ponytail

они сидят на просторной кухне вчетвером: джейк с бомгю с одной стороны, дани с джеем — с другой. джейк, явно перепивший дурацкого виноградного соджу, отдающего дешевым искусственным ароматизатором, гипнотизирует взглядом пальцы джея, мягко гладящие голые бронзовые плечи аванзини. — так чтооо, — бомгю тянет совсем грустно, — я не знаю, как заставить её видеть во мне парня, а не друга, понимаете? дани игриво дует губы: — предложи ей куни. ну, знаешь? по дружбе. может, сможешь найти клитор и она наконец поймет, какой ты хороший парень. бомгю делает вид, что блюёт. — блять, дани, фу! настоящие мужики не лижут, ты че! дани фыркает, джейк и джей фыркают следом, как по команде. — а ты точно настоящий мужик, гю, ммм? даниэла придвигается вперед, к столу, — джейк смотрит только на то, как кончики пальцев джея наконец перестают смазывать блёстки с её плеч. блядство. и почему он даже немного рад, что теперь они друг друга не касаются? что джей больше её не трогает? пьяный бред. однозначно. наверно, его краш на даниэлу так до конца и не прошел. или?... а потом джейк переводит взгляд на его лицо — и какого хуя он такой красивый? — и губы, расплывающиеся в улыбке. блять. какой же шим джеюн бухой. неужели настолько бухой, что готов сменить ориентацию? потому что, ну… джейк, вообще-то, гетеро. и что, что во время их с джеем тура по америке они пару раз сосались по пьяни? это не считается. точно не считается. потому что джейк — гетеро, а у джея есть даниэла — красивая латиночка, в которую и сам джейк когда-то давно был влюблен. он не замечает, как друзья переходят в дебаты о куни и минетах, погруженный в свои тяжелые думы, пока дани не щелкает пальцами перед его носом, вытягивая из транса. — джейки, а ты лижешь? — конечно. хочешь проверить на практике? — джейк улыбается совсем игриво, ведя бровями. дани в ответ снова фыркает. — нет, спасибо. сосал? джейк хлопает глазами в полнейшем ахуе. на фоне бомгю начинает истошно хохотать. — фу, блять, дани! нормальным мужикам такие вопросы не задают! — мы уже поняли, что ты девиантный, чхве бомгю, — аванзини закатывает глаза, — теперь проверяю на вшивость шима. так что? отсосал бы? — фу, дани… а ниче тот факт, что я натурал? — он игриво закатывает глаза, продолжая улыбаться, — но если бы не был… делал бы лучшие минеты. отвечаю. мамой клянусь, короче. дани хохочет громче. остальные смеются следом. у джейка такие смешные шутки. оборжешься. и он, конечно же, натурал — и что, что как-то слишком голодно наблюдает за двигающимся кадыком джея, пока тот глушит соджу? с кем не бывает, блять!

;;;

