Really hot

      Дела у Джисона шли хорошо. Не супер-пупер, конечно, но и не сказать, что плохо. У него была довольно хорошая работа — он писал песни для одной перспективной компании, которая, как он знал, со временем начнет платить больше, когда наберёт обороты. Пока что было не ахти, но его всё устраивало, ведь самое главное — он купил дом! Цель, которой, как он уже начал опасаться, ему никогда не достичь, учитывая обвал рынков и взлетевшие до небес цены на жилье. Но он справился. Он прожил в своем новом доме всего пару месяцев, когда это случилось в первый раз. Он чувствовал себя симом, которым управляет какой-то злой властелин вселенной, потому что по своей воле он бы такого никогда не допустил… в первый раз. Плита у него была не самого лучшего качества, если уже на то пошло, да к тому же старая. Старая, типа, из двухтысячных, когда качество бытовой техники полетело ко всем чертям. В то утро Джисон готовил себе завтрак. Он решил себя побаловать, так что в духовке пеклись круассаны, а на плите жарились яйца, как вдруг свет в духовке погас. Джисон всегда был парнем… скажем так, тревожным, поэтому, когда погас свет, его сердце тоже чуть не отказало. Он отступил на шаг и смерил духовку самым подозрительным взглядом, на какой был способен, оглядывая ее сверху донизу. И тут — пламя под его яичницей погасло. У Джисона всерьёз екнуло сердце. Он рванул вперед и быстро перекрыл газ. Но прежде чем он догадался выключить и духовку, сквозь дверцу пробился крошечный язычок пламени. Его глаза распахнулись в ужасе. Он уставился на нечто, подозрительно напоминающее огонь на дне духовки, и тут же бросился вырубать всё к чёрту. Но было уже поздно. Собравшись с духом, он открыл дверцу и, разумеется, увидел огонь там, где его быть не должно. Он натянул прихватки — милейшую пару с котиками и хомячками, держащими пироги в красных фартучках, — и вытащил свои полусырые круассаны. А потом запаниковал. — О боже, боже, боже, — он огляделся, не имея ни малейшего понятия, что делать. Огнетушителя у него не было, потому что он, видимо, идиот, а заливать огонь водой он не хотел. Ну вдруг это проводка горит? Разве можно тушить водой пожар от замыкания? Или, может, это масло загорелось? А что, если это как раз один из таких случаев? Что, если он попытается спасти свою жизнь, а в итоге спалит к чертям всю кожу и дом заодно?! Так что Джисон сделал единственную логичную вещь, что пришла ему в голову: достал телефон и набрал 9-1-1. — Служба спасения, назовите ваше местоположение и характер происшествия. Джисон всё еще стоял как вкопанный, широко раскрытыми глазами глядя на огонек, который и не думал гаснуть. Он что, разрастается? Становится больше? Он уже сам не знал. — Эм… э… д-дом… я… кажется, мой дом горит… — пролепетал он в трубку, заикаясь и дрожа всем телом. Первый вопрос диспетчера в панике пролетел мимо ушей. — Хорошо, сэр, успокойтесь. Назовите, пожалуйста, ваш адрес, — мягко произнесла она, и это немного — совсем чуть-чуть — его успокоило. Он сглотнул. С трудом. — Ну, он пока не горит, но вот-вот загорится! Наверное?! Я не знаю, что делать! — Сэр, мне нужен ваш адрес, иначе я не смогу вам помочь, — повторила она, всё так же спокойно и терпеливо, и… ах да. Адрес. — Шекспир-авеню, дом 11! — Отправляю пожарную бригаду по вашему адресу, они скоро будут, хорошо? Как вас зовут, сэр? Джисон попытался сделать глубокий вдох. Получилось так себе. — Джисон, — пискляво и до стыдного высоко выдавил он. Если диспетчер и пыталась сдержать смех, то у нее это отлично получилось. Он был благодарен. — Хорошо, Джисон. Хотите остаться со мной на линии, пока они не приедут? — Д–да, пожалуйста, — заикаясь, пролепетал он, не двигаясь с места и не мигая, глядя на огонь, который теперь точно становился больше. — О боже, оно распространяется, — он запаниковал, но, слава богу, что он позвонил в 9-1-1, потому что огонь, похоже, не собирался потухать сам по себе. — Джисон, вы сейчас находитесь в доме? — Да. — Хорошо, пожалуйста, выйдите из дома. — Хорошо. Так Джисон и сделал. Ноги у него были ватными, колени подкашивались, но он дошёл до ступенек у входной двери и плюхнулся на них, жалко ожидая прибытия пожарной бригады. А потом до него дошло, что, выйдя из дома, он оставил огонь за спиной и больше его не видит. — П-подождите… а что, если он разгорится сильнее, а я не узнаю?! — Джисон, просто оставайтесь на улице. Пожарные уже едут, они со всем разберутся. Джисон зажмурился. Ему нужно просто дышать и верить, что куча парней уже в пути, чтобы его спасти. Ох… куча парней в пути, чтобы его спасти? … ну, если подумать, не так уж и плохо звучит. Он продолжал отвечать на вопросы диспетчера, пока не услышал вдалеке характерный вой сирены. — О! Кажется, я их слышу! — воскликнул Джисон и вскочил на ноги. — Хорошо, просто оставайтесь на месте… Остаток её фразы полностью растворился в оглушительном рёве сирены подъехавшей пожарной машины. А не потому, что из неё вышли четверо мужчин в форме, чтобы его спасти. — Эм… ну, раз они приехали, я, наверное… — рассеянно пробормотал Джисон, медленно опуская телефон пока пожарные вылезали из машины. Один из них сразу же привлек его внимание, даже с такого расстояния. Джисон в ступоре смотрел, как один из мужчин пробежал мимо него прямиком в дом на поиски очага возгорания. А тот, с которого Джисон глаз не сводил, подошёл к крыльцу и начал задавать ему вопросы. Только он ничего не слышал. Джисон был настолько ошеломлен, что не мог разобрать ни слова; ему просто отчаянно хотелось поцеловать этого парня в губы. Если до этого ситуация и не была горячей, то теперь стала такой определенно. Взгляд мужчины был пронзительным, хоть глаза и были широко распахнуты от беспокойства и, возможно, паники. Он не был высоким, но был крепким, по крайней мере, так казалось под всей этой экипировкой. Нужно ведь быть сильным, чтобы таскать на себе всё это снаряжение, верно? Так что да, мускулы там точно были. Бла-бла-бла, где пожар, бла-бла-бла, нужна ли вам медицинская помощь. Этот парень был таким горячим, что представлял собой куда большую угрозу, чем любое пламя. Он буквально был горячее любого огня. Джисону хотелось лишь одного — оседлать этого ковбоя. Хотя стоп, он же пожарный, а не ковбой, ну и Джисон вообще-то стесняется быть сверху… так что фраза не работает. Да какая разница, Джисон просто хотел этого мужчину в себе, и ему было плевать, как. На полу, на столешнице, у стены в душе, стоя, лежа, на потолке… хотя, вообще, он бы предпочел быть связанным. И чтобы его трахнули до потери сознания, пока он лежит обездвиженный. А потом, чтобы его также до потери сознания затискали в объятиях. И тут чьи-то руки легли ему плечи, физически и ментально вытряхивая его из пошлых мыслей. Он ничего не мог с собой поделать. — Эй! Но не успел Джисон даже толком рассмотреть ни очертания его точеного носа, ни притягательные губы, как мужчина уже исчез, а точнее, побежал обратно к пожарной машине. — Кто-нибудь, проверьте его! — скомандовал он другим, хватая из машины обычный огнетушитель и пролетая мимо Джисона прямо в дом, и он лишь ошеломленно смотрел ему вслед. Джисон не был уверен, потеет ли он оттого, что огонь разросся и охватил весь дом, или оттого, что этот парень оказался так близко. — Скорую вызвать? Вы в порядке? — перед ним уже стоял другой мужчина, крепко держа его за плечи. Он, конечно, тоже был симпатичный, но после Того Парня… ну, извините. — Нет… нет. Я… я в порядке, — кивнул он, с трудом выныривая из мыслей, но мужчина уже начал осматривать его на наличие травм. — Нет, правда, всё хорошо. Я просто… запаниковал, — тихо признался Джисон, немного смутившись. Особенно неловко ему стало, когда двое пожарных, что были в доме, вышли, смеясь, будто услышали шутку века. — Эй, дружище, тебе бы не мешало обзавестись вот такой штукой, — сказал первый, указывая на огнетушитель в руках Мистера Красавчика. — Или… можно было просто закрыть духовку, — добавил он с сочувственной улыбкой, и его полные губы растянулись в тонкую линию. Джисон съежился. — А… я… извините, я просто не знал, что делать… — пробормотал он, почесав затылок. И тут заговорил Мистер Горячее-Чем-Огонь. — Не груби ему, Чан, — мягко упрекнул он второго парня, слегка толкнув его локтем. Его взгляд метался между землёй и лицом Джисона. — Да я не грублю! Я просто… — Я дойду до машины позже. С этими словами двое других неторопливо направились обратно к машине, а тот самый горячий парень остался. — Ты в порядке? Ты выглядел довольно растерянным. Медпомощь точно не нужна? Джисон прикусил губу и начал теребить пальцы. Похоже, пожар был не таким уж серьёзным. Упс. — А, нет, просто… я запаниковал. Парень одарил его легкой улыбкой. Такой, что у Джисона чуть не перехватило дыхание. Теперь, когда стало ясно, что непосредственной опасности нет, его лицо стало мягче, спокойнее… и, чёрт возьми, ещё более обжигающим. — Не переживай. Огонь — это страшно. Обязательно купи себе огнетушитель, и, может быть, новую духовку, — сказал он с улыбкой, а Джисон только и мог, что молча восхищаться. Он мог бы поклясться, что услышал звук чиркающей о фосфор спички, но, возможно, это было лишь у него в голове. — О-Окей, — пробормотал он, потому что ни на что другое не был способен. — Ладно, — кивнул мужчина, одарив его напоследок ещё одной убийственной улыбкой, и легко спрыгнул с крыльца, направившись к пожарной машине. Джисон сглотнул. Пронесло. Хотя, судя по всему, опасность была невелика. Зато жуть как неловко. Ну и чёрт с ним, это стоило того — пройти через весь этот позор, чтобы увидеть настолько, блять, красивого мужчину. Господи. Без духовки остался, конечно… Зато обеспечил себя материалом для фантазий на месяц вперед. И тут, пока он ещё не успел окончательно утонуть в собственных мыслях, он увидел, что мужчина снова выпрыгивает из машины и, кажется, направляется к нему. У Джисона сердце подпрыгнуло к самому горлу, когда он понял, что тот определенно идет к нему. — Вот, — мужчина протянул ему руку с брошюрой. «Пожарная безопасность для чайников». Прекрасно. — Не обращай внимания на название. Ты не чайник, — с ухмылкой (или это была обычная улыбка? Чёрт, Джисон уже не понимал, где реальность, а где галлюцинации от чрезмерной сексуальной перегрузки) добавил он. — Но немного полезной информации никогда не повредит. Береги себя, — кивнул мужчина и развернулся, уходя окончательно. Джисон смотрел пожарным вслед, всем сердцем желая увидеть этого мужчину снова. Ему нужно было, чтобы тот потушил пожар, который он разжег в его сердце. И тот, что в паху.

