Плесень в темноте

Шин мял в руках распечатанный флаер. «The pupsik: РЕАЛЬНЕЕ, ЧЕМ ЖИЗНЬ» — гласила вырвиглазная надпись. Он дрожал — не от холода, а от страха. Хоррор-квесты были не его тема. Но однокурсники посмеивались, называли его «мышонком». Он хотел доказать, что может. Что не вечно будет бояться. — Всё будет фейком, Шин, — говорили они. — Никто не пострадает. На входе его встретил высокий парень в черной маске. Зеленые волосы выбивались из-под капюшона. Голос — гладкий, как шёлк, и ядовитый, как яд. — Добро пожаловать, Шин. Тебя уже ждали. Он вздрогнул. — Ты… откуда знаешь моё имя? — Я знаю многое, — усмехнулся парень. — Пойдем. Квест начался как обычно: темные коридоры, скрежет по трубам, резкие звуки. Но слишком уж реалистично всё казалось. Кровь — пахла. Тела — не шевелились. А один из «актёров» хрипел по-настоящему, когда его тащили за волосы в темноту. Шин пытался сказать себе, что это постановка. Что всё это игра. Но потом он увидел их. Пяточки. Аккуратно сложенные на столе, будто коллекция. Сверху — бирка: «Экспонат 26: Сара Чидоин, 19 лет. Кричала громко» Он выблевал ужин прямо в углу коридора. — Слишком быстро догадался, — раздался голос за спиной. Соу стоял там. Без маски. Его глаза светились весельем, в котором было что-то...пугающее. Он держал скальпель в одной руке. В другой — чужую обувь. — Ты особенный, Шин. Я сразу понял. — П-пожалуйста… — Шин пятился, врезался в стену. — Я не хотел сюда... — Ты пришёл. Сам. Соу приблизился, легко, как кот. — Ты боишься? Я обожаю страх. Особенно в тех, кто... трясутся, как ты. — Я... не... — Мать шалава. Дома постоянно разные мужики. Нет друзей. Плакал под кроватью. Я знаю. Шин задохнулся. Он не рассказывал это никому. Никогда. — Ты стал моей любимой игрушкой ещё до того, как вошёл сюда, — сказал Соу и облизнул губы. — Но теперь... теперь ты моя работа. Шин больше не знал, сколько прошло времени. Дни? Часы? Соу не убивал его. Он говорил с ним. Рассказывал о жертвах, о боли, о пяточках. Иногда гладил его волосы. — Знаешь, ты и правда милый, — прошептал он однажды, проводя лезвием по щеке Шина, не оставляя пореза. — Почти жаль портить. — Зачем ты это делаешь? — спросил Шин тихо, дрожащим голосом. — Потому что ты уже сломан. А я просто... помогаю частям рассыпаться. Квест давно закрыт. Газеты молчат. Пропавших студентов невозможно найти. Шин остался. Живой. Он ходит босиком. Он не убегает. Иногда, по ночам, Соу разрешает ему сидеть рядом. — Когда-нибудь, — говорит маньяк, обвивая его пальцы своими, — ты сам попросишь меня взять твою пятку. Шин молчит. Соу посмотрел на него и приблизился к его уху, с подозрительно доброй улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего. Он положил свою ладонь ему на грудь и надавил пальцами. -Не переживай со мной ты не соскучишься.