Новый мир? Больше нет права на ошибку.

Вот прошло уже 3 месяца, как я оказался в этом мире и я много чего узнал. Во первых, я во Франции. Всегда мечтал побывать здесь. Хочется, конечно, чтобы я в Париже оказался, город любви всё-таки, или как-то так. Во-вторых, мне не дали никакого рояля сверху или хотя бы каких-нибудь плюшек. Спасибо, что хоть переводчик встроенный дали, а то я бы совсем ничего не понимал. Интересно, я вообще в нашем мире или это какой-то аналог нашей вселенной? Я всегда мечтал быть попаданцем, но не думал, моя мечта сбудется. Не зря желание загадывал и монетку кидал в фонтан. Всегда знал, что там что-то мистическое есть. Это ладно, про мир в котором я оказался я смогу узнать не скоро, поэтому пока живём и кушаем. В-третьих , мои родители очень известные люди. Иначе как объяснить, что моя комната размеров моего дома из прошлой жизни. А дом у меня был 120 квадратов на минуточку. Родители приходили ко мне часто. Мой отец, Джоффри Вейгель, является каким-то бизнесменом. Очень влиятельным человеком. Хотя ему было всего 24 года. У него серые волосы, они всегда странно вьются, что пара прядей спадает ему на глаза. В целом он высокий, около двух метров высоты, спортивный. Что касается моей мамы… Так это действительно как будто бы ангел, который с небес спустился. Никогда не видел таких красивых девушек. Не поленюсь рассказать про неё. Она явилась словно видение из забытых снов, воплощение самой нежности и тайны. Ей было двадцать пять, но в ней чувствовалась вечная юность, как в рассвете первого дня.Ее глаза, бездонные озера темно-синего цвета, притягивали к себе, словно в них таилась вся глубина неба в час, когда солнце уже село, но звезды еще не взошли. В этих глазах можно было утонуть, потерять себя в их завораживающей глубине. В них читалась мудрость, скрытая от людских глаз, и искренность, способная растопить даже ледяное сердце. Ее волосы, ниспадающие до самой талии, были белыми, как первый снег, или лепестки распустившейся лилии. Они словно лунный свет, окутывали ее в мягкое сияние, играя при малейшем дуновении ветра. Каждая прядь, словно нить жемчуга, ложилась на ее хрупкие плечи, подчеркивая изящество шеи и тонкость линий. В ее облике сочетались совершенство и хрупкость. Кожа, сияющая, как лунный камень, казалась безупречной, словно созданной искусным скульптором. Улыбка, освещала ее лицо, подобно солнечному лучу, пробивающемуся сквозь пелену тумана. Она была воплощением красоты, способной затмить собой все вокруг. Я даже не удивлён почему мой отец влюбился в неё. Насколько я понял, она работала директором в огромной медицинской больнице. Из разговоров прислуги я выяснил, что у неё 5 высших образований. Грамот, дипломов и медалей больше, чем у меня было хороших оценок за прошлую жизнь. В-четвертых, моя няня хочет меня убить. Иначе как объяснить то, что каждый раз, когда она приходит кормить меня, то у молока вкус хуже, чем у сметаны, которая год в холодильнике стояла. Ещё кормит с таким лицом: аля жри быстрее, достал уже. Ну, мне это естественно не понравилось, поэтому я решил её извести. Когда мой отец был дома, я закричал. Все подумали, что я голоден, поэтому «шедевро» няня пошла делать мне такую же «шедевро» еду. Она принесла снова мне это пойло, но вместо того, чтобы это пить я заплакал и закричал во все свои силы 3-х месячного ребёнка. Думаю, что если бы еще пару секунд и эта женщина закрыла мне рот тряпкой. Благо, что отец меня услышал раньше, чем няня успела среагировать и за пару секунд оказался здесь. Я начал тыкать в бутылку пальцем и кричать. *Pov Джоффри* Сегодня у меня был рабочий день дома, поэтому я сидел и готовил гору отчетов. Спустя 40 минут работы мои мысли начали плутать и я задумался обо всём. Мой сын всегда казался мне очень умным. Он никогда не плакал. Вот никогда. Все дети плачут, а он- нет. От этого я только сильнее любил этого мальчика. В свое свободное время я всё время ходил к нему. Рассказывал ему про нас с Серсеей. А ещё учил говорить. Мы с женой даже поспорили, что он скажет быстрее: «мама» или «папа». У нас с ней из-за этого началось соперничество. То она придет и начнет учить его слову «мама». То приду я и уже говорю «папа». Охх, надеюсь, что он меня не подведёт. Потому что если я проиграю, то должен оплатить любую покупку жене в «Galeries Lafayette»(Вроде как это самый престижный магазин в Париже, сам хз.). А эти покупки могут обойтись мне в стоимостью оплаты 3-х хороших квартир в центре города. Да, вот такая у меня жена. Хотя ладно, для неё не жалко. Вдруг мой мысленный поток прервался громким криком Аргуса, что я аж на месте подскочил и со стула упал. –Ай, собака. -сказал я, потерая ушибленный бок. «Что могло произойти?» - я стремительно подскочил и побежал в комнату к сыну. Когда я зашел туда, то увидел, что мой сын молчит, словно чего-то ждёт, но увидев меня снова закричал и начал пальцем указывать на бутылочку с молоком у няни в руках. Розелла сразу спрятала её за спину, делая невинное личико, однако я не лыком шит. Она мне никогда не нравилась. Так и знал, что она что-то да мутит. Она подала голос. –Мсье Джоффри, не о чём не беспокойтесь, ваш ребенок впервые заплакал, с кем не бывает. Вообще радоваться нужно! -нервно начала тараторить она. –Розелла, дай ка мне баночку. Я протянул руку и стал ждать. Она вдруг стала нервной до такой степени, что можно увидеть, как у неё руки начали трястись. Вдруг она сделал шаг вперед и уронила бутылочку на пол. Она открылась и вся пролилась. –Извините меня пожалуйста, сегодня всё из рук валится. Сейчас я всё уберу. Я подошёл к бутылочке и поднял её. К моему счастью и к её горю там осталось немного молока. Я немножко отхлебнул и сразу же выплюнул это. Я был в ярости. Получается, что она травила моего ребёнка всё это время! Простым увольнением она не отделается. Я сделал серьёзное лицо, но мой взгляд говорил сам за себя. Я произнёс с абсолютно равнодушным тоном: –Розелла, пройдёмте со мной. *End Pov Джоффри* *Pov Аргус* «Бля, во я выдал конечно. Лицо этой Розеллочки стоило видеть. Ну, земля ей пухом. Нечего больше сказать. Хотя видно было, что мой отец был в бешенстве. Никогда не видел такого гнева в его глазах до этого момента. Мне даже стало совсем капельку жаль няню, хотя стоп, показалось. Ладно, как говорится, сделал дело, спи смело. Сейчас у меня по плану тихий час, может больше.»

