vselennaa vsego lis pesocnica

Интерлюдия: Хитрый хвост. Ни замок на массивной двери, ни сторожевой деревянный голем, ошмётки которого лежали сейчас на пороге, не помешали грабителям проникнуть в дом торговца самоцветами Джетира. Забрав то, за чем приходили, двое воров, высокий и толстый, выскользнули наружу и зашагали по Скрипучей улице на восток, да, это нагромождение построек называют здесь в Сризе улицей. Двигаясь бесшумно, словно призраки, они мигом растворились во мраке пустынной ночи. Восточное направление они выбрали не случайно, ибо на западе, на перекрестке улиц Монетной и Серебряной, находился пост стражников, которых никак нельзя было подкупить и которые неустанно несли караул, бряцая длинными пиками. Сказать по правде, высокому и молчаливому Кровокрылу, кандидату в мастера, и толстому, с бегающими глазками Филли, вору второго класса, было глубоко наплевать на всяких там стражников. Все шло по плану. Их перемётные сумки скрывали мешочки, под завязку набитые только чистой воды самоцветами, что означало, что повергнутому в беспамятство мощным ударом по голове Джетиро милостиво сохранили часть его богатства и где-то даже поощрили богатеть дальше — разумеется, на благо будущих грабителей. Едва ли не основной заповедью Гильдии Воров было не резать курицу, что несет золотые яйца. Кроме того, компаньоны с облегчением предвкушали возвращение домой, не к женам а в воровскую Обитель, ставку и казармы всемогущей Гильдии, которая была им обоим и отцом и матерью, — впрочем, грифинам заказано было даже переступать порог постоянно открытой двери дома на улице Корабельников. И вдобавок приятно было сознавать, что, хотя они и вооружены уставными кинжалами с серебряной рукоятью, их безопасность куда надежнее обеспечивают трое наемных убийц из Братства Крыла смерти. Один из них шел впереди, а двое других, главная ударная сила, — сзади, летать в черте города было категорически запрещено. А еще — вдоль северной обочины неслышно перемещалась какая-то уродливая тень с непомерно большой головой, и напоминала она то ли маленькую собачонку, то ли огромную крысу, то ли ещё кого. Этот охранник внушал Филли двойственные чувства. Подойдя к напарнику, толстяк прошептал в ухо Кровокрылу: — Забери меня Слань, если мне по душе тварь, которую подсунул нам Острый коготь, как бы хорошо она нас не охраняла! Мало того, что Утёс решил — или его уговорили — принять услуги колдуна с паршивой, если не сказать больше, репутацией, так он… — Захлопни клюв! — прошипел высокий, худощавый грифон. Пожав плечами, Филли повиновался. Взгляд его блуждал по сторонам, чаще всего, однако, устремляясь вперед. Там, почти перед самым пересечением с Серебряной и Монетной улицей нависал мостик, который соединял между собой два здания, принадлежавших знаменитым каменотесам и скульпторам Роккеркралу и Слааргу. Фасады домов украшали неглубокие бортики, их фронтоны поддерживали чрезмерно массивные колонны причудливой формы, весь смысл которых был большей частью в их замысловатости. Из-под мостика донесся короткий приглушенный свист. Он повторился дважды. Передний охранник давал знать, что не обнаружил ничего подозрительного и что на улице Золотых птиц все спокойно. Филли, впрочем, условного сигнала было мало. Если говорить честно, он находил своего рода удовольствие, испытывая дурные предчувствия, по крайней мере до тех пор, пока не вернется в целости и сохранности домой. Поэтому он продолжал внимательно приглядываться к очертаниям домов Роккеркрыла и Слаарга. В высоком парапете мостика, что выходил на Монетную улицу, имелись четыре смотровых отверстия, между которыми располагались три глубокие ниши. В нишах установлены были — тоже для красоты — три гипсовые статуи грифонов в полный рост. Когда грабители направлялись к