Уйти нельзя смириться

      Йо задумчиво кусал кончик кисти, смотря уже несколько минут на одну строчку в книге по ботанике. Он сидел в библиотеке после уроков и пытался выписать себе необходимые ингредиенты для приготовления лечебного зелья: нужно было потренироваться перед Чемпионатом и вспомнить всё, что они проходили с первого курса у профессора Лассо.       Но, погрузившись в свои мысли, младший Асакура совершенно не понимал смысл написанного. Ему здесь ничто не давало сосредоточиться, он так привык к подготовке с братом в их комнате. В тишине, рядом с ним. Однако Хао сейчас не было в подземелье, так как сегодня их расписания не совпадали, а учебники за предыдущие года обучения находились только в библиотеке.       — Вот ты где, — у стола послышался голос Рена, и Йо запоздало посмотрел на него, вынырнув из мыслей.       — Привет, — откликнулся он и попытался сфокусировать взгляд, — ты меня искал?       — Да, — парень осмотрел Йо, который собрал уже довольно отросшие с лета волосы в хвост на затылке, и ещё сильнее стал походить на своего близнеца.       — Что-то случилось? — младшему Асакуре не понравился взгляд друга: вдумчивый, подозрительный, с немым вопросом.       — Я хотел поговорить с тобой с глазу на глаз, — оглянулся Тао и присел на стул напротив.       — О чём? — удивился Йо.       — Знаешь, я не хочу обсуждать это при всех. Но у нас накопилось много вопросов, поэтому задам их я лично, — Рен был сама серьёзность.       Асакуре было не впервой видеть своего друга таким, но всё равно его тон насторожил. Этот разговор будет явно не из простых. Он выдохнул и отодвинул от себя книгу с пергаментами, следом откидываясь на спинку стула.       — Если что, то Амидамару убил не я, — быстро проговорил Йо, а Рен, который настроился на сложный диалог, вмиг потерял всю решимость.       — Ты про что? — опешил он.       — А ты?       Парни смотрели друг на друга в недоумении, но Йо следом рассмеялся, разряжая обстановку.       — Не будь таким серьёзным, Рен, — легко сказал Асакура.       — Так, Йо, сейчас не до шуток, — китаец сжал руку в кулак, сдерживаясь от того, чтобы не ударить по столу.       — Ладно, выкладывай, — выдохнул младший, закидывая руки за голову.       Тао сделал глубокий вдох и выдох, возвращая свои мысли к первоначальному разговору.       — Ты можешь объяснить, что происходит между тобой и этим полудурком? — вкрадчиво спросил Рен.       — В каком смысле?       — Не коси под дурачка, Йо, ты меня прекрасно понял! — он всё-таки не выдержал и ударил кулаком по столешнице, чем привлёк внимание остальных занимавшихся в библиотеке студентов.       Асакура медленно выдохнул, смотря на друга глазами, в которых виднелась ровная гладь спокойствия. Что ж, он знал, что когда-нибудь этот день настанет. Невозможно было оставить без внимания то, что произошло в стенах школы между близнецами — их отношения. Конечно же, все прекрасно заметили, что они изменились. И отрицать Йо этого не собирался.       — Рен, я понимаю твоё беспокойство, — прикрыв глаза, ответил Асакура, а затем поправил себя, — ваше беспокойство. Но переживать за меня не стоит.       — Опять двадцать пять! — хлопнул себя по ноге китаец. — Мы это слышали уже миллион раз! Ты можешь придумать что-нибудь пооригинальнее?       — А что ещё ты хочешь услышать? — ровно откликнулся Йо.       — Асакура, не прикидывайся, — чуть ли не зарычал Рен. — Ты думаешь, мы ничего не замечаем? Вы с Хао всю жизнь жили, как кошка с собакой, а в последние месяцы готовы чуть ли не глотку всем перегрызть друг за друга. Как это понимать? И только попробуй ещё раз сказать, что всё в порядке, я тебя на куски порублю.       Ученики из-за соседних столов заинтересованно поглядывали в сторону парней, но Йо не обращал на них никакого внимания. Тао же пытался сделать свой голос потише, но получалось у него не очень. Асакура смотрел на лучшего друга без толики волнения, что доводило Рена до кипения. Сколько раз друзья предлагали ему свою помощь, интересовались его успехами, переживали за него? Сотни тысяч раз. А в ответ слышали, что всё хорошо и беспокоиться не о чем. Но они же не слепые! Уже все заметили, что между близнецами творится что-то неладное.       — Рен, — вздохнул Йо, склоняясь над столом и приближаясь к напротив сидящему другу, — разве ты ещё не понял? Мы всё также ненавидим друг друга, но при этом никто из нас не позволит кому-то причинить нам боль. Тем более, ты ещё мог догадаться после новогодних каникул о том, что нас объединила общая проблема. Ты не хуже нас знаешь, каково это быть наследником древнего чистокровного клана и следовать воле родителей.       Тао слушал друга и не понимал: такого ли ответа он ожидал? Между его друзьями ходили разные теории, однако задать вопрос напрямую решился лишь он. Рен думал, что услышит что-то вроде: «Представляешь, столько лет грызлись друг с другом, а теперь раз! — и подружились!». Это было бы в духе Йо. Но и его настоящий ответ оказался вполне логичным.       — Мне очень сложно в это поверить, — еле выговорил китаец, на что Асакура тихо вздохнул.       — Рен, я тебя уверяю. Всё нормально. Я прекрасно справляюсь с обязанностями и чемпиона, и брата. Вам не о чем переживать.       Тао засмеялся на выдохе. Ему нужно было с первого курса вести дневник, где он бы записывал, сколько раз его друг говорил эту фразу за все года их дружбы. Страниц бы не хватило. Йо никогда не хотел беспокоить лишний раз окружавших его людей, но и копить в себе негативные эмоции не стоило. Друзья могли бы выслушать всё то, что накопилось на душе, особенно после объявления Чемпионата по зельям.       — Ты неисправим, — усмехнулся Рен и привычно скрестил руки на груди. — То есть ты хочешь сказать, что сейчас вы более-менее неплохо общаетесь, и Хао не хочет убить тебя каждый раз, когда ты рядом?       Йо на это молчаливо кивнул. Тао засмеялся, вновь привлекая к себе внимание студентов, которые то и дело шикали на них, призывая к тишине. Всё-таки библиотека — это не то место, где стоило вести откровенные разговоры.       — А ты? — китаец снова посмотрел с некой серьёзностью на друга.       — А что я? — удивился Йо. — Я никогда не хотел убивать брата. Да, были ссоры, да, бесил временами, но это же не означает, что нужно впадать в крайности.       — Поразительно! — воскликнул Рен. — Удивительно!       До сих пор ему сложно в это поверить, но отрицать очевидное было бы большой глупостью. Неужели и вправду они сплотились против одной общей проблемы — Чемпионата? Просто блеск!       Тао смиренно выдохнул и выдержал долгую паузу, а Асакура за это время понял, что друг принял его версию.       — Обрадуй меня хотя бы тем, что Хао получает по заслугам за все свои выходки, — Рен пожелал услышать хоть что-то, что наконец успокоит его взволнованное за друга сердце.       Йо слабо улыбнулся и кивнул.       — О, да, ещё как получает.

