Язык любви

      

* “Нам нужно поговорить” - название песни, которую Йонсик и Джинхи исполнили не то во второй, не то в третьей серии

*Тайминг - середина 9 серии

       Ребята деликатно покинули студию, по пути восторженно обмениваясь друг с другом радостью от победы. Последним ушел Инсон - только совсем не тихо, а с торжествующим криком “Я верил!”. Их голоса стихли вдали, и только тогда Джинхи обернулся. Йонсик еще сидел за столом: почувствовав взгляд Джинхи, он медленно, словно тело его не слушалось, поднялся из-за стола, и пошатывающейся походкой подошел ближе. - Джинхи, - позвал он, и они оба сделали глубокий вдох. Как же давно им нужно было поговорить об этом? И все же, Йонсик первый сделал усилие: - Прости, - наконец, сказал он. - Я был слеп. Почему я… Почему я сразу все не понял? - с отчаянием спросил он и, вскинув голову, посмотрел на Джинхи. - Ты, наверное, меня ненавидел?        Джинхи невольно засмеялся, но смешок получился горьким. Он сам давно все понял - и про себя, и про свои чувства к Йонсику, как и очень давно осознал, что не может ни помешать, ни помочь другу сделать свой выбор. - Ну да, - сказал он. - Ненавидел... Ведь ты предпочел любовь Йонуран нашей дружбе. Йонсик кивнул, принимая справедливый укор - а Джинхи понял, что не может видеть его таким. - Ну и ладно! - преувеличенно бодро воскликнул он, на что Йонсик поднял голову. - Зато… Прошло десять лет, и мы снова встретились! И “Кикикики” обосновали, и директорами стали, и… - Точно, - подхватил Йонсик. - Наша встреча тогда, на крыше, это была… - Это была судьба, - вместе с ним закончил Джинхи. - Но больше никогда не сомневайся во мне. - Не буду, - пообещал Йонсик и, помолчав, добавил. - Спасибо, что не отказался от своего ужасного друга. Джинхи хмыкнул - но на то, чтобы ответить так, как они оба привыкли, у него не хватило сил; как и на то, чтобы сказать, правду. Вместо этого, он развел руки, а Йонсик маленькими шажками подошел ближе, неловко принимая объятья. Он вздохнул, сцепляя руки на спине Джинхи, а Джинхи прижался виском к его виску. - Тебе было тяжело, - тихо сказал он. Йонсик кивнул. - Тебе тоже, - ответил он, а Джинхи невольно зажмурился, понимая, что Йонсик даже не представляет, насколько он прав. Но промолчал - как молчал последние десять лет. Вместо этого продолжил Йонсик: - Джинхи, почему ты прямо не сказал мне об этом? Почему ты пытался меня защитить? Почему ты… - он судорожно вздохнул, и его пальцы на мгновение сжали свитер Джинхи. - Почему ты не отказался работать со мной еще раз? - Ай… ну и вопросы, - хмыкнул Джинхи, похлопывая его по спине. - На них я пытаюсь найти ответ уже очень давно. Почему я терплю тебя? Почему соглашаюсь на все, что ты выдумаешь? Почему твоя боль ранит меня сильнее, чем моя собственная? Последние слова вырвались у него против воли, но Джинхи не успел их остановить - и почти застыл, когда Йонсик в его руках всхлипнул и уронил голову, кусая губу. - Ты… - пробормотал он, едва слышно роняя слова, хотя они стояли вплотную, и Джинхи пришлось прислушаться, чтобы разобрать их. - Ты, что ли, текст там читаешь?        Джинхи рассмеялся. Йонсик хихикнул в ответ - сначала один раз, а потом и другой, громче, уже с облегчением хохоча, и Джинхи понял, что самое страшное позади. Он почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Йонсик кивнул, не то подтверждая его мысли, не то улыбаясь своим; на мгновение он уткнулся лбом в плечо Джинхи - короткое движение, стрелой прошившее сердце актера - и, наконец, выпрямился, поднимая взгляд. Его глаза еще блестели, а на щеках остались влажные полосы от слез, но это были следы не бушующей, а уже миновавшей бури - такой, которая не ломает деревья, а только срывает ветки, старые и больные, давая жизнь новым побегам. Джинхи сам порой удивлялся от того, каким романтиком он становился рядом с Йонсиком. Эта мысль невольно привела его в чувство. - Кажется, мы слишком долго обнимаемся, - смущенно сказал он.        