Сквозь стены

***

Кэс очнулась в темноте. Не той уютной, к которой привыкаешь, закрывая глаза перед сном. А в жестокой, плотной темноте, где воздух пахнет ржавчиной, маслом и пылью. Где каждый вдох — борьба, каждый звук — как удар по нервам. Железо скрипит. Металл дрожит. Лифт мчится вверх. Паника накатывает сразу. Она не знает, где она. Кто она. Единственное, что ощущает — как бешено колотится сердце. Кэс инстинктивно прижимается к стенке, вжимаясь спиной в холодный металл. Она одна. Совсем одна. — Кто-нибудь?.. — голос хриплый, чужой, вырвался почти шёпотом. Ответа нет. Только грохот — нарастающий, тяжёлый. Словно что-то вот-вот прорвётся сквозь потолок. Свет пробивается в щель наверху, и тут… Скрежет. Щёлк. Ослепительно яркий свет бьёт в глаза. Она резко прикрывает лицо руками. Сердце готово выскочить. Кто-то кричит сверху: — Эй! Мы её видим! Открывайте! Живо! Мгновение — и над ней появляются две фигуры. Один чёрный, другой светлокожий, крепкий, в поношенной майке. Оба смотрят с каким-то испугом. И… удивлением? — Она… девчонка? — изумлённо говорит один. — Чёрт, да! — второй тянет руку. — Помоги ей, Алби! Алби. Это имя застревает в сознании, будто крючок. Кэс моргает, силясь сфокусироваться. — Эй, спокойно, всё хорошо, — говорит один из них, спускаясь внутрь. — Давай, я помогу. — Не трогай меня, — хрипит она, отталкивая его. Сама. Только сама. Руки дрожат. Но она встаёт. С трудом. С силой. Облокачивается на стенку и, будто через силу, вытаскивает себя наружу. Глаза жмурятся от света. Воздух пахнет сыростью, травой, потом и жарой. Кэс падает на землю, ощущая под собой мягкий мох. Вокруг — деревянные постройки, поля, стена. Величественная, давящая. Лабиринт. И десятки парней. Все смотрят на неё. Кто-то — с интересом. Кто-то — с испугом. Кто-то — с раздражением. — И как нам теперь с этим жить? — бормочет кто-то в толпе. — Тихо, — говорит Алби. — Дайте ей отдышаться. Он опускается рядом. — Эй, ты. Как тебя зовут? Кэс качает головой. Пауза. — Не знаю, — тихо. Алби хмыкает. Его взгляд твёрдый, но не злой. — Ничего. Память к тебе вернётся — или не вернётся. Такое тут бывает. А пока — мы зовём это место Глэйд. Ты теперь одна из нас. — Ты шутишь?.. — она обводит взглядом окрестности. — Где выход? — Его нет. Пауза. — Ты с ума сошёл. — Нет. Но если не веришь — можешь побегать по стенам сама. Хотя сейчас… не советую. Солнце клонится. Скоро двери закроются. И бегуны ещё не вернулись. — Бегуны? Алби кивает. — Потом всё объясню. Сейчас пойдём, покажу тебе лагерь. Остальные — займитесь делами. Кто-то бурчит, кто-то разочарован, но толпа начинает рассеиваться. — Я — Алби, — говорит он, шагая рядом. — Главный тут, если можно так выразиться. — А ты — меня с кем перепутал? Девчонка в лифте — не по сценарию, да? — Да уж, скажем так, ты у нас первая, — усмехается он. Кэс морщит нос. Первая. Девчонка. И без памяти. Прекрасно. Вечер в Глэйде наступает быстро. Она успела увидеть поле, место с костром, импровизированную кухню, несколько построек и огромные металлические двери, уходящие в глубь Лабиринта. Они начали медленно закрываться, когда солнце коснулось горизонта. Грохот был такой, что дрожала земля. И тут раздались крики: — Идут! Идут! Парни бросились к воротам. Двое бегунов показались в просвете, один — с повязкой на колене, другой — тёмный, быстрый, как ветер, будто выросший из самого лабиринта. За плечом — карта. На лице — усталость. — Проклятье, чуть не закрылись без нас! — выдохнул тот, что с повязкой. Ухмыляясь, оперся на плечо друга. — Минхо, ну ты и гонишь. — Я тебя тащил, не жалуйся, — буркнул второй. — Я-то жив. — Кэс, — сказал Алби, подходя, — познакомься. Это Ньют и Минхо. Бегуны. Ньют посмотрел на неё с лёгким удивлением. Он молчал, присматриваясь. — Новенькая? — наконец спросил. — Новенькая, — ответила она, выпрямившись. — Не пытайся строить из себя загадку, я таких видела во снах. — Да ты дерзкая, — усмехнулся Минхо. — Это хорошо. Здесь пригодится. Ньют только кивнул, сдержанно. Но взгляд его задержался. Долго. Продолжаем?