🧯🔥

      Прошли дни, а Джисон никак не мог выкинуть его из головы. Он сходил в магазин и с болью в сердце выложил восемьсот долларов за новую духовку, всё это время думая лишь о словах того до неприличия горячего мужчины. «Купи себе новую духовку», — сказал он, и Джисон не мог его подвести. Духовку установили, а он, разумеется, даже не открыл инструкцию. Может, специально. А может, и нет. Как бы то ни было, ему ужасно хотелось круассанов. Те, прошлые, съесть так и не удалось, потому что они не успели допечься до того, как его дом чуть не загорелся целиком, а сам он чуть не погиб. А потом загорелось его сердце. И член. Он засунул круассаны в духовку и нажал «Выпекать». Во всяком случае, он думал, что нажал выпекать. Когда пятнадцать минут спустя он вернулся на кухню и увидел, как из его новенькой духовки валит чёрный дым, он чуть не наложил в штаны. — Да вы, блять, издеваетесь?! — взвизгнул он в пустоту. Его руки тут же вцепились в волосы, едва не выдирая их с корнями в отчаянии. Прошло всего три дня! Он даже не успел прочитать брошюру, которую дал ему тот горячий парень! Или купить огнетушитель! Короче говоря, Джисон по-прежнему понятия не имел, что делать. И в этот раз огонь был, кажется, серьёзнее. — Блядь! — застонал он, с яростью выхватывая телефон и набирая 9-1-1. Опять. — Служба спасения, назовите ваше местоположение и характер происшествия. Господи, кажется, та же самая диспетчерша. Джисон застонал, а потом закашлялся, потянувшись, чтобы снова выключить духовку, и получив в лицо порцию дыма. Ему бы хотелось получить в лицо кое-что другое. Например, сперму того горячего пожарного. Да, это было бы горячо. — Мой дом опять вот-вот сгорит! — простонал он, всё ещё в панике. — …Шекспир-авеню, 11? — Да! — взвыл он, чувствуя себя полным ничтожеством. Но потом до него дошло. Как он не понял этого раньше? Ведь это означало, что он может снова увидеть того самого горячего пожарного, и внезапно всё показалось не таким уж и плохим. Джисон зажал одно ухо рукой и отвернулся от дыма. — А-а… приедут те же самые пожарные, может быть? — Они приедут из той же пожарной части, да, — ответила женщина. Было слышно, что она слегка удивлена. — Это проблема? — Нет! Нет, ни в коем случае, — быстро заверил ее Джисон, на этот раз проследив, чтобы дверца духовки осталась закрытой. — Я сейчас выйду на улицу! Я уже знаю, что делать! — заверил он тоном, который был, вероятно, слишком радостным для человека, у которого горит духовка. Опять. Он сбросил звонок. На этот раз ему не нужно было, чтобы она оставалась на линии. Джисон ждал, предвкушая встречу со своим героем. Он буквально вибрировал от волнения. В животе завязывался узел, но потом он почувствовал запах дыма, и узел в животе завязался уже по другой причине. Он замер, представляя себе худшее. Должно быть, дыма очень много, раз он чувствует его с улицы. Может, стоит пойти проверить, на случай, если он сможет что-то сделать, чтобы остановить огонь или спасти то, что вокруг плиты. Он медленно прокрался обратно в дом, и дыма оказалось больше, чем он ожидал. Глаза распахнулись в ужасе, он закашлялся, но потом не смог вспомнить, выключил ли он плиту, и не проверить он не мог. Поэтому Джисон добрался до кухни, которая быстро наполнялась черным дымом. Он бросился к окну и открыл его, надеясь, что это хоть немного поможет. Затем, щурясь, подошёл к духовке. Через клубы дыма ничего не было видно, но он помахал рукой перед панелью, чтобы хоть что-то разглядеть… и увидел зелёную лампочку над словом «Гриль». — Блять! — застонал он, а затем сильно закашлялся. Он зажмурился, потому что теперь начали гореть и глаза. Он мог поклясться, что точно выключал духовку. Будь проклята эта новая духовка и ее кнопки, расположенные не так, как на старой! Он снова кашлянул и вслепую потянулся к тому, что, как ему казалось, было нужной кнопкой. Он подумал, что, нашел ее, но тут сильные руки обхватили его спину и подхватили под колени, и, боже, если Джисон думал, что его влечение к этому мужчине не может стать еще сильнее, он ошибался. Уф! Это в комнате так жарко или это его пожарный? Глупый вопрос, очевидно, и то и другое. — Какого хрена ты делаешь? — почти крикнул тот, перекрывая вой сирены и сработавшую пожарную сигнализацию, пока нес его в безопасное место. Его герой. — Ты что, не читал брошюру, которую я тебе дал? — спросил он, когда они оказались на улице, и все громкие звуки и стресс отошли на задний план, пока Джисон пялился на своего спасителя. Джисон никогда не верил в Бога, но этот парень мог бы его переубедить. Джисон несколько раз моргнул, стараясь не выглядеть таким же ошеломленным, каким себя чувствовал. Нет, он не читал брошюру. Он ее даже не открывал. Может, он все-таки и правда чайник. — …Нет, — съежился он, его взгляд метался по лицу мужчины, который все еще держал его на своих сильных руках. На фоне смутно слышались крики других пожарных, забегающих в дом, но Джисон был слишком очарован горячим парнем, чтобы обращать на них внимание. — Почему? —спросил тот уже спокойнее, хотя в голосе всё ещё звенело беспокойство. Он усадил Джисона на край пожарной машины, и Джисон невольно задался вопросом: разве пожарные не должны сохранять спокойствие? Почему этот парень так волнуется? Но потом мужчина просто выжидающе уставился на Джисона. Словно беспокоился о нем. Джисон тяжело моргнул и кашлянул. — У меня не было времени! — заскулил он. — Откуда мне было знать, что мой дом снова загорится через три дня?! Горячий парень просто глубоко вздохнул, будто пытался взять себя в руки. Затем он потянулся к своей рации. — Код три, нужна скорая, — проговорил он в рацию, и статический голос подтвердил его запрос. Мужчина обогнул переднюю часть машины и полез в бардачок, вытаскивая что-то, чего Джисон не разглядел. Джисон удивился. Зачем это? Кому нужна скорая? Ему скорая не нужна. Он в порядке. Затем он снова оказался перед Джисоном с полотенцем и, кажется, своей собственной бутылкой воды. Он намочил полотенце, и прежде чем Джисон успел понять, что происходит, мужчина начал вытирать его лицо, словно он был самой драгоценной вещью в мире. Джисон понял, что получает в лицо содержимое бутылки с водой мужчины, а, ну, конкретно, — его слюну. Он определенно не возражал. Но, прежде чем окончательно утонуть в глазах горячего парня, он краем глаза заметил полотенце, и там были чёрные разводы. — Какого хрена? — Джисон нахмурился, коснувшись своего лица, и его пальцы тоже оказались чёрными. — У меня всё лицо в саже?! — он запаниковал, вырывая полотенце и яростно вытирая свои щёки. — Эй, дай мне, — позвал тот, ну очень нежно и мило, что совершенно не вязалось с его обжигающе горячей внешностью. Он снова взял полотенце и принялся очищать его лицо. Джисон уже и забыл, что его дом вообще-то горит, он слишком увлекся, разглядывая мужчину перед собой. Вообще-то, слава богу, что его дом снова загорелся; это было просто раем, когда этот парень смотрел на него таким взглядом. Сценарий прямиком из его фантазий. — Что вообще случилось? — тихо спросил чуть позже горячий парень. Всё его внимание было сосредоточено на вытирании лица Джисона, глаза были прикованы к тому месту, где скользила ткань: подбородок, щёки, губы. Джисон прочистил горло, снова теребя пальцы. — Я просто хотел круассанов… — пожал он плечами, стыдливо глядя на свои руки. Затем он выдавил смешок. — Вообще, забавно, я пытался приготовить круассаны и в прошлый раз, когда случился пожар. И я последовал твоему совету, это совершенно новая духовка. Джисон ожидал лекции, может быть, дразнящего «тебе, наверное, стоит перестать готовить круассаны», но не… — То есть ты так и не попробовал свои круассаны? Джисон надулся. — Нет. — И ты очень любишь круассаны? Джисон моргнул, увидев, как улыбка тронула губы горячего парня. — Ага, — сказал он, смущенно фыркнув. Тот просто кивнул, и Джисон не знал, что это должно значить. Но спросить не успел, потому что подъехала скорая. Джисон нахмурился, наблюдая, как из машины выходят парамедики. — Пойдём, — подбодрил его горячий парень, протягивая руку Джисону. — Можешь встать? Джисон нахмурился еще сильнее. Может ли он встать? А почему он не смог бы? Это что, скорая для него? Он все равно взял руку мужчины — потому что хотел — и, сбитый с толку, попытался встать, как вдруг он увидел звезды. — Ого, — выдохнул он, тяжело моргая и протягивая другую руку в поисках опоры, но это было бесполезно, потому что горячий парень просто снова подхватил его своими до смешного сильными мышцами, о существовании которых он знал, но которых не видел. Разве это честно? Ему не разрешалось видеть его мышцы! Это надо срочно исправить. Его осторожно уложили на носилки, и лицо Джисона тут же вспыхнуло от смущения, когда ему надели кислородную маску. Тем не менее, его глаза не отрывались от горячего парня, который вылез из машины скорой помощи и остался стоять неподалеку. — Сэр, как вас зовут? Джисон сглотнул. Это же глупо. У него всего лишь лицо в саже и лёгкое головокружение! — Джисон. — Фамилия? — Хан. — Хорошо, Джисон. Можете сказать, какой сегодня день? Теперь он вздохнул. У него же, блин, не повреждение мозга! Но горячий парень оставался рядом, стоя прямо у машины скорой помощи и заглядывая внутрь. Джисон поклялся бы, что видел, как тот подавил смешок, когда они посмотрели друг на друга. Может, даже закатил глаза, это было вполне возможно. — Двадцать седьмое мая, две тысячи двадцать пятого. Его голос звучал немного смешно через кислородную маску, и он, вероятно, выглядел нелепо, но по тому, как на него смотрел горячий парень, он не чувствовал себя нелепо. Джисон уставился в ответ, с чуть приподнятой бровью и прищуренными глазами, безмолвно спрашивая: «Почему ты так на меня пялишься?». Но тот смутился, отвёл глаза и с застенчивой улыбкой уставился в землю. Джисон моргнул, уголки его губ приподнялись в что-то типа довольной усмешке, и он вернулся к ответам на вопросы парамедиков.

