Две стороны треугольника

4:00.  Изабель ворочалась в кровати гостевой комнаты не в силах заснуть. Слишком много эмоций и мыслей за последнее время. Она вернулась с прогулки к озеру три часа назад, но за это время ни разу не погрузилась в сон. Лежала, глядя в тёмный потолок, как будто в нём могли вырисоваться ответы. Изабель думала о двух мужчинах, так резко ворвавшихся в ее жизнь. Лука и Фил.  Зачем она пошла на эту прогулку? Было стыдно отказывать прилюдно и заставлять Луку чувствовать неловкость перед друзьями? Он и так писал ей всю прошедшую неделю. Каждый день. Да, она отвечала ему, но без энтузиазма. Не игнорировать же человека, с которым вы в одной компании… а компания действительно ей нравилась. Изабель сначала сомневалась - стоит ли ей ехать на этот день рождения, но она не могла отказаться от шанса завести друзей и почувствовать себя частью чего-то.  Она жила в Белграде уже 4 месяца и до сих ни с кем не познакомилась, так как работала из дома на фрилансе. Ей хотелось живого общения, вечеринок, посиделок у костра. Изабель думала, что все, чего она хочет, есть в этой компании. И все было бы хорошо, если бы не эти двое мужчин…  Изабель совершила две ошибки: не стоило спать с Лукой и не стоило писать Филу. Достаточно просто быть веселой, общаться с девушками и держаться на расстоянии от мужчин. Не получилось.  Да, между ней и Филом был момент. На конференции, в машине. Слишком живой и слишком настоящий. И не по её инициативе. Это он смотрел дольше, чем положено. Это он задавал вопросы. Это он тихо пел песни под нос, и от его низкого голоса внутри у неё стягивалось горло. «Попала в ловушку собственного желания». Изабель встала с постели, медленно, будто боясь спугнуть утро, накинула худи, взяла из сумки книгу и вышла на террасу. Раннее утро встретило ее прохладным свежим воздухом и красотой приближающегося рассвета.  На небольшом диванчике террасы лежал плед, Изабель укуталась в него и села. Как хорошо. Лёгкий ветерок обдувал ее лицо, принося некий покой мыслям.  Сидеть, молчать, слушать тишину — это успокаивало. Иногда тишина означала одиночество, ненужность, но, в такие моменты, тишина была умиротворением и спасением.  Неожиданно дверь тихо скрипнула, Изабель повернула голову и увидела на пороге Фила. «Боже», — подумала она, и сердце пропустило удар. Он был слегка сонный, с взъерошенными волосами, без верха, в одних шортах. Его тело было сильным и рельефным, не перекачанным, как раз как ей нравилось. Татуировки на руках переходили на грудь и выглядели как единое полотно, которое хочется рассмотреть ближе. Его вид излучал естественность и сексуальность. Изабель первой нарушила тишину:  — Не спиться или ты из тех, кто встречает рассветы?  Фил усмехнулся, немного удивленно:  — И то, и другое. А ты? — И то, и другое, — тихо повторила она. — Мысли не дают спокойно уснуть.  — Понимаю… я не помешаю тебе?  — Нет, садись, — ответила Изабель и подвинулась, освобождая место на диване.  Фил достал пачку сигарет из кармана шорт и спросил:  — Не возражаешь, если я закурю?  — Совсем нет. Не знала, что ты куришь.  — Иногда это просто нужно, помогает «выдохнуть» лишнее. Хочешь? — он протянул ей открытую пачку.  — Давай, — она взяла сигарету в пальцы, и Фил слегка наклонился к ней с зажигалкой в руках.  Изабель успела уловить запах — не парфюм, не табак, только его кожа. Такой приятный аромат, что у нее побежали мурашки по рукам.  Они закурили. Фил молча смотрел куда-то в даль и выглядел спокойным. Перед ними раскрывался рассвет. Тишину нарушали только редкое кваканье лягушек и отдаленное пение птиц. Природа замерла, дышала спокойствием, будто создавая атмосферу для двоих. Молчание между ними было не тяжелым, не давящим, не неловким. Скорее теплым и умиротворяющим.  — Как сходили к озеру с Лукой? — тихо спросил Фил. — Просто прогулялись. Он много говорил, я слушала, — честно ответила она.  — Кажется, он к тебе неравнодушен. Фил внимательно посмотрел на Изабель и задержал взгляд чуть дольше. «Ожидает реакции?», — подумала она.  — Это я уже поняла, — вздохнула Изабель. — Но, я думаю, дело не совсем во мне. Скорее, он горит не мной, а идеей быть с кем-то, обзавестись семьей. Понимаешь?  — Думаю, ты права. Он просто устал быть холостяком, — сказал Фил, стряхивая пепел. — Ну, его можно понять — все его друзья либо уже женаты, либо в серьезных отношениях. Только почему выбор пал на меня — загадка. В его окружении много девушек, — задумчиво произнесла Изабель и посмотрела на Фила.  Он слегка улыбнулся, будто хотел что-то сказать, но передумал. Вытянул ноги, опёрся на спинку дивана и посмотрел на горизонт — первые лучи солнца уже подсвечивали небо над озером золотистыми прожилками. — В общем, создание новой пары в ближайшее время можно не ждать? — усмехнулся Фил. — Нет, только не со мной, — ответила Изабель с лёгкой улыбкой. Фил поднялся и взглянул на неё. — Не хочешь прогуляться? — Хочу, но… ты же не одет. Не замёрзнешь? — с сомнением спросила она. «Какая заботливая… вот зачем…» — пронеслось у неё в голове. Фил заглянул в дом. На крючке около входа висела чья-то толстовка на молнии, он накинул её на себя и сказал:  — Теперь нет. Идём.  Не дожидаясь Изабель, он спустился по деревянной лестнице и пошёл вперёд.  Она отбросила плед и двинулась следом.  После просторной площадки около дома тропинка резко сужалась, и теперь по ней мог идти только один человек. По бокам росла высокая трава, на тонких стеблях которой блестели капли утренней росы. Изабель шла чуть поодаль и срывала одуванчики, собирая в руке букет.  Фил шёл впереди, а она, глядя ему в широкую спину, в который раз подумала, какой же он высокий. При её росте в 157 сантиметров рядом с ним она чувствовала себя совсем миниатюрной. Буквально пару часов назад она уже шла по этой тропинке — с Лукой. Он тоже вёл и все говорил, говорил, говорил… А сейчас с Филом — полная тишина. Но тишина эта уже была другой. Не той — спокойной и уютной, как на террасе. Теперь в ней появилось напряжение, лёгкое, но ощутимое. По крайней мере, для Изабель. Она не знала, что сказать и нужно ли вообще что-то говорить? Изабель не хотела совершить ещё одну ошибку — вдруг он подумает, что она нарочно сближается? А ведь в ней уже что-то начинало сдвигаться. Её тянуло к нему — едва заметно, но всё яснее. Наконец, они вышли к лесному озеру. Оно было большое и зеркальное. На противоположном берегу простирался сосновый бор.  — Как здесь красиво… — мечтательно произнесла Изабель и прошла вперёд по деревянному причалу.  Она уже была здесь, но ночью, когда ничего не видела и не могла оценить очарование этого места.  Остановившись у глади озера, Изабель наклонилась, чтобы потрогать воду рукой. Холодная и чистая.  — Осторожно, не упади, — с лёгкой тревогой в голосе сказал Фил. Он продолжал стоять на берегу и закурил ещё одну сигарету.  «Обмен заботой», — подумала Изабель.  Она присела на край пирса и вытянула ноги. Кроссовки были мокрые от росы, но солнце, которое уже высилось над горизонтом, согревало её тёплыми лучами. В руках был большой букет одуванчиков, которые она разложила около себя и стала медленно плести венок.  — Спасибо тебе, — сказала Изабель, не оборачиваясь. Она боялась встретиться с его взглядом. Или боялась увидеть, что он не смотрит на неё вообще? Фил размеренным шагом подошел к ней и присел рядом, почти касаясь её плеча. — За что?  Она все ещё не смотрела, но теперь чувствовала его взгляд.  — За то, что привёл сюда и дал возможность насладиться местом. Фил тихо усмехнулся и просто коротко ответил:  — Не за что.  