказала Грейвхолт, — вы уже в порядке. — Мда уж, сомневаюсь, — тихо прокомментировал Эван. — Мистер Сингх? — позвала профессор. — Поздравляю с самой быстрой победой в этом году. По классу вновь пошли шепотки. Рави вспомнил, что должен моргать, и наконец-то опустил палочку. — Ч-что? — пробормотал Риджвуд, сумев приподняться на локтях. — Я же еще не… — Ваша дуэль окончена, мистер Риджвуд, — отчеканила Грейвхолт, не дав ему договорить. — Не отнимайте время у своих однокурсников. Хотя всего несколько минут назад Альбус мечтал, что какое-то чудо сотрет с лица Риджвуда его самодовольство, но такое поражение… перебор.  Но, прокрутив в голове произошедшее, Альбус понял, что в этом нет никакого нарушения. Пусть Рави победил абсолютно случайно, но это попадало в установленные рамки. Пока он думал, едва ли не пропустил разбор полетов. Грейвхолт распиналась, что нельзя недооценивать среду — в реальном мире никто не будет очерчивать безопасную арену для сражений. Любой объект на поле боя может стать и укрытием, и оружием. Все это время Тристан растерянно моргал, словно только-только пробудился ото сна. Кажется, он еще не до конца осознал происходящее. Альбус видел, что во время монолога Грейвхолт Рави несколько раз пытался открыть рот, чтобы вставить слово, но так и не решился. Возможно, хотел сказать, что все это вышло случайно? Собирался оспорить свои же заработанные баллы? Или?.. — Профессор! — вмешался Карл Дженкинс. — Мы все видели, что Сингх его спровоцировал! Альбус закатил глаза, едва не цокнув языком. Профессор Грейвхолт улыбнулась ему почти нежно — и от этого стало еще жутче. — Мистер Риджвуд, — проговорила она, глядя при этом на Дженкинса, — вы ведь находитесь в здравом уме и твердой памяти сейчас? Тристан опешил и ответил с небольшим опозданием: — Ну… да. Грейвхолт медленно повернула голову к нему. — Тогда почему повелись на такую детскую и невинную провокацию? — спросила она. — Или это лишь допущение вашего… приятеля? О-о-о!.. Альбус снова встретился с глазами с Розой, и увидел на ее лице отражение тех же ощущений, которые испытывал сам. Наблюдать за тем, в какую ловушку Дженкинс ненароком затащил своего дружочка, было одновременно и приятно, и больно. Точно не хотелось бы оказаться на их месте. Скажешь, что повелся на провокацию — дурак, подумать, что ли, не мог? Скажешь, что не повелся, а оно само все как-то вышло — как же так получается, что у тебя совсем нет никакого контроля? Где твоя субъектность? И хотя Альбус надеялся, что не окажется в подобной ситуации, все равно начал крутить в голове варианты, как бы он ответил на месте Тристана. Иронично, но признание ошибки в этой ситуации выглядит наименьшим злом. Поспешил, сделал неправильный шаг, не успев сообразить, что резкая атака считается соперником — вот как-то так. Не акцентировать внимание на обидках, подколках и провокациях. Тогда больше шансов, что разговор пойдет в сторону уловок и предсказуемого поведения, а не разбора личных драм. Да, наверное, это лучший вариант. Но, видит Мерлин, Альбус не хотел бы проверять это на своем опыте. Зато представилась возможность увидеть, как сработает вариант, выбранный Риджвудом… — Вы же понимаете, что это случайность? — он пытался выдавить непринужденную улыбку, но получился почти оскал. — Профессор, может, мы могли бы начать сначала или?.. — У вас было время, чтобы проявить себя, мистер Риджвуд, — отрезала Грейвхолт. — Пожалуйста, займите свое место. Последняя фраза прозвучала почти как: «Знай свое место, щенок». Хотя Альбус не всегда считывал двойные смыслы, трактуя все буквально так, как оно произнесено, но здесь посыл был очевиден даже ему. Никто не решился спорить, хотя краем зрения Альбус заметил, что Дженкинса всего перекосило от несправедливости. Рави сел неподалеку от Розы и Урсулы, а Риджвуд пошел к самым дальним местам за спинами всех проявившихся дуэлянтов. Альбус подумал, что оттуда удобнее всего смотреть волком на окружающих и