Просьба

"Мы все еще святые последних дней!"

      Слова, которые требовалось услышать очень давно. Столь простое понятие, что, не глядя на все твои минусы, ты все еще оставался мормоном если так же страстно желал нести в мир добро и надежду. А уж мелкие согрешения, ну… Особенность у тебя такая, ты же хороший, подумаешь тебе там нравится смотреть телевизор после 10, не делает же тебя это на уровне с Гитлером. С таким новым взглядом на жизнь и приходилось теперь проживать свои дни бывшим миссионерам 9 округа. Да, президент миссии сказал, что они позор, семьи некоторых отказывались видеть свои детей в лицо, да и проблему СПИДа так не решили… Зато, хотя бы они были счастливы! Они могли открыться миру! Пробовать что-то новое, что-то… Запретное, что они так давно таили в себе… Закрывали свои чувства ото всех, с грешной надеждой каждый раз оглядываясь на объект своих желаний. МакКинли была знакома эта проблема. И хоть после знаменательной речи Прайса о святых последних дней прошло меньше недели, он уже действовал решительно в своих помыслах. Он хотел попробовать грех. Нет, он ЖАЖДИЛ его распробовать, вкусить каждую каплю, что манила его все эти годы. Соблазняя его со всех экранов, медиа и книг… Он желал распробовать… Чай.       Этот грешный напиток, который все распивали с такими улыбками! С таким этикетом! Ну, мормонам, по сути, можно чай, но который сделан только из трав, не зеленый, не белый, не серобуромалиновыйВ ОБЩЕМ МакКинли пробовал черный чай. Конденсат скапливался по бокам кружки и не глядя на всю жару в Уганде, сегодня парень не хотел отступать. Напиток манил своим сладостным вкусом, хоть сахара туда и не было добавлено. Вот он знаменательный момент. Сидя на небольшой кухне, за маленьким столом, на котором стояла кружка, у которой была склеена наспех ручка, глава бывшего округа собирался совершить грех. Не глядя на трясущиеся пальцы, поджатые губы и все устои, что у него держались в голове все эти годы, он наконец тянулся за кружкой, поднося ее ближе и ближе, пока… Сама судьба не решила ему помешать! В комнату заходил Кевин Прайс, что уже своим присутствием мог выбить все предыдущие мысли с головы. Он был единственным ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫМ парнем, которого за долгое время встречал МакКинли. То, как он укладывал волосы... А то, как он ухаживал за одеждой, что она до сих пор блистала! А его обтягивающие брюки, что выделили во всей красе его сочную задницу, которой многие женщины могли бы позавидовать. А его глаза, а его грудь, а... — Старейшина МакКинли…? — Озадачено окликал Кевин, садясь рядышком за стол — Старейшина Прайс! Рад видеть вас, — Быстро помотав головой, Коннор приветственно улыбнулся — Помню, когда я выпил всего… Парочку чашек кофе, то кое-кто хотел мне провести целую лекцию о грехопадении, — С легкой насмешкой проговаривал Кевин, глядя прямиком на кружку с чаем в руках парня рядом. Тот случай мог бы остаться секретом, если бы КОЕ-КТО Арнольд не разболтал это всем старейшинам, после чего пошли упреки, хоть по большей части были волнения по поводу пищеварения Прайса... 12 кружек, это все же нехилое такое слабительное. — Ну, я решил последовать примеру одного очень воодушевляющего человека, сделать что-то… Особенное, — Усмехнулся глава, однако в ответ ему уже не последовала улыбка. Кевин выглядел менее радостно, чем обычно. Это можно было списать на утреннюю ворчливость от сонливости, но нет! Он выглядел подавлено и чем-то явно встревожен, — Кхм… Не могу не заметить твоего настроение, что-то случилось? — Я могу кое-чем поделиться с тобой? — Не ходя вокруг до около, прямо спрашивал Прайс. — Конечно! Я даже немного удивлен, что ты решил довериться... Мне, — Удивление было обосновано. Хоть он и был главой