Сказка о Броке

Предплечье горело огнем, очередной лепесток вытатуированного цветка сьеживался, превращаясь в уродливый красный рубец. Еще один лепесток, еще одна ночь. Когда на тату сгорит последний, Брок умрет. Сейчас осталось семь. Было тридцать. Проклятие старой ведьмы, которой Брок дорогу пересек почти месяц назад, работало как часы. Каждую полночь напоминало о себе порцией боли, как будто он мог бы забыть, что умирает. Гребаная старуха. Ебаные неснимаемые проклятия старой школы. И ведь дрянь не просто убила его на месте, нееет, это слишком просто. Кашляя гиенистым смехом и захлебываясь кровью, пока Брок вбивал и прокручивал копье в ее груди, она успела его проклясть. Деревенская ведунья, к которой Брок дополз после задания, тронула тату голубовато-призрачной розы, и с криком потеряла сознание. А когда очнулась, сказала лишь “Сердце вампира спасет тебя”. И потом повторяла это, покачиваясь как в трансе. Ведьма, которую Брок завалил, оказалась с юмором. Всем известно, что вампиры сгинули чуть не пятьсот лет назад, а значит, проклятие не снять. В первый раз проснувшись в полночь от оглушающей боли ожога, Брок узнал, как будет отсчитываться его оставшееся время. У него было тридцать дней, чтобы найти исчезнувших с земли вампиров и вырвать у одного из них сердце. А потом, может, сжечь его. Или сожрать. Инструкцию ему не дали. Румыния. Если где и остались старые кровососы, то в этой богом забытой дыре. Брок валялся на паршивой кровати паршивого трактира на самой окраине Бухареста, деревянный пол вибрировал от громкой пьянки в зале внизу, он прижал к запястью тряпицу, смоченную в ледяной воде из кувшина. Боль постепенно утихла и можно было наконец заснуть. Завтра набег на здешний рынок и подпольные заведения, собрать слухи, купить карту, запастись провизией в дорогу в глубь страны. Может, ему повезет и он правда найдет вампира. Хоть какого, самого завалящего, который из гроба уже выползти не может. Ему любой подойдет. *** Его напичкали старыми байками про вампиров и предложениями разной степени гнусности до ощущения раскаленной злости под кожей. Это ожидаемо было, конечно. А чего еще он хотел от кучки сброда на гнилом рынке этой страны. Даже предложили “знаю, где один древний вампир живет, всего за тысячу монет увидишь его старый замок и выпьешь вина на брудершафт”. Тьфу. Только время потерял. Полезная информация тоже была, он спрашивал, в каких местах лучше не охотиться и как вообще с дичью, за две серебряные получил подробный расклад, где перестало водиться зверье, расставленные ловушки к утру оказываются сломанными, а по ночам лучше там не шататься. Хоть какая-то зацепка. Два дня прошли вхолостую, вернее, чудовище, распугивающее лесных животных, он нашел и прикончил, даже плату от соседней деревеньки за это получил, но это был не вампир. Просто спятивший лешак, за дряхлостью веков забывший, для чего он живет в лесу. Даже немного жалко его стало, Брок вытащил почерневшее сердце из распавшегося в пыль трупа, нашел подходящий дуб, вложил сердце в дупло. На следующую весну тут появится новый, юный леший, который станет по-настоящему заботиться о зверях и деревьях. Вторая аномальная зона была в пятидесяти верстах к востоку, еще вглубь страны, через дикие земли, где и деревенек почти не встречалось, а те, что были, недвусмысленно ощетинивались кольями по периметру глухого забора. Брок не хотел получить стрелу в грудь и объезжал их далеко стороной. Кобылка Истра послушно трусила вперед, жизни Броку осталось два лепестка и, в целом, он