Пусть это будет навсегда

Call out, call out, I was hoping you'd find me Head up, head up, cause I want you so proud I'm lost, you're lost, but you know we're not lonely Walk it off, walk it off, and don't you slow down

1

Город был охвачен предновогодней лихорадкой. Бесконечные толпы людей заполонили улицы, но Семён, не разделяя витающего в воздухе праздничного настроения, шел наперекор этому потоку, не испытывая ни радости, ни волнения — лишь тоску и холодное безразличие. Возле метро, рядом со зданием старого кинотеатра, сгрудилась стайка участников молодёжной ОПГ, от 13 до 16 лет. Шумные, уверенные в себе, они что-то жарко и яростно обсуждали. До Семёна долетел обрывок их разговора: — Мы чё, на холоде должны стоять? — сказал пацан в потёртой кожанке. — Не выёбывайся, Толян, если я сказал стоять — будешь стоять. Лох — он праздники любит. Предновогоднее время самое хлебное, — веско возразил длинный, как каланча парень, возможно, главарь. — Бля, всё равно мерзнуть неохота. Главарь заметил Семёна и нахально выкрикнул: — Дядь, закурить есть? — Ага, — мрачно ответил Семён, — А ещё выпить и закусить. — А чего хамишь, дядя? Ладно, темнее рано. Ходи, оглядывайся. Проигнорировав последнюю реплику, Семён прошел мимо. Длинный проводил его тяжелым взглядом, а после со значением посмотрел на подельников. — Чё хлебальники пораскрывали? Работаем! Выслушав последние наставления, пацаны стали расходиться. Почти все спустились в метро, а двое младших пошли в сторону ТЦ, матеря плохую погоду и недальновидного главаря. Семён зябко поёжился от холода. Стоя перед выбором — пройтись пешком или проехаться на автобусе, он выбрал второе. Денег оставалось немного — до конца месяца явно не хватит, но и мёрзнуть на остановке не хотелось. Автобус подъехал быстро. Привычный 410-й тормознул у остановки, обдав Семёна комьями грязного снега из-под колёс. Тяжко вздохнув, он забрался в салон, расплатился с кондуктором и занял любимое переднее сиденье, расположенное за кабиной водителя. Место было одиночным, оттого и любимым — никто не мешает наслаждаться поездкой. Раздалось знакомое до зубной боли: «Двери закрываются». Семён потянулся за наушниками, собираясь отгородиться от окружающего мира, как боковым зрением уловил движение — в автобус заскочила красивая девушка в кожаной лётной куртке, с раскрасневшимся от мороза лицом. Высокая и зеленоглазая, она озарила окружающее пространство своей радостной, слегка озорной улыбкой. — Успела! — отдышавшись, сказала девушка. Кондуктор не разделял её радостного настроения, он мрачно взял деньги и ушел вглубь салона. Погруженный в мысли о неважном, Семён очень удивился, когда девушка решительно подошла к нему. — Привет, что такой грустный? Замёрз, наверное? Семён непонимающе уставился на зеленоглазую. Она приветливо улыбнулась, небрежно поправив растрепавшиеся во время бега каштановые волосы. — Да. Холодно сегодня, а я не удосужился прогноз погоды посмотреть. Вот и поплатился. — Ну что же ты так? — участливо сказала собеседница. — И куда только твоя девушка смотрит? — У меня нет… девушки, — он попытался скрыть смущение, но щеки горели огнём, а сердце стучало в ритме фламенко, так и норовя выскочить из груди. — Значит, если я приглашу тебя выпить со мной кофе, ты не откажешься? — с надеждой спросила девушка. — Вы меня с кем-то путаете, — сказал Семён, для которого поведение зеленоглазой было в высшей степени странным. — Что не так? — она скорчила милую гримасу, словно обиделась. — Не понравилась, да? — Дело не в этом. Вы очень красивая. Но почему такая девушка, как вы, обратили внимание на такого парня, как я? — Много ты знаешь о том, кто нравится девушкам. Я не ошиблась, поверь мне, — без тени сомнения сказала зеленоглазая. — Простите, мне очень жаль. Но я не тот, кто вам нужен, — автобус очень удачно стал тормозить. Остановка была не