Интересно, о чём он думал. Какая Изабель была в его глазах сейчас? Без макияжа, в объемном худи и шортах, волосы сплетены в низкую свободную косу. Она давно привыкла к своей внешности, но перед ним все равно чувствовала смущение, потому что хотела выглядеть красивой. Зачем он позвал её прогуляться? Они просто два человека, которые устали от шума вчерашнего дня или же между ними было нечто большее?  — Ты скучаешь по дому? — спросила она.  — Немного, но здесь лучше: атмосфера, люди. Наверно, это мой город. Прага более оживленная, шумная, с кучей туристов в любое время года, — признался Фил. — А ты скучаешь? — Только по своей прошлой версии себя, когда я была наивной, лёгкой и беззаботной, — с грустью сказала она.  — Сейчас всё не так?  — Если честно, всё давно не так… как только переехала из Латвии.  — По твоим рассказам, я подумал, что ты наслаждаешься жизнью, путешествиями… у тебя было столько историй.  — А мне нужно было в первый день знакомства рассказать о своей пустоте внутри? — усмехнулась она. Изабель не понимала, почему и сейчас об этом говорит. Почему ему? Как будто атмосфера сама располагала к этому откровенному разговору. Да и Фил выглядел человеком, которому она могла довериться.  — Я не думаю, что ты пуста внутри, скорее, ранена. Тебе сделали больно?  — Да… и не один раз, — она замолчала, отвела взгляд, а затем продолжила, — было предательство, ложь, манипуляции. Меня бросали, обсуждали за спиной, не уважали. Я любила и меня не любили в ответ… поэтому стала более закрытой, даже грубой, защищая себя… как ёжик. Изабель говорила спокойно и размеренно. Да, жизнь преподносила ей не мало сюрпризов, но она уже смирилась с этим.  — Извини, что вывалила это на тебя, — тихо сказала Изабель и склонила голову над одуванчиками.  Фил немного помолчал, а затем сказал:  — Спасибо, что поделилась… Знаешь, жизнь может быть несправедлива и жестока, на нашем пути могут встречаться люди, которые не всегда будут относиться к нам хорошо… это неизбежно. Но, если нам сделали больно, если с нами поступили гадко, это не значит, что мы должны стать такими же… — он говорил медленно и мягко, почти заботливо, — важно хранить внутри себя свет и доброту, не растрачивать себя на неправильных людей, только чтобы заполнить эту «пустоту»… любить, уметь прощать и тогда ты встретишь кого-то, кто будет обращаться с тобой так, как ты заслуживаешь.  Изабель впервые за все время их разговора посмотрела на него. Осознанно. А он посмотрел на неё в ответ. Венок одуванчиков в её руках был закончен.  Фил осторожно взял венок из рук Изабель и надел ей на голову. Он даже не коснулся её кожи, но в том, как он это сделал, Изабель ощутила больше близости, чем в любых прикосновениях. Её сердце забилось намного быстрее от этого жеста, щёки залило алой краской, а Фил просто снова посмотрел в сторону озера и сказал:  — Я вижу, что ты добрая и искренняя. Не теряй эти качества в себе.  Он встал, протянул ей руку и промолвил:  — Наверно, надо возвращаться.  Изабель вложила свою руку в его и встала с этой помощью. Он отпустил её ладонь и медленно пошёл в сторону домика.  Изабель никак не могла успокоиться. Такое простое действие с его стороны вызвало в ней бурю эмоций. И то, что он сказал… звучало, как поддержка. Как желание узнать её. Она сняла венок со своей головы и бросила в озеро. Симметричные круги разошлись по воде, а Изабель уже зашагала вслед за Филом. Они возвращались обратно так же — в тишине.  Подойдя к домику, Фил сказал:  — Думаю, все же надо поспать. Тем более вечером игра.  — Какая игра? — удивленно спросила Изабель.  — Любимый всей нашей компанией покер. Играем не на деньги, на интерес, но все настроены серьезно, — усмехнулся Фил, — ты ведь умеешь играть?   — Да, вроде, неплохо.  — Ну и хорошо. Постарайся поспать, добрых снов.  Фил развернулся и зашагал к лестнице, ведущей наверх.  — Добрых снов, — сказала Изабель и тоже зашла в свою комнату, расположенную на первом этаже. Она легла на кровать и провалилась в глубокий сон.