дому Джетира, Филли на всякий случай присмотрелся к статуям. И теперь ему показалось, что крайняя фигура справа неуловимо изменилась. Нет, не то чтобы неуловимо: изваяние грифона среднего роста в плаще с капюшоном, который глядел вниз, сдвинув брови и расправив крылья, словно потемнело. А еще Филли почудилось, что статую как будто обновили — очертания ее стали гораздо резче. И он готов был поклясться, что раньше она была выше! К тому же, у подножия громоздилась куча обломков, которой Филли не помнил. Он задумался, и тот уголок его мозга, который настороженно отмечал вокруг любые несообразности, подсказал серому грифону, что ему отнюдь не померещился глухой шум, услышанный им, когда они взламывали двери дома Джетира. Из всего этого он заключил, что за каждой из статуй имеется отверстие, через которое статую можно толкнуть и обрушить на головы и спины прохожих — в частности, на голову Кровокрыла и его собственную, — и что крайнюю справа скульптуру сбросили, чтобы проверить, сработает ли ловушка, а потом заменили похожей. Что ж, когда они сКровокрылом приблизятся к мостику, надо будет не спускать глаз со статуй. Чуть которая из них станет крениться, он успеет отскочить в сторону. Стоит ли предупредить напарника о возможной опасности? Тут надо поразмыслить. Тем временем неусыпное внимание Филли заняли бортики с колоннами. Последние были массивными и высотой чуть ли не в три лина, они отстояли друг от друга на разном расстоянии и сильно различались по форме и каннелюрам. Роккеркрыл и Слаарг придерживались современных взглядов на архитектуру и всячески подчеркивали и выделяли незаконченность, произвольность и неожиданность. Однако неожиданность неожиданности рознь: Филли почудилось, что колонн — ни с того, ни с сего — стало на одну больше. Указать на новенькую пальцем он, естественно, не мог, но уверен был, что не ошибся. До мостика оставалось всего несколько шагов, бросив взгляд на изменившуюся статую, серый грифон подметил в ней и новые отличия. Да, ростом фигура была пониже прежней, но сутулилась значительно меньше, а вместо хмурой задумчивости мыслителя на лице ее застыла презрительная усмешка самоуверенного и тщеславного умника. Тем не менее, они с Кровокрылом благополучно миновали статуи и нырнули под арку моста. И тут с Филли случилось кое-что похуже, чем падение на голову каменного изваяния. Одна из фигур подмигнула ему. Хитрый хвост повернулся в своей крайней справа нише, подпрыгнул и ухватился за карниз. Бесшумно переметнув тело на плоскую крышу, он свесился с нее как раз вовремя, чтобы увидеть выходящих из-под мостика воров. Не колеблясь, он прыгнул вперед и вниз, нацелившись подошвами своих башмаков из крысиной кожи в бок более толстого грабителя — впрочем, с таким расчетом, чтобы тот успел сделать еще пару-тройку шагов. В тот же миг высокий вор поднял голову. Увидев устремившееся на Филли тело рыжего кота в плаще, он обнажил кинжал, но решил предоставить своего спутника собственной участи. Проявив неожиданную прыть, Филли, развернулся и попытался увернуться от неизвестного: Башмаки из крысиной кожи ударили его в живот. Хитрому хвосту показалось, будто он приземлился на мягкую подушку. Голова Филли глухо стукнулась о булыжник мостовой. Увернувшись от выпада Кровокрыла, кот в плаще перекувырнулся в воздухе и твердо встал на ноги, сжимая в руке длинный кинжал. Однако рыжему грифону, похоже, было не до него. Ноги внезапно подломились, взгляд потускнел. Не издав ни звука, он рухнул на землю. Одна из фигур портика сделала шаг вперед. Капюшон долгополого плаща упал на плечи его владельца, открыв обрамленное длинными кудрями юношеское лицо. Из-под свободных рукавов показались мускулистые орлиные ламы с острыми когтями, остроту которых Кровокрыл тут же испытал на себе. Стоя