округа (бывший. Это ведь такое важное поправление) и должен был наставлять своих подопечных на правильный путь, помогая справиться с моральными муками.. Но а что насчет Арнольда? Они с Кевином сладили в последнее время и больше ожидаешь, что он обратится именно к нему. Может Каннингем не так... "привычно" мог поддержать, но Прайсу с ним, казалось, было намного лучше, чем с другими... Что же такого он ожидал от Коннора в этом случае? — Что тебя беспокоит? Что бы это ни было, знай, что тебя не осудят, — По большей части это были заученные слова, но обычно они помогали человеку быстрее раскрыть свои переживания. И пока парень около него собирался духом, мня между собой кулаки и бегая взглядом, Коннор решался наконец согрешить. Поднося кружку к губам, за свой второй десяток лет, он делал свой первый глоток чая, что был вполне.. — Я хочу переспать с мужчиной, — Резкость слов била в под дых, от чего не так удивительно, что весь греховный чай тут же оказывался на столе, пока начинающий грешник слезно откашливался, пытаясь переварить слова в голове. Переспать?? С МУЖЧИНОЙ?? Прям.. СЕКС? ГЕЙ СЕКС? Пролитый чай уже не так волновал, как сам факт, что этого желал... Сам Кевин Прайс и... Он поделился этим с Коннором? Ох батюшки! Пытаясь откашляться и глухо извиняясь за весь устроенный беспорядок, МакКинли поднимал взгляд на озадаченного Кевина. — О нет-нет, ты не подумай! Чай оказался не таким вкусным как я ожидал, — Поджимая губы, пытался оправдаться юноша — Ну и то, что ты желаешь содомии с мужчиной… Та еще новость! — Мормоны ведь не врут! Хоть это ситуацию и не делало лучше... Ну, для одной стороны. До рыжей головы доходили счастливые новости, что Прайс оказался не таким уж натуралом! Что эта горячая задница предназначена не только для женских рук. Но радость свою стоило поумерить, ведь в этом и была проблема! До жути знакомая проблема... — Да, ты предлагал выключать это, но у меня что в первый раз не вышло, что и сейчас! Я не думаю чт.. — Прайсу не позволили продолжить, так как его перебил юноша рядом, одаряя его ласковой улыбкой. — Старейшина Прайс, мы не должны уже следовать этому правилу. Раз мы можем отойти от некоторых... Не таких уж и логичных предписаний, то что такого в таких мыслях? Помню, ты сам говорил, что в этом нет ничего плохого, — Усмехнулся Коннор, заражая своей улыбкой подавленного приятеля, что, судя по распахнутым глазам, осенила одна идея. Но озвучить ее в полной мере тот не смог, так как на кухню завалились другие Старейшины, желая всем доброго утра и спрашивая, что же было пролито на столе. Ну, сути их небольшого разговора было вполне достаточно, чтобы взбодрить Прайса, что уже с широкой улыбкой здоровался со всеми, пока в один момент он не наклонился ближе к Коннору, обжигающе шепча тому на ухо: — Тогда Вы будете не против зайти ко мне после отбоя? — Вопрос был неряшлив, в быстром темпе, чтобы другие Старейшины не услышали, но этого уже хватало МакКинли чтобы прочувствовать интимность всего момента. Зайти после отбоя? В комнату Прайса? Зачем?? Что они будут делать?? И все это после слов о желании секса с мужчиной?? Щеки парня горели, он даже не замечал за собой, как активно закивал Кевину, лишь через минуту осознавая, на что же он согласился. А правильно ли он понял? ОН НАДЕЯЛСЯ, ЧТО ДА. Но и в тоже время нет, ведь это согрешение будет похуже небольшой чашки чая... Но намного слаще, желание, горячей… — Неужто чай правда оказался отравой?? — Прозвучал взволнованный голос одного из юношей, что беспокойно оглядывал застывшего на месте бывшего главу. Тот и не заметил, как вновь погрузился в свои греховные мысли. Сегодня явно будет интересный день… . . .       