1928

Ибо закрыл за собой дверь квартиры с тихим щелчком. В прихожей царила темнота — только бледный свет луны пробивался сквозь полупрозрачные шторы. Он снял потрёпанные кожаные туфли, поставил их аккуратно у стены и провёл рукой по лицу. День был долгим: бесконечные проверки в банке, поиски исчезнувших документов, разговоры с Шэнь Ту Нанем, полные недоговоренностей. Квартира встретила его тишиной. Ибо бросил портфель на диван и потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки. На кухне не было следов ужина — он сам не умел готовить, а Чжань... Чжань сейчас был дома, в безопасности, под защитой высоких стен семейного особняка. Это успокаивало, даже если от мысли о пустой квартире щемило сердце. Он подошёл к окну, распахнул створки. Ночной Пекин шумел внизу — крики извозчиков, смех, доносящийся из соседнего ресторанчика, звон трамвайных колокольчиков. Где-то там, за этими огнями, в переулке за Центральным банком, всё ещё стояла скромная таверна Хуан-лаобана. Ибо поймал себя на мысли, что нужно заглянуть туда — забрать оставшиеся вещи и поблагодарить старика. Ведь именно его грубая забота согрела Ибо в первые дни, когда Пекин казался чужим и враждебным. Ибо закрыл глаза, вдыхая прохладный воздух. Всё изменилось с тех пор. Теперь в этом городе у него был дом. И человек, ради которого стоило возвращаться. Три резких стука в дверь разорвали тишину квартиры. Ибо вздрогнул, оторвавшись от бумаг, которые разбирал при тусклом свете настольной лампы. Взгляд автоматически устремился к старинным часам на камине - стрелки показывали половину второго ночи. Кто мог прийти в такой час? "Кто там?" - спросил он, не поднимаясь с места. В голосе прозвучала настороженность - последние события научили его осторожности. Ответа не последовало, но через мгновение стук повторился - настойчивый, но какой-то... бессильный. Казалось, кто-то стучит последними остатками сил. Ибо медленно подошел к двери, сердце неожиданно забилось чаще. Ладонь дрогнула, прежде чем повернуть ручку. Дверь распахнулась, и в следующее мгновение Ибо почувствовал, как земля уходит из-под ног. На пороге, опираясь о косяк, стоял Чжань. Но это был не тот изысканный аристократ, которого Ибо знал. Его дорогой костюм был мят и забрызган грязью, волосы - обычно уложенные с безупречной точностью - растрепаны и слиплись на лбу. Лицо, бледное как лунный свет, покрывала испарина, а в широко раскрытых глазах читалась смесь отчаяния и странного облегчения. "Чжань?!" - имя сорвалось с губ Ибо, пока он инстинктивно хватал возлюбленного за плечи, боясь, что тот рухнет. Ладонь ощутила дрожь, пробегающую по всему телу Чжаня. "Что случилось? Ты должен был оставаться в особняке!" Чжань молчал. Его губы дрожали, но не издавали ни звука. Он лишь неуверенно шагнул вперед, и Ибо почувствовал, как тот едва не падает. В следующее мгновение он уже подхватил Чжаня на руки - тело оказалось удивительно легким и хрупким. "Глупец, безумец..." - бормотал Ибо, усаживая Чжаня на диван и тут же хватая со стола графин с горячей водой. Руки его дрожали, когда он подносил стакан к бледным губам юноши. "Ты же еще не до конца оправился после ранения! Как ты вообще добрался? Где твои слуги?" Чжань сделал глоток, вода стекала по его подбородку. Он отстранился и слабо махнул рукой - привычный жест аристократа, но сейчас выглядевший жалкой пародией на самого себя. Ибо аккуратно вытер капли своим рукавом. "Пешком... - наконец выдавил Чжань. - От ворот... дошел... сам." Ибо ощутил, как что-то горячее и острое сжимает ему горло. Он представил, как Чжань, едва оправившийся после тяжелого ранения, бредет ночными улицами Пекина, рискуя быть узнанным или снова атакованным. "Идиот!" - вырвалось у него, но голос дрогнул. Руки сами потянулись проверить повязку, нет ли нового кровотечения, не горячий ли лоб. "Ты мог умереть! Тебя могли увидеть! Ты..." Он замолчал, заметив, как пальцы Чжаня судорожно сжимают его собственное одеяние. Впервые за все время их знакомства этот гордый человек выглядел... сломленным. Не физически - душевно. Что-то важное произошло. Что-то, что заставило наследника древнего рода бежать ночью через весь город. Ибо медленно опустился на колени перед диваном, чтобы быть на одном уровне с сидящим Чжанем. Его руки осторожно охватили ледяные пальцы возлюбленного. "Что случилось?" - спросил он уже мягко. - "Ты можешь сказать