Знаешь, раньше я горел (а теперь погас)

Когда Сиын переступает порог школы Инчан, он не так уж удивлен, что атмосфера здесь мало чем отличается: все те же задиры и те, кого задирают, и та же безмолвная толпа, не желающая раскачивать хрупкую лодку, плывущую по неспокойным водам. И Сиын здесь не для того, чтобы мутить эти воды, даже если он подобен брошенному в них камешку, с брызгами слухов вокруг себя о том, как он чуть не убил своего… Ему действительно не хочется об этом думать. Сердце сжимается в груди, и почти машинально он проверяет свой телефон. Сообщений нет. Осталось несколько часов до того, как он сможет поехать в больницу. К Сухо. (А пока он пишет ему сообщение.) Так что нет. Сиын не ищет неприятностей. Все, чего он хочет, — это закончить учебный год, дождаться, когда очнется Сухо, и избежать переезда за границу, надеясь, что его мать, вспомнившая, что у нее есть сын, о котором нужно заботиться, не выполнит своих угроз. Именно поэтому он не поднимает шумиху из-за украденного телефона и просто покупает новый, выбирая модель, которая, как он заметил, не пользуется спросом. И едва ли проявляет реакцию, когда одного из учеников загоняют в угол. В те немногие моменты, когда кто-то, не знающий о слухах, либо набравшийся смелости идти наперекор им, вспоминает о его существовании, Сиын только щелкает ручкой, сжимая ее крепче в кулаке. Недовольство проявляется лишь в мимолетном сердитом взгляде, после чего он снова сосредотачивается на своих записях, и на этом все заканчивается. Однако, как бы Сиын ни старался не обращать внимания ни на что, кроме учебы и рейтинга, он замечает одну вещь, которая вызывает у него интерес, пусть и невольно. Это парень, что сидит рядом с ним, Со Джунтэ, изо всех сил старающийся подружиться с ним с тех пор, как Сиын впервые вошел в двери школы. Он кажется милым, очки придают ему очаровательный, невинный вид, и Сиын вспоминает о задирах и тех, кого задирают, понимая, что по всем законам джунглей, которыми является школа Инчан, Джунтэ должен относиться к последним. Но вот в чем особенность: насколько Сиын заметил (а он замечает все), никто и никогда не трогает Со Джунтэ. Лицо одноклассника никогда не запятнано синяком, очки ни разу не перекосились, а щеку не украшал пластырь. Практически никто не смотрит на него косо, даже когда пытается задеть Сиына, сидящего рядом. Все обходят невысокого паренька стороной, стараясь даже не задеть. А тот такой маленький. Хрупкий. Сиын думает, что ему едва ли удалось бы нанести удар. Часть его даже благодарна тому, что одноклассника, похоже, не беспокоят школьные хулиганы, потому что, если бы кто и заставил Сиына снова вступить в драку, так это Джунтэ — парнишка, который с улыбкой встречает его у входа в школу и с удовольствием берет клубничное молоко, которое находит на своем столе каждое утро (он всегда делится с Сиыном таким же лишним, спрятанным в рюкзаке, даже если тот всегда отказывается). Так что да, он рад, что ему не нужно его защищать. Он не хотел бы, чтобы кто-то пострадал. Хулиганы заставляют его кровь закипать, пальцы мертвой хваткой впиваются в ручку, грозя сломать ее. Он уже израсходовал целый набор. Но благодарность не останавливает любопытство. А Сиын любопытен. — Тебе необязательно это делать, ты же знаешь, — говорит ему Сиын однажды утром, уже держа в руке коробку молока. Джунтэ улыбается по-доброму, но застенчиво, попивая свое молоко, а в другой руке держа стикер, содержимое которого Сиын не успел прочесть. К напиткам или закускам на столе Джунтэ всегда прикреплен один, с коротким на вид посланием. — Тебе это не помешает, Сиын-а, — просто говорит Джунтэ перед тем, как учитель заходит в класс и начинается урок. Записанные на доске задачки решены Сиыном еще на прошлой неделе, поэтому у него есть время подумать: Что делает Со Джунтэ таким неприкосновенным? Хотя вряд ли он когда-нибудь спросит его об этом.