🧯🔥

      Джисон купил новую духовку. Опять. К счастью, на этот раз на его новенькую плиту была гарантия, так что она досталась ему бесплатно. Он взял несколько дней выходных, чтобы убраться в доме и прийти в себя. После кислородной маски он чувствовал себя прекрасно, а потом стало ещё лучше, когда горячий парень попрощался с ним с той же застенчиво-понимающей улыбкой, еще раз напомнил, что ему действительно стоит прочитать брошюру, которую он ему дал. Этот мужчина должен был потушить пламя в его сердце и паху, а не разжигать его еще сильнее! Теперь он сидел дома и думал, как, чёрт побери, ему снова увидеть этого парня. Он обшарил сайт пожарной части, но список сотрудников там не нашёл. Зато нашёл групповое фото всех пожарных, и вот он, прямо с краю. Как только он увидел его — в привычной форме снизу, но в простой черной футболке сверху, — Джисон влюбился. Он знал, что парень чертовски горяч, но у него потекли слюнки от одного только вида его рук. Они были крепкими. Мощными. Такими, что могли бы швырять Джисона туда-сюда, и для этого парня это было бы сущим пустяком, хотя он и так уже знал это, учитывая, что тот его дважды уже поднимал на руки. Джисон сглотнул, чувствуя, как пламя, устроенное этим мужчиной, снова вспыхивает у него в паху. Черт, ему нужно было увидеть его снова. Джисону казалось, что он не сможет дальше жить, если не увидит его. И вот Джисон придумал план. Идиотский план.

🧯🔥

      Джисон отправился в секонд-хенд и купил там самый дешёвый ноутбук, какой только смог найти. Пятнадцать долларов — это сущие копейки по сравнению с возможностью получить номер самого горячего мужчины, которого он когда-либо видел. Ну, если тот вообще хоть немного заинтересован. Он вернулся домой и поставил новый ноутбук на кофейный столик. А потом зажег спичку. Огонек вспыхнул красиво, если можно так сказать. У него бы было больше времени полюбоваться тем, каким красивым может быть пламя, если бы Джисон вовремя сообразил, что его кофейный столик сделан из дерева. Его глаза расширились, когда он увидел, как стол загорелся, и пламя грациозно поползло по длинным волокнам древесины, а лак сверху только ускорил путь к неминуемой гибели Джисона. — Джисон… ну почему ты такой идиот, — вздохнул он про себя, спокойно выходя из дома и набирая 9-1-1. Опять.

🧯🔥

      На этот раз Джисон усвоил урок. Он не стал рисковать собственной безопасностью, пытаясь потушить огонь самостоятельно. Когда пожарные приехали в третий раз, мужчина его мечты бросился к нему и с таким облегчением вздохнул, увидев, что Джисон не внутри дома, как в прошлый раз. — Это уже превращается в историю про пастушка и волков, знаешь ли, — предостерег он, опустившись на колени перед Джисоном, который сидел на ступеньках, пока остальные парни спешили внутрь, чтобы потушить пожар. — Ты что, пироман? Или у тебя просто самая хреновая удача в мире? — недоверчиво спросил он, моргая так часто, будто не мог поверить в происходящее и Джисон даже не подозревал, что этот мужчина так о нем переживает. — Нет, — пробормотал Джисон, чувствуя, как волна стыда обрушивается на него, когда он осознал, насколько тупой и опасной была его затея. Нет, он не пироман — наверное, — и вряд ли это неудача, раз уж он видел этого парня каждый раз, когда начинался пожар. Мужчина лишь зажмурился и тяжело вздохнул, поднимаясь на ноги. Он потянул Джисона за собой, и они снова направились к машине. — Опять пытался испечь круассаны? — внезапно спросил он, и сердце Джисона забилось чуть чаще оттого, что тот запомнил. Он поднял глаза на мужчину и увидел, что его взгляд мягок, как кошачий мех. Он моргнул, чтобы убедиться, не показалось ли ему (не показалось), прежде чем ответить. — Нет… На этот раз… э-это был ноутбук… — он прикусил губу, молясь, чтобы мужчина поверил ему. — Джисон… — начал тот знающим и дразнящим тоном. Сердце Джисона снова подскочило к горлу от звука его имени, слетевшего с губ этого мужчины. Значит, он подслушивал, когда Джисон был в скорой. — Если бы ты хотел меня снова увидеть, мог бы просто заехать в пожарную часть, — усмехнулся он, и Джисон смутился так сильно, что подумал, будто вот-вот отключится. Может, и стоило бы. Тогда ему не пришлось бы выдерживать этот разговор, а мужчина снова держал бы его на руках. Но, будь он без сознания, он не смог бы этим насладиться. Может, притвориться, что теряет сознание? Нет, Джисон! Больше никаких идиотских идей! — Я–Я не… Это не… Это просто был старый ноутбук! — начал он оправдываться, краснея с каждым словом. — И вообще! Я ждал снаружи! Я послушал тебя! Я не хочу, чтобы мой дом снова загорелся! Мужчина лишь прикусил губу, улыбаясь Джисону так, будто знал абсолютно всё. — Окей, — пожал он плечами, и тут из дома вышли остальные парни с плохими новостями. — Что ж, — начал тот, что с пухлыми губами, — тебе определенно стоит позвонить в страховую. Этот раз был худшим. Раз Минхо не может нормально объяснить тебе, насколько важна пожарная безопасность, это сделаю я. Он продолжал говорить — очевидно, перечисляя все правила, которые Джисон должен соблюдать, и описывая все возможные способы, которыми он может сгореть заживо или разрушить свою жизнь. Но Джисон уже ничего не слышал. Он только что узнал имя горячего пожарного. Минхо.