понимал, что шансы у него нулевые. Да даже и правда найдет он вампира, вырвет у него сердце, а дальше то что? Вариантов было слишком много. Позади раздался утробный вой, да не волчий. Волколака, чтоб его. Истра заржала испуганно и понесла, сбросив Брока с седла. Унося меч в седельных ножнах. И вот это было уже совсем нехорошо. Брок прямо сейчас подыхать не собирался, у него еще два дня есть. Кинжал на поясе мало поможет, он был самым обычным, для людей, а не для тварей. Полная луна светила на узкую дорогу, кусты затрещали и оттуда выскочил волколак. Полностью обращенный, всклокоченный, глаза горят алым на волчьей морде, изуродованной трансформацией. Он завыл утробно, раздирая себе грудь, и бросился на Брока. Несколько мгновений схватки, сломанный о железные мышцы кинжал — и вот Брок хрипит под зверем весом с корову, тот дерет на нем кольчугу, а добраться до горла ему мешает только деревяшка, которую Брок вогнал ему в пасть. Секунда, две, скоро тварина догадается выдрать изо рта деревягу косматой лапой и вот тогда Броку реально конец. Волколак бешено хрипел, кольчуга скрипела и держалась только за счет охранных заклятий, наложенных хорошим магом. Брок попытался воткнуть ему в глаз рукоять от кинжала, но сучий зверь ловко увернулся, дохнул мерзостью из пасти, потом странно булькнул и осел на Брока. Мертвый. С торчащим из загривка арбалетным болтом. Охуеть ему повезло. Или нет. — Живой там? — спросили рядом и пинком скинули двухтонный, не меньше, труп. — Вроде, — с хрипом ответил Брок, оглядывая спасителя. Парень, совсем молодой, симпатичный, глаза потусторонне серые, доспех кожаный, плотный, на ребрах и груди вставки драконьей чешуи, в руках арбалет, комплект ножей на поясе. Вообще не крестьянин. Тоже охотник? Не похож. — Твою кобылу я привязал, прямо на меня вынеслась. — Спасибо. Потребует отдать лошадь как плату? Брок стряхнул со штанов пыль и соринки, покрутил кинжал с обломанным лезвием, но все-таки засунул в ножны. Пригодится. — Опасно одному на этих дорогах, — медленно сказал парень и наклонил голову, оценивающе окидывая его взглядом с головы до ног. — Мне похер. — Это заметно, — ухмыльнулся тот, потом наступил ногой на голову волколака, выдрал болт, задумчиво осмотрел, вытер всякое мерзкое о его же шерсть, и засунул в колчан к остальным. — Тебе заказ на здешнюю нежить дали? Брок передернул плечами, направился дальше по дороге, а парень следом за ним. Истра недалеко убежать успела, уже за поворотом радостно заржала, потянула за повод. Брок потрепал ее по голове, вывел на дорогу, проверил, что седельные сумки в порядке и меч тоже никуда не пропал. Парень, конечно, спас ему жизнь, но Брок наивным никогда не был. — Серьезно, мужик, еще пять верст, и начнутся территории всяких тварей, тебе точно в ту сторону? Парень мусолил травинку во рту и смотрел насмешливо. Тоже ведь один тут шастает, или боится, Брок его гонорар утянет, сам прикончив какого-нибудь монстра? — Значит, мне туда. Всякие твари, говоришь. А вампиры водятся? Парень изумленно приподнял брови, потом поравнялся с ним, похлопал Истру по боку. — Так ты вампиров ищешь? Интересно. Давай вместе искать, мне тоже в ту сторону. Заказ на болотника, — пояснил парень. — Предпочитаю один охотиться, — пробурчал Брок, понимая, что опытный спутник не помешал бы. — Как вот только что? — понимающе кивнул парень. — А когда вампиров найдешь, так же будет? — Много ты болтаешь, пацан, — процедил Брок. — Теряю время. — Я Баки. Тебя как зовут? Так что, идем вместе дальше? Брок не ответил, зашипев и