Счастье созидания

Я тяжело вздыхал и подолгу жмурил веки, сидя в курилке боевого космического крейсера. Радость недавней победы, дембель ребят - всё было стеклом: блестящим, острым, ярким в бьющем счастье прямо по сердцу. Празднование победоносного завершения компании висло вечным вчерашним днём в памяти. Казалось, привкус кнопочных сигарет и алкоголя никогда не покинет носоглотку. Празднование. Вечеринка. Всё выдалось даже пожалуй что слишком, широко-радостным. Рок-н-рольная музыка рано ушедшего детства вкупе с избыточным табаком и алкоголем - всё вроде что надо, но... ...но чем больше людей, тем больше блекнут приятные, заранее известные, общие темы и воспоминания. И вот они, у всех полны таким среднестатистическим уровнем благополучия. Первые поцелуи, первые отношения, первый секс - всё что поднимается в убийственной массовой попойке. Паритеты, дуэли прошлым, среднее арифметическое было уже невыносимо крупнее моего. Нищета, труд, оторванность от курса сверстников помимо вышеназванного ещё и необходимостью ухода за старшим поколением, пока их прямые потомки тусовали и гонялись за мечтой, проматывая пенсию стариков. Полный голяк, полный ноль со свободным временем, отсуствие личной жизни. Кто-ж там будет разбираться, в каких условиях и почему. Ответ: "Да", "нет", либо замялся, всё - летишь вниз по иерархической лестнице, разве что выковыряешь какой-нибудь дурости, грязи по малолетке, но всё оно не то. Сухая выжженная пустошь. Стыдосрамная деревянная неопытность. Все итак уже пожили в большинстве своём веселее моего, так ещё и им есть куда, к кому демобилизовываться. У меня - никого. За спиной - наверняка ничего, тунеядно вынесено и продано всё что от меня оставалось, а чего спиздить и проебать не могли, наверняка выжато догола. Поезд детства, поезд отрочества, поезд подросткового, поезд романтичного, ушёл за неумолимо убежавшими годами. Компенсировать, возместить упущенное - с бытия хотелось спросить просто невозможного, а никто и не даёт такой возможности, ничего не маячит, что могло бы утолить прошедшее, утешить или чем можно было наконец-то заполнить недостающие детали в себе, своей жизни. "Всё лучшее достаётся тому, кто умеет ждать" - скажите это всем, кто не просто не создал семьи, а у кого и на личном фронте полный голяк всю жизнь до седых волос был, хотя и не выделялся ничем. Как хорошо, что живём не вечно. Как хорошо, что есть смерть. Я категорически не доволен собой. Мне ненавистно невозможное изменить, прошлое. Словно штыки, это ощущение вонзается в мозг и разжигает пламя в душе. Горечь, ненависть, упёртой мелочностью сводят с ума со скоростью света и требуется или сиюминутно заглушить боль, или, как пел Егор Летов "Покончив с собой, уничтожить весь мир!" Я тяжело вздыхаю, чувствуя как вымуштрированное тело сбоит невосстанавливающимися нервными клетками - поднимаю ладонь и гляжу как дёргается палец. Такое - каждый раз, когда в душе сталкиваются гигантской силы чувства, но я глушу их и стараюсь вообще ничего не выпускать, никакой эмоции. Опускаю железный занавес, перекрываю кислород, ухожу в материально-бытовое. Когда-то я ещё чувствовал сии эмоции - они раскрывались ярчайшим цветком калейдоскопа взрывов внутри меня. Муштра, самодрессировка. Годами ничего не выявляло этого, но теперь стал палец дёргаться в момент подобного удара чувств-с. Нужно срочно хапнуть эндорфина - из-за пазухи достаётся чекушка водяры, делается большой глоток, без занюхивания, запивона, или чего-то ещё, пропускается внутрь и от жара становится хорошо, а дальше только требуется припасть как астматик к ингалятору, к сигаре и впитывать табак, пока не станет нейтрально, а в идеале - хорошо. Больше всего конечно судорогой душу сковывало