Знаешь, как бесить.

— Ты специально это делаешь, да? — Минхо прижимает его к стене так резко, что у Джисона перехватывает дыхание. Пальцы сжимают бедро сквозь ткань спортивных шорт, — коротких, вызывающе обтягивающих, — в которых тот пришёл к нему после тренировки. — Что?.. — выдыхает Джисон, чуть задрав подбородок. — Я просто хотел воды… — Ага, воды, — Минхо усмехается, но взгляд остаётся холодным. Горячим. — Или моей злости? Джисон облизывает пересохшие губы, не отвечая. Он знает, что разжёг. Знал, когда нагнулся за бутылкой, когда не стал переодеваться, когда сел слишком близко, и особенно — когда шепнул Минхо в ухо: «Устал… хочешь помочь мне расслабиться?» Реакция не заставила себя ждать. Сейчас его прижимают к стене, Минхо коленом раздвигает ноги, и ладонь резко скользит под ткань. Пальцы с силой обхватывают уже возбуждённого Джисона, заставляя того застонать, почти беззвучно. — Тихо, — рык Минхо у виска. — Ты же не хочешь, чтобы соседи знали, как хорошо тебе со мной, да? Джисон дрожит. Кивает. — Хороший мальчик. Ткань с него сдёргивают быстро. Минхо опускается на колени, не давая времени ни на мысли, ни на дыхание. Тёплый рот, обжигающие губы, глубокий, влажный вдох — и Джисон зажимает кулак в волосах, прикусывая губу до крови, чтобы не сорваться. Он стонет в живот, выгибается, хватается за край подоконника, спиной всё ещё прижат к холодной стене. Глаза закатываются — так быстро, так жадно, будто Минхо злится и на себя, и на него одновременно. А потом тот встаёт. Грубо разворачивает. Слюна, пальцы, одно короткое движение — и Джисон срывается, ладонями упираясь в стекло окна, дрожа всем телом. — Мин… п-пожалуйста… — Хочешь меня? — Да… да, чёрт, я твой… — Вот и молчи. Он входит резко. Без жалости, но точно. Джисон вскрикивает — глухо, в плечо, которое сам же и кусает, чтобы не заорать. Движения рваные. Глубокие. Каждое — с ударом бёдер, со звуком. Ритм сбивается, Джисон цепляется ногтями за подоконник, по коже спины скатываются капли пота. Он уже не просит — он тает. А Минхо тянется к его горлу, сжимает, прижимается к уху: — Ты мой, Джисон. Только мой. Понял? — А-а… д-да… Оргазм накрывает волной, неожиданной, беспомощной, и Джисон почти падает. Минхо держит. Шепчет. Двигается ещё раз, последний — и замирает, тяжело дыша ему в затылок. Несколько секунд — только шум дыхания. И напряжённые пальцы, всё ещё на талии. Потом — тёплый поцелуй в плечо. — Ты слишком хорошо умеешь выводить меня из себя, — шепчет Минхо. — Только потому что я знаю, как сильно ты меня хочешь, — ухмыляется Джисон, не поворачиваясь. И слышит: в следующий раз ты не сможешь даже говорить. Он ждёт этот «следующий раз» с замиранием.