дуться. По крайней мере, именно таким выглядел Риджвуд. Слизерин отыграл потерянные баллы, а Хаффлпафф ушел в минус. Тем временем, Ящик раздора выплюнул очередную бумажку. Брови Грейвхолт взлетели вверх, а уголок рта дернулся. — Что ж, мистер Дженкинс, поздравляю, — произнесла она, подняв клочок с его именем, — теперь и вы получили пространство для самовыражения. У Альбуса аж мурашки по коже пошли от этой формулировки. И это были мурашки удовольствия. Если Риджвуду на каком-то уровне еще хотелось посочувствовать, то Карлу Дженкинсу — нет. Никогда. Альбус сунул руку в карман и скрестил пальцы, надеясь, что Ящик раздора выберет его соперником Дженкинса. Уже давно хотелось заехать Карлу, и в рамках дуэли это можно было провернуть безнаказанно. Конечно, есть и другие пути, но Альбус не хотел марать руки. В его позиции репутация задиры невыгодна и доставит больше проблем, чем бонусов. Когда ты квиддичный капитан или президент Дуэльного клуба — это одно. Но редакторов такие качества не очень красят, а то и вовсе подрывают доверие ко всему изданию. Но как же, блин, хочется этого упыря размазать!.. — Талия Равенстоун, — произнесла профессор. Эх, не судьба… Альбус вытащил руку из кармана и повернул голову, почувствовав на себе взгляд Скорпиуса. — В другой раз, — одними губами произнес Скорпиус и улыбнулся. Альбус тихонько фыркнул и кивнул. Сражение Карла и Талии тоже могло быть… интересным. Вот уж кто, а Талия точно не станет играть против правил, искать лазейки и выкручиваться, а значит, в случае проигрыша или какой-то неудачи Дженкинс не сможет ничего вякнуть в ее сторону. Даже педантичность дяди Перси проигрывала перед Талией Равенстоун, а Роза иногда шутила, что ее должны были распределить не в Гриффиндор, а создать отдельный пятый факультет с всегда открытыми форточками, чтобы хоть немного снизить градус душноты. Хотя Альбус мог существовать с Талией Равенстоун в одном пространстве и даже умудрялся в каком-то смысле с ней «ладить», но с такой соседкой жить ему бы не хотелось, так что он не завидовал Розе. И все-таки в этой дуэльной паре Альбус был целиком и полностью на стороне Талии, хотя тут было сложно что-то предсказать. Талия и Карл оба из среднячков, большого дисбаланса сил тут не наблюдалось. Пока что у Альбуса было два прогноза: Дженкинс либо попытается повторить ход своего дружочка, чтобы продавить линию их компании, либо наоборот начнет действовать назло, используя в бою окружающие предметы. Если бы Альбус стоял на месте Талии, первые секунды отдал бы Дженкинсу, чтобы понять направление мысли, а уже потом начал действовать по ходу дела. В любом случае, выставленные щиты в начале битвы лишними не будут. Грейвхолт объявила начало дуэли. И!.. — Протего! — крикнули дуэлянты. Видимо, Дженкинс тоже решил действовать по наитию, скорее реагируя на действия Талии? Интересно... На всех предыдущих уроках Альбус внимательно следил за Дженкинсом, подмечая его привычки, и запомнил, что тот обычно предпочитал задавать темп и давить напором. А, вот и оно. Как раз это Дженкинс и стал делать. Талия сосредоточено отбивалась, но при этом пятилась назад. Дженкинс пытался прижать ее к стенке, ограничить пространство для маневра. Альбус сжал кулаки и стиснул зубы от напряжения. Он надеялся, что Талия заметит, что ее загоняют в ловушку. Она уже почти уперлась спиной в стену. Дженкинс сделал очередной взмах палочкой. Альбус подумал, что Талия снова попытается защититься, но она почему-то прыгнула вперед. И хорошо, потому что Дженкинс повалил книжный шкаф туда, где она только что стояла. Дженкинс сцепил зубы, явно раздосадованный, что его уловка не сработала. Он попробовал притянуть другие предметы мебели, но Талия успешно их отодвигала, а один из стульев и вовсе запустила обратно в Дженкинса. Забавно, что даже в бою Талия аккуратничала, и все шкафы с партами, летевшие в нее, она останавливала и расставляла чуть ли не по линейке, и только тот последний стул