Вместе быть нельзя

- Зачем ты это сделал? Зачем ты предложил сделать мир другим в обмен на казнь? Ты же понимаешь, что теперь они только сильнее захотят избавиться от тебя Он молча. Его рука поднесла к губам стакан, чтобы отпить, но перед этим, он заговорил. - Так мило... Волнуешься за меня - Я волнуюсь за то, что будет после этого Он наклонил стакан и запрокинув голову залпом выпил его содержимое. После этого бутылка опустела. Проклятье медленно поднялось с дивана и обойдя его, подошло к девушке. Рядом с ними был кухонный остров, на который и поставились бутылка и стакан. - Они не дадут тебе спокойно жить. Они что-нибудь придумают и... - Они ничего не придумают - дерзкий и низкий голос будто вернули разум. Она вспомнила с кем говорила. - Зачем тебе это? Он выдержал паузу, прежде чем сказать. - Хочу, чтобы тебе было спокойно - она с непониманием посмотрела на него - Я знаю, что ты совсем недавно только вышла из комнаты. Так страшно жить? - Вовсе нет - А что тогда? Она не могла сказать, что это из-за него. Больно гордая была, чтобы признаться в своих страданиях по нему. Да, оставлять его без ответа - было рисково, но разве она могла по-другому? Не дождавшись ответа, он продолжил - Ничего эти старики мне не сделают. К тому же кто сказал, что они вообще поймают меня? Девушка закатила немного глаза от его самоуверенности и повернула голову в сторону кухни. Мужская рука взяла ее подбородок и повернула в исходное положение. - Сукуна... - снова мольба. Жалобная и беспомощная в сравнении с ним. - Нет - очень грубо. И сухо ответил он ей. Ему был важен этот зрительный контакт. Она поддалась. Стояла напротив него, не позволяя глазам уйти в сторону. Король Проклятий сделал еще шаг к ней. Расстояние было маленькое и казалось, что вот-вот снова между ними будет искра. - Ты совсем не думаешь о себе... - щенячьи глазки будто требовали понять эти слова. - Хочешь знать о чем я думаю? - он сказал дерзко, четко, с властью Девушка молчала. Казалось, что его алые глаза пронзают насквозь. - Я постоянно думаю о том, как такая невинная красавица, как ты трахалась с таким грязным созданием, как я - он сказал это прямо ей у губы, чтобы каждое слово въелось в ее память - И тебе это нравилось... Нравилось, когда я доказывал всем, что ты моя - Я всегда была твоей - голос дрогнул - и всегда буду Эти слова - были последним, что запало в душу Короля. Он сорвался. Не мог больше ждать, пока все образуется. Его губы впились в неё. Возможно немного больно, но та животная страсть, что бурлила внутри лилась через край. Язык проник внутрь и начал там хозяйничать. Одна рука по-прежнему держала подбородок, а вторая притянула её за талию, зажимая руки меж их разгоряченными телами. Анри сначала вцепилась руками в его грудь и попыталась оттолкнуть. Но не получилось. И не получилось по большей мере не потому что не было сил, а потому что она хотела его. Тело так скучало по его грубым ласкам. В груди разжегся пожар и она сама не понимала это от желания или от злости за его действия. Еще несколько секунд, она пыталась держаться, пыталась думать о том, как больно он ей сделал. Ей было нельзя оставаться с ним. Просто нельзя, потому что боль не уйметься. Но он не собирался останавливаться. Он напористо шел вперед, вцепившись в губы. В моменте рука, что лежала на талии начала подниматься выше и зажатое женское тело, оторвалось от земли. Он и вовсе не ощущал ее веса, она казалось ему легкой, даже очень. "Прошу, отойди от него. Отойди, отойди, отойди.." Словно мантру она повторяла одно и тоже имя в голове. Но тело не хотело уходить. Хотело продолжить. Хотели уснуть в его обьятиях, в грубых и ласковых одновременно. Он за секунду опустил руки к ее бёдрам и подхватил ее. На его руках, она была выше. Пальцы вжимались в кожу, оставляя отметины. Она обхватила шею двумя руками, и продолжила целовать его. Ничего уже было не остановить. Чувства перешли границу дозволенного. Проклятье относило ее в свои покои. Там женское тело коснулось мягкой ткани постельного. Он навис над ней и тут же начал снимать униформу. Да, она была в ней. Так мчалась к нему, что возможности переодеться совсем не было. Сначала он оголил верх. Белый бюстгальтер плотно прилегал к ее груди, отчего его глаза стали еще ярче. Следующей в ход пошла юбка. Он одним движением избавился и от нее. Губы прильнули к ее шее. Она почувствовала легкое покусывание и выгнулась ему навстречу. Влажный язык вырисовывал узоры на ней, спускаясь все ниже: к ключицам и груди. Сквозь тонкое кружево он прикоснулся к соску, вызывая волну ощущений. Губы прошли дальше и вскоре он поднял ее ноги выше, открывая перед собой интимный вид. Сняв трусики, он проник языком в ее киску и начал выводить быстрые движения. Несмотря на всю резкость, было невероятно приятно. Губы вытягивались в каждом стоне все больше и больше. Он крепко держал ее, чтобы она не останавливала его. Горячее дыхание пробивало до мурашек. Каждое действие заставляло тело вздрагивать. Это продолжалось еще несколько минут, пока член не начал болезненно пульсировать в его штанах. Уже было невозможно держаться. Сукуна встал перед ней и начал расстегивать брюки. Девушка тут же оказалась напротив, подставляя свое лицо ближе для минета. Вынув орган, он не церемонясь немного надавил на голову, чтобы она сразу взяла половину. Горячие слюни размазались по стволу. Властный взгляд без перерыва смотрел на нее сверху вниз. Он запрокинул