над распростертыми на мостовой бесчувственными телами воров, Фафхрд с Хитрым хвостом настороженно разглядывали друг друга. Оба были готовы к драке, но пока выжидали. — Сдается мне, нас привело сюда одно и то же, — проговорил Фафхрд. — Сдается? Ты что, еще сомневаешься? — фыркнул кот, свирепо меряя взглядом нового противника, который был на голову выше сраженного вора. — Что ты сказал? — Я сказал: «Ты что, еще сомневаешься?» — Как любезно с твоей стороны, — благодушно произнес Фафхрд. — Любезно? — переспросил с подозрением кот в плаще, стискивая рукоять кинжала. — Ну да, повторить свои слова перед лицом смерти, — объяснил Фафхрд. Не выпуская Мышелова из поля зрения, он поглядел на перемётные сумки воров, потом перевел взгляд на Хитрого хвоста и сердечно улыбнулся. — Пополам? — предложил он. Кот заколебался — и сунул кинжал в ножны. — Идет, — бросил он, опустился на колени, и тронул завязки на сумке Филла. — Второй твой. Фафхрд, стоя у тела рыжего сородича и не поднимая головы, проговорил: — Этот… хорек, который был с ними… Куда он подевался? — Какой еще хорек? — буркнул рыжий кот. Молчаливое нападение с двух сторон едва ли удивило кого-то из них. Подсознательно оба они ожидали чего-то подобного. Трое грифонов атаковали их одновременно. Судя по манере нападавших, они решили, что их противники вооружены в лучшем случае ножами и трусоваты, как и все грабители с большой дороги. Поэтому они ошеломленно отступили, когда Фафхрд с Хитрым хвостом вскочили на ноги, выхватили из ножен чудовищно длинные клинки и встали спина к спине. Рыжий кот в плаще легко парировал выпад своего противника в кварте; меч в просвистел в миллиметре от его левого виска. И тут же он сам перешел в нападение. Противник его попятился, отражая удар. Слегка замедлив движение, кончик клинка Хитрого проскользнул в прореху в защите с изяществом благородной дамы, которая делает реверанс, а затем прыгнул вперед и вверх, отыскал щель между двумя пластинами латной рубашки, проник в грудную клетку, пронзил сердце и вышел у наемника из спины между крыльев. Тем временем. Фафхрд, которого атаковали двое, отразил все их выпады в секунде, взмахнув мечом, что не уступал клинку временного союзника в длине и был тяжелее его по весу, снес полголовы тому из двоих наемников, что находился по правое крыло от него. Отпрыгнув, он приготовился схватиться со вторым. Но его опередили. Из-за спины возникла вдруг рука в серой перчатке, и окровавленное лезвие клинка рыжего кота поразило последнего наемника таким же приемом, как и первого. Проведя правой лапой по плащу, Фафхрд протянул ее рыжему ладонью вверх. Тот, сорвав со своей правой руки перчатку, ответил на рукопожатие. Не произнеся ни слова, парочка опустилась на колени и закончила то, от чего ее оторвали наемники. Лежавший мёртвыми воры лишились своих мешочков с самоцветами. Достав из кармана куртки пару тряпок, Хвост наскоро стер с мордочки слой сажи. Потом он огляделся. Фафхрд кивнул. И оба быстрым шагом удалились в том направлении, в котором несколькими минутами раньше двигались Кровокрыл, Филли и их охрана. Осмотревшись, они пересекли Золотую улицу и зашагали дальше по Монетной, как предложил жестом Фафхрд. — Моя девчонка ждет меня в «Золотой Миноге», — объяснил он. — Забираем ее и идем ко мне домой, — решил Хитрый хвост. — Домой? — вежливо переспросил Фафхрд. — Ну да. Я живу в Туманном переулке, — сообщил Мышелов. — В «Серебряном Угре»? — За ним. Кстати, можно будет туда заглянуть. — У меня внутри все пересохло. — Я тебя понимаю. Фафхрд остановился, снова вытер руку о плащ и протянул ее спутнику. — Кличут меня Фафхрдом, — сказал он. -Хитрый хвост. Рыжий кот ответил на рукопожатие. *** Примечание к части ЖДИТЕ. ЖДИТЕ. Принимаю любые советы по сюжету, не стесняйтесь ребята.