Была лишь небольшая проблемка... До ночи было еще ой как далеко! А вот так ходить весь день и не знать, что же тебя ожидает, такой геморр! МакКинли не находил себе места. Он то и дело вспоминал утренний разговор, цепляясь за каждую фразу и борясь со своими мыслями, а верно ли он понял? Понял ли он верно, но это была зловещая шутка, но не мог же так Прайс! А вдруг он так желал поиздеваться над гомосексуальными мыслями Коннора? Ожидая его в одиночной комнате, беря его за волосы, привязывая к кровати и самым жестким способом решая выбить из него все голубые порывы... Вот в этом и была проблема! Кевин Прайс правда был невероятным человеком, он был надеждой на спасение их миссии, и он спас! Ну… Не прямо что бы он, но верные мысли то истолковал! Послал их президента и сделал трещину в выключателе МакКинли! Как бы он желал получить трещину в еще одном месте от него... Ну вот опять! Теперь вы понимаете, в чем заключалась проблема прожить этот день?       Ничто не могло отвлечь парня. Хождение по домам с рассказами про секс с лягушками и клиторно-лицевого Бригама Янга, записывание самих историй в полноценную книгу, да даже его случайное спотыкание в грязь в белой рубашке, не могли вывести Прайса из головы. Но все мучения были вознаграждены, когда, поправляя на себе новую чистую рубашку, МакКинли осознавал, что солнце уже заходило за горизонт, а вернувшиеся уставшие Старейшины ярко обсуждали все события за день. Коннор уже не слышал всех дружеских разговоров, о том как кому-то пришлось бегать за парочкой детей, что стянули галстук, пытаясь использовать его как лассо в игре про ковбоев, как кому-то было неудобно столкнуться с бывшим генералом и насколько же это была неловкая встреча, а кто-то делился своими опасениями по поводу чая, что он правда дурманил разум, раз уже один из старейшин так странно себя вел весь день из-за него! Это было уже не важно... Важно было то, как улыбался Кевин, разговаривая со своим напарником Арнольдом, то, как по-тихому он посмеивался, явно чего-то стесняясь и то, как его взгляд медленно переводился на Коннора, озаряя того милой улыбкой. Все собирались спать. И как бы этого не ожидал Коннор, он осознавал, что он не был готов. Что бы там не подразумевал Прайс, он был к этому не готов! У него вообще чистое белье? А волосы? Не пах ли он? Хотя пот напротив делает мужчин мужественнее! Но это гадкое! А может Прайсу нравятся гадости? Ну, узнается это явно скоро.       Во благо хоть вечерние посиделки все еще держались на правиле, что ровно в 9 у всех был отбой. Чистка зубов, проверка на жуков под подушкой и в матрасе, закрытие окон в надежде хоть какой-то защиты от СПИДозных львов и вот… Отбой. Сердце начинало колотиться сильнее, когда в голове отчитывались минуты до момента, когда Коннор мог выйти незамеченным. Нетерпеливость все же побеждала, когда парень решал, что уже пора! Всем хватало и 10 минут чтобы уснуть, да и кто придерётся, ночной визит в туалет никто не отменял.       Ступая по слегка скрипучему полу, МакКинли осторожно пробирался по небольшому коридору ведущему к комнатам Старейшин и вот! Та самая дверь, за которой бывший миссионер разделит свою жизнь на «до» и «после». Он сглатывал, набирая в легкие побольше воздуха что бы хоть немного утихомирить рвущееся сердце. Он всего лишь себя накрутил, верно! Он сейчас возьмется за ручку, откроет дверь и увидит перед собой сидящего на кровати Кевина Прайса что нервно одергивал воротник своего белья, оголяя его мужественную шею. Спасибо Господь, что они так и не отказались от священного белья, иначе пришлось бы мучаться от описания голых сисек Прайса. — МакКинли? Так ты все же пришел! — Замечая гостья, улыбнулся Кевин, похлопывая рядом с собой на кровати. Коннор с осторожностью присаживался, оглядывая комнату в опаске, что все могло оказаться сном от горячки