бросила, как будто бы разозлилась, что ее порядок опять пытаются нарушить. Едва Альбус подумал, что ей бы эту энергию перенаправить и ударить по Дженкинсу, как Талия начала это делать. И оказалось… О! Порядок все же имел смысл. Талия расставила предметы так, чтобы самой помнить, где что находится. Она атаковала Дженкинса, почти не оборачиваясь, не сверяясь. Казалось, что у нее на затылке возникла дополнительная пара глаз, настолько точно объекты летели туда, куда требовалось. Дженкинс уже запыхался, но пока еще держал ритм, пусть и принял защищающуюся позицию. Альбусу понравилась тактика Талии, и теперь он хотел, чтобы она победила не только потому что всей душой желал проигрыша Дженкинсу, а из-за элегантности подхода. Это как привести в порядок рабочее место, подставив все нужное под траекторию рук, чтобы не отвлекаться на поиск нужной вещи взглядом, а просто хватать и делать, не прерывая мысль. Дженкинс, кажется, тоже просек ее стратегию, и попытался сломать алгоритм. Он перешел на обычные боевые заклинания. Но все равно было видно, в каком он сейчас напряжении, весь покраснел от усердия, пытаясь вернуть себе контроль. Вышло только выровняться с Талией, обмениваясь заклинаниями. Дуэль превратилась в стандартный цикл: он отбивает и атакует — она отбивает и атакует. И так по кругу. Кому-то их них нужно сделать необычный ход, чтобы выиграть ту самую долю секунды, которая сломает круг. Но, увы, ни у кого из них не получилось это сделать. — Время! — объявила Грейвхолт. Талия мигом опустила палочку и, поправив перевернувшийся кулончик, выпрямилась, а вот Дженкинс не сразу переключился. Альбусу даже показалось, что он проигнорирует команду, и атакует Талию по инерции. Обошлось. — Ничья с минусом, — шепнул Скорпиус, предсказывая расклад. Альбус мотнул головой. — Талия в плюсе, — одними губами произнес он. Скорпиус удивился его прогнозу, и глядя на подскочившие светлые брови, Альбус едва ли не пустился в разъяснения, но атмосфера была не слишком подходящей. Если он прав, то сейчас это проговорят. — Мистер Дженкинс и мисс Равенстоун, — произнесла Грейвхолт, задрав подбородок, — чем вам не угодила расстановка мебели в моем классе? В толпе послышались смешки. Оба начали рассказывать, что прислушались к разбору прошлой дуэли, и потому решили использовать в бою окружающее пространство. Однако похвала досталась не всем. — Класс, я хочу обратить ваше внимание на то, как мисс Равенстоун контролировала расположение предметов, — проговорила Грейвхолт. — Тем самым она сама создала «карту» боя, и какое-то время это помогало ей удерживать лидерскую позицию. Альбус переглянулся со Скорпиусом и дернул бровями. — Жаль, что эту позицию вы в итоге потеряли, — жестко припечатала Грейвхолт. А потом она добавила, что после этого их поединок перестал быть интересным и зрелищным. И все же Талия получила несколько бонусных баллов, а Дженкинс — ничего. Грейвхолт сказала, что его не за что наказать, но и не за что поощрить, ему просто повезло, что время кончилось. Такое решение было новым. Обычно Грейвхолт либо добавляла, либо отнимала баллы. Еще в начале урока Альбус подумал, что папа не стал бы отбирать баллы у проигравшего. В их семейной картине мира это хотя бы выглядело милосердно и честно. Но здесь и сейчас Альбус поменял свое мнение. Ноль в системе Грейвхолт не выглядел, как нечто нейтральное, нет, для нее ноль — это ничто, пустое место, отсутствие. Лучше уж достойно проиграть, чем просто… не быть. Тебя и твое существование словно стерли, обесценили. Будь на месте Карла кто-то другой, Альбус ему бы посочувствовал. Но на этого хмыря эмпатии ему пока не завезли. Итак, в плюсе пока только гриффиндорцы и рейвенкловцы. Хаффлпаффцам повезло меньше. Сатоми еще может отыграть что-то, но обычно Тристан был одним из тех, кто приносил баллы на дуэлях, а тут промашка вышла. — Эван Берч. Альбус повернул к нему голову, и увидел, как Эван погладил плечо Валентины и что-то ей