Йонсик удивленно на него взглянул, но Джинхи поспешно отодвинулся и убрал руки с талии друга. Еще не хватало, ставить его в неловкое положение после того ужасного разлома, который он пережил. Вместо этого он спросил: - Есть хочешь? Или, может быть, выпьем? У нас есть повод для праздника! - Да… - растерянно кивнул Йонсик. - То есть, конечно. - И не с корпоративной карты, - торжественно объявил Джинхи. - За мой счет! - Джинхи… - В конце концов, мне тоже пришлось понервничать с этими обвинениями. - Джинхи. - Уак насчет свинины? То место, в которое я хожу, должно быть еще открыто, и… - Джинхи! - выкрикнул Йонсик. - Что? - наконец-то спросил Джинхи и замер, встретившись взглядом с глазами друга. - Поцелуй меня, - выпалил Йонсик, и Джинхи сгреб его в объятия даже прежде, чем осознал его просьбу.        Он никогда не мог себе представить, что это будет вот так. Опытный в любовных делах, прочитавший тысячу сценариев и книг о любви, и сыгравший более сотни романтических ролей великий актер Джинхи никогда, никогда в жизни не мог представить, что это будет ощущаться именно так: как вернуться в молодость, когда вещи воспринимались иначе. Как чувствовать вкус морской соли на языке, стоя на берегу в теплый вечер.        Йонсик раскрыл губы, и Джинхи, не рассчитав сил, слишком сильно придвинулся к нему - отчего Йонсик покачнулся и едва ли не снес ноутбук с пластикового стола за спиной. - Стой, стой, стой, - затараторил он. Джинхи затормозил и сжал пальцы на его кофте, удерживая их на ногах. Им потребовалось время, чтобы прийти в себя. Они одновременно посмотрели друг на друга, собираясь с словами - и тут же отпрянули, когда со стороны лифта раздался шум, и на другой стороне лофта появилась уборщица. Йонсик выпрямился и знакомым жестом заправил волосы, а Джинхи закашлялся и с самым заинтересованным видом принялся разглядывать камеру, на которую они до этого снимали выпуск. Не обращая на них никакого внимания, уборщица прошла в сторону кабинетов, подпевая музыке в своих наушниках. Джинхи и Йонсик вместе проводили ее взглядами, а потом снова повернулись друг к другу, неловко улыбаясь. - Ну и ну, - сказал Йонсик, вытирая ладони о брюки. - Да уж, - вздохнул Джинхи и изобразил, будто смахивает пот со лба. Йонсик засмеялся, и Джинхи на мгновение потерялся в неожиданно нежном выражении его взгляда. Когда Йонсик на него так смотрел - это было так редко, но так… так… - Наверное, стоит идти домой? - сказал он, чтобы разрушить повисшую тишину. - Да, - кивнул Йонсик, и они одновременно заговорили. - Можно я?.. - Ты не против?.. Они смешались, и Джинхи сделал уступающий жест. - Пожалуйста, говори, - попросил он. - Нет, ничего, - ответил Йонсик. - Я просто хотел спросить, может, ты все еще был бы не против выпить. - Отличная мысль, - с жаром поддержал Джинхи. - Я как раз говорил, что мы можем сходить в… Как его там… - А что, если, - несмело начал Йонсик. - Ну, мы ведь можем взять немного еды на вынос? - На вынос? - с недоумением переспросил Джинхи. - Зачем? Ты хочешь поесть здесь? - Нет, - Йонсик поднял голову и посмотрел прямо ему в лицо. - Я хотел бы взять еды и поехать с тобой к тебе в гости. Джинхи совершенно неприлично уставился на него, пытаясь понять, правильно ли он услышал. - Ты… ты серьезно? - переспросил он. - Да, - почти с вызовом ответил Йонсик и тут же осекся. - Прости, это слишком? Я неправильно тебя понял? Я снова сделал… Его губы задрожали. Он судорожно стиснул пальцы, явно готовый ругать себя на чем свет стоит, и Джинхи тут же перехватил его руки и крепко обнял его, уже абсолютно наплевав на то, может ли их