или каким-то розыгрышем. Единственное что приковало внимание парня, так это пустующая кровать Каннингема. Куда он мог подеваться? Неужто у Набулунги? Комната сегодня пустует не просто так...? Кевин говорил с ним об этом? Об этом они хихикали сегодня вечером? Во благо, что в комнате было темновато, иначе красный румянец вмиг бы выдал волнения Коннора. — Я обещал, хоть честно, я так и не понял к чему ты меня позвал, — Не стоило ходить вокруг да около. Хоть слова немного и озадачили Кевина, судя по его лицу, он пододвигался ближе, слегка касаясь коленом до ног Коннора и удерживая приличную паузу, решался озвучить свои мысли. — Это по поводу нашего разговора про... Мг, се... Кхм... Кх с... СЕКС с мужчиной, — Спустя пару попыток выдавал из себя парень. Да, он уже позволял себе сказать плохое слово, но тогда это было на эмоциях, а тут такой интимный момент! Да и слово такое грязное! — Мне очень приятно, что ты поддержал меня в этом вопросе и... Я предположил, что ты будешь не против мне помочь с кое-чем, — Ласково улыбнулся под конец юноша, беря чужую ладонь в свою для пущей интимности. Может он и выражал этим жестом полную доверенность к бывшему главе округа, но мнение второго было кардинально другим. Он уже весь горел. Его щеки пылали, дыхание сбивалось, а живот скручивало толи от волнения, толи от иного чувства, что он не должен испытывать к другому парню. Помочь с кое-чем… Когда речь шла о мужском сексе. Хоть МакКинли и выглядел со стороны озадаченным, хлопая ресницами, внутри он чуть ли не кричал от радости и ужаса происходящего. Он не должен! Не должен упустить этот шанс! Но и почему он так радовался этому шансу?? Ужас и содомия! — Я бы помог тебе, что бы это ни было, — Тихо скрывалось с губ Коннора, что в ответ начинал слегка поглаживать руку Прайса. Может то, что они собирались сделать и было греховным, но они ведь все еще оставались святыми последних дней. Они помогают людям, поддерживали близких и в общем хорошие ребята! Одно греховное действие не делало их плохими, тем более, что грех заключал в себе любовь, которая была доступна между мужчиной и женщиной. Так чем они хуже?       Сегодня была особенная ночь. Тихая обстановка, где-то в глубинах Уганды, за окном звучали тихие песнопения жучков, а перед глазами вырисовывался самый красивый мужчина, что когда либо встречал Коннор. Только он, Кевин Прайс и ворвавшийся Старейшина Каннингем, что беглым шагом присаживался рядом. Ну разве это не роман… Так постойте, что?? Ошарашенный взор вмиг устремлялся на Арнольда, после чего метался на Кевина и вновь на Арнольда. Голова по началу шла кругом от возбуждения, теперь она была готова взорваться от недопонимания. — Привет Старейшина МакКинли!! Спасибо, что пришли, это все же такооое событие, я бы, наверное, позвал бы Невропатию, но ей папа не разрешил бы ночью куда-либо выходить, да и опасно как никак! — Улыбчиво возглашал Арнольд, пока рыжеволосый мужчина рядом с ним уходил в большее недопонимание. Так речь шла о тройном... О нет, нет-нет! О такой содомии Коннор даже и думать не смел! Нет, вернее он думал, конечно, но не успел еще подумать о Арнольд в таком плане. — Так... Я могу узнать ДЛЯ ЧЕГО ИМЕННО меня сюда позвали? — Собирая яйца в кулак, спрашивал Коннор, от нервов слегка перебирая пальцы между собой. — Ты слышал о замачивании? — Послышался голос рядом, что принадлежал Кевину. — За-замачивание? — Нервно переспрашивал Коннор, предполагая, что это мог быть один из его снов, после которого он явно сам проснется намоченным. — Замачивание! Это... Такая практика, когда ты вводишь свой... Свое достоинство в... Женский орган и вы не совершаете никаких движений! Никто из вас не двигается, то есть, никакого греха не совершается. Только в этом случаи будет