🧯🔥

      Джисон отремонтировал свою гостиную — ущерб был не таким уж и большим. И, чем больше он об этом думал, тем яснее осознавал, что пожарные прибыли очень быстро. А потом он вспомнил, что за рулем был Минхо. Он невольно улыбнулся, представляя, как Минхо, получив адрес, рванул к машине и гнал, чтобы добраться до него и убедиться, что с ним всё порядке. Это была всего лишь фантазия, но какая приятная. Но была одна проблема. Он был настолько застигнут врасплох… флиртом Минхо? Это был флирт? Что забыл взять у него номер. Какая досада, что мужчина может быть настолько горячим, что ты готов снова сжечь собственный дом ради новой встречи. И вот он сидел, несколько дней спустя, в своей свеже отремонтированной гостиной, которую любезно покрыла страховка, (он надеялся, что его не поймают на мошенничестве), и планировал очередной пожар. Минхо ведь сам сказал, что если он так хочет его увидеть, то мог бы просто заглянуть в пожарную часть. Он и правда мог бы. Но тогда пришлось бы признать, что Минхо был прав. А Джисон всегда был скорее упрямым и глупым, чем благоразумным. Так что он продолжал сидеть и искать идеи на своем настоящем ноутбуке, а не на том, который он поджег и который чуть не спалил его дом. Абажуры… ну, вроде, они часто загораются. Может, с этим что-то можно придумать? Еще грили… это может быть неплохо, даже лучше, так как это на улице. Но у него нет гриля, и они дорогие. Сушилка? Это может сработать. Внезапно в дверь позвонили, вырвав его из безумных, закручивающихся вихрем идей. Он выпрямился, насторожившись, и выглянул в окно. Было уже поздно, но он смог разглядеть на подъездной дорожке незнакомую машину. Свет из его дома отражался от блестящей поверхности черного седана. С привычной тревогой, шевелящейся где-то у него в пятках, он встал с дивана. Он подумывал крикнуть через дверь, чтобы тот, кто там, уходил, но что-то подсказывало ему, что стоит хотя бы сначала посмотреть в глазок. Так он и сделал. Это не помогло. На самом деле, стало только хуже. Потому что он увидел, что прямо за его дверью стоит мужчина, и он понятия не имел, кто это. Он сделал несколько неуверенных шагов назад от двери и крикнул с нервно бьющимся сердцем: — Вы ошиблись домом! Он замер на мгновение, ожидая звука шагов по асфальту в противоположном направлении от дома. Но их не последовало. Вместо этого раздался голос, который не дал ему вернуться к своим планам. — Нет… Уж я-то точно знаю, какой дом твой, — сказал голос, до боли знакомый даже сквозь дверь, несмотря на слегка угрожающие слова. Джисон нахмурился, теперь уже сильнее. Он осторожно приблизился к глазку и увидел, как на него смотрят глаза, которые он узнал бы где угодно. Глаза, которые он мечтал бы узнать получше. — Минхо?! — ахнул он от удивления, распахивая дверь. И точно, там стоял Минхо, во всей своей красе без униформы, освещенный светом с крыльца. Джисон был почти уверен, что у него потекли слюнки. Он и раньше знал, что у Минхо шикарные руки, но вот такие бёдра на фото с сайта пожарной части точно не были видны. — Что… что ты здесь делаешь? — спросил он, обращаясь в основном к бедрам мужчины. Минхо усмехнулся, почесывая руку. — Я просто хотел принести тебе вот это, — мягко сказал он, протягивая пластиковый контейнер. Джисон медленно потянулся к нему, с явным замешательством на лице. — Что это? — осторожно спросил он, аккуратно открывая контейнер на случай, если там бомба, и Минхо на самом деле хочет его убить, и это он все время был пироманом, а не Джисон. Но внутри бомбы не было. Только круассаны. — Что?.. — он удивлённо улыбнулся, подняв глаза на Минхо. Лицо Джисона смягчилось и он выдохнул. — Зачем? Мужчина нервно рассмеялся про себя. — Просто… мне стало жаль, что ты так и не попробовал свои круассаны, — тихо признался он, шаркая носком ботинка по коврику Джисона. Джисон застыл. Они выглядели фантастически. Он поднес контейнер к лицу, вдыхая аромат. Пахли они просто потрясающе. — Где ты их взял? — с любопытством спросил он, потому что ему срочно нужно узнать название этой пекарни. — Я их испек, — ответил Минхо, не сводя с Джисона полного нежности и теплоты взгляда. Испек? Никто не печет круассаны. Он, должно быть, использовал готовое тесто. — О… а какое тесто ты использовал? И тут Минхо озадачил его еще раз. — Я его сделал, — улыбнулся он, словно зная, что Джисон будет впечатлен. Будто знал, что Джисон уже по уши в него влюблен. — Ты… сделал их с нуля? — спросил Джисон, потому что просто не мог в это поверить. Неужели он был настолько особенным для самого горячего мужчины на земле, что заслужил домашние круассаны?! Минхо просто кивнул. Затем он ткнул большим пальцем через плечо. — В общем, я пойду, не буду тебе мешать. Прости, что воспользовался служебным положением, чтобы приехать к тебе, мне, наверное, не стоило этого делать, как бы грустно ты ни выглядел без своих круассанов, — рассмеялся он, начиная отступать, и Джисон понял, что не может снова его упустить. Потому что ему очень, очень нравился Минхо, а не потому, что он не был готов снова поджечь свой дом, чтобы еще раз его увидеть. — Подожди, — позвал он, заставив Минхо замереть. Джисон выдохнул, когда их взгляды снова встретились. — Не хочешь… не знаю… зайти и съесть их со мной? — пожал он плечами, изо всех сил стараясь выглядеть непринужденным, но его сердце бешено колотилось. Он приглашал самого горячего мужчину, которого когда-либо видел, в свой дом, и на этот раз дом не горел. Минхо снова улыбнулся, поджав губы, словно размышляя. — Хммм… — Ну, если ты так долго думаешь, то я забираю своё предложение обратно! — вспыхнул Джисон, наигранно закатывая глаза и притворяясь, будто закрывает дверь. Он не успел прикрыть её даже на сантиметр, да и не собирался на самом деле, как Минхо шагнул внутрь. — Я ждал, когда ты меня пригласишь, — прошептал он с хищной ухмылкой, и его рука легла Джисону на талию. У Джисона чуть челюсть не отвисла. Логично, что он был таким кокетливым и самоуверенным, он же был самым горячим мужчиной на земле — иронично, учитывая его работу. Он что, постоянно борется сам с собой? Джисон искал ответ и не мог найти. Он просто смотрел, как Минхо закрывает за собой входную дверь, не отрывая от него глаз, и Джисон ненавидел то, как легко его член подрагивал в штанах от всего, что делал этот мужчина. — Значит… — начал Минхо, и провел большим пальцем по боку Джисона, заставляя того жалобно ахнуть и заметно вздрогнуть. — Пойдем разогреем их, чтобы я посмотрел, как ты неправильно пользуешься своей духовкой, — поддразнил он, и Джисон задался вопросом: это что, какая-то сумасшедшая прелюдия? Но потом Минхо кивнул в сторону кухни, и Джисон понял, что тот говорит серьезно. Его член снова дернулся. Минхо встал рядом, наблюдая, как Джисон включает духовку. Он кивал каждый раз, когда тот делал что-то правильно, и мотал головой, когда тот ошибался. Это было… странно возбуждающе — быть под контролем Минхо, чувствовать, как он командует им, говорит, что делать, а что нет. Джисон настраивал таймер, прибавляя по одной минуте, пока Минхо не кивнул. — Так как ты чуть не спалил свой дом в первый раз? — спросил он, прислонившись к столешнице рядом с Джисоном. Джисон сглотнул и прикусил губу, пытаясь сдержать возбуждение. — Эм… не знаю. Свет просто погас, а потом она загорелась, — честно признался он. — А во второй раз? Джисон прочистил горло. — Я случайно нажал «Гриль» вместо «Выпекать»… — А в третий? — Давай просто поговорим о чем-нибудь другом? — заныл Джисон, включая щенячьи глазки, не желая признавать, что в третий раз всё было подстроено. Как и то, что он уже вынашивал план четвёртого пожара. Лицо Минхо исказила довольная, почти зловещая ухмылка. — Твой ноутбук сам собой не загорелся, правда ведь? — спросил он, словно уже знал. Но… он не казался расстроенным. — Я отказываюсь комментировать, — заключил Джисон, пытаясь звучать твердо, но его переполняло едва сдерживаемое возбуждение и похоть. И тут у него появилась еще одна идея. — Но если бы я имел к этому какое-то отношение… ты бы меня за это наказал? Улыбка Минхо стала шире, как Джисон и надеялся. — Да. Мне пришлось бы тебя наказать. Поджог — это преступление, знаешь ли. Как и мошенничество со страховкой. Джисон чуть ли не вибрировал всем телом от возбуждения. — Тогда… может быть, я и правда сделал это нарочно… — прошептал он, поднимая руки, чтобы поиграть с пальцами Минхо. — Мм, тогда тебя определенно следует наказать, — тихо промурлыкал тот. Его зрачки расширились, когда его взгляд метнулся к губам Джисона. В комнате становилось все жарче, и не только потому, что была включена духовка. — Да? — с придыханием спросил Джисон, кусая губу. — И что это будет за наказание? Минхо вздохнул, посмотрев в потолок, и, повернувшись, положил другую руку на столешницу, заключая Джисона в ловушку. Его близость только раздувала пламя желания Джисона. — Думаю, мне придется заставить тебя кончить несколько раз. Может, три раза за каждый пожар? Четыре за мошенничество со страховкой? Как думаешь? Слова Минхо едва не довели его до оргазма — член тут же напрягся. Джисон застонал, громко, когда его веки опустились. — Сколько захочешь, — прошептал Джисон, проводя руками по животу Минхо, — я выдержу, — сглотнул он слюну, заполнившую рот. Тело Минхо было мягким под кончиками пальцев Джисона, но твердым под всем этим. Минхо ухмыльнулся, и у Джисона подкосились колени. — Прекрасно, — тихо сказал он, просунув руки под колени Джисона и с лёгкостью подхватив его. Ладони тут же легли на бёдра, и прежде чем Джисон успел осознать, его уже несли по коридору. Он с трудом сдержал стон, готовый вырваться в ухо Минхо, от ощущения, как его ноги обвились вокруг талии горячего парня, а пальцы Минхо уверенно сжимают каждую из его ягодиц. — Где твоя спальня? — спросил он со смешком, пока Джисон играл с его волосами, глядя на него сверху вниз. Он не мог поверить, что это происходит. — Налево, — мечтательно вздохнул он, представляя все, что Минхо собирается с ним сделать. Джисон ожидал, что Минхо бросит его на кровать, немного пошвыряет, но тот мягко опустил его на постель и заполз следом. Это было, пожалуй, даже более впечатляюще: он был