кто-то увидеть. - Тише, тише, тише, - проговорил он. - Все хорошо. Все хорошо. Йонсик прерывисто вздохнул и положил голову ему на плечо. - Я не хочу оставаться сегодня один, - глухо сказал он. - Или оставлять тебя одного. Мне столько нужно тебе сказать. - Да, - сказал Джинхи, поглаживая его волосы. - И мне. Я чувствую тоже самое. Йонсик кивнул, потираясь лбом о его свитер, и поднял голову. - Тогда, поехали? - Да. Джинхи отпустил его и они вместе направились к лифту, по пути осторожно касаясь друг друга руками. Йонсик выглядел неприлично счастливым и постоянно кусал губы, пытаясь спрятать улыбку, отчего ямочки на его щеках проступали еще сильнее. Когда они выскочили из лифта на парковку, где стояла машина Джинхи, Йонсик сел на пассажирское кресло, и Джинхи на автомате заметил, как естественно это вышло; а когда он сам оказался в машине, Йонсик уже настроил нужное радио, проверил маршрут и звонил в любимую забегаловку Джинхи. По пути они обсуждали планы по “Кикикики”, спорили каждый о своем видении, вспоминали моменты из прошлого или подпевали звучащим песням. На пути они заехали в ресторан: получив заказ, Йонсик взвесил пакеты и взял легкий с едой, отдав Джинхи тяжелый с напитками, не обращая внимания на протесты актера. Не выдержав, он начал есть уже в машине, во время остановок на светофорах подкармливая Джинхи самыми вкусными кусочками; время пролетело незаметно, и, когда они добрались до дома Джинхи, Джинхи даже удивился тому, чтобы было уже совсем поздно. Припарковав машину, он вылез из нее, заодно захватив уже порядком опустошенные пакеты, и с удовольствием вдохнул свежий воздух. Все же, воздух здесь был почище, чем в самом центре города. Йонсик тоже выглядел довольным. - Смотри, сколько звезд, - заметил он и тут же переключился, бросив взгляд в сторону. - О, твое окно уже заделали? - Конечно, - ответил Джинхи, направляясь с ним к дому. - Еще несколько дней назад приходил мастер. Кстати, у него на все ушло самое большее час, да он и вообще часто со мной работает. - Хороший мастер? - Да, отличный. - Дашь контакт? - Конечно. И, кстати, зачем ты вообще выбивал окно? У нас же с тобой один код от дома. Йонсик отвел глаза и фыркнул, чтобы скрыть собственное смущение. - Ну, знаешь ли! Откуда я мог знать, что ты все еще… И я пытался, просто ошибся! - Три раза подряд. - Я не обязан все помнить, - возмутился Йонсик. - Да, да… - успокаивающе протянул Джинхи и открыл дверь в дом. На кухне они разделились - Йонсик деловито отправился мыть руки, а Джинхи положил пакеты на стол и принялся закрывать окна в гостинной, отдергивая тяжелые кремовые шторы. Как раз когда он закончил с этим занятием, Йонсик вернулся - и был тут же пойман хозяином дома, который требовал от него новых поцелуев. - Что ты… - Йонсик разорвал поцелуй и попробовал выбраться из его рук, но вместо этого получил лишь новый поцелуй в шею и крепкую хватку на заднице. - Джинхи, прекрати. Тебе что, пятнадцать? - Ты обещал, - бессовестно напомнил Джинхи и также беззастенчиво облапил его повсюду, куда мог дотянуться. Йонсик рассмеялся. - Да, но... Я не отказываюсь, просто… Вообще-то, я имел в виду поговорить... Боже, хотя бы помой руки! - Не-а. Не позволяя ему отодвинуться, Джинхи снова сжал руки на его заднице и поцеловал, на этот раз потираясь о него всем телом. Ослабив хватку, он освободил руки и обхватил ладонями лицо Йонсика - только затем, чтобы в следующий момент скользнуть одной рукой ему в волосы, сжимая мягкие уложенные пряди. - Джинхи, - выдохнул Йонсик и сжал его свитер. Повинуясь чужой руке, он запрокинул голову, и теперь его шея выглядела непозволительно соблазнительно на взгляд Джи Джинхи. С этим нужно было срочно что нибудь сделать. - Давай-ка мы… - поддавшись порыву, Джинхи подхватил его за бедра и прежде, чем