голову и сквозь губы простонал. Рука надавила сильнее. Анри стала работать усерднее, помещая в свое горло все больше. Его рука сильнее сжала волосы и направляла ее вперед-назад. Через пару минут осторожно вытащил член. Тонкая нить тут же порвалась между ними. Он начал наваливаться сверху, а она слегка подвинулась назад, послушно раздвигая ноги. Губы не переставали целоваться все это время. Поцелуй был самой важной частью всего этого. Он был символом того, что между ними не просто животная страсть, а настоящие чувства. Такие же запретные, как яблоко в истории Адама и Евы. Он был максимально близко к ней, но дискомфорта не причинял. Своим членом он несколько раз провел вдоль половых губ, раздвигая их и доказывая ей, как она пуста без него. Хриплый стон вырвался из женских губ. Ждать было уже не возможно, не ему, не ей. Одним движением, член грубо вошел внутрь. Внутри было узко, даже очень. От его размеров внизу живота почувствовалось растяжение. Он словно зверь, зарычал, протискиваясь глубже. - Черт! Как я скучал по этому... Он признался, что скучал. Ее ногти впились в мускулистую спину, оставляя небольшие царапины. Вскоре член вошел целиком и Сукуна смог начать двигаться в ней. Первые толчки были в одном ритме. Стало влажно, и комната наполнилась самыми пошлыми звуками. Он немного постанывал, пока она кричала. Чувство заполненности и нужды разливались по венам. Хрупкое тело едва виднелось, сквозь проклятье. Она осторожно коснулась его щеки, пока он двигался в ней и с прикрытыми глазами произнесла: - Мне было так плохо без тебя... Сквозь стоны получалось говорить не совсем внятно, но он все понял. - Мне тоже... - его рука нашла ее и сцепила замок. Он выдавливал ее в кровать, но даже так, она не отпускала его. Ритм не сбивался, через несколько минут Сукуна вышел из нее и взяв за руку перевернул на живот. Девушка не поспевала за его действия. Повернувшись, он одной рукой поднял ее бедра выше, а второй направил свой член к ней. Встав на четвереньки, она словно кошка выгнулась, соблазняя его. Он также резко вошел и с их губ одновременно вышел стон. Обе руки взяли женское тело и толчки стали жёстче. Но даже так это был не его максимум. Он знал, что она банально не выдержит если он выложиться на все сто процентов, а потому сдерживался. Несколько толчков и мужчина прижался к ней, обхватив шею и запрокинув ее голову выше, чтобы не терять зрительный контакт. Мужчина прошептал ей: - Скажи, что тебе нравится быть моей... - Мне нравится... Нравится принадлежать тебе... Окончательно сбившись с ритма, он просто входил и выходил, наслаждаясь ее тугостью. Анри не прекращала стонать. - Сукуна... Я Почти... Пожалуйста, не останавливайся... Пожалуйста Он и не собирался останавливаться. Дело нужно было довести до конца. Впиваясь пальцами в бархатную кожу, он довел ее до пика возбуждения. Внутри нее все сжалось, и стало теплее и влажнее. Он это сам почувствовал. А протяжный стон, стал свидетелем всего этого. Ее ноги слегка подкосились, стоять на четвереньках было уже не так легко. Корпус тела стал опускаться вниз. Тогда он взял ее тело и ловко перевернул снова на спину. Она уже ничего не соображала, просто отдавалась чувствам. Податливое тело лежала под ним. - Потерпи, малышка... Еще немного Он снова был внутри. Снова ее стоны, его дерзкие движения, снова жар наполнил комнату. После оргазма она будто стала еще уже, а потому он был близок. Толчок за толчком, он подходил к своей кульминации. И вот, резко вытащив орган из нее, мужчина излился на тело со стоном и рычанием. Температура биологической жидкости тоже была высока. Она это ощутила всем телом. Он упал рядом с ней, но она в отличие от него, восстанавливала дыхание. У него не было в этом необходимости, его выносливости можно было позавидовать. Он опустил руку на ее талию и пододвинул ближе к себе. Ее руки мягко обхватили проклятое лицо, и девушка поцеловала его в губы. Их взгляды сошлись. Они уже не копошились друг в друге, просто наслаждались моментом. Тишина. Пустота. Только их дыхания в такт, находились рядом. В душе было спокойно. Показалось, что никаких проклятий, Шаманов, проблем - вообще ничего нет. Но это только показалось. Анри своей рукой мягко гладила его щеку. - Можно спросить? - тихо произнесла она - М? - У тебя был кто-то? Ну... Пока мы... - Нет Он уверенно ответил, доказывая ей свою верность и преданность. Сукуна итак не хотел бы быть с кем-то из людей. Делить с ними постель, еду, вещи. А тут, в его голове не исчезал ее образ, так что ответ был очевиден. - А у тебя? - Нет Даже если бы кто-то и был у нее, вряд ли он бы долго прожил после ее слов... Эти слова стали признанием в чем-то большем, чем обычной привязанности. Анри стала медленно подниматься с кровати. - Прости, мне надо в душ Она встала и захватила с собой футболку из его шкафа. Футболка которая уже принадлежала ей. Девушка вошла в душевую и бросив вещи включила воду. Она собрала волосы в пучок, чтобы не мочить их. Тело охватил пар от горячего душа. Капли начали медленно стекать по телу, смывая всю грязь, но не его касания. Их она запомнила навсегда. *** Через несколько минут она вытерлась и надела футболку на тело. Распустив волосы, она начала разглаживать их на плечах. От пара, зеркало слегка запотело, но она видела саму себя. В глубине души стало неспокойно. Ощущение, что что-то не так не уходило. Резко дверь душевой открылась и Король Проклятий прошел внутрь.