***

      Перед ужином Йо всё-таки вырвался из библиотеки и, уставший от учебной нагрузки, мечтал дойти до спальни в общежитии и упасть на кровать, чтобы больше никогда не вставать с неё. Сладкий сон ему даже не снился, все силы уходили на подготовку к Чемпионату, обучение, тренировки по квиддичу и опять всё по кругу. А так хотелось бездельничать, поваляться в кровати хотя бы день, слушать любимую музыку и ни о чём не думать. Жить той беззаботной жизнью, о которой он всегда мечтал. Не напрягаясь.       Но фантазии прервала чья-то рука, которая прямо из пустого коридора выдернула Йо в тёмный угол, а следом он почувствовал родной запах и влажный поцелуй, в который его увлёк Хао. Младший Асакура в начале дёрнулся, будто испугавшись того, что их смогут заметить, но потом расслабился и ответил. Лёгкие заполнил пьянящий аромат сандала, отчего мигом закружилась голова. Хао прижал брата к стене и обнял руками за пояс, чувствуя, как Йо поддаётся ему, жадно целуя. Это было в некотором роде его фетишем: вот так вгонять в краску близнеца, который всегда боялся попасться кому-то на глаза. Но он знал, как Йо сам заводился от подобного, поэтому сейчас не смог отказать себе в этом удовольствии.       Младший сделал глубокий вдох, когда Хао от него отстранился и облизал губы. Он смотрел на брата горящими глазами, и на щёках Йо вспыхнул румянец, хотя в полумраке этого и не было заметно.       — Куда идёшь? — глухо поинтересовался старший Асакура.       — В свою башню, — Йо не сводил взгляда с губ близнеца, — а у тебя занятия уже закончились?       — Да, поэтому и искал тебя.       Йо слабо кивнул, ожидая продолжения разговора, ведь он знал, что его брат ничего не делает просто так.       — У меня появилась одна мысль, и её нужно опробовать, — Хао продолжал вжимать его в стену, и Йо почувствовал, как напряглась каждая его мышца.       — И какая же? — одними губами спросил он.       Старший Асакура, помедлив несколько мгновений, ослабил хватку и отстранился, проводя рукой по распущенным волосам и зачёсывая их вверх. Хоть он и провернул такой трюк, но сейчас было не время предаваться желаниям.       — Раз мы вдвоём участвуем в Чемпионате, я подумал, что необходимо обучить тебя телесному патронусу. Вдруг случится так, что мы разделимся? И тогда нам нужно будет как-то поддерживать связь между собой, — на этот раз в голосе Хао явно слышалась серьёзность.       Йо долго смотрел в его глаза, осознавая сказанное. Да, возможно, он был прав. Но всё это время младший пытался не думать о том, что может пойти не так на турнире. Ему не хотелось думать о том, что с ними там может случиться. Однако Хао ненамеренно возвращал его к этим мыслям, отчего становилось погано на душе.       — Хорошо, только сначала переоденусь, — согласился Йо, делая шаг обратно в коридор.       Он оглянулся на брата, который в ожидании прислонился плечом к стене, и вышел под свет весеннего солнца, что пробивался сквозь высокие окна. Близнецы даже не заметили, как закончилась зима. Февраль оказался полон событиями, невозможно было уследить, как дни пролетели одни за другим. Особенно за подготовкой к Чемпионату оказалось некогда расслабляться. Когда одни студенты отдыхали под цветущей сакурой во дворе школы на пледах и грелись на солнце, Асакуры же проводили время в пыльной библиотеке или своей комнате в подземелье. Вот несправедливость!       Когда Йо вернулся из башни Земли и вместе с Хао пошёл вниз по винтовой лестнице, в мыслях он действительно жалел об упущенном времени. Обычно в это время он отдыхал с друзьями на свежем воздухе, и, лежа на траве, смотрел в небо сквозь розовые ветви сакуры. Падающие лепестки приятно щекотали кожу, а морской ветер обдавал солью и влагой. И всё бы это происходило и в этом году, вот только…       — Так, — сказал Хао, когда за ними закрылась дверь в Нефритовую комнату, — обучать тебя основам патронуса нет смысла, ты их и так знаешь. Но телесную форму призвать сложнее всего.       Йо достал из кармана свою палочку и обречённо вздохнул: в этом-то и была проблема. Сколько бы он не пытался на уроках Силвы вызвать телесного патронуса, у него это никогда не получалось.       — Я с четвёртого курса его не практиковал, — припомнил младший и попытался отогнать негативные мысли, ведь для этого заклинания необходимо совершенно противоположное.       — Чтобы вызвать телесного патронуса, нужно держать в голове самое светлое и радостное воспоминание. Представь, какие очертания он может принять, подумай о защитной форме животного. Необходимо быть сосредоточенным как можно дольше, — сказал Хао, вытягивая свою палочку вперёд в сторону камина. Он вздохнул и прикрыл глаза, настраиваясь. — Смотри. Экспекто патронум.       Из конца древка вырвался голубой луч, который рассеялся магией в воздухе и принял очертание кота, очень похожего на Матамуне. Телесный патронус превратился в некомату с раздвоенным хвостом, излучая слабое свечение. Он спокойно уселся на полу и принялся вылизывать лапу. Йо посмотрел на него с улыбкой: как же всё-таки его брат был привязан к своему питомцу.       — Теперь ты, — Хао повёл рукой и присел на диван, принимая расслабленную позу. Ну, как же ему легко даётся это заклинание!       Младший Асакура судорожно выдохнул и попытался отыскать в своей памяти все счастливые моменты, которые почему-то крутились вокруг его близнеца. Это вызвало даже какое-то удивление у него, но виду Йо не подал. Всплыли воспоминания из класса смешивания зелий, когда они первый раз поцеловались, и та волна эмоций, которая его накрыла. Он вспомнил их первый секс в спальне башни Огня, и вспышки ревности к Хао, после которых Йо понял, как на самом деле любит брата. По-настоящему, искренне, всепоглощающе. И это чувство наполнило его до краёв, затопило разум, сердце и душу.       — Экспекто патронум, — он направил палочку в сторону сидевшего на полу кота, и вырвавшаяся магия стала приобретать черты какой-то птицы. — Ничего себе!       Йо воскликнул и прижал ладонь ко рту, наблюдая за тем, как его телесный патронус превратился в белого лебедя, который встрепенулся и расправил крылья. Некомата не обратил на это внимания, продолжая вылизывать лапу. Патронус брата был куда меньше по размерам, чем его, но намного сильнее, Йо это знал наверняка.       — Ты это видишь? — как ребёнок обрадовался младший, переводя взгляд на близнеца.       — А может быть ты и не безнадёжен, — удивлённо проговорил Хао, смотря на лебедя. — И о чём же ты подумал?       Йо покраснел от вопроса.       — О тебе, — после неловкой паузы ответил он, — о нас.       — Понятно, почему раньше у тебя не получался телесный патронус, — старший Асакура встал с дивана и присел перед птицей, рассматривая её. — Интересная форма.       — Встречный вопрос: почему тогда у тебя он получался всё это время? — усмехнулся Йо, складывая руки на груди.       — Ты ещё мал, чтобы тебе о таком рассказывать, — парировал Хао, на что его брат укоризненно цокнул. Привычное подначивание, откуда-то из прошлой жизни. — Даже удивительно, что ты вызвал его с первой попытки.       Йо стоял в некотором шоке от того, что у него получилось это заклинание. И на задворках сознания он понимал, что это произошло из-за того, что все самые яркие и вызывающие радостные эмоции воспоминания оказались связаны с близнецом. Младший Асакура смотрел на птицу, которая будто бы плавала на воде, и не особо понимал, почему его патронус именно такой формы. Да, в детстве ему нравились белые лебеди, которые плавали в большом озере на территории Изумо. Он любил наблюдать за тем, как они парами жили в водоёме, и, если на их потомство никто не нападал, всегда пребывали в спокойствии. Наверное, Йо был чем-то схож с ними.       Хао подошёл к близнецу и притянул к себе, обнимая за плечи. Он склонил голову и вдохнул апельсиновый запах с волос Йо.       — Теперь ты можешь вкладывать в него сообщения и посылать мне. Патронус найдёт меня везде, — проговорил старший Асакура, мысленно расслабляясь. Некомата с раздвоенным хвостом за несколько мгновений растворился в воздухе, рассеиваясь голубой дымкой.       — Это всё благодаря тебе, — улыбнулся Йо и прикрыл глаза. — Спасибо.       — Ну, я планировал, что мы будем целый вечер мучать заклинание телесного патронуса, но раз мы уже освободились…       Хао толкнул брата на диван, нависая сверху, а белый лебедь ещё долго не исчезал из комнаты, невозмутимо паря у камина под переливистый смех своего хозяина.

