Фокус с исчезновением

– Шедоу Милк?... Голос звучит максимально неуверенно, стоило юноше ступить на порог буквально царских покоев – пускай все выглядело слишком хаотично и мрачно, огромная кровать посередине комнаты была вполне себе уютна и привлекательна – массивные и очень мягкие на вид подушки в размере трех штук расположились на пышном одеяле. Так и хотелось занырнуть туда с головой, но увы и ах. – Ах! Негоже так внезапно врываться в девичьи покои, ты, невоспитанный! Девичий возмущенный голос резанул уши, и Ванилла уже успел отпрянуть назад, приготовившись извиняться, только вот рот лишь беззвучно открылся и закрылся, когда перед глазами предстала данная девица – синяя кожа, разноцветные бело-черные ресницы... – Шедоу Милк?! Изумлению не было предела. Что-что, а такого ожидать лекарь ну вообще никак не мог! – Не понимаю, о ком ты. Задорный и, можно сказать, лихорадочный смех наполнил помещение, во время которого "девушка" согнула спину и чуть не начала задыхаться. Находившаяся ранее в аккуратных руках корзинка была отброшена куда-то в сторону, что ничуть не нарушало хаотичную обстановку. – О, какой же ты смешной! Видел бы ты свое лицо, глупышка-ванилька! Умора! Трикстер плавной походкой направляется к блондину, которого внезапно резко хватает за руки и утаскивает в самый настоящий вальс, кружась с ним по всему свободному периметру – на лице зверя сияла хитрая улыбка, а вот Ванилла пребывал в не шибко легком шоке, но это не мешало ему активно принимать участие во внезапном танце. Так синевласая девица и дотанцевала своего званого гостя до конечной точки – тело бросили на кровать, которая оказалась еще мягче, чем казалась на первый взгляд, а после она грациозно запрыгнула на чужие бедра, от чего лекарь чуть было не поперхнулся. – Я, Шедоу Милк, взываю тебя, мой слуга, внести разнообразие в нашу интимную жизнь, ха-ха-ха! Лицо Пьюр перекосилось в непонимании, а от слов про интимную жизнь его щеки покрылись мягким румянцем. Восседающий на нем... товарищ? В обличии милой девицы не прекращал улыбаться, вдобавок пялясь на бедолагу своим холодным, пронизывающим насковзь взглядом. Вся ситуация была до жути неловкой, а воспринимать трикстера в новом теле было просто невозможно, и блондин чувствовал себя ужасно некомфортно. – Чем тебя она не устраивает? Как по мне, все замечательно. – Оох, какой же ты нудный! Тебе что, не интересно натянуть мою прекрасную, мокрую киску на свой хуй? Или Вайт Лили уже умудрилась показать тебе все прелести опыта с женщинами? А этот парень... эта девушка? Тьфу ты... В общем, на слова тут скупы вовсе не были, что только подливало масло в огонь – Древний закрыл свое лицо руками и тихо простонал от ужаса всего происходящего. Но, все-таки, синеволосый был прав. Было интересно. – Нет, мы с Лили друзья. Я бы никогда... – Бе-бе-бе, что мы там бормочим себе под нос? Не слышу-у! Наглость Шедоу начала выбивать вечно спокойного лекаря из равновесия, причем с нервами у него проблемы начались уже давно, с первой их встречи... Так что, желание утихомирить этого засранца не заставило себя долго ждать – Пьюр хватает женское тело и – хоп! – теперь уже он находится сверху, нависая над трикстером, на лице которого на секунду можно было заметить удивление, которое мигом сменилось на озорство и... еще что-то непонятное. Мастер иллюзий скрестил свои ножки и положил ладони между ними, игриво прикрывая промежность тканью платья. Возбуждение огромной волной окатило оба тела, и ощущать его в женском теле было как-то слишком уж странно, но нельзя было сказать, что было неприятно. Особенно тогда, когда похоть будто бы со всей дури вдарила по синему животу, стоило мягкой ладони Ваниллы взяться за бедро. Дыхание сбилось, пока рука раздвигала податливые ноги – Милк ни капли не наврал, когда говорил о влажности своей