Йонсик успел хоть что-то сказать, поставил на место. - Ох, тяжелый… - А ты как думал, - ответил Йонсик, поглаживая его по плечу и сделал шаг назад, создавая расстояние между ними. - Вообще то, я довольно много работаю над тем, чтобы набрать мышечную массу. - Правда? Это заметно. Тебе очень идет. - Спасибо, - польщенно откликнулся Йонсик и, окинув взглядом актера, шагнул ближе, явно намереваясь его подхватить. - Ну-ка… - Нет-нет-нет-нет, - немедленно запротестовал Джинхи, отводя его руки. - Исключено. Этого не будет. - Да я просто покажу… - Ни за что. Нет. - Ладно, как скажешь. Боже. Они посмотрели друг на друга и засмеялись, одновременно смущенные и заведенные внезапной близостью. Наконец, Йонсик пригладил волосы и заговорил: - Знаешь, я бы не отказался принять душ. Непростой был день… Ты не возражаешь? - Да, конечно. На втором этаже. Да ты знаешь, где это. - Нет, - качнул головой Йонсик. - Откуда бы? - Ты же был у меня в гостях. - Вообще-то, нет. Вообще-то, я у тебя здесь только один раз до этого был, да и то скорее проездом, - Йонсик с неудовольствием прищурился. - С кем это ты меня путаешь? - Да ни с кем я тебя не путаю! Просто… Ошибся, наверное. К тому, же, не могу же я тоже помнить вообще все, - вспомнил Джинхи слова самого Йонсика. - Ммм, - Йонсик еще немного посверлил его взглядом, после чего качнул головой. - Ладно. Значит, на втором этаже? - Да. - Ясно, - Йонсик направился к лестнице. Некоторое время Джинхи слышал его шаги наверху, потом хлопнула дверь и стало тихо. Джинхи проверил сообщения на телефоне и раскидал продукты в холодильник; повинуясь голосу внутреннего долга, больше похожего на голос Йонсика, он все-таки мыл руки и в этот момент вспомнил, что все полотенца он недавно отправил в стирку. Он почти подпрыгнул и рванул наверх - и, оказавшись в стиральной комнате, сорвал все, что были, чистые полотенца и халат с сушилки. - Йонсик, - он постучал в дверь ванной, но ответа не последовало. Джинхи расслышал звук льющейся воды и, немного замявшись, все же вошел. В комнате было влажно и жарко от горячей воды и клубов пара, взлетающих под потолок, и Джинхи поспешно закрыл за собой дверь, чтобы не выпускать тепло. Он подошел ближе, прикидывая место, куда можно было бы положить вещи. - Йонсик, я принес полотенца. Я положу… - Что? - крикнул из-за перегородки Йонсик. Джинхи поднял взгляд, реагируя на его голос, и замер. Перегородка душевой запотела, но даже так за ней был виден силуэт принимающего души Йонсика - и внезапно, несмотря на жар в комнате, Джинхи вздрогнул. У него закружилась голова; он облокотился на раковину, чтобы не упасть, и поспешно закрыл глаза. Только сейчас он понял, что это все на самом деле. Что старая вражда позади; что они с Йонсиком снова вместе, на этот раз ближе, чем когда либо, и что Йонсик в его доме, и что они… Он… - Джинхи? - Джинхи не ответил, и Йонсик выключил воду. - Джинхи, ты звал? Он высунул голову из душевой и увидел Джинхи, все еще пытающегося прийти в себя: - О, черт, ты в порядке? - он огляделся в поисках полотенца, но все они были у Джинхи на руках. - Черт… Он выскочил из душевой и подбежал к другу, оставляя на полу мокрые следы. Джинхи зажмурился и попытался отвернуться, но Йонсик схватил его за плечо, разворачивая к себе. - Что с тобой? - обеспокоенно спросил он. - Тебе плохо? - Нет, - наконец, ответил Джинхи и помотал головой. - Нет, просто голова закружилась. - Голова закружилась? Это нехорошо. - На самом деле, - волнение прошло так же быстро, как появилось, и Джинхи наконец-то открыл глаза. Он улыбнулся, встречаясь с ним взглядом. - На самом деле, нет. Все в порядке. Просто прекрасно. Йонсик выглядел сбитым с толку. - Что? - переспросил он. Джинхи улыбнулся еще шире и с нежностью коснулся лица Йонсика, стирая капли