Он читает одну из записок. для Щенка <3 Это мало что говорит Сиыну. («Я думаю, он бы тебе понравился» — пишет он однажды Сухо. «Ты бы хотел защитить его. Я бы помог. Просыпайся» — добавляет он. Просыпайся. Это все, о чем он думает в последнее время.) Сиын порой ловит себя на том, что скучает по старой школе, хотя бы потому, что там он всегда знал, что к чему. В школе Инчан царит неразбериха, поскольку температура постоянно меняется, колеблясь между холодным спокойствием отсутствия драк и жаром нестабильности надвигающихся потасовок. И результат в значительной степени зависит от того, придет Пак Хумин сегодня школу или нет. Джунтэ — причина, по которой Сиын вообще знаком с Хумином и Хентаком. Но даже если бы он захотел, все равно не смог бы избежать встречи с ними. Хумин громкий, заполняющий собой пространство человек, полная противоположность Сиыну. Хентак выступает почти как посредник между ними, понижающий градус друга в общении с Сиыном и переводя Сиына другому так хорошо, что между ним и Джунтэ Сиыну почти не приходится говорить. Он предпочитает, чтобы так и оставалось. Виной тому, что ему приходится видеться с ними чаще, чем обычно, является школьный консультант. В его документах о переводе отсутствует зачет по физкультуре, из-за чего Сиына загоняют в баскетбольную команду. Джунтэ, словно сжалившись над ним, как над голодным бездомным котом, решает тоже присоединиться. К этому моменту Сиын уже понял, что бороться бесполезно. Спокойствие оказывается предвестником хаоса, охватывающем школу Инчан, когда Хумина неизбежно отстраняют от занятий. Сиын размышляет, что делать, пока не понимает, что не может рисковать пропуском занятий. И все же на задворках сознания поселяется мысль: что, если на этой неделе чье-то внимание окажется на Джунтэ? Беспокойство поселяется в глубине души, даже если Сиын того не хочет. Нельзя сказать, что он напрасно тревожился. Две недели спустя, когда Хумин наконец вернулся, костяшки пальцев Хентака все еще были в крови, а Сиын нарушил собственные правила и лишился двух ручек. Но Джунтэ в порядке. Даже выглядит виноватым из-за этого. Сиын не спрашивает. Не зря говорят, что любопытство сгубило кошку. На одной из тренировок, когда Хумин вернулся, а Джунтэ поспешил на дополнительные занятия, оставляя на баскетбольной площадке его, Хумина и Хентака, Сиын прощупывает почву. — С ним все будет в порядке? — спрашивает он после того, как Джунтэ уходит (на самом деле убегает вприпрыжку), и бросает мяч Хентаку, отрабатывающему штрафные броски. Хумин усмехается в ответ. Голос звучит более мрачно. — Тебе не нужно беспокоиться о малыше Джунтэ, Сиын-а, — говорит он. — У того уже есть сторожевой пес. Сиын смотрит на Хентака. — Никто не хочет злить волка, Сиын-а. Скоро узнаешь, — добавляет тот перед очередным штрафным броском. Мяч попадает в корзину. Хумин хлопает в ладоши, и площадка наполняется довольным воплем. Хентак не промахнулся ни разу за последние двенадцать бросков. — Давай еще, Сиын-а. На этот раз он находит записку на полу. Та прилипла к ноге Сиына, и он снимает ее, когда садится. удачи, детка <3 Джунтэ торопливо садится на свое место с раскрасневшимся от бега лицом, как полагает Сиын. Сегодня у них контрольная, и Джунтэ опаздывает. Он оборачивается, когда Сиын окликает его, уже держа в руке коробку молока, оставленную на столе. — Думаю, это твое, Джун-а, — говорит Сиын, протягивая записку. Каким-то образом Джунтэ заливается еще более ярким румянцем. Внезапно смутившись, он осторожно берет стикер, быстро читает и, улыбаясь, прижимает к груди. — Спасибо, — говорит он тихим голосом. — Он ненавидит, когда они теряются, — бормочет Джунтэ, но Сиын не совсем понимает, о чем речь. Он решает не уточнять. («Думаешь, он влюблен, Сухо-я? Так ты ведешь себя, когда влюбляешься?» Он замирает, пальцы дрожат перед экраном. Телефон — единственное, что освещает коридор перед палатой Сухо. Сиын думает, что медсестры забыли его выгнать. «Ты когда-нибудь был влюблен, Сухо-я? Думаю, я да») Хумин и Хентак попадают в основной состав школьной команды. У них выездная игра, а это значит, что температура в школе Инчан снова поднимается до предела. Он разговаривает с Джунтэ во время обеда. Они вдвоем сидят на одной из скамеек перед школой, когда к ним приближается компания из нескольких человек, направляясь прямо к Сиыну. — Эй, новичок. Слышали, ты отправил парня в кому, — говорит один из подошедших, хихикая. Остальные стоят за ним, уже хрустя костяшками пальцев. — Мы хотели проверить, есть ли в этом хоть немного правды, — добавляет другой, подстрекая. Сиын так сильно сжимает кулак, что ему кажется, будто ногти вот-вот прорвут кожу. Джунтэ, однако, едва поднимает голову от своего обеда. — Мы едим, — просто говорит он, принимаясь за следующий кусок. Сиын видит, что один из парней уже поворачивается, чтобы что-то сказать ему, на лбу вздувается вена, как будто он хочет закричать. Однако порыв исчезает так же быстро, как появился, как только хулиган понимает, с кем сидит Сиын. Он бледнеет, и остальные вокруг него суетятся, отступая на два шага назад. — Джун… Джунтэ-я… Джунтэ-ним! Пожалуйста, не говори хен-ниму, — бормочут они, кланяясь, едва не ударяясь лбами о собственные колени, и убегают. Сиын озадаченно смотрит на Джунтэ. Кулак разжимается. Ногти образовали на ладони маленькие полумесяцы. — Джун-а… — Ешь свой обед, Сиын-а, — просто говорит Джунтэ, отрываясь от еды и улыбаясь. — У нас потом тест, тебе понадобятся силы!