промежности. Блондин был приятно удивлен отстутствию нижнего белья под столь невинно милым платьем. Женское лоно мягко блестело на приглушенном свете, и блондин клянется, что видел, как прозрачная капля медленно стекла вниз. – Ох, куда мы смотрим?! Ах! Синеватое тело вздрогнуло – теплые пальцы мягко огладили гладкий лобок и спустились ниже, продолжая движения так, будто читал надписи из объемных точек для слепых. Подушечки прикоснулись к бусинке клитора, и трикстер звонко простонал, когда они принялись гладить его по кругу, совершенно не стараясь сильно давить. Все его движения были невероятно мягкими, в каждом чувствовалась нотка заботы, любви и нежности, но становилось смешно от мыслей, что сейчас эти движения, вообще-то, были нацелены на детальное изучение мокрой женской промежности. Из-за этого со рта "девушки" сорвался тихий смешок, и юноша не смог удержаться от идеальной колкости. – Ооой, ты как девственник! Она не кусается, лишь пускает слюни на тебя и твои рук- Ах! Два длинных пальца грубым и резким толчком протолкнулись внутрь, из-за чего нижнего аж тряхнуло. Тот, заскулив, хватает расположившуюся рядом подушку и прячет лицо в ней. Пф, будто Ванилла не может догадываться о том, как оно выглядит, когда нижняя часть тела приподнимается и похотливо насаживается на фаланги сама. Внутри было тепло и невероятно влажно – настолько, что даже малейшее движение сопровождалось хлюпаньем смазки. Шедоу Милк практически задыхался, тяжело дыша и постанывая в мягкую подушку, которая, как на зло, заглушала все издаваемые милой девицей звуки. Но парень позволил Зверю иметь при себе этот мягкий прямоугольник. Пока что. Трикстер был готов кончить прямо сейчас, какими бы странными не были обстоятельства – ему, на минуточку, парню, дрочат клитор и вагину, и от всего этого действия у него невероятно кружилась голова. Было как-то странно не ощущать у себя между ног свой родной хуй, но он сам решил поразвлекаться в теле девушки, и ни капли не жалел об этом. Его рука резко дернула за горло платья, безжалостно разрывая мягкую ткань с такой легкостью, словно одеяние было сделано из тонкой бумаги. Перед взором Древнего предстала оголенная женская грудь, и он даже задумался – его заводит то, что перед ним девичье тело, или же это все этот синий гаденыш, который одурманил его разум настолько, что, даже, превратившись в собачку-торта, тот останется таким же невероятно привлекательным в разноцветных глазах? Большой палец лег на бусинку нервов, начиная ее гладить, а синеволосый выгнулся и громко простонал, грубо вышвырнув подушку от невозможности нормально дышать. Пальцы уже давно нашли чувствительное место и, ни капли не сбавляя темп, ласкали и его тоже, выкладываясь по полной – пальцы болели и уже устали, но наблюдение за тем, как ерзает и громко стонет его Зверь, прибавляло сил действовать дальше, игнорируя неудобства. И вот, тело Милка наконец наградило Древнего результатами его стараний – тело снизу затряслось и замерло, голова откинулась назад, а синие руки вцепились в немного мокрую кровать с такой силой, что еще чуть-чуть и куски будут безжалостно оторваны. Оргазм ощутился, словно удар чем-то тяжелым по голове, иначе парень не знал, какого черта в один миг уши заложило, перед глазами все помутнело, а силы внезапно пропали, из-за чего тот разлегся на кровати, как тряпичная кукла. – Неплохо, но можно было и лучше. Врет. Блондин на данную фразу лишь улыбнулся, усаживаясь рядом – его мягкие руки легли на чужое бедро и принялись нежно поглаживать, вызывая у трикстера данным действием практически мурчание. Как-то слишком быстро поменялась обстановка... Через пару минут парень вернулся в свой изначальный облик, и теперь Ваниллу начало преследовать чувство, словно он подрочил какой-то незнакомой девушке. Ну нахуй эти фокусы, ей богу.