воды, падающие с его мокрых волос. За все время, когда они были знакомы, его друг никогда не выглядел так потрясающе, как сейчас - даже на той фотосессии, когда из-за макияжа он больше напоминал фарфоровую куклу (пусть и со скверным характером). Йонсик моргнул, а Джинхи, отложив полотенца, наклонился и поцеловал его. Ему нравилось, что с каждым разом это становилось все проще; нравилось, что губы Йонсика становились слаще на вкус. Все еще немного растерянный, Йонсик ответил на поцелуй и все же отпустил его плечо, скользнув ладонью вниз по руке, и Джинхи подошел еще ближе, обнимая его. Его собственные руки скользнули по плечам и талии Йонсика, тут же оказываясь на спине и оглаживая ладонями чистую, еще влажную кожу - это было ошеломительное ощущение. Йонсик выдохнул, откликаясь на прикосновение, и Джинхи, не выдержав, стиснул руки, вжимая его в себя, безрассудно давая почувствовать ему свое желание через одежду, отчего Йонсик издал высокий звук, вскидываясь и потираясь о него в ответ. Джинхи коротко простонал; разорвав поцелуй, он прижал Йонсика к раковине и принялся хаотично гладить его тело, исследуя его грудь, и плечи, и шею. Йонсик плавился под его руками; его глаза были прикрыты, и он только изредка успевал отвечать на прикосновения. Он казался совершенно потерянным; удерживая его одной рукой за шею, Джинхи скользнул второй по его телу вниз, оглаживая бедро, и увидел его прижатый к животу член. На его головке выступила смазка; Джинхи чувствовал его запах, и это он, Джинхи был причиной этого возбуждения. Он выглядел как все, что Джинхи мог бы когда либо желать в своей жизни - и, не раздумывая ни минуты, Джинхи опустился на колени. - Что ты?.. - Йонсик открыл глаза и ошарашенно уставился на него. - Нет, постой… Черт! Звонкое ругательство Йонсика прозвучало жалобно, сбившись на всхлип, потому что именно в этот момент Джинхи провел рукой по его члену и взял его в рот. Актер сам застонал от удовольствия, когда это произошло - Йонсик был просто потрясающий на вкус. Горячим и твердым, и соленым; Джинхи качнул головой, вбирая и выпуская его почти полностью - ему пришлось удержать Йонсика за бедра, когда тот несдержанно вскинулся и ударил ладонью по стене рядом. Джинхи хотел увидеть больше таких реакций. Он хотел, чтобы Йонсик потерял разум, поэтому он не останавливался - двигал головой, обхватывая член Йонсика пальцами, губами и языком и пытаясь втягивать щеки - может быть, так было бы приятнее? Собственный член безумно давил на ширинку, но Джинхи только один раз нетерпеливо поправил его через штаны и снова вернул руки на бедра Йонсика, сжимая пальцы на его гладкой коже. - Джинхи, - всхлипнул Йонсик, запуская пальцы ему в волосы. - Постой. Постой, Джинхи. Джинхи замер и осторожно отстранился. Йонсик смотрел на него сверху вниз с каким-то отчаянием, он дрожал, а его искусанные губы порывисто ловили воздух. - Что такое? - как можно мягче спросил Джинхи, легонько поглаживая пальцами его бедра. - Разве ты… - Йонсик ответил не сразу, как будто боролся с самим собой. - Разве ты меня не хочешь? Сердце Джинхи на мгновение пропустило удар. - Очень хочу, - честно ответил он. Йонсик кивнул. Он скользнул ладонями вниз, на плечи Джинхи, и потянул его за свитер, призывая подняться - и снова растерялся, когда Джинхи оказался рядом. - Я не… Я не знаю, что делать, - через силу признался он и, чтобы скрыть смущение, теребил пуговицы на свитере Джинхи. - Я никогда не… Ну то есть… Ну ты вот был с мужчиной? Джинхи подавил улыбку. Он деликатно обхватил руки Йонсика, которые он, уже нервничая, стискивал в кулаки, и поцеловал его пальцы. - Я знаю, что делать, - заверил он и, на мгновение припомнив, где у него лежит все необходимое, потянулся к шкафчику рядом с раковиной. - Погоди, ты не ответил, - запротестовал