шепнул. Наверное, какую-то фразу в духе: «Не беспокойся» или «Все норм». Вэл потянулась к нему, чтобы что-то промурлыкать в ответ, и… — Валентина Сэллоу. Альбус распахнул глаза, и несколько человек рядом с ним сделали то же самое. Желание переглянуться со Скорпиусом было просто невозможным, и он с трудом смог удержаться. Внутренности неприятно стянуло, и сердцебиение стало ощущаться чересчур отчетливо. Альбус и Скорпиус могут тоже оказаться на месте Вэл и Эвана… Смотреть на битву влюбленных одновременно хотелось, и не хотелось. Альбус чувствовал, что ему нужно взять в свою копилку тактик что-то, но понимал, что сейчас наблюдение будет не из приятных. Эван и Валентина уже стояли в центре класса и смотрели друг на друга, пытаясь прочитать, как им быть, договориться хотя бы взглядом, в последний момент уловить какой-то намек. — Мистер Берч, мисс Сэллоу, — обратилась к ним Грейвхолт, — если я увижу, что кто-то из вас поддается, вычту тройную норму баллов. Альбус увидел, как Роза зашипела сквозь зубы, а Рави, сидящий неподалеку от нее, одними губами произнес: «Еба-а-ать». Дуэлянты кивнули, а потом Эван… подмигнул Валентине?.. С их угла было непонятно, потому что пара стояла боком, но Альбусу показалось, что это моргание было каким-то неестественным. Вэл прищурилась и одними губами процедила: «Не смей». Не сметь… поддаваться? Когда объявили старт, оба просто застыли. Эван встал в расслабленную позу, а Валентина сцепила зубы и сложила руки на груди. Она выглядела недовольной, и этот гнев, как ни странно, был обращен на Эвана. — И что? Думаешь, не справлюсь? — выплюнула Валентина. — Вэл, я… — Меня не нужно постоянно опекать. — Разумеется, не нужно, я просто… — Тогда, — Вэл все-таки вскинула палочку, — сражайся. Эван цокнул языком и закатил глаза. Его палочка все еще была обращена в пол. Он сделал шаг к Валентине, стараясь двигаться расслабленно и безмятежно, но она не дала ему шанса приблизиться, ударив заклинанием по полу рядом с ним. И она не промазала. Альбус понял: это — предупреждение. Вэл хотела, чтобы Эван воспринял ее всерьез, и разозлилась на его подачку. Эван вновь попытался было приблизиться, и в этот раз Вэл швырнула заклинанием прямо в него. Он выставил щит, но уставился на Валентину так, словно она на его глазах принялась жевать живого флоббер-червя. Ему пришлось включиться в битву. И Альбус с удивлением обнаружил, как легко личное становится публичным. Парочка явно выясняла через дуэль какую-то свою проблему. Черт, Ящик раздора знает, кого выбирать… Альбус поймал себя на том, что ему правда интересен не только исход дуэли, как учебного процесса, но и что там за драма стоит за этим всем. Можешь сколько угодно декламировать, что не любишь сплетни, но есть внутри какая-то крыса, которая хочет зрелищ и подробностей, и она уже подняла голову, зашевелила усами и приготовилась ловить каждую маленькую подробность. Тем временем, дуэль двух влюбленных уже начинала напоминать битву двух злейших врагов. Вэл явно вложила всю душу, чтобы что-то доказать Эвану. Если раньше Альбус отнес бы ее дуэльные навыки к среднему уровню, то теперь понял, что недооценивал Валентину. Просто никто никогда не видел достаточно разозленной. Ну, кроме шкодливых первокурсников. Правда, там гнев Вэл проявлялся несколько в другом виде… Очередной выпад — и палочка Эвана выскочила у него из ладони, отлетев к стульям, где сидели уже «отстрелявшиеся» дуэлянты. Казалось бы, на этом дуэль должна была закончится, но Вэл решила выжать максимум из оставшегося времени, заставив еще Эвана побегать по полю битвы, уворачиваясь от его заклинаний. За пару секунд до того, как Грейвхолт оповестила о конце дуэли, Вэл успела подвесить Эвана за лодыжку воздухе невербальным Левикорпусом, и это закрепило ее победу. Его мантия задралась, закрыв его голову, и когда Грейвхолт спросила, как Эван себя чувствует, тот показал большие пальцы из-под этого «шалаша». Комичная сцена вызвала у всех улыбки, даже