Извращенная нормальность

Нил поистине слепой. Слепой дурак, который ни капли не видит дальше своего носа. Слепой идиот, не замечающий абсолютно ничего, когда дело доходит до флирта и заигрываний. И если Эндрю ещё мог смириться с этим фактом, то вот парень рядом с барной стойкой навряд ли. — Ты ведь занимаешься экси? Судя по твоей фигуре, ты, наверное, очень хорош в тренировках. — Да, — кивает Нил, не смотря незнакомцу в лицо. — Как узнал? — Оу, просто видно по тому, как ты двигаешься. И эта уверенность во взгляде… Знаешь, спортсмены – они особенные люди. У них есть огонь в глазах и горячее тело. — Кален улыбается, пытаясь поймать взгляд Нила, но попытки оставляют желать лучшего. — Хм, — Нил подставляет руку под подбородок. — Возможно, но главное – результат на поле. Остальное не имеет веса. Кален неловко покосился, его дружелюбная маска дала трещину, но он решает не сдаваться и идти до конца: — Я имел в виду… ты очень привлекательный. И, кажется, скучаешь тут один. И мне хочется составить тебе весёлую компанию и приятное времяпровождение. Что скажешь, м? Нил наконец обращает своё внимание на парня, смиряя его силуэт взглядом. Он наклоняет голову вправо, непонимающе на него уставившись. Кален заметно теребит ворот своей футболки, переминаясь с ноги на ногу. Нил наконец нарушает молчание, не отрывая глаз от его лица. — Весёлую компанию? Приятное времяпровождение? Знаешь, я обычно не доверяю людям, которые так настойчиво предлагают провести время вместе. В смысле, ты действительно думаешь, что я пойду с тобой куда-то, просто потому, что ты считаешь меня привлекательным? У тебя что, совсем нет других дел? Ты вообще знаешь, как меня зовут? В отличие от тебя, я не называл своего имени, Кален. Эндрю внутренне усмехается. Видеть разбитую и полную стыда физиономию этого тупицы было довольно приятно. Тот то и дело, что открывал рот в удивлении, то снова его закрывал, не в силах совладать с эмоциями. Кален просто глупо кивнул, развернулся и в спешке ушёл вглубь танцпола, даже не попрощавшись. Нил лишь пожал плечами, возвращаясь к своему стакану с водой. Эндрю стоял всё это время рядом с ним, так что сейчас прекрасно мог уловить нотки раздражения, которые читались в несфокусированном взгляде, словно тот смотрел сквозь предмет. — На что злишься? — всё же спросил Эндрю, облокотившись на барную стойку. Нил моргнул. Его взгляд прояснился, поза стала более расслабленной, а указательный палец перестал водить круги по столешнице. Он повернул голову к Эндрю, взгляд голубых глаз застыл на нём, и тихо выдохнул: — Я не злюсь. — Эндрю уставился на него. — Просто испытываю резкую волну раздражительности, — Нил закатил глаза. — Не понимаю, почему, если ты говоришь об экси и спорте, то необходимо приплести свою компанию. Или почему, если я даже не представлялся, то со мной всё равно будут пытаться продолжать вести диалог. Это уже не диалог, а монолог. Кажется, будто человек не понимает очевидных намёков о незаинтересованности. У Эндрю определённо появилось желание ответить той же монетой: “Кто тут ещё из всех людей в клубе не понимает прозрачного подтекста?” Но он решил промолчать, посчитав не столь важным пояснять смысл всех подкатов и заигрываний, которые тот болван Кален пытался закинуть “на пробу”. Легче было ответить коротко и ясно: — Может, если ты попробуешь искать не прямой смысл во всех словах, то жизнь станет намного проще. — О, спасибо, великий просветитель! Однако, возможно, это проблема других людей, что они не умеют говорить прямо? Я не собираюсь подстраиваться под их ход мыслей и тем более искать скрытое значение в глупой фразе: “Огонь в глазах”. Одно дело, если бы это имело хоть какую-то значимость, другое – бессмысленная болтовня ни о чём, особенно с незнакомым человеком. Эндрю с минуту изучал профиль Нила, пока не вздохнул, не поверив, что объясняет это вслух: — Он пытался флиртовать с тобой. Глаза Нила чуть округлились, брови всплыли вверх, а голова наклонилась вправо. Он скосил взгляд в пол, пытаясь вспомнить что-то подобное, но в голове не было ничего. По правде говоря, он не особо-то и помнил весь разговор с тем парнем, только какие-то яркие фразы и его футболку с номером тринадцать. Причём Нил забыл точно не из-за плохой памяти. Просто он в принципе не мог запомнить этот поток информации, так как толком не слушал Калена. Совсем. Нил тогда больше думал о завтрашней поездке обратно в общежитие, нежели о каком-то там парне с его “подкатами” и хотелками. После некоторого молчания, Нил перевёл взгляд на ореховые глаза, задавая вопрос: — И как давно? — Эндрю приподнял бровь. — Как давно ты всё увидел? — С самого начала. Ещё в тот момент, когда он смотрел и улыбался, как придурок, который впервые увидел своего папашу без одежды. Нил фыркнул, запрокидывая голову и смотря на прожектора, что хаотично и резко меняли цветовую гамму от неонового жёлтого до чисто белого. Это невзначай напомнило ему, как на прошлой неделе девушка из университета с такой же неоново-жёлтой тетрадью подошла к нему на обеде, чтобы он разъяснил ей задачу по математике. Нил не горел желанием помогать ей, но поскольку она была в его группе по испанскому, он подумал, что