Йонсик и слегка отклонил голову, чтобы не мешать ему. - Тебе нужны детали? - уточнил Джинхи, выпрямляясь. - Нет, конечно же нет, гадость, - поспешно добавил Йонсик, но уже через секунду не выдержал. - И все же… Джинхи засмеялся и крепко обнял любимого, рассыпая поцелуи по его лицу, на которые тот недовольно морщился, но тоже несмело гладил в ответ. - Ты меня с ума сводишь, - переведя дыхание, признался актер, обхватывая лицо Йонсика руками и заглядывая ему в глаза. Йонсик кивнул. - Ты меня тоже, - хрипло сказал он, облизнув губы. - И все же, вечно узнаю о тебе что-то новое. Ужас... Джинхи не сдержал смешок. - Правда? - переспросил он и, притянув его к себе, прижался пахом к его бедру. - Это так ужасно? - Я не об этом, - ответил Йонсик и покраснел. - Тогда, может быть, - Джинхи окинул его взглядом, прикидывая, и, наклонившись, прикусил кожу на его шее - не так сильно, чтобы оставить засос, но достаточно, чтобы Йонсик вздрогнул и зашипел. - Это плохо? - спросил он, подув на раздраженное место. - Нет, - выдохнул Йонсик. - Джинхи… - Мгм. А если я… Джинхи скользнул ладонью по его груди и сжал пальцами твердый сосок, слегка поворачивая его, и Йонсик всхлипнул и запрокинул голову; его член вздрогнул, откликаясь на чувствительное прикосновение, и Джинхи почувствовал, как его собственное желание, немного успокоившееся во время их разговора, снова поднялось в нем. - Иди сюда, - сказал он, притягивая Йонсика к себе. Он поцеловал младшего друга, проскальзывая языком между его открытых губ, и Йонсик жарко ответил на поцелуй, обхватывая Джинхи за шею. Он льнул к Джинхи всем телом, подставляясь под беспорядочные поглаживания, и гладил и целовал в ответ с таким же голодом, как это делал с ним Джинхи. Подцепив пальцами свитер Джинхи, он потянул его вверх, и, пока Джинхи стягивал его через голову, расстегивал его рубашку и брюки, сбиваясь и не зная, с чего начать первым. - Погоди, погоди, - пробормотал Джинхи, отводя его руки. - Надо сперва тебя подготовить. Пожалуйста, повернись. Йонсик кивнул, с трудом приходя в себя, и выпрямился, поворачиваясь. Завороженный Джинхи провел ладонью по его спине. До этого он видел Йонсика обнаженным разве что десять лет назад, когда они все, пьяные, отправились на рыбалку, в которой Йонсик по глупой случайности чуть не погиб. Сейчас же Йонсик был совсем взрослым, сильным мужчиной, с потрясающе красивым телом - и, не сдержавшись, Джинхи провел пальцами вверх и сжал то место, где шея переходила в плечо, проминая крепкие мышцы. Йонсик выдохнул и качнулся назад, прижимаясь к его груди. Он отражался в зеркале напротив, которое доходило до самой раковины, и Джинхи не мог отвести от него взгляд. Поцеловав его в плечо, он взял с подставки возле раковины смазку и выдавил порцию себе на пальцы. Он не поднимал теперь глаз, но знал, что Йонсик тоже смотрит, но не чувствовал в нем ни напряжения, ни страха. Однако, некоторые вещи стоило проговорить. - Обязательно скажи, - настойчиво проговорил он, глядя прямо на Йонсика в зеркало. - Если будет неприятно и тем более больно. Это не должно быть больно. Мы все сделаем правильно. - Да, - Йонсик кивнул и бросил на него взгляд уже через плечо, давая понять, что услышал. - Я понял. Все хорошо. Джинхи поцеловал его в висок и выпрямился. Он слегка надавил ладонью на поясницу Йонсика; тот послушно переступил с ноги на ногу и наклонился вперед, опираясь на раковину. Джинхи опустил руку между его ягодиц и нанес успевшую согреться смазку на плотное кольцо мышц, пока только слегка массируя его пальцами. - Ты знаешь, - сказал он, осторожно проникнув кончиками пальцев, и тут же добавляя еще смазки. - Внутри тебя есть такое местечко, очень чувствительное… - Я знаю, простата, - нетерпеливо перебил Йонсик. Он не поднимал головы, поэтому