сильным не ради самой силы, а потому что знал, как её использовать. Он снова навис над Джисоном, запирая его в кольцо из рук, и тот с радостью раздвинул ноги, впуская его. Он запустил пальцы в волосы Минхо, пока они дышали практически одним воздухом. — Блять, я хотел, чтобы ты меня трахнул, с той самой секунды, как увидел, — признался Джисон, чувствуя, как жар от таза Минхо давит на его собственный, когда тот опустился ниже. Член Джисона от этого ощущения быстро наливался кровью и он не знал, сколько еще сможет продержаться. — Да? Я тоже. Полагаю, ты так и не открыл ту брошюру по безопасности, — сказал тот, заставив Джисона в замешательстве нахмуриться. Минхо лишь рассмеялся, наклоняясь, чтобы впервые коснуться его губ. Его губы были такими мягкими, сладкими и умелыми, что Джисон почти забыл, о чем тот говорил. — Я написал там свой номер телефона, Джисон, — хихикнул Минхо в его губы, пользуясь его вздохом, чтобы протолкнуть язык внутрь. Джисон громко застонал от того, как Минхо втянул его язык в свой рот, и от осознания, что Минхо и вправду хотел его с самого начала. Он не мог поверить, какой же он идиот: всё это время, все те разы, что он поджигал свой дом, номер Минхо был прямо там. Если бы только ему хватило ума просветиться. Всё-таки он и вправду был чайником. Минхо отпустил его язык с влажным чмоком и приподнялся, чтобы включить прикроватную лампу Джисона. Его руки скользнули под футболку Джисона, приподняв ее, чтобы обнажить его соски. — Мне стоило спросить, прежде чем включать лампу? Она ведь не устроит пожар, да? — спросил он, опускаясь к груди Джисона и втягивая в рот один из его чувствительных сосков, сильно сжимая пальцами другой. Джисон был так возбужден, что мог бы расплакаться; он чувствовал, как из члена вытекает смазка, пропитывая белье. — Н-нет, я хороший, я буду паинькой, клянусь, — невнятно пробормотал Джисон, его мозг уже превратился в кашу. Его пальцы сами собой вцепились в футболку Минхо, комкая ее у него на талии. Затем Минхо переключился на другой сосок, впиваясь большим пальцем в тот, что уже был скользким от слюны, отчего бедра Джисона резко и непроизвольно дернулись. — Оо… Ох, Минхо, — простонал он, наслаждаясь трением своего члена о твердое тело Минхо. Его мышцы были такими плотными, такими упругими, и Джисон знал, что он способен на гораздо большее, чем показывал. Он, наверное, мог бы трахать его часами, не уставая — прижимая к стене, удерживая, и используя как игрушку. Минхо прорычал, с влажным чмоком отпуская сосок Джисона, и тут же сорвал с него футболку через голову, а затем и свою. — Боже, блять, ты такой охуенно горячий, — простонал Джисон, откидывая голову на подушку, но не сводя глаз с обнаженного торса Минхо. Он был таким широким, а его мышцы были настоящими, рабочими, а не для показухи. Трапеции, грудные мышцы, трицепсы — всё они окрепли от многолетней работы. В теле Джисона было столько желания, что он не мог лежать спокойно. Ему нужна была первая разрядка, и как можно скорее. Минхо улыбнулся ему сверху вниз, его взгляд скользнул по его телу, задержавшись, чтобы оценить его припухшие розовые соски, прежде чем остановиться на его члене, виднеющимся под спортивными штанами. — Джисони уже хочет кончить? — спросил он приторно-сладким, высоким голосом. Джисон всхлипнул, его бедра сами собой дернулись вверх, когда Минхо провел пальцем по всей длине его члена, слегка надавив на самый кончик. Это лишь сильнее раздуло опасное, жгучее пламя у него в паху, даже сквозь два слоя ткани. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Ах! — взвизгнул Джисон, когда Минхо с легкостью перевернул его. Он оказался на четвереньках, и тут же Минхо одним движением сдернул с него и спортивные штаны, и трусы, обнажая его голый зад. — Джисон, блять, — простонал Минхо, схватив его задницу обеими руками и раздвинув половинки, заставив его непристойно заскулить. — Хочу заставить тебя кончить, — выдохнул он прямо в дырочку Джисона, и Джисон не знал, что можно стонать так громко, даже когда к тебе не прикасаются. Он выгнул спину так сильно, как только мог, приглашая Минхо войти. Тот понял намек и его язык, влажный и горячий, скользнул по дырочке Джисона, умоляя войти в него. Джисон был более чем счастлив впустить его. Он пошарил в поисках смазки и швырнул ее себе за спину, пока Минхо вылизывал его с огненной, жгучей страстью. Его язык не останавливался ни на секунду, когда Джисон услышал звук открывающейся крышки флакона, а затем почувствовал, как вместе с языком внутрь проникает палец. Джисон не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то хотел его так вылизать, и уж тем более не мог припомнить, чтобы ему было настолько хорошо. Он двигал бедрами в такт движениям Минхо, желая, чтобы тот вошел глубже, жестче; желая просто больше его. Минхо подождал, пока не убедился, что Джисон готов, прежде чем протолкнуть внутрь два пальца. Бедра Джисона задрожали, он зарылся лицом в подушку — слюни, скорее всего, уже текли рекой, — когда сильные пальцы обхватили его пульсирующий член. — М-Минхо! Я сейчас..! — Джисон собирался сказать, что сейчас кончит, очевидно, но в тот же миг руки Минхо исчезли. — Нет, еще не время, — хмыкнул тот, с легкостью переворачивая Джисона обратно на спину и глядя на его раскрасневшееся, пыхтящее лицо и на его раскрасневшийся, сочащийся смазкой член. Джисон уже собирался захныкать, но Минхо, казалось, уже знал его тело и все его желания. Он снова ринулся вниз, на этот раз его рот оказался в другом месте. Джисон взвыл, когда два пальца снова оказались в его жаждущей дырочке, а рот обхватил его жаждущий, протекающий член. Он сосал изо всех сил, выжимая из Джисона всё до последней капли — из его члена и простаты, — сгибая пальцы и вводя их глубже. Джисон не смог бы сдержаться, даже если бы попытался. Он был совершенно бессилен перед Минхо, и морально, и физически. Но почему-то он чувствовал себя в безопасности. В конце концов, он был его героем. Первый оргазм вырвался из него с протяжным стоном, звук которого, без сомнения, заполнил дом, который он столько раз чуть не сжег, чтобы привлечь внимание этого пожарного. Джисона потряхивало, его ноги были раздвинуты так широко, а спина выгнута так сильно, как только возможно, пока он наполнял рот Минхо своей спермой. Минхо восхищенно промычал, не отрываясь от его члена, и Джисон понял, что кончить еще раз не составит труда. Он думал, что ему дадут небольшую передышку, может, немного отдышаться после первого оргазма — список его преступлений был не таким уж и длинным, — но Минхо лишь сильнее согнул пальцы и продолжил сосать. — Ааах! — всхлипнул он, неконтролируемо дергаясь и дрожа, пока вся его кровь приливала к члену, подрагивающему и чувствительному. Другая рука Минхо пробралась вверх к его бедру, чтобы придержать и сильной хваткой прижать его к матрасу. — Минхо, Минхо, Минхо, — неконтролируемо, словно молитву, повторял Джисон, потому что, как он уже сказал, теперь он верит в Бога. Он продолжал хныкать и вскрикивать, вцепившись в волосы Минхо; его спина выгнулась дугой, а лицо уткнулось в подушку, когда он очень легко и быстро кончил снова. У Минхо были волшебные пальцы и волшебный язык — это уж точно, — которые заставляли его тело пылать. Теперь он хотел выяснить, есть ли у него волшебный член, способный воспламенить его изнутри. — Ох, малыш, пожалуйста, скажи, что ты меня трахнешь, — простонал Джисон, его тело дрожало, но все равно каким-то образом молило о большем. Минхо наконец оторвался от его члена с пухлыми, блестящими губами и остекленевшими глазами, его кадык дернулся. — Это зависит от того… усвоил ли ты свой урок? — спросил он, осторожно разводя пальцы в дырочке Джисона. Его бедра дрожали от чрезмерного удовольствия, но он все еще был так возбужден — Минхо еще не потушил огонь, который он вызвал; тот, что пылал и обжигал все его тело. Джисон поднял голову и захлебнулся слюной при виде члена Минхо, зажатого в его обтягивающих джинсах. Да, ему определенно нужен был он в себе. — Нет. Нет, я… я, пожалуй, устрою еще один пожар, — прохрипел Джисон, его горло охрипло от стонов, которые он издавал. Улыбка Минхо быстро превратилась в похотливую усмешку. А затем он еще быстрее избавился от своей одежды. — О боже мой, — простонал Джисон, его глаза были прикованы к великолепному, толстому, розовому члену, выскочившему из своих оков. Ему стоило догадаться, что он будет крупным, ведь и все остальное у него было таким. И, о да, Джисон любил толстые члены. Он знал, что тот заполнит его как надо и будет давить на простату с каждым толчком. Его тело пылало, вид члена Минхо, стоящего твердо и гордо, зажег в нем что-то горячее и отчаянное. Минхо неторопливо подошел к комоду Джисона и тот издал слабый звук замешательства, но, честно говоря, ему было все равно, что делает Минхо. Он мог делать все, что хотел. Когда он обернулся, в руках у него был один из галстуков Джисона. Тот, который он надевал на собеседование в компанию, где сейчас работал. Его счастливый галстук. Джисон понял, что происходит, за секунду до того, как его схватили за запястья и потянули над головой. Его накрыла горячая, огромная волна возбуждения, когда его руки привязали к изголовью кровати, и он оказался совершенно беспомощным под своим очень горячим и очень сильным пожарным. Когда Минхо снова забрался на кровать, его толстый член смотрел прямо в дырочку Джисона. — Мне… — он сглотнул излишки слюны, скопившейся под языком, — мне понадобится больше пальцев, прежде чем это туда влезет. Минхо лишь ухмыльнулся, за его озорной манерой поведения чувствовалось некая нежность. — Конечно, милый, — промурлыкал он, заключая Джисона в клетку из своих рук. Джисон, как пойманный зверек, смотрел, как Минхо нависает над ним, обволакивая собой все его чувства. — Думаешь, я бы просто так его туда засунул? — спросил он тише, честнее, словно его заботило самочувствие Джисона и это был не просто невероятно сексуальный перепихон. Джисон надеялся, что это не так. Джисон нервно рассмеялся, но не потому, что Минхо заставлял его нервничать — нет, Минхо был его героем. Если так подумать, он никогда ни с кем не чувствовал себя в большей безопасности, чем сейчас с Минхо. Это бурлящее, трепещущее чувство было вызвано тем, что о нем заботились. — О, я понял. Ты типа из тех, кто сверху, но с заботой, — усмехнулся Джисон, потому что, возможно, он пытался уйти от темы. Наверное, он просто боялся, но не только жара в паху, а того самого пламени, о котором с самого начала шутил. Теперь оно вспыхивало по-настоящему. — Нет, — рассмеялся Минхо. Черты его лица смягчились, в глазах сверкнул огонь, — я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, — заверил он, и его пальцы снова опустились вниз, обводя его колечко. Джисон вздрогнул, раздвигая ноги шире. — Ты ведь понимаешь, что это именно то, что делает сервис-топ, верно? — рассмеялся он, глядя на член Минхо, тяжело болтающийся между его ног. Минхо цыкнул языком, едва заметно покачав головой. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо, Джисон, — повторил он, делая акцент на «тебе» и на всем остальном, когда его пальцы снова погрузились внутрь, прижимаясь к скользким, теплым стенкам. — П-почему? — спросил Джисон, задыхаясь и насаживаясь сильнее на пальцы Минхо. Горячий пожарный все еще нависал над ним с выражением чего-то зловещего и примесью нежного на лице. Вот только сказать ему было больше нечего. Он опустил взгляд, но Джисон все еще чувствовал жар от огня в его глазах. Минхо глубоко вздохнул, наблюдая, как его пальцы входят и выходят из дырочки Джисона. — Окей, в следующий раз ты кончишь без моего прикосновения к твоему члену, — заявил он, и глаза Джисона расширились. Он никогда раньше не кончал нетронутым. Он не был уверен, что сможет. Но… его захлестнула новая волна удовольствия от того, что Минхо был так уверен, что сможет заставить Джисона кончить без рук. Он был уверен в своем сексуальном мастерстве, это уж точно. Или, может, он просто собирался очень сильно постараться. — Я… я не знаю, смогу ли, — пролепетал Джисон, когда третий палец проник в его тугую дырочку. Минхо все еще не смотрел ему в глаза, но и ухмылку было не скрыть, даже если бы он попытался. — О, ты сможешь. Не волнуйся об этом, малыш, — промурлыкал он, наконец подняв взгляд на Джисона, чтобы лукаво подмигнуть ему. Джисон сдержал улыбку и проглотил подступившее к горлу волнение. — Ты заставишь меня? — спросил он шепотом, прикусывая нижнюю губу зубами и дергая связанными руками. Усмешка Минхо стала только шире, когда он кивнул. — Да, я тебя заставлю, — заверил он без тени сомнения, так что Джисон расслабился, раздвинул ноги еще шире и стал с нетерпением ждать, когда же его возьмут. Он удовлетворенно хмыкнул, когда Минхо продолжил растягивать его. Его член медленно наполнился примерно наполовину, когда его сочли достаточно растянутым, чтобы Минхо смог войти без боли, хотя Джисон не возражал бы и против небольшой боли. Может быть, в другой раз. Минхо открыл прикроватный ящик Джисона и достал коробку с презервативами. Джисон успел лишь на долю секунды осознать, что купил эти презервативы более полугода назад и так и не открыл их. Он не так уж часто куда-то выбирался, ладно? Но было уже поздно. Минхо уже открыл крышку и обнаружил то же самое: коробка не распечатана. Джисон был на грани ужаса, услышав тихий смешок своего очень горячего пожарного. Боже, он, вероятно, сложил два и два и понял, что Джисон на самом деле супер-отстойный и почти никогда не ходит на свидания и не трахается. Он, наверное, сейчас поймет, что все это на самом деле безумие, и что он буквально чуть не сжег свой дом специально, чтобы привлечь внимание Минхо, что Джисон, вероятно, какой-то клинический псих, и ему никогда не стоило потакать его сумасшедшим фантазиям… но тут Минхо повернулся к нему с улыбкой, и Джисон понял, что ему не нужно было так думать. — Неудивительно, что ты так легко кончил уже дважды, — усмехнулся он, качая головой и тряся коробкой с презервативами. — Нечасто выбираешься? Джисон захныкал, но его член запульсировал. Ему нравилось легкое унижение. — Я знаю, я знаю. Я супер-отстойный и тупица, и ты, наверное… — …И я, наверное, хочу трахнуть тебя еще сильнее? Ты ведь это собирался сказать, да? — спросил он, снова забираясь на Джисона с презервативом в руке и глядя на него сверху вниз. — Что я, наверное, хочу доставить тебе по-настоящему хорошее удовольствие за все те разы, что ты упустил? Джисон замер, его сердце снова вытворяло что-то невообразимое. Как Минхо не находил его странным и отталкивающим, было выше его понимания. — Потому что я собираюсь доставить тебе по-настоящему хорошее удовольствие за все те разы, что ты упустил, — тихо заверил он, и в его словах было что-то такое, от чего головокружительное возбуждение вернулось, а тревога отступила. — Пожалуйста, — простонал Джисон, нетерпеливо ерзая и пытаясь притянуть Минхо ближе к себе ногами. Как только презерватив был надет, который оказался слишком мал, Минхо не стал терять времени. Он провел руками по бокам Джисона и погладил его соски, наблюдая, как тот хнычет и дергается, затем взял себя у основания, направил член ко входу и плавно толкнулся внутрь. Джисон чувствовал, что вот-вот взорвется от восхитительного растяжения. Это было как раз то, что нужно, идеальное сочетание боли и удовольствия, но когда его толстый член проскользнул мимо простаты Джисона, надавив на нее, удовольствие значительно перевесило боль. Уши горели, горло горело, все его тело было охвачено пламенем, жар щекотал кончики пальцев ног и покалывал позвоночник, вплоть до того места, где они были соединены. Джисону казалось, что он не может дышать из-за постоянного давления на простату. У него перехватило дыхание, как и тогда, когда он впервые увидел мужчину над собой. Его героя. Минхо гладил его щеки и убирал волосы с глаз, пока входил до самого основания, до упора. — Ты тут? — тихо спросил он. Джисон заставил себя сомкнуть челюсти и открыть глаза. У него кружилась голова, глазам пришлось вернуться назад из подо лба, куда они закатились ранее. Он изо всех сил пытался сфокусироваться на Минхо, позволяя огню в них вырвать его из мира удовольствия, в который он ускользал. — Мм, — всхлипнул он, покачивая бедрами и неистово дрожа от ощущений. Минхо усмехнулся, меняя положение, чтобы устойчивее стоять на коленях. — Не думаешь же, что теперь тебе будет так трудно, а? — спросил он, совершая крошечные круговые движения бедрами, чтобы доказать свою правоту. Джисон сильно затрясся, качая головой, его живот скрутило, ведь он чувствовал только постоянное удовольствие, а Минхо еще даже не трахал его как следует. При таком темпе он думал, что сможет кончить еще раз десять без проблем. — Готов? — спросил Минхо, и это было как затишье перед бурей, когда он замер, вглядываясь в затуманенные глаза Джисона. Тот кивнул, хотя и понятия не имел, что его ждет. Он никогда раньше такого не чувствовал. Минхо кивнул в ответ и, в последний раз погладив его по щеке, отвёл бедра назад, почти полностью высунув член, а затем с силой толкнул бедра вперед, снова войдя в тугое, влажное тепло Джисона. — Блять! Минхо! — почти закричал Джисон, его бицепсы горели, когда он тянул за галстук, а острая, пронзительная волна удовольствия уносила его мозг далеко-далеко. Минхо тяжело дышал, его дыхание обжигало лицо Джисона. — Чувствуешь себя хорошо? Скажи мне… — Если ты не сделаешь это снова прямо сейчас, я, кажется, умру, — всхлипнул Джисон, чувствуя, как сжимается горло, потому что ему нужно было это удовольствие, а Минхо ему его не давал. У Минхо хватило наглости выглядеть шокированным, но лишь на мгновение, потому что затем он снова отстранился и вошел в Джисона с такой силой, какой тот никогда не знал. Джисон не был уверен, реален ли Минхо. На самом деле, он не был уверен, настоящий ли вообще ли он сам. Если по внешнему виду Минхо он решил, что верит в Бога, то, черт возьми, он был уверен, что то, как он трахается, может заставить его поверить во что угодно. Минхо поддерживал ровный, пробирающий до костей, сокрушающий землю темп, непрерывно вдалбливаясь в него. Судя по тем редким проблескам, когда в Джисона толкались так сильно, что его глаза невольно открывались, Минхо, казалось, едва вспотел. Его член был так хорош, лучше любого, что у Джисона когда-либо был, и лучше любого, что когда-либо будет. Он заполнял его так идеально, его тело всасывало его в себя, умоляя остаться и никогда не уходить. Ему хотелось поджечь их тела, чтобы их кожа расплавилась и слилась воедино, как воск, чтобы стать одним целым, чтобы он мог чувствовать это вечно — чтобы Минхо мог заставлять его чувствовать это вечно. Вскоре руки Джисона ослабли, и нежные ладони коснулись его лица, вытирая глаза и уголки рта, словно он был самой драгоценной вещью в мире. Это вернуло его на планету, на которой они находились, ровно настолько, чтобы он понял, что пускает слюни и плачет. Боже, он, наверное, выглядел совсем жалко. Он смутно почувствовал сильные руки на нижней части бедер, вдавливающие их в матрас, но на самом деле он мог сосредоточиться только на знакомом узле в паху, на горячей белой вспышке возбуждения, ударившей его по голове, как сковородкой. Джисон не был уверен, булькнул он или подавился собственной слюной, когда кончил в третий раз; во всяком случае, он не дышал. Казалось, будто его член сжимают, выкачивая из него все до последней капли, но, судя по словам Минхо, он знал, что это не так. Что он просто лежал, брошенный, и изливался на свой живот, превращаясь в жалкое месиво, пока он дрожал и дергался под взглядом Минхо. Джисон почувствовал, как Минхо замедлился и остановился. По какой-то непонятной, безбожной причине ему хотелось жалобно захныкать, но он знал, что ему нужна небольшая передышка. Чего он не ожидал, так это того, что Минхо выйдет и отцепит галстук от изголовья. Он закончил? Ему стало скучно? Он уходит? Джисон запаниковал, слишком рано вырванный из послеоргазменной неги, и тихим вздохом заставил себя открыть глаза, только чтобы увидеть, как Минхо срывает презерватив со своего все еще мучительно твердого, пульсирующего члена. Сердце Джисона почти остановилось. Он действительно уходит? — Нет… нет, пожалуйста, — всхлипнул Джисон, слегка поморщившись, когда он протянул свои все еще связанные руки вперед, чтобы