Во время рабочего дня

Пыльный кабинет, приглушённый солнечный свет из занавешенных окон и тихое перелистывание листов. Казалось бы, должно быть, в этом месте так спокойно и успокаивающе, но по лицу Александра Христофоровича так и не скажешь. Он сидел за столом, облокотившись о столешницу локтем, а лбом о запястье. Брови мужчины высоко подняты, а глаза не выражают ничего, кроме раздражения и недовольства. Господи, сдалось ему читать и перечитывать этого Пушкина. Только вот, это его работа, поэтому ничего не поделаешь. Сосредоточение с текста ушло так же скоро, как в дверь постучались. Александр потёр уставшие глаза, поправил очки и громко и спокойно сказал "войдите". Он ожидал увидеть подчиненного, коллегу или ещё кого-то связанного с работой, отчего уже успел расстроиться, что снова ему принесут что-то "почитать" или подписать, или ещё что-то (хотя, второе его не пугало вовсе, просто отчего-то было лениво). И всё же, в кабинет медленно и с улыбкой вошёл Василий Андреевич Жуковский. Александр удивился этому, выпрямился и встал со стула, чтобы приветственно кивнуть, на что получил такой же кивок. -- Ну, здравствуйте, Александр Христофорович. Как работается? Саша усмехнулся. Хоть уголки губ его еле-еле поднялись, настроение его явно поднялось. -- Здравствуйте. Да так. Всё как всегда, Василий Андреич. А у вас как идёт работа? -- Да, вот, тоже как всегда. Правда, меня предложили как кандидата на роль учителя великой княжны. По виду гостя было понятно как он этим горд и как его распирает от радости, но внешне, пока ещё, он держит лицо. Александр закивал, соглашаясь с важностью такого "повышения" Васи. -- Вы самый подходящий для этого кандидат. Я уверен, вы в итоге и встанете на должность, даже если у вас вообще есть конкуренты. И Саша вышел из за стола к гостю, а тот, не сдержавшись, сделал шаг к Александру и приобнял его за талию. Такие жесты уже перестали быть чем-то невозможным, но всё равно смущали. Бенк поднял голову к лицу Жуковского и ухмыльнулся, готовясь сказать ещё что-то, но первый начал именно Вася. -- Я так счастлив такому положению дел. -- Могу представить. И Саша положил руки на плечи мужчины, поправляя его воротник, который и так лежал хорошо, только нужно же сделать вид, что что-то Александр делает, а не просто тактильничает. -- Разве ты не хочешь сказать "поздравляю" или поздравить меня как-то иначе? Александр удивился этой фразе, ведь он и так его, в лично Сашином понимании, поздравил. -- Поздравляю? А Василий Андреевич, будто только этого и ждал, прижал Сашу к себе крепче, приподнял над полом и прокружился. Бенк этому удивился и резко обнял мужчину за шею чтобы не упасть и не выскользнуть. После такого жеста, Жуковский опустил Бенка на землю и потёрся носом о нос Саши. -- Спасибо, Саша. Меня изнутри так распирает от восторга. Такое признание, такая должность! Улыбка на лице Васи стала ещё шире и, наконец, передавала его истинную радость. А Саша, хоть и не смог бы полностью разделить восторг Жуковского, но искренне восхищался его улыбкой. Как Бенку нравилась манера Василия выражать свои эмоции. Всегда старается выглядеть самодовольным и аристократично спокойным, а через этот образ всегда показывал честные свои эмоции. Всегда искренний, даже если непреднамеренно. Заметив, как Александр подзавис, Василий хмыкнул и приблизился к его лицу, прислоняясь лбом ко лбу мужчины и задорно, но вкрадчиво сказал. -- Неужели любуешься будущим учителем княжны? Наслаждайся, пока есть ещё у нас время. А Саша на это выгнул бровь и достаточно резко притянул Васю к себе и кокетливо поцеловал его в губы, выпуская шейный платок из фрака и снимая его. Кокетливое поведение Саши не отличалось какими-то особенными выражениями лица, но неожиданными комплиментами и, иногда, слишком открытым поведением. -- Как же таким мужчиной не любоваться? Только вот, только ль любоваться им нужно? И Жуковского снова втянули в поцелуй, на этот раз куда нежнее и дольше, на что тот, будто в ступоре, ответил не сразу. Как забавно, что такой эмоциональный Василий всегда первый начинал кокетничать, флиртовать и проявлять свою любовь, но стоило ему получить активный ответ, как сразу он стопорился, замирал, будто не ожидав такую реакцию. Либо же, не хотел спугнуть такое поведение Сашеньки. Стоя посреди комнаты и целуясь, пара обнимала друг друга, а Саша вдобавок расстёгивал фрак Василия. Тот же, заметив это, отстранился от поцелуя и немного удивлённо посмотрел на Бенка, ожидая объяснения его действиям, а тот, смутившись, опустил голову, но ответил. -- Василий Андреевич давно не захаживал, мы с вами так давно не пили вместе чай, не обедали.. - тут Саша поднял глаза наверх и встретился с ехидным взглядом Жуковского- Вот я и подумал, что раз вы здесь то.. Заканчивать он не стал. Ситуация и без этого показалась неловкой, а тут ещё объясняться что взрослый мужчина хочет от своего возлюбленного, который постоянно занят. Хотя и Саша тоже в делах, но от этого не легче увидеться. Жуковский же тихо рассмеялся и поцеловал Сашу в разрозовевшийся лоб и объяснил. -- Я зашёл буквально на 10 минут. Мне уже пора идти, к моему величайшему сожалению. Но вы себе представить не можете, как мне щемит душу от того, что придётся снова вас оставить. И Саша вздохнул, снова оствляя поцелуй на лице Василия и затем отходя от него. Жуковский тем временем поправлял одежду и надевал обратно платок, как и было до этого. -- Как жаль, что у меня тоже остались дела. Приходится днями просто сидеть и читать, когда есть и более важные дела. Впрочем, хоть какой-то отдых. Он повернулся к Жуковскому спиной, честно, обижаясь на ситуацию, что им снова приходится расставаться, но Вася подошёл к нему и поцеловал в загривок. -- Как жаль вас. Нынче, писатели что только не пишут. А завтра, я слышал, у вас официальный выходной. Слухи верны? - сказал Василий, будто не спрашивал специально и у Саши, и у его подчинённых его график. -- Да. А в чём дело? - уже заинтересованно повернулся назад Саша. -- Как удачно совпало, что я завтра тоже выходной.. Да и места в одном интересном местечке забронированы. Мне совсем не с кем пойти, понимаете? Жуковский говорил с такой наигранной досадой, будто ребенок, который готовит сюрприз маме и пытается ей намекнуть, а сам держит презент за спиной. -- Я заинтересован, Василий Андреевич. Пожалуй, я мог бы составить вам компанию. -- Вот и чудесно! Так и порешим. Удачи вам, Александр Христофорович с работой, а я уже опаздываю. Сказал Жуковский, уже стоящий в дверях и нервно смотрящий на часы. И всё же ему тоже не хотелось уходить, поэтому он ещё не убежал. -- Удачи и вам, Василий Андреевич. Вы можете идти Сказал, будто разрешил, Бенкендорф и усмехнулся, услышав скорое "до свидания" и быстрый, но легкий шаг по коридору. И вот, снова пыльный кабинет, снова тишина, снова тусклый свет из занавешенных окон и, значит, снова пора садиться за работу, что Александр Христофорович и делает.