***

      Когда март полностью вступил в свои права, и погода на улице разгулялась по-настоящему, студенты Махотокоро повалили во внутренний двор школы, чтобы понежиться в греющих лучах солнца под деревьями сакуры. От традиций японцев было не отвертеться: хоть вишня и цвела круглый год на этом острове, но устраивать любование розовыми лепестками являлось уже делом привычки.       Поэтому и Йо не отказал себе в удовольствии выйти с друзьями после занятий на главную аллею дворца и блаженно откинуться на траву. Рен с Хоро опять о чём-то спорили, но забивать себе голову мыслями об этом не было никакого желания. Обеденное солнце приятно грело, из-за чего клонило в сон. И Асакура бы заснул на полчасика, если бы парни, окружавшие его, резко не замолчали. Йо лениво приоткрыл один глаз и посмотрел в их сторону, а следом вскочил и сел на газоне, увидев своего брата рядом с ними.       — Что ты тут забыл? — настороженно произнёс Усуи.       Хао даже бровью не повёл и никак не отреагировал на выпадку северянина.       — Ты собираться будешь, мелюзга? — спросил он у младшего брата.       Йо осмотрел близнеца, который был одет не в школьную форму, и хлопнул себя по лбу, совсем забыв, что они хотели отправиться домой на длинные выходные в честь праздника Ханами. Некоторые студенты, живущие недалеко от школы, могли на несколько дней отправиться домой, если, конечно же, хотели этого. Остальные его друзья оставались в общежитиях, и за их разговорами о планах на праздник он совсем забыл о том, что они должны были трансгрессировать в Изумо. Но только подумав о перемещении, у Йо сводило желудок — неужели нельзя как-то избежать этого?       — Может, мы останемся в школе? — жалобно протянул младший. Конечно, они уже обговаривали это, но сделать последнюю попытку он всё же решился.       — Ты же знаешь, — вздохнул Хао и скрестил руки на груди. Обсуждать их личные семейные проблемы перед его придурками-друзьями у него желания не было.       Парни недоумённо перекидывали взгляд с одного близнеца на другого, не понимая, о чём шла речь. Но встревать в их разговор, пока здесь находился старший Асакура, никто не осмелился. Вот ещё, портить себе настроение перед праздником и отдыхом! Хао не получит такого удовольствия.       — Вечно ты всё портишь, — откликнулся Йо и вновь упал на траву, а яркие лучи бликовали на его расслабленном лице сквозь ветви дерева. — Через полчаса буду готов.       Хао устроил этот ответ, и он поспешил отдалиться от этой компашки как можно быстрее, чтобы собрать некоторые вещи в башне Огня до отъезда.       — Йо, это что такое было? — Джоко проводил старшего удивлённым взглядом, а после перевёл его на друга.       — Я не хотел ехать на праздник в Изумо, но Хао настоял. Мол, необходимо отдохнуть и перезагрузиться перед Чемпионатом, — ответил Асакура, прищуренными глазами смотря на быстро бегущие облака по голубому небу. — Мне слишком дорого обходится трансгрессия.       Друзья понимающе кивнули: они прекрасно знали, как Йо терпеть не мог этот вид перемещения. Но и в другом они оказались, на удивление, солидарны с Хао.       — Он прав, — неожиданно сказал Рен, — ты выглядишь устало. Поэтому постарайся отдохнуть дома.       Йо перевёл взгляд на Тао и задумался: даже если он ему говорит об этом, то значит от перемещения в Изумо точно не отвертеться. Он со вздохом поднялся с газона и отряхнул свою мантию.       — Ладно, хорошо вам провести эти выходные, — попрощался со всеми Асакура и направился в сторону общежитий.       — Ага, тебе особенно! — крикнул ему вдогонку Рен, но его слова унёс порыв морского ветра.       Да, если бы.