дотянуться до Минхо, чтобы умолять и просить его не уходить, остаться, потому что Джисон нуждался в нем прямо сейчас. — Джисон, я не могу, — вздохнул Минхо, бросая латекс на пол. — Этот презерватив меня убивает, — раздосадованно пробормотал он, совершенно не замечая внутренней борьбы Джисона. Затем Минхо снова забрался на него, и Джисон поклялся, что никогда не чувствовал такого ощутимого, такого мгновенного и такого отчаянного облегчения. Он не мог сдержать рыданий, глядя на Минхо; он был просто так счастлив, что Минхо не уходит. Сквозь слезы он снова увидел размытый, искаженный портрет шокированного лица Минхо. — Шш, шш. Все в порядке, ты так хорошо справляешься. Хочешь еще? Думаешь, у тебя получится? — прошептал он Джисону на ухо, медленно поглаживая его по волосам, уверяя, что никуда не уйдет. Джисон сразу же кивнул. Он знал, что в нем есть еще силы на один раз, и он хотел сделать Минхо счастливым. А еще он хотел, чтобы тот остался подольше. Когда он смахнул слезы, ему в голову пришла мысль — настоящее чудо. — Я… я чист, — всхлипнул он, вытирая глаз тыльной стороной руки и вздрагивая мокрыми ресницами, глядя на Минхо. — А ты? — спросил он шепотом, полным надежды и отчаяния. Минхо грустно улыбнулся, продолжая гладить его по волосам. — Малыш… я чист, но ты не в том состоянии, чтобы принимать такие решения, — тихо сказал Минхо, и что-то забурлило у Джисона внутри, но на этот раз не возбуждение, а нечто более близкое к ужасу. — Н-нет! Я в порядке! — отчаянно пытался заверить он, садясь и закидывая свои все еще связанные запястья за голову Минхо. Джисон положил их ему на шею, оказываясь на одном уровне с ним и заглянул в глаза, убеждая его в том, что он уверен в своем решении. Он не был уверен, что находится в правильном состоянии, чтобы принимать такое решение, но если он был чист, и Минхо был чист, и они оба все еще хотели трахаться, это было решение, основанное на логике, а решение, основанное на логике, должно было быть хорошим решением. Он не был уверен, что находится в правильном состоянии, чтобы принять решение, но он был уверен в своем решении. — Джисон… — Я обещаю, Минхо, — умолял Джисон, вглядываясь в его глаза своими, мокрыми и отчаянными. — Я обещаю, обещаю, обещаю, я… — Шш, — хихикнул тот, облизывая губы и сжимая талию Джисона. Но Джисон все еще не был до конца уверен, что добьется своего. Он забрался к Минхо на колени, позволяя их членам соприкасаться и стукаться друг о друга. — Мы можем сделать это вот так. Я могу сделать так, чтобы тебе было хорошо. Разве тебе не хорошо? — неистово спросил он, приподнимаясь на коленях и пытаясь поймать член Минхо на краю своего входа. Веки Минхо дрогнули, а нижняя губа побелела, когда он прикусил ее так сильно, что могла пойти кровь. — Да, малыш. Мне с тобой так хорошо, — прошептал он в ответ. — Ты правда этого хочешь? — скептически спросил он, удерживая Джисона за талию и не давая ему опуститься на его член. Его сила была невероятной. Джисон никогда не видел ничего подобного. — Да! Да! Боже, да! — взревел он, откидывая голову назад и изо всех сил пытаясь обрушить свой вес вниз, но Минхо был чертовски силен. — Хорошо, малыш. Мы можем сделать это вот так, — мягко согласился он, перемещая их так, чтобы его спина уперлась в изголовье, прежде чем он медленно ослабил хватку и позволил Джисону снова опуститься на его член. — Бля-я-ять, — всхлипнул Джисон, его брови сошлись до предела, когда его снова заполнили до краев, на этот раз без презерватива. Минхо лишь протянул руку над собой и снова привязал руки Джисона к изголовью, наблюдая за ним широко раскрытыми глазами. — А теперь… — цыкнул Минхо. — Ты был таким хорошим мальчиком, так хорошо принимал свое наказание, но я уже порядком устал, а тебе еще нужно кончить один раз… — начал он, поглаживая бедра Джисона и намекая на что-то, что вряд-ли обернется в пользу Джисона. Он отчаянно моргал, глядя на Минхо, ожидая, когда тот закончит, но тот просто откинулся на подушки и расслабился, оставив Джисона барахтаться на нем. — Если хочешь кончить снова, тебе придется сделать это самому, — вздохнул он, опуская руки на бедра Джисона, — и ты должен кончить еще раз, потому что это твое наказание, — пожал он плечами, но в его глазах снова была та дразнящая тьма, и Джисон знал, что должен подчиниться. Он также знал, что Минхо не устал. Он мог бы продолжать часами, это было очевидно. Это было лишь дополнение к его наказанию. На мгновение он почти запаниковал: его руки были связаны, он был измотан и опустошен, а Минхо обмяк под ним (весь, кроме члена), словно вареная лапша для спагетти. Как бы он ни старался это представить, он не понимал, как сможет заставить себя кончить в таком положении. Он инстинктивно дернул за галстук, связывающий его руки, словно пытаясь найти выход, но знал, что другого пути нет. Ему нужно было справиться, ему нужно было показать Минхо, что он может быть хорошим. И вот, сделав глубокий, прерывистый вдох, он приподнялся на дрожащих коленях, крепко сжимая в кулаках свой счастливый галстук. Минхо промычал под ним, когда он снова опустился, и это было приятно. В животе снова затеплилась надежда, что, возможно, он сможет кончить и в четвертый раз вот так — в одиночку, связанный, дрожащий и на грани бреда. И он снова поднимал свое тело, и снова, и снова. Все его тело неистово тряслось от усилия доставить удовольствие им обоим после трех его оргазмов, а поскольку он опирался только на ноги, связанные руки не давали ему никакой опоры. Его бицепсы снова горели, и бедра начали тоже. — М-Минхо… — умоляюще всхлипнул он, молясь, чтобы Минхо понял намек, перевернул их и снова впечатал его в матрас. Он знал, что Минхо лишь шутит, что на самом деле он совсем не устал. Это было почти нечестно — то, каким невозмутимым он казался по сравнению с тем, насколько близок был Джисон к тому, чтобы снова развалиться на части и зарыдать. — Да, малыш? — Он усмехнулся, точно зная, что Джисон собирается сказать. — Я… я не могу, — все равно простонал он, не делая ничего, кроме круговых движений бедрами, ожидая, что Минхо возьмет все на себя. Но Минхо лишь снова усмехнулся, не двигаясь на кровати. — Такими темпами мы тут на всю ночь застрянем, — снисходительно произнес он, закидывая руки за голову и изображая идеальную расслабленность. Тихий всхлип сорвался с губ Джисона, когда он посмотрел на Минхо и понял, что тот не уступит. Он был еще недостаточно жалок, недостаточно отчаян, недостаточно сильно умолял. Придется это изменить. Он не был уверен, что сможет заставить себя кончить вот так, но был уверен, что Минхо сдастся, если ему это будет действительно нужно. И Джисон снова приподнялся, позволяя толстому члену Минхо растянуть его колечко и заполнить его изнутри. Он сосредоточился на ощущении, на давлении на простату, а не на том, как его тело горело от перенапряжения и стыда, как жгло глаза от непролитых слез разочарования, отчаяния и нужды. — Вот так, — медленно похвалил Минхо, его взгляд был прикован к тому месту, где его член целиком поглощала теплая плоть Джисона. Его руки вернулись на бедра Джисона, чтобы погладить их, словно уверяя, что он сможет это сделать. Он сможет быть хорошим для Минхо. Он сможет заставить их обоих кончить. — Хочу, чтобы ты кончил в меня, — дрожащим шепотом произнес Джисон. На лбу выступил пот, щека прижималась к связанным рукам. Он продолжал приподниматься и вращать бедрами, как бы сильно ни жгло. Это было его наказание, и он должен был довести его до конца. Но… он бы солгал, если бы сказал, что в его словах не было скрытого мотива. Он хотел раззадорить Минхо. Хотел, чтобы Минхо потерял контроль и снова взял его на себя. Ему нравилось быть во власти этого мужчины: под ним, накрытым им, умоляющим его. Но это не сработало. — У тебя получается, малыш, — подбодрил он, опуская руки на талию Джисона. И если бы только он использовал свою хватку, чтобы помочь ему удержаться, чтобы хоть немного приподнять его, это бы сняло с Джисона такое напряжение. Стало бы намного легче. Принесло бы такое облегчение. Но Минхо этого не сделал. Он лишь нежно прикоснулся к коже Джисона, легким, словно перышко, движением. Джисон терял рассудок. Терял разум, тело, способность думать и вообще что-либо делать. Мозг кричал ему, что нужно кончить, но бедра горели так сильно, что были уже на пределе; мышцы пылали и подергивались, лишая его всякого контроля над собственным телом. Он со всхлипом рухнул вниз, его тело обмякло над Минхо, удерживаемое лишь связанными запястьями, которые, как он смутно заметил, тоже горели — как и его сердце, и его член, и все его тело. В спальне Джисона было так жарко, словно весь его дом мог снова загореться. — Я… я не могу… это сделать, — плакал Джисон, слова прерывались короткими, судорожными попытками вздохнуть, а живот ходил ходуном от быстрых, прерывистых вдохов. — Ты мне нужен, Минхо. Мне нужно, чтобы ты заставил меня кончить. Я не могу… я не могу сделать это сам, — умолял он, глядя в глаза Минхо своими, мокрыми и полными слез. Может, в нем и были еще силы, а может, и нет. Но Минхо был его героем. Может, в глубине души он знал, что у этого мужчины уже была к нему слабость; как перезрелое яблоко, сахар в котором так сладок, что его кожура тает снаружи, делая его мягким и кашеобразным. А может быть, это больше походило на пожар, разгорающийся внутри здания, медленно сжигающий и опустошающий его внутренности, пока крыша не становится настолько непрочной, что обрушивается. У Джисона было чувство, что, несмотря на то, каким обжигающе горячим был Минхо, он сам все это время был огнем. Минхо оставался таким же пожарным, каким и был, сражаясь с огнем, которым был Джисон. Но, несмотря на всю свою силу, Минхо был слишком мягок для Джисона. Он позволял Джисону опустошать его нутро, как лесной пожар, и позволял его крыше обрушиться. Джисон понял, что был прав, когда Минхо потянулся и снова развязал его руки. Затем он сел, подхватив Джисона на руки, и перевернул их, как Джисон и молился. Он выдохнул с огромным облегчением, когда его голова мягко опустилась обратно на подушку, а член Минхо снова дико запульсировал внутри него. Он знал, что Минхо был его