Джинхи не видел выражения его лица даже в зеркало, но очень живо представил. - У меня она есть, у тебя. Это же анатомия, госпо… Он ахнул и замолчал, потому что в этот момент Джинхи проник в него сразу двумя пальцами. Он сделал глубокий вдох, заставляя себя расслабиться, а Джинхи ждал, поглаживая его по спине, чтобы отвлечь. - Верно, простата, - как ни в чем не бывало продолжил он. - Ты когда-нибудь играл с ней? - Что? Нет, - возмутился Йонсик. Его ноги подрагивали от напряжения, но голос звучал вполне твердо. - Я же не какой-нибудь извращенец. Джинхи слегка развел пальцы внутри него, и Йонсик с дрожью выдохнул. - А… а ты? - уже не так самоуверенно спросил он, бросая на него взгляд в отражении. Джинхи мечтательно улыбнулся. - Хотел бы я сказать, что только на приеме у врача, но… - Йонсик что-то недовольно пробормотал себе под нос, и Джинхи понял, что он вполне пришел в себя. Поэтому он спросил: - Порядок? - Да. - Хорошо, - Джинхи еще чуть-чуть надавил на его поясницу и наклонился сам, чтобы было удобнее. - Тогда давай мы…       Он толкнул пальцы вперед, с намеренным усилием надавливая подушечками на нежные стенки, и его расчет оправдался. Йонсик вскрикнул. Не давая ему времени прийти в себя, Джинхи повторил движение, и Йонсик вздрогнул всем телом, сбиваясь на стон и почти упал на раковину, за которую еще цеплялся. - Что…Что это было? - пробормотал он, тяжело дыша. - То, о чем мы с тобой говорили, - ответил Джинхи. Он сам был напряжен и возбужден; с его лба капал пот, но он не мог его даже вытереть, полностью сосредоточенный на Йонсике. - Все хорошо? Йонсик выдохнул и кивнул, скорее чтобы прийти в себя, чем отвечая на вопрос. Джинхи видел, как блестят его глаза в отражении - и увидел, как округлились его губы, когда Джинхи снова надавил пальцами на его простату. Йонсик застонал - сладким, долгим стоном, и Джинхи застонал вместе с ним. - Проклятье, Йонсик, - выдохнул он, не отрывая взгляда от его отражения. - Как я хочу тебя.       Йонсик всхлипнул. Он поднял взгляд и едва заметно кивнул, зажмуриваясь на секунду, и этого было достаточно. Осторожно освободив пальцы, Джинхи быстро вытер их стоящими рядом салфетками и взял презерватив с края раковины. Йонсик проследил его движения взглядом, но ничего не сказал. Он тяжело дышал, его кожа покрылась испариной, и Джинхи не удержался от того, чтобы провести по его шее рукой. Больше его терпения ни на что не хватило, даже на то, чтобы нормально раздеться. Нетерпеливым жестом отдернув прилипшую к коже рубашку, Джинхи другой рукой лишь немного спустил брюки и достал член, следующим же движением раскатывая по нему презерватив.       Он переступил с ноги на ногу и притянул Йонсика к себе за бедра, упираясь в него твердым, подрагивающим от нетерпения членом. - Сейчас, - сказал он не то самому себе, не то нетерпеливо ожидающему его Йонсику, и быстро вылил на ладонь еще смазки, распределяя ее по члену. - Вот так, - прошептал он, толкаясь вперед, и они с Йонсиком одновременно выдохнули, потому что следующим движением он целиком оказался внутри. - Черт…       Йонсик вскинул руку и коснулся его бедра, останавливая его. - Подожди, - попросил теперь уже он, глубоко дыша. - Подожди, это… - Я жду, - успокаивающе проговорил Джинхи и протянул руку, запуская пальцы в его волосы. Йонсик бросил на него взгляд в зеркале. - Это больше, чем пальцы, - словно оправдываясь, сказал он. Джинхи улыбнулся. - Я знаю, - ответил он, поглаживая волосы Йонсика и касаясь пальцами его уха. Йонсик прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновением, и кивнул, упираясь руками в раковину, отчего ладонь Джинхи соскользнула ему на плечо. - Давай, - сказал он и сам слегка подался назад. Старший мужчина толкнулся несколько раз, чутко улавливая отклик на каждое из