***

      Ощутив снова это чувство перевёрнутых внутренностей, Йо материализовался и уткнулся лбом в плечо брата, делая глубокий вдох.       Особняк клана Асакур из белого камня на закате окрасился в оранжево-розовые тона, но этот цвет никак не успокаивал почему-то взволнованное сердце младшего. Вновь появилось какое-то странное предчувствие по поводу их выходных дома, но он списал это на очередное трансгрессирование, которое уже успело порядком надоесть. Слишком часто за последний год он перемещался из школы домой и обратно. И сколько раз это ещё предстоит сделать в ближайшем будущем было сложно представить.       Хао приобнял брата и выждал несколько минут, чтобы тот пришёл в норму. Он молчаливо наблюдал за позеленевшим Йо, который сложно переносил это перемещение, но его внимание отвлёк домовик, который вышел встречать их у ворот.       — Пойдём в дом, — тихо произнёс Хао, когда Йо отстранился и освободил руки, отдавая клетку с филином эльфу.       — Это ты меня заставил, — беззлобно усмехнулся младший Асакура, — лежал бы сейчас в своей башне и ни о чём не думал. Чёртова трансгрессия.       — Нам нужна передышка. Ты сам это прекрасно понимаешь, — возразил Хао, направляясь вместе с братом к входу в особняк, а домовой летивировал за ними багаж.       Йо не успел ничего сказать, когда они зашли в холл, а к ним уже спешила мать. Она тут же кинулась обнимать сыновей и что-то причитать о том, что эта школа превратилась в сущий балаган, где пытаются убить их детей. Микихиса за её спиной также поприветствовал близнецов, пожав их руки и похлопав по спине. Удивительно, что он не находился в очередной командировке, и праздник проводил дома.       — Вы как раз к ужину, — опомнилась Кейко, когда расцеловала сыновей во все щёки, оставляя след от помады на каждой, и рассмотрев руки младшего, которого она ещё не видела после инцидента на Дне Святого Валентина.       Йо с лёгкой улыбкой заверил её, что на данный момент уже всё нормально, и переживать не о чем. Когда мать точно удостоверилась, что сыновья действительно целы и невредимы, она отправила их в свои комнаты готовиться к ужину.       Близнецы расходились у лестницы на втором этаже в разные стороны с неохотой. Всё повторялось как тогда, на новогодние каникулы. Как будто это было вчера, но на самом деле прошло уже три месяца. И за это время столько всего произошло. Хотелось хотя бы на миг вернуться в канун Нового года, когда на душе была эйфория от начала их отношений, когда они ещё не знали о Чемпионате, о выходках Лайсерга и «подарке» на день всех влюблённых.       Но теперь ничего не будет как раньше. Всё так быстро изменилось, что Асакуры даже не заметили, как стали ещё ближе к окончанию школы, финальному матчу по квиддичу и Чемпионату по зельям. Будто время пролетело за один миг, а так хотелось, чтобы оно остановилось, замедлило свой темп хотя бы на мгновение. То мгновение, когда близнецы будут счастливы вместе без нависших над ними проблем и обязанностей.       Йо зашёл в свою комнату и слабо улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. За короткие новогодние каникулы здесь столько всего произошло, в принципе, как и в комнате Хао, чего за всю их жизнь не происходило. Откинув боль и злость, которые он испытал за прошедшие три месяца, Йо упал на свою кровать и погрузился в тот период, когда всё было хорошо. Чувствуя, как от светлых мыслей отступает тошнота, он позволил себе передохнуть не больше получаса, чтобы после спуститься вниз и провести вечер с семьёй.       Хао в привычной чёрной футболке уже сидел за столом в столовой и переговаривался с матерью, которая расспрашивала о прошедших месяцах их учёбы. Старший отвечал с неохотой, будто бы всё ещё тая в себе злобу за принуждение к участию на турнире. Йо тихо вздохнул, ощущая настроение близнеца, и опустился на стул напротив него по левую руку от отца.       Домовики ещё колдовали над обеденным столом, который продолжал наполняться таким количеством блюд, что их не съело бы и десять человек. Младший Асакура осмотрел тарелки и почувствовал новую волну тошноты: после трансгрессии аппетита не было совершенно.       — Йо, ты как-то неважно выглядишь, — проговорила Кейко, сочувствующее смотря на сына.       — Скоро пройдёт, — попытался улыбнуться ей он и налил себе в стакан сок. Может это поможет ему вернуться в норму.       — Мы так рады, что магический котёл признал ваши силу и способности зельеваров, — с улыбкой на губах произнесла женщина, — правда, удивительно, что он выбрал вас двоих.       Братья между собой переглянулись: их шок от решения котелка уже давно прошёл, и они успели пережить весь спектр эмоций за прошедший месяц. Возвращаться к событиям, которые произошли в тот вечер церемонии, абсолютно не хотелось. Да и вообще думать о Чемпионате желания не возникало, они приехали домой не за тем, чтобы нагружать голову, а наоборот — отдохнуть.       — Да, мы очень вами гордимся, — сказал Микихиса, отпивая из своего бокала, — меньшего я и не ожидал от наследников клана.       Хао скрипнул зубами, с силой сжав челюсти. Этот разговор начал выводить его из себя: сами же заставили подписаться на этот опасный турнир, а теперь ещё и кичатся этим. Что же они будут делать, если с близнецами что-то случится в том магическом лесу? Родители лишь довольствовались мыслью о том, что теперь все будут восхищаться выбором магического артефакта и возможной победой Асакур на Чемпионате. Какие же они самодовольные!       — Ваш директор опустил в письме подробности того, кто подослал тебе ту подарочную коробку на праздник, — вдруг вспомнила их мать, обращаясь к Йо, а в её голосе слышались нотки недовольства. — Я хочу знать кто посмел сделать такое с моим сыном.       — Мам, — обречённо вздохнул Йо, — это уже в прошлом. Тем более мы сами не знаем, кто это мог быть.       — Но я считаю, что оставлять подобное безнаказанным немыслимо! Вы ведь из древней чистокровной семьи, как кто-то посмел…       — Кейко, — вдруг осёк её Микихиса, — думаю, что Голдва сделал всё, чтобы выяснить, кто мог совершить подобное. Но узнать наверняка никто не сможет. Главное — Йо выздоровел. Но свою претензию школе я всё равно направил, в том числе и от лица Министерства, чтобы они лучше следили за учениками.       — И зачем вообще кому-то вредить нашему сыну? Он же и мухи не обидит, — не унималась мать семейства, на что Хао лишь еле заметно шикнул. О, ну они-то знали причину, только посвящать родителей в это не имели никакого желания.       — Давайте не будем говорить о грустном, — предложил Мик, — тем более у нас для вас радостные новости.       Близнецы удивлённо посмотрели сначала на отца, а потом и друг на друга. Эта фраза, по ощущениям, не сулила ничего хорошего. Сколько раз вот так начинался для них неприятный разговор, Асакурам уже не впервой было слышать заговорщическую интонацию в голосе Микихисы. Кейко сложила ладони вместе, моментально переключившись с негативных мыслей, и мечтательно улыбнулась, словно она больше всех радовалась предстоящему.       — Что, Чемпионат всё-таки отменили, и нам не нужно принимать участие в этом дурацком конкурсе? — с надеждой спросил Хао, хотя разумом он понимал, что подобное никак не могло произойти в их жизни.       — Нет, — Кейко накрыла ладонью руку мужа, после чего перевела взгляд на сыновей. — Мы нашли вам невест.       В столовой особняка Асакур повисло долгое молчание. Йо, который в этот момент делал глоток апельсинового сока, подавился и закашлялся, а Хао выронил из руки палочки для еды, что с гулким звуком упали на стол и покатились в сторону. Он неверяще смотрел на довольных родителей, которые думали, что этой вестью обрадуют сыновей, но как же они ошибались.       Ярость моментально вспыхнула внутри Хао. Стихийной магии, которая окутала его тело, не терпелось вырваться наружу, и воздух вокруг него стал быстро плавиться. В глазах Кейко пронеслась взволнованность, но она успела вытащить палочку из рукава привычного кимоно, когда через несколько секунд её старший сын воспламенил шторы на окнах комнаты. Яркое пламя моментально охватило ткань и поглощало её за считанные секунды всё больше и больше, но Йо этого не видел. Он лишь спиной ощущал жар гнева брата, и одновременно пытался не задохнуться от попавшего сока в лёгкие. Невербально произнеся заклинание, чтобы потушить шторы, Кейко вскочила со стула и посмотрела на сына с упрёком. Но не успела ничего сказать, как Хао перебил её:       — Да вы издеваетесь над нами?!