сжав ладонью запястье, вспыхнувшее огнем. Полночь, минус один лепесток, минус день жизни. Чем меньше становилось лепестков, тем больнее и дольше они отмирали. Сейчас прошло добрых несколько минут, прежде чем Брок сумел разжать судорожную хватку на руке и сделать нормальный вдох. Истра сунулась к нему, сочувственно толкнув лбом. — У тебя припадок какой-то был? Волк укусить успел? — Завали уже. Пошли, только молча. *** Этот Баки трендел не переставая, но при этом именно он первым заметил движение маленьких бесов в лесу и подстрелил двоих прежде, чем Брок за меч взялся. Бесята были опасны в стае и обглодать неосторожного человека могли за пять минут до костей. А еще через пять минут и костей не оставалось. Один, урча, впился Броку в икру, защищенную крепким голенищем сапога и почти успел прокусить толстую кожу насквозь, но Баки проткнул его болтом. — Снова тебя спас! Да чтоб тебя, парень. — Должок я верну, не беспокойся. — Ага-ага. Брок высматривал следы, сейчас они шли по узкой тропке сквозь дремучий лес, хорошая дорога давно кончилась, а в начале тропинки предупреждением торчал шест с насаженным на ней черепом. Истру пришлось оставить на дороге, Брок раздавил в руке амулет, пачкая его кровью и активируя, провел Истре по шее. Амулет защитит от животных и укроет от дурных людей, если какие здесь попадутся. Всего на три дня, но дольше Броку и не надо было. Потом он либо вернется за ней, либо… Пусть Баки ее себе заберет. Осталось два дня и Брок знал, что сгинет в этом лесу. Может, переродится потом каким чудовищем, и Баки его прикончит. Шли всю ночь и перед рассветом Баки объявил привал, отказываясь идти дальше. Брок ругался, но и сам чувствовал тупую усталость. Кое-как поставили палатку, Баки задумчиво оглядел причудливую вязь из золотых нитей, провел пальцами по нескольким завиткам. — Оберег от вампиров, — зачем-то сказал Брок, а Баки хмыкнул только, залез внутрь. — Раз ты их ищешь, стоило делать не оберег, а приманку. — Больно ты умный, — проворчал Брок в ответ, а Баки смеялся одними глазами, а потом вскинулся, когда Брок расстегнул жилет и стащил кольчугу, почему-то совсем забыв, что так видно изуродованное ожогами предплечье. Баки коснулся татуировки, где от розы остался один лепесток, и Брока дернуло. — Почему она синяя? Не синяя, а пепельно-голубая, точь-в-точь глаза Баки. Брок понял, что ему напоминал этот цвет. — Я не спрашивал. Днем зарядил ебаный ливень, тучи низко висели над землей, переполненные влагой, ни единого просвета, ни единого солнечного лучика. В лесу сумрачно было и стремно, а еще начались земли болотника, мох чавкал под ногами и низко стелился туман. Баки предупредил не вдыхать его. — Потом к пещерам пойдем. — Зачем? — невнимательно спросил Баки, настороженно оглядываясь. — Там летучие мыши гнездятся. А где эти твари, там и вампиры, если еще остался кто. Баки посмотрел на него, сведя брови. — Ты серьезно в это веришь? Это же просто бабкины сказки. Брок со вздохом провел ладонью по лицу. — Нет, — признал он. — Но что еще остается. — Начерта тебе вообще вампиры? — спросил Баки, а на следующем шаге ухнул в трясину, которая мастерски притворялась полянкой. Ухнул с головой, только ряска булькнула и с чавканьем сомкнулась на его макушке. Брок страшно орал матом, пока шарил руками в мутной воде, уже собирался нырять сам и нахуй все, но потом ухватился за Бакины патлы, нашарил перевязь колчана и сумел наконец вытянуть его из болота. Тот был весь грязный, белый и, сука, не дышал. Выдав еще порцию ругательств, Брок запрокинул