движений, и неожиданно понял, что слишком близок. Он остановился. Он ни за что на свете не хотел бы, чтобы это прекратилось так быстро; он хотел бы, чтобы Йонсик было хорошо с ним, чтобы его удовольствие было на первом месте. Йонсик нетерпеливо выдохнул и прижался к нему, без слов требуя больше, но Джинхи неверноятным усилием остановил его и со стоном замер. Его пальцы, сжимающие Йонсика за плечо и бедра, на мгновение побелели от напряжения; придя в себя, он тут же ослабил хватку и сделал глубокий вдох, ожидая, пока уйдет безумное наваждение. - Боже, - прошептал Йонсик. Его брови были сведены, глаза крепко зажмурены, и он подрагивал, пытаясь удержаться на месте. Он поднял голову и, быстро облизнув губы, позвал полным невысказанной муки голосом. - Джинхи? - Да? - хрипло ответил Джинхи, поглаживая его бедро. - Почему ты… - Йонсик сбился с дыхания и зажмурился, отвернув лицо. - Что? - обеспокоенно спросил Джинхи, наклонившись к нему. Йонсик открыл глаза, и выражение его лица было бесконечно горячим и знакомым одновременно. Скорее знакомым, конечно же. - Почему ты остановился? - уже с откровенным неудовольствием спросил Йонсик, и Джинхи со стоном уронил голову, не зная, плакать ему или смеяться. - Ты, - проговорил он и, заставив его выпрямиться, притянул Йонсика к себе, отчего тот звонко выдохнул. - Иди сюда.       Йонсик повернул голову, и Джинхи поцеловал его, жадно и быстро - так быстро, что Йонсик не успел ответить. Но Джинхи и не нужен был его ответ; отпустив Йонсика, он начал двигаться в своем собственном, эгоистичном и быстром темпе, не останавливаясь и не реагируя на чужие просьбы и стоны. Его желание, его любовь, так долго сдерживаемые и скрываемые, наконец-то обрели воплощение, и Джинхи был беспощаден - насколько он мог быть беспощаден, когда любимый человек вздрагивал и всхлипывал под ним, принимая его так, будто это его собственная любовь пряталась под замком последние десять лет. Одна мысль об этом заставила бешено бьющееся сердце Джинхи сжаться. Не прекращая двигаться, он снова притянул Йонсика к себе, и на этот раз выражением его любви была страсть, а не нежность: Йонсику прихошлось приподняться на цыпочки, чтобы нивелировать даже такую небольшую разницу в их росте, его тело дрожало от напряжения, и Джинхи чувствовал это. Вскинув бедра так сильно, что его член толкнулся прямо в простату Йонсика, Джинхи протянул руку и сжал его член, одновременно безжалостно засасывая кожу на его шее, и его не волновало ни то, что скажет Йонсик после, ни то что подумают ребята, когда заметят метку на шее одного из директоров - только то, как забился, сбиваясь на беспорядочные стоны, Йонсик, крепко стиснутый в его руках. - Джинхи, - выкрикнул он, вскидывая руки в попытке обхватить партнера. Его член в пальцах Джинхи был мокрым от вытекающей смазки. - Джинхи, подожди, это слишком! Я сейчас… - Ты сейчас что? - переспросил Джинхи, двигая рукой. - Кончишь? Ты совсем близко? - Йонсик всхлипнул, кивнув, и Джинхи прижался губами к его взмокшему виску, жарко шепча на ухо. - Не думай, кончай. Я заведу тебя снова. Когда только захочешь. - О боже, - выдохнул Йонсик и тут же застонал, когда Джинхи снова качнул бедрами, насаживая его на себя полностью. - Джинхи, пожалуйста, пожалуйста. Это так… - Давай, - простонал Джинхи, чувствуя, как собственный оргазм захватывает его с головой. - Давай, давай, мой хороший, давай. Как же я хочу кончить в тебя. Боже…       Йонсик выгнулся, одним движением толкаясь ему в руку, и сорвался, вздрагивая и задыхаясь и заливая его пальцы спермой - Джинхи едва успел выбросить вторую руку вперед, чтобы не уронить их обоих на твердый холодный кафель, и кончил следом, даже не пытаясь заглушить стон ослепляющего, бесконечного удовольствия.       В конце концов, они были дома.