*Вечер*

Я проснулся от постороннего шума и увидел, что передо мной стояли мои родители. Сейчас отец был уже спокойным, но в глазах всё ещё читался былой гнев. Мама тоже была зла, но делала вид, что всё хорошо и мило улыбалась. Рядом стояла молодая девушка лет так 23. Одета она была как прошлая няня. Хмм, значит она моя новая нянька. Надеюсь она лучше, чем та. Вдруг отец подал голос. –Аргус, познакомься – он указал на няню. –Это Луиза. Розелла больше не придёт. Луиза смотрела на папу как на чокнутого. Её можно понять, отец говорить с трёхмесячным сыном, будто с 5-ти летним. Но я, чтобы удивить её закивал и обнажил свой пока ещё пустой рот. Теперь у Луизы глаза стали размером по пять рублей. Я решил дополнить ситуацию и произнёс свои первые слова: –Папа, спасьибо. – да, звучало корявенько, но лица всех стоило видеть. У отца челюсть была готова срастись с полом, мама не далеко отошла от него. А Луиза так вообще в обморок свалилась. Правда всего на пару секунд, но всё же. –Сс.. Сынок.. -начала мама. –Да! -закричал отец. –Я выиграл спор. -он махнул рукой по типу «есть!», но сразу получил затрещину от жены. –У нас ребёнок первое слово сказал. Даже не одно, а два! Два, ты понимаешь? А тебя спор волнует? -Серсея начинала уже неиствовать, как вдруг няня подала голос. -Чудо.. А не ребёнок. На неё сразу обратили всё внимание. Атмосфера развеялась и стала спокойной. Однако я чувствовал, что отцу всё же влетит. –Конечно, наш ребёнок и есть чудо! -одновременно сказали мама и папа. «Ну и дела» - подумал я. Теперь чувствую себя особенным.