героем не просто так. — Минхо! Минхо, Минхо, Ми… — Джисон повторял его имя, как мантру, наслаждаясь его звучанием и желая, чтобы оно никогда не сходило с его губ. Его подбрасывало на кровати, простата содрогалась в спазмах от такого темпа, а потом у него потемнело в глазах, и его снова накрыла еще одна раскаленная добела волна удовольствия. — Хннг… Ах! Ах, ах… — он всхлипывал и плакал, когда снова кончил. Сперма стекала по его члену, а голова словно налилась свинцом, ударившись о подушку. Он смутно почувствовал, как Минхо вышел, и его бедная, измученная дырочка затрепетала вокруг пустоты. Он снова захныкал от этого ощущения, желая, чтобы Минхо снова оказался внутри него, хотя и знал, что он не выдержит. Его никогда в жизни не трахали так хорошо. Затем он почувствовал, как что-то горячее ударило его в грудь, а потом в живот, снова и снова. Он приоткрыл один глаз и увидел, как Минхо дрочит между его все еще раздвинутыми ногами, и его сперма горячими струйками падает на его кожу. Казалось, будто небеса пролились на него дождем, наконец-то потушив огонь в его нутре. — Минхо, — протянул Джисон, откинув голову в сторону. — Ты мог бы кончить в меня, я бы не возражал, — мягко, хоть и немного хрипло, произнес он, приоткрывая глаза и глядя на мужчину. Минхо лишь улыбнулся, нежно и ласково. — Может, в следующий раз, — прошептал он, развязывая счастливый галстук Джисона на его запястьях. — Я хорошо справился? — шепотом спросил Джисон, роняя затекшие руки на кровать, как только его запястья освободились. Они были лишь немного натерты. — Ты так хорошо справился. Не могу поверить, как хорошо у тебя получилось. Просто идеально, — похвалил он, вставая и подсовывая руки под обнаженное тело Джисона, с легкостью поднимая его на руки, как невесту. Джисон будет его невестой. Может, ему стоит попросить Минхо жениться на нем. — Я хотел… чтобы тебе тоже было хорошо, — прошептал Джисон, не в силах отвести взгляд от Минхо, пока тот нес его в гостиную. — Хотел, чтобы ты меня хотел, — вздохнул он, когда Минхо сел, прижимая Джисона к своей груди и накрывая их одеялом. Джисон уткнулся лицом в шею Минхо, мечтая навсегда поселиться в этой божественной ямочке его ключицы, растворяясь в ощущении его обжигающей кожи на своей. Он вдохнул его запах — дымчатая хвоя, тёплая и острая, как грех, — и оставил нежные поцелуи на его шее и плече. Он чувствовал, как Минхо тоже вдыхает его, как его ногти нежно царапают спину Джисона вверх и вниз, как его выдох касается его шеи. Джисон надеялся, что он пахнет чем-то сладким и манящим, а не отчаянием и потом. Хотя даже если и так… Минхо всё равно бы о нем позаботился. Он бы сказал, что не может в это поверить, но… он мог. Джисон начинал думать, что этот крепкий, сильный мужчина был слаб только перед ним. — Не могу поверить, что ты ушел со мной в сабспейс, — прошептал Минхо, уткнувшись носом в его кожу, его тон был благоговейным, но благодарным, словно он был польщен. Джисон лишь хихикнул в изгибе его шеи, начиная понемногу приходить в себя. Он не был удивлен. Минхо был его героем. Ни с кем другим он не чувствовал себя в большей безопасности. — Минхо… — вздохнул он с улыбкой. — Ты забыл, что ты мой герой? Забыл, ты уже трижды спасал мне жизнь? — хихикнул он, отстраняясь, чтобы заглянуть Минхо в глаза. И чуть не потерял дар речи от того, сколько нежности плескалось в его взгляде, и от той тягучей, приторной улыбки, что таилась на губах. — Поцелуй меня, — взмолился Джисон, и его голос превратился в шепот от взгляда Минхо. Он не хотел ничего больше, чем раствориться в этом мужчине до конца своей жизни. И Минхо его поцеловал. Несмотря на его силу, поцелуй был мягким, сладким и медленным. Он был идеальным. Минхо был идеальным. Они отдыхали вместе на диване Джисона, их кожа и губы слиплись, пока Джисон не понял, что запах Минхо становится сильнее. Он нахмурился в замешательстве, прежде чем отстраниться, чтобы посмотреть на мужчину. Он не знал, чего этим добьется, но ему хотелось снова на него взглянуть. Но, отстранившись, он вдруг вспомнил о круассанах в его духовке. Может, у Минхо и был дымный аромат, въевшийся в кожу за годы работы пожарным, но этот запах был другим. — Чёрт! — взвизгнул Джисон, вскакивая и резко отрываясь от груди Минхо. — Круассаны! — О боже… — Минхо рассмеялся, но голос у него звучал с таким надрывом, с таким ужасом, будто он не верил, что допустил такое. А Джисон испытал странное, но сладкое удовлетворение: он был настолько отвлекающим, что даже пожарный чуть не устроил пожар. Джисон подбежал к духовке и выключил ее, схватив свои милые маленькие прихватки — те, с котиками и хомячками в красных фартучках, держащими пироги, — и вытащил свои бедные, дымящиеся круассаны. Они не сгорели, но только потому, что Минхо заранее сказал ему, при какой температуре их нужно разогревать. Если бы это зависело от него, он бы, наверное, поставил духовку на триста пятьдесять градусов и надеялся на лучшее. И тогда его дом снова бы загорелся. Но его пожарный уже был здесь, так что ему не о чем было беспокоиться. — Я могу съесть эти. А ты садись обратно, я поставлю для тебя новую партию, — предложил Минхо, тут же приступая к делу. У Джисона сердце чуть не лопнуло от нежности. Может, он все-таки получит свои круассаны. Спустя двадцать минут Минхо принес два идеально разогретых домашних круассана Джисону, который уютно устроился под пледом на диване. — Осторожно, горячо, — предупредил Минхо, устраиваясь рядом и почти незаметно прижимаясь к Джисону в поисках тепла его тела. Джисон хитро ухмыльнулся, проведя взглядом по телу Минхо, который всё ещё был без одежды. Он был чертовски благодарен за это. — Да, ты горячий, — лукаво сказал Джисон, намеренно скользя взглядом вниз. Он видел, что Минхо пытался не смеяться над этим, не хотел доставлять Джисону удовольствие от его глупой шутки, но не мог сдержаться. Он позволил широкой улыбке расползтись по его лицу, и отвернулся, хватаясь за пульт, чтобы отвлечься. Вскоре от круассанов не осталось и крошки. Минхо лениво поглаживал Джисона по спине, пока они вполуха слушали и смотрели документальный фильм о природе. Минут через двадцать Минхо внезапно кашлянул, прочищая горло. — Эй, — начал он, легонько почесывая кожу Джисона своими коротко остриженными ногтями. — Прости, — извинился он, заставив Джисона в замешательстве поднять на него глаза. — За что? — спросил тот, едва заметно качнув головой. Минхо сглотнул и отвел взгляд. — Мне стоило пригласить тебя на ужин или что-то в этом роде. А не… ну, не то, что мы сделали, — сказал он, и Джисон всё ещё не понимал, в чём дело. — Тебе не понравилось? — обеспокоенно спросил он, напрягшись в объятиях Минхо. Тот моргнул несколько раз. — Что? Нет, Джисон, всё было идеально. Просто… — он замолчал на мгновение, — ты мне правда очень нравишься. И я определенно хочу чего-то большего, чем просто секс… если ты тоже этого хочешь. Блаженная улыбка расползлась на лице Джисона, как масло на горячей сковородке. Впрочем, примерно то же случилось и с его сердцем в тот самый момент, когда он впервые увидел своего горячего пожарного. — Минхо… я поджег свой дом, чтобы снова тебя увидеть, а ты испек для меня круассаны с нуля. Я никогда и не думал, что это будет просто секс, — рассмеялся он, поднося руку к щеке Минхо. Тот тоже рассмеялся, его щеки надулись и идеально легли в ладонь Джисона. — Не знаю, можно ли сравнивать эти две вещи, но хорошо, — хихикнул он, наклоняясь, чтобы поймать губы Джисона своими. — Нет, определенно можно, — хихикнул Джисон в поцелуй, отстраняясь, чтобы доказать, насколько сложно сделать круассаны. — Некоторые люди платят сотни долларов за курсы у лучших пекарей мира, чтобы просто научиться делать круассаны! Существуют соревнования по ламинированию теста, чтобы выяснить, кто лучше всех вмешивает масло в него! Как ты вообще этому научился?! — воскликнул он недоверчиво, потрясенный тем, что Минхо даже не осознавал, какой подвиг совершил. Но Минхо лишь пожал плечами. — Я посмотрел туториал на ютубе, — небрежно сказал он, и мозг Джисона чуть не сломался. — Мы можем просто пожениться? — спросил он, его собственные глаза расширились, жар момента заставил его сказать эту глупость, и, к черту, может, его мозг и вправду сломался. Но Минхо заговорил раньше, чем Джисон успел как-то отступить, развеивая любые сомнения, которые могли бы зародиться. — Мм, да. Я как раз собирался это предложить. Я могу остаться здесь и печь тебе круассаны весь день, чтобы тебе больше никогда не пришлось прикасаться к духовке и устраивать очередной пожар. По-моему, это идеальный вариант, нет? Глаза Джисона оставались широко распахнутыми от слов Минхо, и недоверчивый смех вырвался из его горла. Он прикусил губу и шлепнул Минхо по плечу, отворачиваясь в попытке скрыть раскрасневшиеся щеки. Почему он так смущался — непонятно. Возможно, потому что уже почти влюбился в этого человека.

🧯🔥

      Минхо остался на ночь («а что, если мой дом загорится посреди ночи, и здесь не будет никого, чтобы меня защитить?»), а утром они оба уехали на работу, но не раньше, чем после еще одного обжигающе горячего секса и примерно тридцати шести прощальных поцелуев. Когда Минхо пришёл на смену, Чан окинул его взглядом с ног до головы, сразу заметив, что на нем та же одежда, что и вчера. — Полагаю, ночка прошла удачно? — спросил он с усмешкой. Минхо усмехнулся в ответ. — Этот маленький пироман наконец-то тебе написал? Минхо хихикнул. Если бы Чан только знал. — Нет, я заехал к нему домой. Теперь мы помолвлены. Это была шутка, но Минхо наслаждался тем, как Чан замер, а на его лице отразилось самое смешное и до ужаса растерянное выражение, которое Минхо когда-либо видел. Тем временем, на другом конце города, Джисон сидел за своим рабочим столом, пытаясь сдержать широченную улыбку и сжимая в руках свой счастливый галстук. Ну и пусть он немного помялся — никто ведь не заметит. А если через тридцать лет Минхо решит уйти на пенсию и откроет собственную пекарню, полную любимых сладостей своего мужа, и будет носить миленький красный фартук, точь-в-точь как у котика и хомячка на его любимых прихватках, ну что ж… Об этом они узнают чуть позже.