только два мужских достоинства, но тоже без движения! Значит и содомией нельзя назвать в полной мере! — Так разве нельзя просто заняться... Обычным сексом? — Неуклюжа спрашивал Коннор. — Нельзя заниматься С-Е-К-С-О-М до свадьбы, глупенький, это ведь одно из правил, — Вмешивался Арнольд, слегка (не слегка) ударяя главу по плечу, от чего тот сразу же хватался за место удара, пытаясь сгладить нарастающую тягучую боль — Как я и сам не догадался... — Через зубы пришёптывал Коннор, — Но я не понимаю зачем тут я? — Мысли, конечно, были какую он мог иметь тут роль. Бывший глава самого отсосного округа, был во власти двух парней, что внесли надежду в сердца многим людям и что были готовы показать ему всю страсть мормонской любви... Боже правый, походу у него был серьезно поврежден выключатель. — Чтобы создавать движение! Это было бы супееер тупо если бы мы просто лежали с мини-джедаем внутри и ничего не делали, а если кто-то бы прыгал рядом и создавал движение, то это был бы намного интереснее. Но так как это происходит не от нас, то и за грех не считается! — Гордо заявлял Каннингем, после чего повисла неловка тишина между тремя парнями. Хотя казалось, неловко себя тут чувствовал только Коннор, чья жизнь и вправду поменялась на «до» и «после». Серьезно? Замачивание? А его роль — это прыгать рядом, глядя как два горячих парня совокупляются между собой? Нет, конечно, это походило на один из его снов, но после этого ему кишки вывернуло, а тут все происходило наяву!       Но молчание не могло долго длиться и вставая с кровати, МакКинли оглядывался на двух сидящих перед ним парней, которые с нетерпением ожидали окончательного ответа. —...Я бы мог попробовать, — Собирая всю свою уверенность, соглашался Коннор. Он не хотел этого. Предполагал, что не хотел, но как мормон он же должен помогать своим товарищам...? — Мы будем предельно тихими! — Громко восклицал Арнольд, приподнимать ноги и упираясь коленями об кровать. Кевин действовал менее решительно, ведь судя по тому, что он оставался в положение лежа, роль в данном действии, он играл принимающую. Весьма неожиданно для фанфика, да? Но это решение парни приняли не так уж спонтанно. Все же, первый раз всегда вызывал дикий стресс и боязнь перед чем-то неизведанным. Кевин знал каково это когда тебе что-то пихают в задницу... К сожалению. Тут же все происходило обоюдно и, во благо, с объектом меньшего размера, что не имел острых концов. Прайс спускал свои руки ниже, берясь за концы мормонского белья, немного приспуская его вниз, оголяя свой полу-возбуждённый пенис наружу, на конце которого уже образовывался предэякулят. Арнольд не стал тому уступать и тоже пытался справиться с небольшим кармашком, который располагался в паховой области, удавалось, конечно, не с первого раза, но вот наружу выскакивал... Вау, да и Каннингема оказывался вполне себе неплохой, даже побольше нежели у Прайса... Вот о таком сейчас должен был мыслить МакКинли, все еще стоя и просто наблюдая за всем происходящим?       Вернемся же к нашим голубкам. Вполне неожиданно сложились их отношения. От непонимания и ссор, до вполне себе близких отношений, доходящих до интима. Брак — это большая ответственность, да и в Уганде им бы двоим голову пристрелили узнай бы кто… Но, во благо, существовало замачивание, которое могло выразить их любовь без греха! Медлить уже было не к чему, хоть стыд с каждым движением умножался вдвое. Арнольд пододвигался ближе, устраиваясь у ног Прайса и кладя свою потную ладошку на согнутое колено парня. То в знак ласки, то кудрявому требовалось потрогать хоть что-либо, что бы справиться с неловкостью. — Хорошо я тогда... Попробую так, — Громким шепотом проронил слова Каннингем, пододвигаясь еще ближе и касаясь своим органом чужой