Ненавидим. Помним. Скорбим.

Кладбище Пальметто. Кучи одиноких могил — некоторые с горящими свечами и заботливо оставленными цветами, другие — с заросшей травой и пыльными надгробными плитами. Эндрю ненавидит Бога. Даже больше, чем он его. И Миньярд понимал, насколько Нил разделял его чувства. Именно поэтому тогда он ясно дал понять, что не позволит осквернять его могилу этими двуличными тварями с крестами, крыльями и опущенными глазами. О, Эндрю ненавидит многое. Начиная от Кевина — шатающегося от количества алкоголя в крови; от скоплений людей, неизменно задевающих его; от крыши, на которую он теперь не может залезть из-за раздирающих чувств. И от него. От Нила Абрама Джостена. Эндрю ненавидел в нём всё: каждый кусочек изрезанной кожи, каждый волос, пропитанный десятками дешёвых красок за 11.90$, глаза — смотрящие с таким тошнотворным пониманием, что становилось одновременно интересно и опасно. И его омерзительную фразу: — Я в порядке. Ты был великолепен. Хотя он не был в порядке. Не был счастлив в тот момент. Не был таким даже пять минут назад. И уж точно не был… живым — спустя 29 часов в подвале Натана Веснински. Когда команда с тренером приехала в тот морг, ФБР заявили, что хотят похоронить его в Балтиморе — в том самом месте, откуда он бежал восемь лет, выгрызая себе путь к спасению. Именно поэтому все Лисы ясно дали понять: они похоронят изуродованное тело там, где Нил смог прожить последние месяцы в покое и умиротворении. Сентябрьский холодный воздух бьёт в лицо, заставляя Эндрю поморщиться. Он наконец находит каменное надгробие, мирно стоящее среди сотен таких же: Натаниэль Абрам Веснински 19.01.1988 - 10.03.2007 Любим. Помним. Скорбим. Сев напротив могилы, Эндрю достаёт две сигареты. Порыв ветра подхватывает дым, разбивая его о камень. Миньярд хмыкает. — Пассивный курильщик даже после смерти, — в ответ тишина, громче любых слов. — Знаешь, Нил, я больше не приду. Никогда. Я принял запрос в «Ястребы», и через семнадцать часов у меня вылет в Аризону. И не думай, что я говорю тебе это, чтобы ты не переживал. Я ставлю тебя, блядь, перед фактом. Эндрю не помнит, как перешёл почти на неразборчивый шёпот, но даже он выбил из него все силы. Миньярд не заметил, как начал тяжело дышать — словно только что отыграл полный матч при обстреле ворот. Ветер завывал, проносясь между крестами и памятниками. Осеннее солнце почти ушло за горизонт, когда Эндрю поднялся. Бросив последний взгляд на могилу — с выцарапанными новыми словами — он оставил два полностью сгоревших окурков на земле. Сигареты дотлели до фильтров, ни Нил, ни Эндрю не сделали ни одной затяжки. Натаниэль Абрам Веснински 19.01.1988 - 10.03.2007 Любим. Помним. Скорбим. Нил Абрам Джостен 31.03.1987 - 10.03.2007 Ненавидим. Помним. Скорбим.