***

Сиын думает, что это закон Вселенной: как только ты решаешь оставить все как есть, ответы сами находят тебя. Он выходит из школы на обед, надеясь найти Джунтэ. Тот пропустил половину учебного дня, что довольно необычно. Еще одной необычной вещью являлось то, что на столе не было ни подарков, которые Джунтэ получал ежедневно, ни записок. Хотя это должно было бы встревожить, Сиын воспринимает это как знак того, что Джунтэ с тем, кто оставляет презенты. По коридору ползут слухи, подпитываемые тихим шепотом: — Ты не видел?! — Он действительно здесь… — Гым Сонджэ… — Волк! — Значит, он правда встречается с… Сиын направляется к скамейке, которую они всегда занимают во время обеда, — той, что на самом деле всегда пустует. Недавно его осенило, что это тоже может быть из-за Джунтэ. Он вспоминает шепот в коридоре, утихающий по мере приближения к скамейке. Сиын заворачивает за угол и внезапно останавливается. В нескольких футах от него, прислонившись к школьной стене рядом с их скамейкой, стоит Джунтэ. Он расслаблен, на лице играет улыбка, когда он смотрит снизу-вверх на другого парня. Тот выше — как минимум на несколько сантиметров превышает рост друга Сиына. Одна рука опирается на стену около головы Джунтэ, а другая проводит по его волосам, прежде чем остановиться на щеке, медленно поглаживая пальцем. Джунтэ наклоняет голову. Сиыну требуется несколько секунд, чтобы узнать Сонджэ — главного нарушителя спокойствия школы Гангхак. Он видел его несколько раз, только издалека, но слухи быстро распространяются. В Инчане все обо всем знают, так устроен мир. Джунтэ не выглядит испуганным. Скорее наоборот, нервозность, окружившая школу, полностью отсутствует вокруг этих двоих. Вместо того, чтобы отойти, когда Сонджэ что-то говорит (шепча на ухо слишком тихо, чтобы кто-то другой мог услышать), Джунтэ смеется. Он поднимает руку и притягивает Сонджэ к себе за галстук, который тот надел, по-видимому, только для того, чтобы Джунтэ мог его использовать, а не для соблюдения школьных правил. Джунтэ даже не нужно особо тянуть, поскольку Сонджэ подчиняется более чем охотно и захватывает чужие губы своими. Они стоят так некоторое время, целуясь, как будто вокруг никого нет, хотя ученики продолжают проходить мимо и перешептываться. Когда они наконец отрываются друг от друга, Сонджэ наклоняется к шее Джунтэ, отчего тот заливается тихим смехом. — Мне нужно идти, хен, — говорит он, на что получает кивок в шею. — М-м-м… Тебя никто не беспокоит, Щенок? — спрашивает Сонджэ, поднимая взгляд. Сиын замечает нежность в его глазах. Больше, чем у Джунтэ. При этих словах напряжение в теле Сиына немного спадает. Он понимает, что крепко сжимал свой ланч-бокс, готовый швырнуть его. Хватка ослабевает. — Я в порядке. Мне нужно идти на обед, я обещал, — говорит Джунтэ и слегка отталкивает Сонджэ. Ученик Гангхака позволяет двигать собой, как куклой. Сиын думает, что Джунтэ мог бы поставить Сонджэ на колени, если бы захотел. Считает, что Сонджэ никогда бы не встал без разрешения, откусил бы руку любому, кто осмелился приблизиться. Так вот что Хумин имел в виду, говоря о сторожевом псе. Удовлетворив любопытство, Сиын подходит к скамейке, не мешая им. Джунтэ присоединится к нему, когда будет готов.