другое осознание - я просился долго, целым ворохом бумажек, отправить меня на пограничные миры, туда в смысле, где жарко. Умру, принеся пользу. Кого-нибудь из боя вытащу, может старшего по званию закрою собой, ещё чего - главное с пользой инвистировать жизнь. Суицид западло, но алгоритм принятия решений, самый как раз суицид и есть. А меня отправили, блять, в другую "ветвь" галактик. Пограничную с тупиком. С областями откуда ничего, как говорят учёные, не прилетит и куда ничего никогда не отправится. Гарнизон там слабый, формы жизни на планетах таких систем миролюбивые, плюшевые - словом угрозы не представляют. Снова на меня смотрела смерть, в очередной раз. И снова я родился в рубашке - любой другой бы радовался моей удачливой живучести, только "любого другого" кто-то когда-то да любил, кто-то да ждал, кто-то да уважал или было куда возвращаться за подобным, али же было ради чего жить: это подавляющее большинство обычно тупо упиралось в источники радости, тем и занимали себя. Живущие одним днём, харизматичные, романтичные, в социальной радости внимания софитов наравне со всеми остальными, кучей друзей, знакомых, подруг, девчат, бывших, нынешних, потенциальных - жизнь была в их венах, кричала каждым дыханием. Глубоко вздохнув, я притушил сигару - флюрография говорила, что даже с лёгкими у меня порядок. Завтра меня уже совсем стыдно - заберёт транспортный звездолёт вместе с остальными. Что ещё хуже - мне дали местечко считай что отдых, а не служба. Все завидуют. А мне горько. У меня забрали мой огнемёт. У меня больше нет сужения жизни до адреналинового коридора и чёрно-белой азартной грани жизни и смерти. Зачем в очередной раз, я выкинут в жизнь, в пустоту, столь обожаемую большинством? Их любят и они любят. А мне нахер оно надо? Ещё землю топтать. Одному в пустоши. Где я итак всю жизнь под почти вечным зенитом адского зноя одиночества. "Хожу везде пешком, будто ёбнутый мешком. Нахуй никому нигде не нужный, будто ком..." Жалко, что нельзя как преподобному святому. Он заранее в одиночку копал себе могилу и каждый день перед сном приходил к ней и стоял, вглядывался. Вот бы меня в такую просто скинули, да закопали и забыли. Яблоню бы посадили, чтоб из моего жмура выросла. И скамеечку. Парочки пускай целуются под листвой. Яблочко срывают кушают. Нахуя кресты, памятники... Кому какое дело при жизни-то? А по смерти так и тем более, нахуй мне надо, чтоб родня таскалась, возилась... Ещё если детей на какой праздник утащат, чтобы они всё возненавидели - и меня и родню и праздник... Мысли о смерти утешили. Я вновь почувствовал радость бриза. Я просто выпущенная пуля. Значит, надо ещё полетать. Задание ещё какое-то дурацкое! Роботов испытывали какие-то частные вояки олигархов. Решили технику и пилотов опробовать для народного хозяйства, борьбы с агрессивной окружающей средой и прочим. Мне ещё и курировать... Тяжело вздохнув, я цокнул и решил ознакомиться наконец с личным делом. Работа идеально входила в мою позорную пустоту одинокого детства, юности и молодости. Всё что у меня было - в года реакции: подполье, в года неожиданного подъёма: политруковская проповедь ликбеза. Время нихуя не лечит. Успехи на поприще я бы с удовольствием променял на счастье быть живым, быть человеком, быть хотя бы чуточку поближе к этому самому, среднему арифметическому из звонокого счастья всепрощающей молодости по линии личной жизни. Но никто не предлагает обмена. Что поделать - раздача хуйня, козырей почти нет, одна мелочь. Только думать о тех, кому и того не досталось, да доигрывать. Заебала уже эта партия. Скорее бы выйти из-за стола с похуй каким результатом и на тот свет. Я, как шутил персонаж Шварцнегера в фильме Коммандос, "...смертельно устал..."