кожи. Это не грех! Это было простое касание, без желания потереться дальше. Наклоняясь над Кевином, кудрявыш постарался продвинуться дальше, касаясь членом до ануса. Было бы намного легче если бы юноша немного бы позанимался мастурбацией, чтобы довести свой член в более стоячее положение, но через какие трудности ты не пройдешь во имя чистой любви. Потерпев несколько неудачных попыток входа, наконец с уст Кевина срывалось глухое мычание. Не от боли, конечно, а от неожиданности, что вау, в задницу приникало что-то мягкое и приятное, а не что-то священное…. И по сути... Все? Оба парня глядели друг на друга еще пару секунд, набирая в грудь воздух, желая во всей мере запечатлеть момент в памяти. — Старейшина МакКинли? Не могли бы вы... — Стеснено обращался Кевин Прайс к стоячему рядом парню, который все продолжал наблюдать за происходящим. Сложно было сказать по лицу что он испытывал, это была какая-то смесь между ненавистью к жизни и полным разочарованием в людях. Тот даже не сразу откликнулся, хоть явно и услышал просьбу своего товарища с первого раза. Поджав губы и сведя брови к переносице, Коннор без лишних слов сделал шаг к кровати, забираясь на нее и становясь на хрупкий матрас. Вот оно божественное чудо, что кровать могла выдержать троих человек, а уж что на ней происходило, явно не для глаз Господа. Коннор старался теперь держать взгляд прямо, не обращая внимание на происходящее ниже его подбородка. — Да вот так... — Ласково отзывался Кевин, пытаясь углядеть чужое лицо во тьме, но все же лицо любимки перед ним было намного важнее.       МакКинли не сдал дожидаться новых слов с указаниями и слегка попытался прогнуть кровать под своим весом, создавая небольшой пробный толчок. Возражений не последовало, а взгляд, не глядя на все отнекивания ранее, сам опускался ниже. Небольшой толчок вновь и вновь, пока Коннор не заходил дальше, уже с большим импульсом прыгнув на матрас, даже забеспокоившись не провалится ли он… Но по слетевшему тихому стону Прайса, теперь стоило беспокоиться о другом. Движения, которые создавал глава, хоть и не позволяли воплотить полноценный секс, но помогали хоть немного продвинуться членом в глубь, вызывая хоть и не восторг, но долю щекотливых ощущений. Еще пару прыжков и вот уже два парня пытались удержаться от шумных стонов. Да, это было вообще не похоже на те ощущения от НОРМАЛЬНОГО секса, но когда ты за жизнь и мастурбацией ни разу не занимался, то уж такое содействие вызывало дичайшие ощущения! И все еще это не грешно! — О боже, мне кажется, я щас... — Сквозь зубы проговаривал Арнольд, зажимаясь от нахлынувших его новых ощущений. Хоть звучало и грязно, но заполнить своим семенем любимого человека для некоторых пар было весьма романтично, но в замачивании это было противопоказано! Арнольду пришлось действовать быстро и решительно, решая одернуться всем телом назад, выходя из Кевина и в добавок сбивая МакКинли с ног. Член пульсировал и какое бы ни было желание прикоснуться к нему, этого делать было нельзя, хоть это и вызывало больше болезненных ощущений. — Ах… Боже, спасибо МакКинли, что согласились помочь... — Тяжко вздыхая благодарствовал Кевин, хоть тоже чувствовал сейчас не самые лучшие ощущения от пульсирующей эрекции. Она пройдет, хоть и болезненно, но акт любви был совершён! А это самое главное. А что по поводу самого МакКинли? Он может быть и рад за отношения своих товарищей, что они могли открыть для себя столь страстные желания... Да и помочь он всегда рад... Его волновала теперь одна маленькая вещь... Ну не такая маленькая, а вполне себе среднего размера, что теперь упирала ему в штаны. Оказалось, что Кевин Прайс не единственный под кого бы Коннор пожелал подставить свою задницу...

Выключатель ему явно раздробили.