ему голову, вдохнул воздух в бескровные синюшные губы, потом еще и еще, несколько раз надавил на грудь в правильном месте, и Баки наконец захрипел, вода потекла с губ, он согнулся, откашливаясь и жадно вдыхая, повалился обратно на землю. А потом заржал, припадочный. — Мой первый поцелуй за год, и мужик такой горячий попался, а я весь в болотном дерьмище. — Дурака ты кусок, — ответил Брок, тоже лежа рядом с ним и пялясь в темное облачное небо. — Как теперь тебя соблазнять? Ты уже глотнул мертвой воды с моих губ. Брок только рукой махнул. А Баки все хихикал, будто южного порошка нюхнул. — Спасибо. Я бы правда утонул, вода там… дурманит. Болотник чует нас, подготовил ловушку. Дальше шли еще осторожнее, палкой прощупывали дорогу впереди. Стало совсем темно, скоро вечер, последний в жизни Брока. А он, вместо того, чтобы кутить в кабаке и лапать красивых парней, прется по дикому лесу Румынии в компании чокнутого охотника на нечисть. Ну хоть поцелуй урвал, пусть даже такой. — Здесь рядом город? — Нет, конечно, — удивленно ответил Баки, — Тут верст на пятьсот теперь никаких людей, только лес, горы и твари. — А кто дал тебе заказ на болотника? Если никого вокруг из людей, кому болотная чудь тогда мешает. Баки не ответил, только губы забавно пожевал. — Серьезно, я видел пару деревень по дороге, но те бы удавились, но ни гроша охотнику не дали. Баки спугнул птицу, постучав по дереву, проследил, как та улетела. Туман уже доходил до колен, они близко к цели. — Нет у тебя никакого заказа на болотника. Баки вздохнул только, виновато улыбнулся. — Ты нахрена тогда здесь, если никто не заплатит, — Брок не понимал и начинал ощущать какую-то наебку. А значит, эта самая наебка точно была. — Он топит хороший лес и заманивает людей в трясину. Мне это надоело. Из-за него на тракте пусто, больше нет торговцев, и даже разбойников нет. — То есть это альтруизм? — подозрительно спросил Брок. — Ну считай, что так. И к горам теперь не пройти из-за топей. Я не собираюсь это больше терпеть, — странно добавил Баки, а потом сделал знак остановиться и замереть. Туман доходил до пояса и причудливо завихрялся, будто пытаясь лизнуть, достать ядовитыми отростками до голой кожи. — Он где-то здесь, — прошептал Баки. — Прячется в тумане. Я его чую. Держи меч наготове. Брок взялся за рукоять, Баки заложил болт в арбалет. На металле наконечника проступали руны, без которых никакое оружие не нанесет подобным тварям урона. — Но потом мы идем к пещерам, — вполголоса сказал Брок и тут началось. Туман перед ними взвился, как живой, проступили очертания угловатой, нечеловеческой фигуры, Баки выстрелил, но промахнулся, а потом болотник прыгнул прямо на него, воя, как сто собак разом. — мертвец, мертвец, прочь, прочь, мои земли, это мои земли…. Туман обжигал кожу, Брок крутился, подрубая змеиные завитки мечом с такими же высеченными рунами на нем, трясина держала по колено, он наконец смог выдраться и устремиться к Баки. Тот полосовал болотнику зеленую плоть, которая тут же срасталась, они представляли собой зеленое смерчеподобное месиво, только иногда сквозь прорехи он видел Баки, руку, или ногу, или искаженное яростью лицо. Болотник, хоть и стоял на ступеньке выше в иерархии существ, но все равно оставался тупым и даже не отслеживал Брока. Он всадил меч ему в спину, болотник завизжал, тело пошло волнами, а от запаха трясины уже тошнило. Следующим ударом Брок снес ему голову. И все закончилось. До полуночи оставалось шесть часов, Брок должен был потратить их на путь до пещер и поиск