они с джеем в тесной ванной совсем одни — дани уехала домой на такси, остальные — либо пьяно воркуют друг с другом в гостиной, либо давно дрыхнут. пак чонсон сидит на столешнице и ржет над ним, пока джейк пытается отстирать красное вино со своей новой белой футболки — блять, и давно они живут в ситкоме? — а я думал, настоящие пираты красных морей не боятся? джейк кидает на друга злой взгляд. — а еще настоящие пираты в жопу ебутся, пока плавают. а потом они оба молчат. как-то совсем неловко, так отлично от их обычного комфорта, и просто гипнотизируют друг друга какими-то совсем голодными взглядами. джей оказывается ближе. джейк замечает, что совсем стремительно трезвеет. а потом джей мягко откидывает длинную чёлку со лба друга. — да-да. а ты натурал, а не пират. мы все помним. и что сосал бы ты наверняка лучше, чем сону, помним тоже. — и рушит магию момента. вот долбоеб. джейк хмурится. — если бы я не был гетеро, я бы реально заебато сосал. базарю. — ага. верю, джеюни. джейк зло откидывает мокрую футболку в раковину и хватает джея пальцами за бёдра, сжимая. — что, хочешь взять меня на слабо? — хочу. а джейк хочет, чтобы джей его просто взял. блять. дурак? да. не дурак даже — просто лютый долбоеб. потому что поднимается руками выше, расстегивая ремень и ширинку джинсов джея какими-то совсем онемевшими пальцами. а потом опускается на колени, расставляя бёдра друга посильнее. — отвечаю, бро. тебе никто так хорошо не отсосет, как я сейчас. шим джеюн стягивает джинсы и боксеры прямо с бёдер лучшего друга, выпуская его член. джейк, конечно, уже видел его член раньше — они были друзьями слишком долго, чтобы друг друга стесняться. ну да, большой. ну да, выглядел норм — джейк никогда его так не оценивал. но сейчас, в слишком ярких лампах ванной, в какой-то пьяной пелене глаз, он выглядит каким-то слишком красивым. таким, что у джейка, кажется, скоро потекут слюни. отросшие за лето волосы лезут в глаза и рот, и шим, хмурясь, пытается заправить их за уши. но джей успевает быстрее, мягко собирая их собственными венистыми руками и удерживая в хвосте на затылке, чуть оттягивая. красивый член перед его лицом наливается краской и мягко пульсирует, словно желая поскорее оказаться в окружении тёплого рта. — ты… такой красивый с этого ракурса, юни… — джей почти хрипит, чуть откидываясь назад, — словно… создан был для того, чтобы так… на коленях… джейк улыбается как-то совсем по-блядски — джей никогда не видел его таким. и никогда не хотел его сильнее, чем сейчас. — не обольщайся, сонни. я ведь только доказываю, что хорошо бы сосал, помнишь? а потом джеюн тянется ближе, надеясь, что джей не видит, как улыбка дрожит, наконец захватывая совсем бордовую головку пухлыми губами. подключает язык, слизывая капельки смазки, и довольно мычит, прикрывая глаза. — тут… тоже вкусный. шим начинает посасывать головку совсем яростно, словно пытаясь сожрать член, потом переходит на более нежный темп, мягко вылизывая её языком, массируя кончиком уретру и обводя им складки уздечки. джейк слышит рычаще-мурчащие стоны джея, чувствует, как тот сильнее оттягивает его волосы, и только стонет в ответ сам, пуская по члену вибрацию. опускается глубже, ниже, беря в рот длину примерно до середины — больше просто не может, чтобы не подавиться. подключает руки — одной массирует корень, второй — мошонку. джейк наращивает темп, посасывая и вылизывая быстрее и глубже, мокрее, с отвратительно блядскими и громкими чмокающими звуками. кольцо губ смыкается туже, джейк высасывает воздух изо рта, мучая джея движениями языка в вакууме его щёк. — блять… бро… юни-я… так… хорошо… джейк расплывается в улыбке прямо в член, а потом выплёвывает его с громким чпоком. — нравится, оппа? — издевается так, как будто контроль над ситуацией здесь у него. а потом шим опускается ртом ниже, с хлюпающими звуками всасывая в рот мошонку. продолжает стимулировать и массировать член пальцами, надавливая большим пальцем на головку, языком же перебирает во рту яйца, мыча от удовольствия. блять, если бы джейк знал, что пак чонсон настолько вкусный, он бы начал сосать ему уже давно. блять, да он бы сосал ему вечно! нет, хуйня. это всё — только потому, что его взяли на слабо. потому, что он пиздец, какой пьяный. завтра джейк проснется с головной болью и даже не вспомнит про это — и уж точно не будет думать о вкусе члена своего лучшего друга. но это будет завтра — а сейчас он сосет усерднее, размазывая пальцами по головке смазку и слюну. джейк поднимает взгляд на лицо друга — тот смотрит в ответ, растворяясь в тихих хриплых стонах. — я… скоро кончу, джеюни… ты?.. ты хочешь проглотить? — он не говорит вслух, но джейк слышит. да. наверное, да. а еще джейк хочет запомнить всё — блестящие глаза джея, его хриплые стоны, пальцы, больно оттягивающие его волосы, и вторую руку, сейчас мягко гладящую его по голове. джейк хочет. но отрицательно машет головой, не отстраняясь от мошонки. перехватывает головку покрепче, продолжая надавливать и поглаживать, пока джей не кончает ему прямо в кулак. они смотрят друг другу в глаза, обмениваясь каким-то длинным мысленным диалогом. джейк этого диалога не слышит — кровь слишком шумит в ушах. а потом джейк разрывает этот почти интимный зрительный контакт сам, вставая и включая воду, чтобы смыть тёплую сперму с ладони. джей, тоже выпав из их общего момента, пытается отшутиться, чтобы скрыть смущение. — ну… не пиздел, получается. сосешь охуенно. джейк закатывает глаза. — я всегда абсолютно уверен в своих способностях, пак чонсон. просто так словами не разбрасываюсь. джейк моет руки и бездумно продолжает застирывать футболку, чтобы отвлечь мозг — отвлечь от того, что у него на языке всё ещё вкус чонсона. видит боковым зрением, как джей встает со столешницы и придвигается ближе. чувствует его тепло голой спиной. — так и… каков я на вкус, юни? джейк фыркает. — могло бы быть и лучше, — просто охуенный. джей мягко берет его подбородок пальцами. — я… попробую, ладно? всегда было интересно. и целует его совсем мягко, прижимаясь всем телом. — а еще, кстати, тебе пиздец как идут хвостики. а ещё вкус пак чонсона, смешанный с виноградным соджу.