его, но подорвавшись, словно ошпаренный, Семён бросился к выходу. — Если не хочешь кофе, можем выпить чаю, — напоследок предложила девушка. — Спасибо, но нет, — задержавшись на секунду, ответил Семён. — Эх, ты… Он выскочил на остановке, позволяя автобусным дверям отсечь их друг от друга. «Какой же я дурак», подумал Семён, пряча руки в карманы куртки. «А если она искренне говорила? Я ведь и правда ничего в девушках не понимаю. Что мне стоило выпить с ней кофе и банально поговорить?» Странно, но в зелёных глазах было что-то родное и знакомое. Нечто такое, отчего в нём возникло желание увидеться с их владелицей снова. Бывают такие дни, когда события складываются определённым образом. Хотим мы того или нет, нас засасывает водоворот событий, участниками которых мы не желаем быть, однако становимся помимо своей воли. Кажется, сегодняшний день был именно таким. Семён ничуть не удивился, когда из метро навстречу ему вышли двое уже знакомых бандитов, а от автобусной остановки подбежала взволнованная зеленоглазка. — Семён, стой! Я не хочу потерять тебя ещё раз! — воскликнула девушка. — Я сидела на остановке и не знала, что делать… Идти искать тебя или просто ждать и надеяться, что ты пойдёшь именно сюда. — Что? О чём вы говорите? И откуда знаете моё имя? — Я всё объясню, — радостно сказала она. — Дело в том, что… Договорить она не успела, их окружила компания опгшников. Четверо. «Откуда столько? Было же всего двое, или я затупок, и не заметил остальных? Неужели моя реплика настолько их задела, что решили отомстить и преследовали от самого кинотеатра? Хотя, скорее всего, просто совпадение». — Искали медь, а нашли золото. Вот это встреча, — сказал главный, глядя на Семёна и девушку. — Такой я человек, увидел знакомое лицо — подойду, поздороваюсь. — Что вам нужно? — спросил Семён, понимая, что драки не избежать, а дальнейший обмен репликами — просто прелюдия к действию. — А ты как думаешь? Выпить и закусить, — главарь гаденько захихикал. — Не трогайте его, — грозно сказала зеленоглазая. — Да схуяли? — вмешался Толян, делая движение, чтобы схватить Семёна за куртку, но девушка неожиданно перехватила его руку, ловко заломила её, заставив нападавшего согнуться, и нанесла обидный удар ногой под зад. Подросток потерял равновесия и кубарем покатился по асфальту. Бей по голове, остальное само отвалится — вспомнил Семён древнее, как мир, наставление. Не говоря ни слова, он ударил главаря в подбородок, вложив в этот выпад все накопившиеся обиды, разочарование и боль. Результат не заставил себя ждать. Длинный, словно поверженный гладиатор на арене, принял горизонтальное положение. Третьему зеленоглазая фурия сделала подсечку, руками толкнула в грудь, и парень упал, вслед за своими подельниками. Четвертый, выпучив от ужаса глаза, попятился от них сам. Вся сцена заняла не больше десяти секунд, но показалось, что прошла вечность. Три поверженных врага. Один разбитый кулак, бешено колотящиеся сердца и зашкаливающий уровень адреналина. — Ну их нахер, — зашипел Толян, помогая главарю подняться. — Братва, валим! Малолетние бандиты, словно тараканы на кухне, когда ты ночью включаешь свет, разбежались в разные стороны. — Скорее пойдём отсюда, — сказала зеленоглазка и взяла Семёна за руку. — Где вы так драться научились? — зачем-то спросил Семён, позволяя девушке увлечь себя. — Я карате занималась. И немного самбо владею, — чуть смутившись, ответила она. — А ты тоже молодец, не растерялся. — Спасибо. Может, всё-таки объясните — кто вы такая и откуда знаете, как меня зовут? — Сём, ты меня правда не узнаёшь? Он отрицательно покачал головой. — Я Ольга. Ольга Смирнова. Мы учились в одной школе. У меня были рыжие волосы. Ты защищал меня от хулиганов. Теперь вспомнил? — Олька? — каким-то чужим голосом переспросил Семён. — Она самая. Полагаю, теперь ты согласишься выпить со мной кофе?