лекарства. Он лег рядом с Баки, а земля после смерти болотника уже поправлялась, на глазах становилась сухой и чистой. — Что, к пещерам? — отдышавшись, спросил Баки, вытер зеленую гниль лица. — А там есть вампиры? — Сейчас их там точно нет. — Ну и похрен тогда, — лениво ответил Брок, повернулся на бок, пробежался пальцами по драконьей чешуе на его доспехе, тронул застежку. Баки следил с интересом, поймал его руку. — Дальше полянка чистая, можно палатку поставить. — А озеро есть? Помыться. — Не надо нам мыться, — хрипловато ответил Баки и через секунду они целовались. Брок подмял его под себя, жадно ощупывая бока и пытаясь содрать плотную куртку. Баки не отставал и его жилет рванул с такой силой, что завязки отлетели к чертям, кольчуга следом, а Брок наконец сумел расстегнуть чертовы застежки и добрался до нижней рубахи, потянул ее вверх, оголяя Баки грудь и со стоном прижался губами к соску. Они возились, обнаженные по пояс, Брок не мог перестать трогать нежную кожу, прохладную и вкусную, Баки толкался бедрами, смотрел безумно, а его глаза словно светились, встречая свет луны. Какой он красивый. Как же Брок его хочет, не только сейчас, надолго, годы и годы, слушать дурацкие шуточки, целовать яркие губы, расчесывать волосы и плечом к плечу охотиться на нечисть. Палочки и острые листочки впивались в нежные места, Брок добрался до пуговиц на штанах, запустил ладонь внутрь, а Баки только ругался, умолял, целовался, кусал ему плечи чуть не до крови, а потом они притерлись друг к другу всем телом. Словно окунуться всем собой в чистое блаженство. Кожа к коже, так сладко, и от желания уже глаза застит, Баки тугой и нежный на члене, мягкие губы, сладкая изнанка рта, вкус крови от прикушенной губы и Баки стонет гортанно, а Брока ломает от огненного удовольствия. Двигаться, еще и еще, и целоваться, и держать за сильные бедра, а потом запустить пальцы в шелковые волосы, распустить узел на затылке, слушать сорванные сладкие вздохи… Палатку они так и не поставили, мох был теплый, сухой и мягкий, пахло ночным лесом, цветами и их близостью. У Брока все плечи были исцарапаны, Баки зализывал ранки, жмурился, а потом седлал его и они шли на новый заход. — Жрать охота, — наконец сказал Брок, Баки уютно лежал рядом, обнаженный, теплый, пах желанием и сладостью. — А я сыт, — сонно ответил он, потерся щекой о плечо. — Я поставлю палатку и костер разведу. Сходи за Истрой, в левой сумке хлеб и мясо вяленое. Баки застонал в голос, отказываясь шевелиться, но Брок не шутил. Поднялся, отряхнул штаны от лесного мусора, оглядел порванные завязки. Баки все еще валялся на мху, голый и наглый. Желанный до кипящей крови. — Так зачем тебе вампиры? — Все вопросы после еды. Запас ругательств у Баки обширный был, некоторые выражения Брок и не слышал никогда, но зато он поднялся наконец, Брок не дал утянуть себя в поцелуй, времени и так почти не осталось. — Истра, сумки, еда. — И так теперь постоянно будет? Брок не ответил, потер последний лепесток на предплечье. Баки, недовольно ворча, скрылся за деревьями. Брок проверил свои пожитки, аккуратно сложил все под деревом, где мох все еще примятый был и хранил следы их близости. Меч там же оставил, осторожно опустив его поверх кольчуги. Она отличная была и старые охранные заклинания продержатся еще полвека. Баки сумеет ее пристроить или, может, сам будет носить. Оставалось полчаса, он успеет уйти куда-нибудь подальше, неважно куда. Бездумно шел по лесу, все больше в гору, понял, что скоро выйдет к тем пресловутым пещерам, усмехнулся