профессор Грейвхолт усмехнулась. Одна лишь Вэл стояла хмурая. Ее волосы растрепались от битвы, а с края юбки капала вода — результат одного из заклинаний Эвана. Альбус не заметил, чтобы кто-то кому поддавался в дуэли, и профессор подчеркнула его наблюдения. Только после того, как Грейвхолт проговорила это вслух, Вэл немного расслабилась и опустила руки. И снова Альбус переглянулся со Скорпиусом. Жаль, что не было возможности отойти в сторону и переговорить. Они могли только смотреть друг на друга, надеясь, что согласуются без слов. В целом, есть же заклинания достаточно зрелищные, требующие концентрации и силы, но при этом не особо-то вредящие… Как там Урсула говорила про игры? Показать настоящий перфоманс? Скорпиус дернул уголками губ и повел плечами. Альбус не понял, что конкретно это значит, но его этот жест почему-то успокоил, мол, как будет, так будет — разберемся. — Нейв О’Коннелл. Альбус отвернулся от Скорпиуса, чтобы посмотреть на Нейв. Бедолага, она вся тряслась. Дуэли точно были не ее сильной стороной. Альбус мало с ней общался, и не знал наверняка, но, кажется, Защита от Темных Искусств тоже была ей нужна не для боевых схваток, а для изучения природы контрпроклятий. При папе, конечно, таким ребятам, как Нейв, Киран или Октавиан было поспокойнее, чем при Грейвхолт… — Томас Фрост. Ох, а вот и еще одна любовная драма. Сначала Альбус увидел, как фыркнула Урсула и наклонилась что-то шепнуть Розе. Потом вновь перевел взгляд на Нейв, и обнаружил, что весь ее страх куда-то испарился. Если ее потряхивало, то уже от напряжения и гнева. А вот Томас шел к центру класса, как на казнь. Альбус повернулся к Скорпиусу и поднял брови. Тот пожал плечами. Нейв и Томас встречались в прошлом году, и ходили везде, как две слипшиеся лапшинки на дне кастрюльки, а потом резко разбежались, и все видели только то, как Нейв метала взглядом молнии, а Томас съеживался и пытался слиться с декорациями. Было ясно, что он как-то накосячил, но что именно Томас там такого сделал… о, внутренняя крыса сплетен очень хотела бы это узнать, хотя вслух Альбус не признался бы. Те моменты, когда даже хочется выползти из своей раковины, несмотря на окружающую суету, снять шумоподавляющие наушники и вслушаться в разговор на повышенных тонах, происходящий в другом конце коридора. Именно из-за этой крысино-человеческой природы с интересом к чужим драмам, Альбус чувствовал, что ему самому нужно держаться аккуратнее, и никому никогда ничего личного не вываливать. Грейвхолт объявила начала битвы, и всегда такая тихая скромная Нейв понеслась на Томаса, как разъяренный гиппогриф. Ее пышные рыжие волосы растрепались, сделав ее силуэт внушительнее и больше, а заклинания слетали с конца палочки одно за другим. Альбус взглянул на Грейвхолт, и заметил, что ее типичная холодная непроницаемость пошла трещиной, и уголок ее рта дергался, борясь с прорывающейся улыбкой. Она явно была довольна, что Нейв наконец-то включилась и вписалась в заданную рамку. Возникло чувство дежавю, слишком уж характер этой дуэли напоминал сражение Эвана и Вэл. Она наступала, а он отбивался, пятясь назад. Альбус подумал, что даже если Нейв выиграет, Грейвхолт может придраться к тому, что нет никакой новизны и новых элегантных решений. И едва эта мысль посетила его голову, сценарий повторился: палочка Томаса выскочила, и отлетела почти по такой же траектории, по которой улетела палочка Эвана. — Девчонки сегодня дикие, — шепнул Николас, а Белинда и Лиам, стоящие рядом с ним, согласно закивали. Томас устало вздохнул и поднял руки вверх. — Ладно, давай, — произнес он. — Размажь меня раз и навсегда, но давай уже прекратим эту драму. Альбус почувствовал, как несколько человек рядом с ним сделало полшажочка вперед, а «отстрелявшиеся» ребята напротив, наклонились вперед, готовясь втянуть в себя каждую мельчайшую деталь, которая здесь проскочит. Роза повернулась к Урсуле и что-то спросила, а та скривилась и помотала