2

В кафе было многолюдно. Поручив Семёну найти свободное место, Ольга заказала два стакана кофе и тарелку булочек. Заняли столик у окна, сняли верхнюю одежду. Под лётной курткой на Ольге оказался свитер грубой вязки, в котором она выглядела как-то по-домашнему уютно. Некоторое время ели в тишине. Семён млел, разглядывая Ольгу. В ней с трудом угадывалась коротко стриженная рыжеволосая девчонка, которую он каждый день защищал от нападок одноклассников. Семён никогда не был душой компании. Держался в стороне, не заговаривал первым, если не было на то необходимости. Его не трогали, и он отвечал взаимность. Но с появлением Ольги, его жизнь радикально изменилась. Она перевелась в начале восьмого класса, но не смогла продержаться и полгода. Сложно сказать — почему, но дети невзлюбили её с первого дня. Рыжая, застенчивая и робкая, Олька стала идеальной мишенью для нападок одноклассников. Оскорбления, унижения, плевки и тычки — стандартное оружие пролетариата. Родители Ольги были вечно заняты, учителя предпочитали делать вид, что ничего не происходит. И только Семён не остался в стороне. Он не смог безразлично наблюдать за тем, как девушка, которая по непонятной причине запала ему в душу, день ото дня страдает. Он бил лица, терпел оскорбления и насмешки, боролся изо всех сил, однако битва была проиграна до её начала. Толпу не победить. Закончилось всё, как это обычно бывает в подобных ситуациях, трагедией. Нерадивый одноклассник столкнул Ольку с лестницы, она сломала руку, а Семён, оказавшийся на месте трагедии слишком поздно, разбил нападавшему нос. Инцидент замяли. Скандала удалось избежать, а новость о случившемся не покинула пределы школы. Семёна перевели в другой класс. Хулигана выгнали. Но Ольку он с тех пор не видел. На все вопросы классная руководительница отвечать отказалась, отделавшись короткой фразой: «Смирнова будет учиться в другой школе, и вообще, тебя это волновать не должно». Семён не знал ни адреса, ни номера телефона Ольги. Как-то так вышло, что они почти не общались. Винить в этом можно было только себя, чем Семён благополучно занимался последующие годы. — Когда ты пропала, — осторожно начал Семён, — я места себе не находил. Я не знал, где ты живёшь, у меня не было твоего телефона. Я задавал себе вопрос — а как так вышло? Почему я был так глуп, а ты… — Застенчива? — подсказала Ольга. — Да. — Брось, Сёмка, мы были детьми. Даже не думай, что было бы с нами, обладай мы теме знаниями, которые имеем сейчас. Это в прошлом, а важно лишь настоящее. — Расскажешь, что с тобой случилось? — Меня перевели в другую школу, но перед этим я месяц провалялась дома. Читала книжки, ходила к психиатру, скучала по тебе, плакала навзрыд. Боялась, что ты меня забудешь… — Я бы никогда тебя не забыл, — горячо сказал Семён. — Но ты даже не узнал меня в автобусе, — мягко упрекнула Ольга. — Прости, — она коснулась его руки, а он в ответ крепко сжал её пальцы. — Ты изменилась. — Тебе нравится? — она улыбнулась. — Очень. Ты потрясающе выглядишь. — Спасибо. Я стала заниматься спортом, когда поступила в университет. Самбо, карате, бег. Тогда же покрасила волосы и перестала коротко стричься. Психиатр помог мне побороть застенчивость. Я больше не боюсь говорить о своих чувствах. И никому не позволяю меня обижать. — От женихов нет отбоя, наверное? — Не стану врать, что их не было. Но… — Характерами не сошлись? — Нет. Просто моё сердце давно уже занято… А ты? — А что я? Хлеб, сало, программа «Время». — Всё шутишь… А серьёзно? — Я никому не нужен. Он опустил взгляд, рассматривая содержимое чашки кофе. — Ты работаешь? — спросила Ольга. — Нерегулярно. Я сижу дома, перебиваюсь случайными заработками и практически ни с кем не общаюсь. — Почему ты сдался? Это не похоже на того Семёна, которого я знала. — Того Семёна больше нет. Ему стало не за кого и не за что бороться, — он хотел убрать руку, но Ольга удержала её. — А если бы такой человек появился? — с каким-то надрывом спросила она. — Ты это к чему? — К тому, что я люблю тебя, дурачок. Люблю отчаянно и безумно. И всегда любила. Мир вокруг как будто замер. Город продолжал двигаться в предновогодней суете. Жить и шумно радоваться приближению праздника. Но для Семёна в этот момент мир сжался до размеров столика, за которым они сидели. Важна была только Ольгина улыбка, а ещё блеск надежды в её изумрудных глазах. — И я тебя, Оль. Всё это время. — Пошли ко мне, — предложила она. — Я живу рядом. У меня есть мандарины, «Наполеон» от мамы, шампанское, я даже ёлку нарядила. Хотела праздновать одна, но, похоже, отхватила кусочек новогоднего чуда. Семён только кивнул. Случившееся с ними иначе как чудом назвать было нельзя. Ольга расплатилась за кофе с булочками, и парочка вышла на улицу. — Не боишься хулиганов? — шутливо поинтересовалась Ольга. — С такой защитницей? Не боюсь.  — Я польщена, — она засмеялась. — Сём? — Да? — Я так рада, что нашла тебя…

3

Они встретили Новый год вдвоём. У Ольги дома было тепло. Пахло мандаринами, корицей и хвоей. Они приглушили свет, набрали еды, открыли шампанское. Устроившись на мягком диване, включали любимые песни на Ольгином ноутбуке, рассказывали истории из жизни и растворялись во взаимных объятиях. А потом целовались долго и нежно, отбросив все страхи, разочарования и сомнения.  Горькое слово «одиночество» было больше не про них. Семён и Ольга, словно детали одного пазла, наконец-то стали единым целым. Ничто не сможет их разлучить. Семён верил. Верил горячо, страстно. Они будут вместе. Будут любить. Они не знали в жизни радости. В их душе были только боль и холод. Но теперь… теперь всё будет хорошо. Всё наладится. — Загадай желание, — прошепчет Ольга, когда за окном начнут взрываться фейерверки. — Пусть это будет навсегда, — скажет Семён. Начиналось лучшее время в их жизни.