мне все." Чжань поднял глаза - и в них Ибо увидел такую бурю эмоций, что дыхание перехватило. Страх. Стыд. Надежду. И что-то еще... что-то, от чего сердце Ибо бешено застучало в груди. Чжань резко подался на встречу к Ибо и завладел его губами, вкладывая в поцелуй всю свою отчаявшуюся страсть и желание. Их губы слились в горячем, настойчивом поцелуе, языки переплетались, исследуя друг друга с нетерпеливой жаждой. Ибо ощутил, как его сердце бешено колотится в груди, пока он погружался в этот водоворот страсти. Руки Чжаня скользнули под рубашку Ибо, оставляя за собой след огня, пальцы впивались в его спину, притягивая ближе. Ибо ответил с такой же интенсивностью, его руки обхватили лицо Чжаня, удерживая его в этом поцелуе, который казался вечным. Они дышали друг другом, их дыхание смешивалось, создавая удушающую атмосферу желания. Ибо почувствовал, как его тело отвечает на прикосновения Чжаня, его кожа горела, а член твердел в брюках. Он начал медленно двигаться, его бедра терлись о бедра Чжаня, создавая трение, которое заставляло их обоих стонать в поцелуе. Руки Ибо скользнули вниз, обхватывая ягодицы Чжаня, прижимая его ближе, чувствуя его возбуждение через ткань одежды. Чжань, задыхаясь, оторвался от губ Ибо, его губы были покрасневшими и опухшими. "Я хочу тебя," - прошептал он, его голос дрожал от желания. "Я хочу тебя прямо сейчас." Ибо, чувствуя, как его сердце готово вырваться из груди, нежно провел пальцем по губам Чжаня. "Давай немного притормозим, твоя травма…" - сказал он, его голос был хриплым от желания. - “Сделаем, кое-что другое” Ибо, начал медленно расстегивать брюки Чжаня, его руки дрожали от нетерпения. Он осторожно спустил их вместе с трусами, освобождая возбужденный член Чжаня. Ибо почувствовал, как его собственное желание усиливается, когда он увидел, насколько Чжань возбужден. Он опустился на колени, его губы нежно коснулись живота Чжаня, оставляя влажные поцелуи, пока он двигался ниже. Чжань застонал, его руки впились в волосы Ибо, удерживая его на месте. Ибо чувствовал, как его сердце бешено колотится, когда он наконец взял член Чжаня в рот, его язык обвил вокруг головки, пробуя желанный вкус. Чжань задрожал, его бедра начали двигаться, толкаясь в рот Ибо. Ибо взял его глубже, его голова двигалась вверх и вниз, его язык продолжал ласкать чувствительную головку. Он чувствовал, как Чжань сжимает его волосы, его стоны наполняли комнату, создавая эротическую симфонию. Ибо увеличил темп, его голова двигалась быстрее, его руки сжались на бедрах Чжаня, удерживая его на месте. Он чувствовал, как член Чжаня пульсировал в его рту, знаменуя приближение оргазма. Чжань закричал, его тело напряглось, и Ибо почувствовал, как горячая сперма брызнула ему в горло. Он проглотил все, продолжая ласкать член Чжаня языком, пока тот не обмяк в его рту. Ибо медленно оторвался, его губы были влажными и блестящими. Он поднял глаза на Чжаня, увидев, как тот смотрит на него с невероятной нежностью и удовлетворением. "Я люблю тебя," - прошептал Чжань, его голос был полон эмоций. Ибо улыбнулся, он ничего не сказал, лишь поцеловал Чжаня в висок и перенес его в спальню. Уже засыпая Чжань вдруг заговорил. — Я сказал им, — прошептал Чжань. — Всем. Что не женюсь на Ли Ло. Тишина повисла между ними, густая, как туман. Ибо почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Он знал, что это значит — разорвать помолвку в такой семье, как Сяо. Это был не просто отказ от брака. Это был вызов. — Отец... — Чжань сделал паузу, его пальцы сжали край плеча. — Отец сказал, что я больше не его сын. Ибо не нашёл слов. Вместо них он протянул руку и накрыл ладонью пальцы Чжаня. — Я не мог, — голос Чжаня дрожал, но становился твёрже с каждым словом. — Я не мог лгать. Не тогда, когда... Он поднял глаза, и в них было столько боли и надежды, что у Ибо перехватило дыхание. — Не тогда, когда моё сердце принадлежит тебе. В комнате стало так тихо, что слышно было, как за окном падает лист с дерева. Ибо видел, как губы Чжаня дрожат, как его грудь поднимается частыми, неровными вдохами. Ибо лег рядом с возлюбленным и обнял его. — Что мы будем делать теперь? — прошептал он. — Будем жить, — ответил Чжань. — Вместе. За окном пекинская ночь становилась всё темнее, но в этой маленькой квартире, среди разбросанных вещей и недопитого чая, было тепло. И в данный момент это было главное.