головой. Так, надо будет спросить после урока, о чем они там переговаривались… Нейв стояла, направив палочку на Томаса, но молчала, хмурилась, как будто не знала, что ей делать, как поступить. — Да давай уже, — шумно выдохнул Томас, — я заслужил. Сказав это, он схватился за голову, готовясь принять удар. Нейв поджала губы. Поднятая рука с зажатой в ней палочкой уже ходила ходуном. И!.. — Не могу, — страдальчески простонала она, наконец опустив руку. Альбус выдохнул — ему не хотелось, чтобы Томасу досталось, но вокруг раздалось несколько разочарованных вздохов. Люди, которым Томас был не особо близок, хотели какого-то накала и драмы. — Мисс О’Коннелл, — позвала ее Грейвхолт, — ваше время еще идет. Если вы не продолжите, я буду вынуждена… — Отнимайте баллы, — перебила ее Нейв, тряхнув своей рыжей гривой, — мне уже все равно. Кто-то из рейвенкловцев (кажется, Николас) возмущенно крякнул, а Томас нерешительно опустил руки и посмотрел на Нейв. — Прости, пожалуйста, — одними губами произнес он. Нейв закатила глаза, но все-таки кивнула ему. Впечатление от дуэли осталось… странное. Многие точно были недовольны таким исходом — слишком уж скучно, без катарсиса, но Альбусу все наоборот понравилось. Было в этом всем что-то… правильное? Не для дуэли как таковой, а лично для Нейв и Томаса. Однако это не спасло их обоих от санкций Грейвхолт. Она лишила Рейвенкло баллов за проигрыш Томаса и нерешительность Нейв, а потом отчитала их обоих за то, что перенесли выяснение личных отношений в дуэль, забыв про то, что они вообще-то здесь отрабатывают боевые навыки. Альбус уже было подумал, что Нейв и Томас немного попозорятся, покивают и займут места с остальными сразившимися, но сценарий неожиданно сломался. — А не всем тут нужны боевые навыки, — произнес Томас, заправив пряди за уши. — Это все, конечно, хорошо и нужно, но лично я целюсь работать в Отделе магических происшествий и катастроф. От ваших дуэлей я могу взять только скорость реакций. И соображалку развить. Но думать над тем, как бы побольнее кого-то ударить? Нет, спасибо. Не моя стихия. В классе встала мертвая тишина. Мало кто мог себе позволить так общаться с Грейвхолт. Что-то подсказывало Альбусу, что Томас говорил это все не столько ради себя, сколько ради Нейв, у которой начались неприятности после смены преподавателя. Видимо, это была его последняя попытка загладить свою вину за какой-то косяк в их отношениях. Грейвхолт усмехнулась и вздернула подбородок. — Класс, — обратилась она ко всем, — кто из вас придерживается подобного… мнения? Последнее слово она практически выплюнула. Альбус поднял руку в числе первых, и Скорпиус вместе с ним. В числе первооткрывателей оказались еще Роза, Урсула, Октавиан (Киран поднял руку с небольшой задержкой), Нейв, Талия, Вэл, а когда Альбус посмотрел по сторонам, увидел еще поднятые руки Мартина, Анвара, Сатоми и… Регины. Спустя несколько секунд протянула руку и Белинда, а следом за ней Кора. На противоположной стороне зашевелился Рави. Чуть позже — Эван. Последними руки подняли Николас, Адриан, Вивиан и Эмили. Брови Грейвхолт взлетели вверх. Она осмотрела всех по очереди. — А если я сниму по двадцать баллов с каждого, чья рука сейчас висит в воздухе? Вы все готовы подвести свои факультеты за это? Ой, ну давай еще коллективную ответственность сюда приплети! Альбус с трудом сдержал желание поморщиться, и не только от низости трюка, но и от того, что знал: в кого-то он точно попадет. И да. Угроза сработала. Несколько рук опустилось вниз, и первыми это сделали те, кто присоединился к бунту в числе последних. А Томас, чья речь все это запустила, наоборот демонстративно поднял руку. Альбус заозирался по сторонам, высматривая, кто еще из союзников остался стоять на своем. Он сам, Скорпиус, Роза, Урсула, Белинда, Мартин, Анвар, Сатоми, Октавиан, Регина, Валентина и Талия. Последняя, конечно, удивила. Альбус ожидал, что Талия наоборот подстроится под объявленную рамку. Профессор