про себя. Над головой пролетела стая летучих мышей. До полуночи осталось пять минут. Он пошел за мышами, сел у темного провала в пещеру, устало опираясь о камень. Растер в пальцах травинку. От входа тянуло затхлостью и будто книжной пылью. Живет ли в пещере медведь? Уже неважно. Три минуты. Брок растирал последний лепесток, не собираясь смотреть, как он потом начнет съеживаться красным росчерком ожога. А может, он и не успеет это увидеть. Снова стайка мышей, и даже пропищали ему что-то. Уже все неважно. Может, стоило предупредить Баки. Нет, не умел Брок в такое. И тем более не хотел видеть, если Баки равнодушно пожмет плечами и просто уйдет. Он знал, что Баки бы так не поступил, смешно даже, знакомы всего… сутки? а Брок будто с ним годы провести успел. Зря не поцеловал на прощание, еще бы хоть разочек… — Все ищешь вампиров своих? — резко спросил Баки, а Брок чуть не подскочил, распахивая глаза. Баки смотрел бешено, руки на груди, за спиной Броков меч. Выследил. Нашел. И сейчас, вот уже через минуту, увидит его смерть. Да что за поганая жизнь. — Уходи, Баки. — В чем дело? И что за странное тату? Он сел перед ним на колени, коснулся последнего лепестка. И смотрел зло и настойчиво. Броку было уже все равно. — Это проклятие. — Продолжай, — резко ответил Баки с силой сжал его запястье. — Лучше уходи. Пожалуйста. — Так ты сюда умирать пришел? — бешено рявкнул Баки и с яростью врезал по камню, оставив трещину на нем. — А вампиров зачем искал? Они как-то помочь могут? Или хотел, чтобы тебя обратили? Такой вариант Брок даже не рассматривал. Еще не хватало, становиться холодной нечистью, спать в гробу и пить кровь людей. Закончить с колом в груди. — Условие — сердце вампира. Так мне сказали, — устало сказал Брок. Баки сглотнул гулко, отпустил его руку. Прижал ладонь к груди. — И что с этим сердцем, если найдешь? — тихо спросил он. А Брок засмеялся только, истерично-горьким смехом, растер лицо руками. — А я без понятия, детка. Просто — “сердце вампира спасет тебя”. Ебаные ведьмы. — И когда? — совсем тихо произнес Баки, снова взялся за его руку, кусая губы, и у него глаза совсем влажные стали. Вот еще вздумал, успел же привязаться к такому старому мудаку. Пусть гуляет, у него вся жизнь впереди. — В полночь. Так что вали. — В следующую? — В эту. Баки смотрел непонимающе, подсел ближе, хотя должен был идти нахуй отсюда и прямо сейчас. — Так ведь прошла уже. Полночь, — пояснил он. — Ты уверен в сроке? Брок тупо смотрел на него, потом высвободил руку. Татушки не было. Исчезла, оставив после себя шрамы от павших лепестков. Брок нихрена не понял. — Ну, подождать еще надо, наверное, — с подозрением сказал он, а Баки мотнул головой. — Просто условие выполнено, — хрипловато выговорил он. — Больше нет проклятия. Боже, а я ведь уже собирался… — он не договорил, покачав головой. Что за чушь. Как это условие выполнено. Наверное, просто ведьма так себе была и смогла только ожогами его мучить. Брок сейчас сам себя обманывает. — И как же могло выполниться условие? — медленно спросил он, глядя на Баки. Тот улыбнулся нервно, пробежался пальцами по рукояти ножа. — Ну, ты нашел вампира и заполучил его сердце, что непонятного. Приплыли. “Ищешь вампиров? Как интересно. Давай искать вместе” “Рассвет уже, так что привал, без вариантов” “Я уже сыт” — Да у меня что же, волшебный хер, вампиры с первой поездки влюбляются? — Не, все дело в мерзком характере, — тут же ответил Баки и осклабился. И руку с ножа убрал. — Где еще такое найдешь. Но и хер тоже неплох, я бы повторил.