ухудшать отношения не стоит, даже если они никогда впредь не будут общаться. В конце концов, тема, которую Маргарита не уяснила, оказалась настолько лёгкой, что её можно было объяснить одной фразой. Нил так и поступил. Только вот девушка не отстала: она предложила созвониться и предварительно назначить встречу где-нибудь вне университета, чтобы лучше усвоить материал. На что Нил, конечно же, отказал Маргарите. Ники тогда ещё грустно пробормотал, что он был слишком жесток с ней, но Нил так и не понял, что тот имел в виду. До этого момента. — Та девушка из кафетерия… — изумлённо пробормотал Нил. — Ого, ты начинаешь соображать, — Эндрю сделал наигранно-удивлённо лицо, словно он правда был шокирован этими четырьмя словами. Нил вдруг вспомнил ещё один случай, когда парень из зала бросил ему почти то же самое, только контекст был совсем иным. Нил выполнял свою ежедневную норму кросса на беговой дорожке, как неожиданно рядом возник Тодд (так его звали, судя по его бейджику на груди), который с энтузиазмом поинтересовался, не нужна ли ему компания в виде ещё одного бегуна. Нил благополучно проигнорировал его, но тот не унимался, пока наконец он не ответил односложным предложением, что только усугубило ситуацию, укрепляя Тодда на месте. Нил мастерски увиливал от потока вопросов парня, надеясь, что тому просто станет скучно разговаривать с пустотой. Однако когда дело дошло до физического контакта, ведь Тодд оказался непонимающим засранцем, на помощь, как будто спасательный круг, пришёл Эндрю. Взгляд карих глаз был глубоким. Это завораживало, заставляло сердце биться спокойнее, а губы расплываться в кроткой улыбке. О чём в тот момент думал их обладатель, было тяжело понять, но Нилу хватило и столь малого. Тело иррационально тронулось вперёд к этому взгляду. Тодд что-то крикнул вслед, но ни Эндрю, ни Нил не сочли нужным повернуться. В голове Нила опять щёлкнуло. — И тот парень из спортзала… — Удивительно, как до тебя поздно доходит, — не осуждающе заметил Эндрю. — Почему ты не вмешался сегодня? — глухо спросил Нил, в упор смотря в лицо Эндрю. — Раз встрял в тот раз… Нил не успел закончить предложение, поскольку чужой указательный палец коснулся его губ, заставляя прервать водопад вопросов. Эндрю был спокоен всем, кроме выдававших его истинные эмоции глаз. О, они выдавали его с потрохами, потому что Нил видел в них то, чего раньше не замечал: непроизвольное сужение зрачков, неподвижное выражение глаз и тусклость, словно за пеленой чего-то отдалённого. Похоже он кое-что осознал. Наперекор помехе в виде пальца на губах, Нил аккуратно, едва касаясь, отстраняет его в сторону, в уголок губ. — Ты ревновал? Эндрю прищурился, полностью убирая руку с лица Нила, оставляя лишь фантомное ощущение тепла. Эндрю молчит, но Нил терпеливо ждёт. Звуки музыки и гул людей вокруг затихают, Эндрю и Нил будто оказываются в вакууме, куда никто из посторонних не может пробраться, кроме них самих. Только они вдвоём, которые смотрят друг на друга, не собираясь отводить взгляд. Однако всё же, на одно мгновение Эндрю роняет глаза на чужие губы. Это произошло настолько быстро, что Нилу казалось, что ему почудилось. Но неожиданно Эндрю прерывает зрительный контакт, смотря куда-то сквозь Нила. — Я не ревновал, — Эндрю слегка качает головой, отчего его волосы забавно колышутся. — Тогда почему? — ещё раз осторожно попробовал задать вопрос Нил. Он не стал добавлять другую смысловую часть, прекрасно зная, что Эндрю его понял. — Я наблюдал, — пожал плечами Эндрю. — Ты отшиваешь всех и без моей помощи, но когда другие позволяют иметь наглость трогать тебя или прикасаться… — он не договаривает, но взгляд холодно-голубых глаз всё же ловит намёк. На самом деле Нил кое-что всё-таки прекрасно осознаёт. Эндрю не любит делиться. А ещё ему не нравится, когда кто-то влезает в его семью. И поскольку Нил является её частью, то своеобразная защита тоже входит в счёт. Однако это была не та “защита”, о которой можно было сперва подумать. Он понимал – Эндрю не считал его слабаком, который не удосужился бы постоять за себя, но, видимо, здесь сыграло что-то третье, раз Эндрю появился в его поле зрения слишком резко и быстро в тот раз в спортзале. Эндрю не защищал. Он угрожал тому парню, но в какой-то мере помогал ему. Нил внезапно поймал себя на мысли, что поступил бы точно так же, пусть и другим способом. — Никогда раньше за тобой такого не замечал. Эндрю, не отрывая взгляда, проговорил: — Тогда попробуй открывать глаза шире и включать мозги. Сегодня ты здорово меня потряс своими умениями вспоминать былое. Только вот, — он наклонил голову, — почему ты всё ещё их помнишь? Любой нормальный человек воспринял бы это в штыки. Эта фраза сочилась собственничеством, чем-то ненормальным и неправильным. Здоровый человек почувствовал бы только обиду, злость и недоумение – всё то, что присуще адекватной реакции. Только вот Нил не был “нормальным” и, вместо того чтобы испугаться, почувствовал странное удовлетворение. Потому что он тоже не хотел делить Эндрю ни с кем. Вследствии чего Нил глупо переспросил: — О ком ты? По непонятной причине это заставило Эндрю мысленно улыбнуться. Впрочем, не только у себя в уме.