Грейвхолт осмотрела их всех по очереди. — Мистер Хассани, мистер Твен, — обратилась она к Анвару и Мартину, — мне казалось, вы оба метите в Аврорат? — Мы — да, — ответил Мартин. — Но многие из ребят — нет. Я согласен с Томасом, не всем тут быть бойцами, мэм. — Кому прям нужно, тот ходит в Дуэльный клуб, — вмешалась Сатоми. — Мне нравятся сражения, но мне интересны и другие разделы этого предмета, профессор. Альбус заметил, как Роза активно закивала, соглашаясь с доводом Сатоми. Грейвхолт вновь осмотрела класс, особенно цепко всмотревшись во всех, кто так и остался стоять с поднятыми руками. От ее взгляда у Альбуса по спине поползли мурашки, а усталость в левой руке стала ощущаться особенно сильно. — Тринадцать человек, — пересчитала профессор Грейвхолт. — Что ж, радует, что половина класса способна сплотиться и достоять за свои принципы до конца. Альбус переглянулся с Розой. Она скосила глаза и едва заметно мотнула головой, мол, так и знала, что это все блеф. До конца Альбус не был в этом уверен, просто решил, что не хочет вестись на уловку с баллами. За семь лет он прекрасно выучил, что закреплять свою мотивацию на Кубок школы — худшая идея из всех. Можно очень стараться, сдавать все домашки и брать дополнительные задания, тем самым продвигая свой факультет, а потом какие-то безмозглые старшекурсники устроят безумную вечеринку, и все твои учебные успехи нескольких недель обесцениваются за одну ночь. И наоборот, можно весь год ходить в минусах, а потом выехать за счет провала другого факультета — все-таки старшекурсники, устраивающие пьянки, есть везде. Как и шкодливые младшекурсники, впрочем… А вот Скорпиус явно выдохнул с облегчением. Альбус пока не знал, чем именно он руководствовался, когда поднимал руку, но его возможные последствия явно взволновали больше. Про это тоже нужно будет спросить попозже. Главное, не забыть. — Мы можем продолжать? Или кто-то еще желает высказаться? — съязвила Грейвхолт. А вот тут точно уж не стоит лезть и выпендриваться — и все это тоже прочувствовали. Хотя Альбус заметил, будто бы Дженкинс хотел что-то вякнуть, но Риджвуд толкнул его локтем в бок. Но это не точно, у этих придурков там своя маскулинная культура тычков, ударов и подъебок. Томас занял место рядом с Урсулой и обменялся с ней кивками, а Нейв прошла чуть дальше в другой ряд. Профессор Грейвхолт взмахнула рукой, и Ящик раздора вновь ожил. Она поймала клочок пергамента, как надоедливую муху. — Скорпиус Малфой. Кровь мгновенно прилила к голове, а в груди что-то сжалось. Альбус поспешил положить руку на плечо Скорпа, пока тот не ушел в центр команты. — Давай, держись, — шепнул он. Скорпиус кивнул и громко сглотнул. Как и Риджвуд, он сбросил с себя мантию, и кинул на одну из парт, стоявшей у стены. Когда Скорпиус подошел к Грейвхолт, Ящик выплюнул вторую бумажку. Грейвхолт прочитала про себя и усмехнулась. Альбусу на секунду показалось, что его душа вышла из тела в тот миг, пока она молчала, не называя выпавшее имя. — Интересно, — произнесла она и… протянула клочок Скорпиусу. — Прочитаете для всех, мистер Малфой? Очередная попытка давления — месть за то, что взбунтовались со своей критикой. И, черт возьми, это работало. Скорпиус взял бумажку, а когда увидел имя… Ох. Плохо. Там что-то очень нехорошее. Скорпиус почувствовал на себе его взгляд, и посмотрел на Альбуса совершенно остекленевшим взглядом. Ну давай уже, говори! Кто там? Альбус? Регина? Или Грейвхолт устроила очередную проверку, подсунув имя того, кто уже сегодня сражался? Альбус видел, как за спиной Скорпиуса зашевелилась Роза, встав с места. Она вытянула шею, пытаясь издалека прочитать имя на клочке. И, судя по тому, как расширились ее глаза, ей удалось… — Мистер Малфой? — позвала Грейвхолт. — Уровень драматизма выдержан. Можете называть имя. Альбус прикусил губу и кивнул, и только тогда Скорпиус смог отвести взгляд. Он прокашлялся и наконец-то объявил имя. Альбус прикрыл глаза. Пиздец.